Глава 71

Юншен

– А вдруг ты влюбился в меня только потому, что я лиса, которая пока не умеет контролировать силу? – обеспокоенным шепотом выдала жена. – Что, если это ненастоящее?

Я вздохнул, укладывая ее на походную кровать в шатре. Янли выглядела измученной и даже надломленной. Несомненно, выпавшие на ее долю испытания она прошла с честью, но теперь, когда все закончилось, ее вера в себя истощилась.

Над каменистым плато горел закат. С того момента, как мы вернулись сюда, минуло уже несколько часов бесед, препирательств и торга. Битва слов оказалась по-настоящему устрашающей, но близкие помогли мне, и я в итоге справился. И с Тиньмо, и с внезапно возникшей старшей новообретенной родственницей супруги. Однако почему-то с женой до сих пор не мог договориться.

За тонкими полотняными стенами лагерного шатра раздавался шум – союзники и небожители ордена собирались в обратную дорогу. Ни у кого не возникло желания оставаться в землях демонов. Необходимость быть здесь исчезла и у меня: ведь я отыскал свою женщину, так что не буду надолго задерживаться. И я уведу Янли отсюда, игнорируя всякие глупости в ее голове. Которые лучше уничтожить в зародыше.

– Ты забываешь главное: я полюбил тебя гораздо раньше, чем глупый демон пробудил твою лисью кровь. Значит, мои чувства в любом случае настоящие, а он… сам виноват.

Если честно, при мыслях о Тиньмо и его внезапной страсти к Янли я испытывал противоречивые эмоции: с одной стороны, мне совсем не нравилось, что почти всесильный демон продолжает желать ее внимания. А с другой – я не мог не злорадствовать, понимая, насколько сильно его зацепило и насколько мало ему светит. Я действительно получил лучшее из лучшего. Вернее, вляпался по уши… в счастье.

Хмыкнув, я продолжил:

– Хули-цзин – не суккубы. Они могут завлечь, заинтриговать, но вызвать щемящие чувства в груди не способна никакая ментальная техника. Я уже молчу о том, что была бы это демоническая уловка – я б тебя еще в первый месяц изнасиловал от переизбытка страсти.

– А ты у меня уникум, – хихикнула жена. – Ты и ходить толком не мог. Не догнал бы… Бабушка сказала, что до совершеннолетия лисы не контролируют силу притягательности. И могут нечаянно, а иногда и нарочно, забрать чужое сердце.

– Считай, что я тебе свое добровольно отдал, и успокойся. – Я потянулся и поцеловал Янли в висок. – Причем навсегда, а потому вернуть его обратно уже не получится.

– Тук-тук. – Юэ, как всегда, появился в неподходящий момент. – Юншен, Янли… извините, но я настаиваю: отдых нужно отложить до дома, не стоит мешкать в царстве высшего демона. Мало ли что взбредет в голову Владыке Бездны. И пусть его пока отвлекает общество одной из самых могущественных бывших жен… лучше не искушать судьбу.

– Ой! Точно! – подорвалась с кровати Янли и попыталась вскочить.

Но была поймана и уложена на подушки. Результат я был вынужден закрепить строго нахмуренными бровями.

– Лежи, дорогая супруга. Мужчины и без тебя соберутся. Ты очень устала, да и мы еще не договорили. – Я повернулся в сторону золотого небожителя. – Шисюн Юэ, раз ты все равно уже пришел, озари нас мудростью и помоги мне аргументами. Моих ей недостаточно, а ты на несколько сотен лет старше нас… вместе взятых, да и авторитетнее.

– И в чем проблема? – спросил Юэ, присаживаясь на походный табурет.

– Янли, вероятно, считает себя не благородной госпожой, а бешеным волчком в юбке, – скорбно поджал губы я. – Она намеревается жить сразу на три царства, решая проблемы всех и вся.

– Ну не зря ведь выведала у Тиньмо секрет мгновенного перемещения, – влезла неугомонная. – И он не вякнет, потому что это часть компенсации, которую стрясла с него моя бабушка. Как и лаборатория по изучению демонов и темных болезней.

– Мне не нравится, что ты будешь захаживать туда. – Я старался, чтобы голос был умиротворенным, будто я увещевал ребенка. Теперь Янли еще расти и расти, по словам древней хули-цзин. – Повторюсь, на пиках можно создать лабораторию не хуже. Кроме того, я отдал приказ, и каждый ученик пика Целителей наверняка уже грезит о победе в конкурсе на место твоего… как ты сказала? Лаборанта.

– Как здорово! Значит, у меня будет целых две лаборатории? Две лучше, чем одна!

– Ты настоящая… лисица, – вздохнул я, не озвучивая иное определение. – И мне совсем не нравится, что клан хули-цзин настаивает на том, что…

– Нет, Юнш, здесь ты явно неправ. – Янли мигом посерьезнела. – Во-первых, я не уйду от тебя к ним даже на время – я стану жить дома. С тобой. А в клан буду наведываться… как в школу. Согласись, мне надо научиться контролировать силу. И облик. В таком виде, как сейчас, я не могу ни вернуться домой и показаться родным, ни заявиться в лабораторию, которую построят на пиках. А как же обязанности белой девы? Уши можно прикрыть шляпой, когти – перчатками, но хвосты пока меня не слушаются и могут выскочить из-под одежды в любую секунду.

Еще и белая дева! Целительница! Как я мог забыть?! Застонал уже в который раз и повернулся к шисюну, безмолвно взмолившись о поддержке.

И никак не ожидал, что этот «предатель» скажет:

– Мне жаль, глава, но тебе следует послушать Янли. Твоя жена говорит дельные вещи. И вообще это выгодно…

Однако остальное я так и не узнал.

Возможно, и к лучшему – мало ли какими задачами золотой небожитель хотел нагрузить мою супругу в дополнение к уже существующим? А я понимал, что, только-только отыскав Янли, опять ее теряю. Проигрываю новоприобретенному усиленному любопытству и жажде знаний. Если прибавить к ним любовь к работе и добросовестность… пусть Юэ и не заикается о каких-то гениальных идеях!

Не представляю, когда в плотном графике жены выпадет время на меня и супружеский долг. Который кто-то недавно требовал…

Я, наверное, идиот. Надо было сразу и отдать, переместившись подальше от лисьих родственников, старых знакомых и прочих надоедливых людей и демонов. Возможно, ненужные мысли и отсеялись бы из головы Янли. Хотя бы на время.

Теперь же к энтузиазму жены присоединился еще и Юэ, у которого глаза загорелись. Возможная прибыль от потенциального сотрудничества народов, сдобренная открытиями в области медицины и в других науках, воодушевила его. Собрат был готов отплясывать дьявольский танец на рогах Тиньмо.

Но Юэ, к счастью, не дали высказаться.

Что-то в рукаве шисюна пронзительно взвизгнуло и цапнуло небожителя за запястье. Во всяком случае, он резко зашипел, а я заметил на его руке капли свежей крови.

Выругавшись, Юэ вынул из рукава маленькую серебряную клетку и принялся ее трясти. Настолько яростно, что бело-золотистый зверек с влажными глазами и смешным розовым носом зашелся в отчаянном писке.

– Еще раз так сделаешь, шкуру спущу, – пообещал ему шисюн. – В прямом смысле слова. И не один раз. Будешь год жить освежеванный и регенерировать через боль. Сиди тихо, Ян-Ян.

– Погоди… хочешь сказать, что вот это?.. – Я удивленно разинул рот.

– Какая занятная белочка, – оценила Янли. – С крылышками.

– Белочка?! Редчайший духовный зверь, способный производить антидоты к любым ядам и проклятьям! Достаточно накормить зверька нужным веществом, а через минуту получишь лекарство! Юэ, он ведь… даже стражам запрещено на него охотиться! За этим следят боги! Где ты его взял?!

– А ты как думаешь?.. Надо сказать, что запреты не помешали Ани Яну поглотить детеныша, – хмыкнул Юэ. – Вот и причина, благодаря которой заговорщик оказался способен без ужасных последствий сжирать чужие, вообще никак не совместимые с ним изначально ядра. В тех осколках, что мы запечатали, большинство принадлежит именно теньшанг танфушу – небесному сахарному поссуму. Энергии на постоянное поддержание бессмертного человеческого тела в них маловато, пусть поживет в клетке и побудет пушистиком. Станет вырабатывать противоядия, служить для распознавания опасных болезней, развлекать меня писком и приносить пользу. Пока не решу употребить его как-то иначе.

– Эй! – вдруг прыснула Янли. – Это что… бывший глава пика Ловцов?

– Теперь его имя Ян-Ян, и он будет хорошим и послушным танфушу, если не хочет, чтобы я окунул его хвост в кипящее масло, – кивнул Юэ. – И не только хвост. Танфушу прекрасно регенерируют и живут практически вечно. Потому наказывать за плохое поведение их можно разнообразно и не особо сдерживая воображение. Я могу временно вернуть ему человеческий облик, запытать почти до смерти и снова превратить в небесного зверька, а он выздоровеет через несколько дней настолько, что наказание вполне можно повторить. Значит, в его интересах быть послушным питомцем.

– А рабская печать? Надо бы снять поскорее, не то…

– Не надо. – Юэ улыбнулся, а точнее, оскалился. – Кстати, Ян-Ян неосмотрительно завязал свое заклинательское начертание на личную силу. Которой у него больше нет. Зато у меня есть. Я хозяин, а он полностью подвластный мне раб, что вполне меня устраивает.