Глава 32 — Съесть и покормить (Виктор)

Подрагивающие пальцы рисуют по моей груди, соскальзывая с пуговиц. Помогая ей, дергаю полы рубахи в разные стороны. И с предвкушением прижимаю к себе, чувствуя прохладу ее мягкой груди и дразнящее прикосновение твердых сосков. Вдыхаю тонкий женский запах, от животного голода тело сводит, кровь стучит в виски.

Меня разрывает от желания взять свое быстро, отключив все тормоза, без изысков и возможности насладиться процессом. Веду руками вверх-вниз, стягивая на бедра ее платье и изучая головокружительный перепад между тонкой талией и выразительными бедрами. От крутости этого перепада топит возбуждением, и член болезненно пульсирует.

Нереальной красоты у нее тело. Мне хочется рассмотреть ее всю!

Подхватив за бедра, заваливаю на спину, ловя ртом ее тихий вскрик. Переворачиваю на себя. Стягиваю платье через голову. Грудь упруго подскакивает, освободившись от давления резинки. Длинные волосы рассыпаются по плечам и груди. Я любуюсь этой роскошью, не спеша продолжать. Мои большие пальцы медленно обрисовывают ее соски.

Мы смотрим друг другу в глаза. Меня накрывает… Чем-то большим, чем возбуждение. Щемящим, болезненным, восторженным, пронзительным… И хочется шептать ей всякие ванильные, глупые нежности, чтобы стереть напрочь все то, с чем она пришла сюда. Но я этих нежностей не знаю. И я пытаюсь стереть прикосновениями, взглядом… Наши кисти сплетаются в замки. Целую тонкие пальцы… Ее ресницы медленно смыкаются, пряча от меня немного неуверенный тревожный взгляд.

Продолжаю изучать ее тело. На мгновение сжимаю упругую грудь, зажимая соски между пальцами. Выгибается навстречу ласке. Под пышными полусферами груди плоский животик, изящной каплей вытянутый пупок. Оттягиваю гипюр трусиков вниз… Гладкий красивый лобок и чуть выше те самые белые шрамики, да… Как разрывы от натяжения кожи.

Глажу их пальцами. Откуда это?

Смущенно закусывает губу и ведет по животу ладонью, будто пытаясь стереть.

Отрицательно качаю ей головой.

— Они красивые… В тебе всё идеально. Даже шрамы.

Убираю пальцем волосы за ушко, оголяя и тот, что на лице. Глажу пальцем. Ее губы вздрагивают, как будто она хочет что-то сказать, но как рыбка снова сжимает их.

Не отводя глаз от ее лица, вдавливаюсь снизу, с шипением сжимая зубы. Нет, я не собираюсь уточнять сейчас — уверена ли она, что хочет этого, и прочее… Тормозить то, что она сама спровоцировала, я не стану. Пусть сейчас демоны правят балом! Ангелов оставим на десерт.

Представляю, что сейчас войду в нее. В эту горячую желанную тесноту. И отпущу свое уже бунтующее тело. Оттягиваю в сторону трусики, обнажая скользкие от возбуждения губки.

Чудесно…

Дергаю замок на ширинке вниз, обнажая себя. Упираюсь во влажную теплую плоть, проскальзывая между пухленькими губками.

Давит бедрами вниз, зажимая мой член между нами. Головку распирает кровью от перевозбуждения. Она наливается… Положив ладони мне на грудь, Диляра плавно двигает бедрами, скользя по мне и дразня ощущениями. Судорожно вздрагиваю на каждое касание.

— Смелее… — прошу я. — Я же твой мужчина, не чужой.

Мы тяжело дышим…

Встречаемся взглядами…

Хочу трахнуть ее в рот. Хочу без резинки… насладиться настоящими ощущениями. Но не меньше я хочу кайфануть от того, что она почувствует их со мной.

— Нам это нужно? — вытаскиваю из кармана презерватив.

Мне хочется как пацану повыпрашивать у нее полноценного секса, обещать, что я аккуратно… Но я не смогу аккуратно! Мне кажется я, блять, залью ее спермой и в процессе, и в конце. Мне хочется пометить ее собой, как самцу, присвоить, поставить свои «штампы». И моя животная природа сейчас сильней человеческой!

Покусывая налитую губку, молчит. Румянец снова возвращается на ее лицо.

— Я пью… контрацептивы.

Со стоном предвкушения откидываю нахрен чертову резинку.

— Иди ко мне.

Переворачиваю ее под себя. Отстраняюсь, чтобы стянуть трусики. Ставлю ее пяточку себе на плечо, разводя бедра. Красивая… как нежная светлая роза… Целуя тонкую щиколотку, провожу несколько раз членом по этим безупречным лепесткам.

Чистенькая… шелковая… Настолько трепетная, что страшно сорваться и поранить.

Привстав на локтях, она не сводит распахнутых глаз с моего скользящего по ее плоти члена. Наше громкое дыхание смешивается со стонами. Сжимаю лобок и, поглаживая пальцами клитор, медленно вдавливаюсь внутрь.

Ооо… да… даже лучше, чем я ожидал… горячее… теснее… Тело выходит из-под контроля, я вколачиваюсь со сдавленным стоном. С хриплым вскриком она падает на спину и выгибается, сминая пальцами покрывало. Это срывает мне башню. И, подхватив под колено, я задираю ее бедро выше, распиная под собой. Сведя ее темные соски вместе, сжимаю нещадно грудь, впиваясь в оба сразу, и разгоняюсь, жестко впечатываясь в тугую влажную плоть.

Вскрики, стоны… испуганные, сладкие, умоляющие… Врезающиеся в мою спину ноготки… Дрожащие бедра… Туго сжимающая мой член плоть…

Моя голова отключается… Я превращаюсь в тело и удовольствие. Мы превращаемся.

И от нарастающих ощущений распирает не только головку, но и грудь. Оглушающе!

Задыхаясь, прогибается снова. Ловлю ее стонущий рот своим, врываясь в него языком. С криком подается бедрами навстречу мне. Зажмуриваясь от пронзительности и яркости ощущений, кончаю, полностью расслабляясь и пытаясь прочувствовать каждый потрясающий момент этого долгожданного слияния…

Внутри нее все мокро от моей спермы. И я не выхожу. Просто притормаживаю, превращая поцелуй в медленный и ласковый. Успокаивающе поглаживаю ее все еще дрожащее после оргазма бедро. Заглядываю в лицо. Глаза закрыты. Ресницы подрагивают…

Мне мало! За своим кайфом я почти не поймал ее. А так хочется просмаковать еще раз ее оргазм. Целуя в шею, смещаюсь, входя в нее двумя пальцами, сгибаю их, втыкаясь подушечками вверх. Резко сжимается, шокированно распахивает глаза, неуверенно хватаясь за мою руку.

— Вик…

Накрываю ее рот своим, делая несколько рывков пальцами внутри. Сдавленные вскрики в мой рот. Сжимает мою руку, пытаясь притормозить движения.

— Открой глаза…

Едва открывает… Ошарашенный поплывший взгляд. Перехватываю ее пальцы, и перекладываю на клитор.

— Погладь себя. Не останавливайся.

Возвращаюсь внутрь нее, продолжая вколачиваться пальцами в чувствительное местечко. Бедра судорожно выгибаются мне навстречу. Несдержанно мычит от удовольствия, сжимая губы.

— Открой рот…

Губы послушно распахиваются.

— Язык… дай мне его… еще… не закрывай… двигай пальчиками… быстрее…

Прохожусь своим языком по ее приоткрытому рту, облизывая послушно высунутый язычок и усиливая рывки. С воплем судорожно выгибается, закатывая от удовольствия глаза.

— Вот так… хорошая девочка… моя…

Засовываю в рот ей пальцы, которыми трахал. Ее лицо горит. Зажмурившись, она послушно обхватывает их губами. Теплый язык скользит по подушечкам… Не удержавшись, трахаю пальцами ее рот чуть глубже.

— Проглоти их… — шепчу я.

Глотательное движение… Задохнувшись и немного давясь, уворачивается. Рыча от возбуждения, целую в приоткрытые губы.

— Продолжим?

— Нет… — чуть слышно.

— Что-то не так? — вглядываюсь в ее глаза. — Больно сделал? Неприятно? Говори.

Отрицательно качает головой.

— Я просто…

— Ну?

— Отвыкла…

— У тебя давно не было мужчины?

Кивает.

— Хорошо…

Меня немного отпускает ревность к племяшу. И становится гораздо легче глубже дышать. Переворачиваю на живот. Ложусь лицом на влажную спину. Глажу ягодицы… Хочу еще!

Но… пусть отдохнет. Завтра.

А то съесть — съел, а покормить — не покормил. А надо покормить…

Убираю волосы с лица, утыкаясь губами в ушко. И я понимаю, чем нужно кормить эту девочку, чтобы она расслабилась окончательно. И я кормлю…

— Все будет хорошо… Я тебе помогу… Ты — моя женщина… Моя любимая женщина…

Но что-то идет не так. Чувствую — наоборот, напрягается.

— Нет… — кусаю в плечо. — Ничего не получится скрыть. Я из тебя вытащу, вытрахаю, вытрясу. Ты поняла меня? Ты зашла на мою территорию, здесь будет только так.

Присаживается, обнимая себя руками и пряча грудь.

— Я не претендую на Вашу территорию.

Меня коробит от «Вашу».

— Я могу… уйти сейчас.

— А ты хочешь уйти?

Мне хочется влепить ей по щеке.

— Почему?

Хмурясь, прячет расстроенный взгляд.

— Я… перенервничала… — вздрагивает ее голос. — Я просто хочу…

— Порыдать в одиночестве? — дергаю я бровью.

— Да.

Опускает взгляд.

— Нет. Нельзя уйти, — свирепею я. — Здесь рыдай. Со мной.

Подтягиваю к себе, прижимая спиной. Укладываю, слыша, как она тихо всхлипывает. И просто глажу…

Она расскажет. Не сейчас, но расскажет…

Через какое-то время всхлипы становятся реже, дыхание ровнее. Засыпает…

— Завтра у тебя выходной, — шепчу ей. — Выспись. Будь здесь, пожалуйста. Делай, что хочешь. Не уходи. Я хочу, чтобы ты встретила меня… Слышишь?

Сонно кивает.

— И еще… Я пересажаю их всех нахуй.

— Кого?..

— Этого я еще не знаю. Но ты расскажешь… потом…

Сжимаю ее пальчики. Подтянув выше наши руки, она неожиданно оставляет теплый поцелуй на моих пальцах.

Ну наконец-то, черт возьми! Первые бастионы рухнули…

С утра уношу ее телефон на кухню, чтобы не разбудил будильник. Убираю все документы с дивана в сейф. И уезжаю…

Мне нужна информация.