Эпилог

Алиса

Спустя две недели я сидела в своем кабинете схватившись за голову. Рядом сидел Георгий, у которого уже три дня, как восстановился голос. Теперь помимо того, что меня нежили руками и телом, так я еще и всякие приятности ушами слушала.

А еще появившийся голос мужа очень помогал в работе. Теперь при анкетировании всех новых людей в Мае он сам слушал и передавал мои реплики кому надо. Делал это настолько быстро, что у нас даже заминок не случилось ни разу. Пока. Только пришлось Глафире внушение сделать, чтобы она прекратила Георгию глазки строить.

Но сейчас у меня голова шла кругом не по этому поводу.

– Еще раз, как это возможно? – Я подняла голову и посмотрела на Марту Мироновну.

– Понятия не имею. Но за неделю мы имеем девяносто двух будущих мамочек, которые решили забеременеть несмотря ни на что. Причем тридцать восемь из них – оборотницы, – она вновь придвинула ко мне листок.

Я с раздражением выдохнула. Так, нам нужна разгадка всего происходящего, потому что я сама ничего не понимаю. В месяц у нас было не более десяти беременных (в лучшем случае), потому что оборотни и мутанты крайне редко беременеют из-за слишком быстрых процессов в организме. А сейчас у нас действительно ЧП.

– Макс, что ты в этот раз наделал? – Повернулась я к нашему ученому, который робко притулился на кушетке. Робко, потому что его Вера Родионовна за сыворотку беспамятства так оттянула, что он неделю носа из своего ангара не показывал.

– Я ничего не делал. Я даже большинство этих жительниц в глаза никогда не видел, – обиделся он на такие обвинения.

– Но кто-то же должен быть виноват? – Нахмурился Георгий. Виноватых в этом деле мужей беременных дам он тактично не вспомнил. – Какой у всех беременных срок?

– Акушерский срок у всех месяц, – Марта поджала губы.

– И что такого произошло месяц назад, что все принялись рожать? – Задал он правильный вопрос.

Я нахмурилась.

– Да почти ничего. Детей вот привезли… Вера Родионовна родила…, – припомнила я.

Максим вдруг подскочил и бросился прочь из кабинета. Чего это он? Что-то забыл в лаборатории? У него появилась версия причины происходящего?

Через пару минут он вернулся с Градовым, который сегодня привез кое-какие ингредиенты для лекарств.

– И чем нам поможет Аким? – Не поняла я.

– Что вообще случилось-то? – Возмутился молодой оборотень.

– Слушай, – у Макса горели глаза, – оборотни же обязаны подчиняться старшему и сильнейшему?

– Ты же знаешь, что да? – Градов смотрел на Максима, как на сумасшедшего.

Парень повернулся ко мне.

– А еще я знаю, что женским циклом может управлять сильнейшая по генетике женщина в коллективе, – пояснил он мне. – И если это соединить…

До меня начал доходить весь ужас его мысли.

– То есть, ты считаешь, что жена Хозяина, родив, разрешила всем делать то же самое и для их организмов это было, как приказ? – Вскочила я с кресла.

– Именно! – Обрадовался Макс. – Уверен, что все эти женщины встречались с Верой Родионовной после ее родов.

Я резко положила руку на свой живот. Мамочки! Посмотрела на Григория, который тут же принялся ко мне принюхиваться.

– Вот блин, – Марта Мироновна тоже положила руку на свой живот.

Мы посмотрели друг на друга с чувством приближающегося апокалипсиса. В это время дверь открылась и в кабинет вошла задумчивая Вероника.

– Алис… Ой, привет, мам, – она закрыла дверь и осмотрела всех собравшихся. Пожала плечами, обошла Акима и выдохнула. – Кажется, я беременна. У тебя нет тестов?

Я нервно хихикнула.

– Надо позвонить Вере, – Марта вскочила на ноги и убежала из кабинета.

– Не поняла! Причем здесь Вера? Я думала, что в этом только Клыков виноват, – Вероника посмотрела на меня. – Так есть ли тесты?

Я кивнула, подошла к шкафу с медикаментами и нашла коробочку. Протянула девушке и посмотрела на Градова.

– Нужно заказать больше тестов, – велела.

Оборотень, понявший, что здесь назревает, закивал и умчался за дверь.

– Мне нужно в лабораторию, – Макс решил слинять, пока не поздно.

– Что все-таки происходит? – Вероника помахала перед моим лицом коробочкой.

– Демографический взрыв у нас тут происходит. И непонятно, кто у всех этих женщин роды принимать будет, – проворчала я. – Блин, и тут Алка со своим чутьем была права, – вновь хихикнула я. – Ой, она ведь тоже с Верой Родионовной встречалась.

– Так. У вас тут неинтересно и непонятно, так что пойду поищу кого-то более понятного и интересного, – махнула она рукой и ушла.

Георгий подошел ко мне и уткнулся носом в висок. Нежно-нежно.

– И что делать будем? – Прильнула к нему.

– Надо сказать Адаму, что он будет не единственным ребенком в семье, – совершенно серьезно ответил мой оборотень. – Я только сегодня понял, что ты пахнешь чуть-чуть по-другому.

Я кивнула. Конечно, я не ожидала, что забеременею так быстро (а со мной еще полгорода), но мне почему-то было спокойно, как никогда. У меня есть надежный муж, который даже сквозь пелену сильнейшего препарата узнал меня и принялся защищать. Неужели мы сейчас в здравом уме не справимся? Было бы желание!