Глава 7

Мы шли размеренным шагом, никуда особо не торопясь. Дорогу освещал Державин большим фонарём. Нет, мы конечно могли светляков подвесить, чтобы руки не занимать, но нас никто об этом не просил. А с другой стороны, фонарь — это как ни крути, надёжнее. Особенно, если Державину придётся по любой причине одному возвращаться. Не в темноте же брести.

Было тихо, только стрекот кузнечиков, да редкое уханье ночных птиц нарушало эту умиротворенную тишину.

— Александр Николаевич, — обратился я к старосте. — Я слышал, что земли под Дубками недавно выставили на аукцион. У поселения какие-то проблемы? Вырубка леса подходит к концу или что ещё могло заставить наше правительство вновь передать внушительную, надо сказать, территорию в частные владения?

— Да что этому лесу будет, — махнул рукой Державин. — У нас же здесь не масштабная лесозаготовка. В этом месте рубка леса не скоро закончится. — Ответил он загадочно, на мгновение замолчав, а затем продолжил отвечать на вопрос. — Скорее всего, правительству невыгодно содержать такое проблемное место за государственный счет. Мы же, учитывая особенности этого места, начали настаивать на открытии здесь полицейского пункта, и чтобы в штате обязательно несколько магов было. Но заниматься этим никто не спешит, поэтому решили переложить решение всех проблем в частные руки.

— Понятно. — Я задумался на мгновение, а потом добавил. — Как вы смотрите на то, чтобы рядом с поселением было построено несколько промышленных комплексов? — Гомельский уже давно не мог найти пустующие бесхозные земли для окончательного переноса самых крупных предприятий из Фландрии, чтобы уже навсегда закрыть этот вопрос. Мы с Эдуардом много раз смотрели карты и аукционные предложения, но почему-то «Два Дубка» пока обходили стороной, оставляя это место на крайний случай. Сейчас же, прогуливаясь по пустынному полю, мне эта идея не казалась абсурдной.

— Это бы неплохо сказалось на развитии поселения, — серьёзно ответил Державин. — А почему вы интересуетесь?

— Рассматриваю некоторые варианты, — я неопределенно пожал плечами и резко остановился, глядя на открывшееся перед нами зрелище.

Мне даже захотелось протереть глаза. Но яркие, переливающиеся вспышки света, словно перетекающие с неба на гладь болота, не хотели исчезать. Я впервые видел подобное. Словно серверное сияние озаряло небо, затем падало на землю, а потом всё резко прекращалось, будто ничего и не было. И через минуту всё начиналось заново.

— Вы хотели, чтобы мы на это посмотрели? — я посмотрел на старосту.

— Да, на это. Но вблизи я вижу этот феномен в первый раз, — тихо произнёс Державин, не отрывая взгляда от того странного явления.

Вместе с очередной вспышкой раздался раскат грома где-то вдалеке и запахло озоном, как перед грядущей грозой. А ещё я почувствовал дуновение ветра, обжигающего кожу чем-то липким и потусторонним. Всё тело покрылось мурашками, а источник слабо отозвался на звук, приводя в движение нити силы. Я сделал несколько шагов вперёд, погружаясь в смутно знакомые ощущения. Они были чем-то похожи на те, что я испытывал во время моего единственного посещения Грани. Но это не была Грань, всего лишь блеклая её копия. Я даже не могу это описать словами. Просто знаю.

— Александр Николаевич, идите домой, — очень чётко проговорил я, поворачиваясь к старосте. — Вы абсолютно правы, в этом месте обычному человеку делать точно нечего.

— Хорошо, — немного подумав, ответил Державин. После этого развернулся, быстрым шагом удаляясь от нас, постоянно оглядываясь. Вот фонарь ему и пригодился.

Я вызвал несколько светляков, начавших кружиться вокруг нас с Егором, разгоняя темноту в то время, когда не было вспышек света.

— Ты что-то почувствовал? — уточнил Егор, подходя ближе.

— А ты нет? — я покосился на друга.

— Нет. — Он покачал головой. — Это всё, конечно, странно, но не более того. А у тебя вид такой, будто ты призрака любимой бабушки перед собой увидел, даже обрадовался ей, а она на тебя с топором в это время кинулась, — не улыбнувшись, добавил он.

— Похоже, кто-то опять ржавым гвоздём и отмычкой пробил брешь между мирами, — пояснил я своё напряжение. — И, похоже, когда начинается это светопреставление, как раз и происходит этот прорыв. Надо посмотреть, и сразу Эду позвонить, если моя теория подтвердится. Он-то знает, что делать в этом случае. А вот я узнаю только после Нового года, если они снова план занятий не изменят. До самого болота не пойдём. Доберемся до окраины этого леска, и там дождёмся очередной вспышки, чтобы я точно убедился в своей теории.

— Хорошо, — серьёзно кивнул Дубов. — Думаешь, сюда опять проникла какая-то сущность?

— Не уверен, тогда были бы жертвы. Возможно, она пока ещё пытается это сделать, — ответил я, и первым пошёл вперёд. Светляки полетели за мной, кружась над головой и создавая достаточно освещения, чтобы Егору не нужно было своих вызывать.

В тишине мы прошли по едва заметной тропинке почти километр. Край болота предстал перед нами внезапно: вот мы идём по лесу, и сразу же болото.

— Это странно, — задумчиво протянул Егор. — Три года назад этот лес был чуть ли не в половину меньше, да и до самого края болота он точно не доходил. Я точно это помню.

— Не знаю, не могу ничего утверждать. Мы же вроде подошли с другой стороны. Тогда тоже ночь была, а мы неслись дороги не разбирая, — я огляделся по сторонам.

— В том то и дело, что я всегда запоминаю дорогу и никогда в лесу не плутаю, — ответил Дубов и сразу же замолчал.

Поднялся неестественный ветер, который сейчас даже Егор смог ощутить. Он поёжился и потёр плечи, словно стараясь стряхнуть с себя липкую пленку. Резко запахло тленом. Появилось ощущение, что кто-то только что открыл старый склеп, в который никто не входил несколько десятков лет. Яркая вспышка больно ударила по глазам. Прямо в центре болота образовался разлом в пространстве в виде тонкой белой линии света, от которого вверх поднялось свечение. Мигнув несколько раз, линия стала заметно меньше, а затем захлопнулась с едва слышным хлопком.

— Думаю, этого достаточно, чтобы вызывать тяжелую артиллерию, для ликвидации этого необъяснимого феномена, — прошептал Егор, и я был в этом с ним полностью согласен.

Достав телефон из кармана, я начал набирать номер Эдуарда, но тут откуда-то сверху послышался странный шорох.

— М-р-р…

Мы с Егором синхронно подняли головы вверх и увидели кошку, с любопытством рассматривающую нас. Точнее, это было существо, очень сильно напоминающее большую кошку. Её шкура светилась в темноте мягким серебристым светом. Шею обрамляла грива, только вместо шерсти она состояла из длинных игл, переливающихся разноцветным искрами. Хвост, размеренно раскачивающийся из стороны в стороны, заканчивался скорпионьим жалом. А светящиеся в темноте зелёные глаза с вертикальными зрачками неотрывно следили за каждым нашим движением.

— М-р-р…

Я сглотнул, заметив, что хвост начал качаться ещё интенсивнее. Тело кошки напряглось: она явно приготовилась нас атаковать.

— Как же нехорошо получилось… — Простонал я и попятился.

— Дима, что нам делать? — прошептал Егор, стараясь не шевелиться.

— Понятия не имею, что это такое. Но что-то мне подсказывает, что к обычным домашним котятам эта киска не имеет никакого отношения, — прошептал я, стараясь вспомнить о чём-то похожем из бестиария, выданном мне Эдом.

Бестиарий был не слишком большим, как оказалось, подобных зверей осталось мало, но единичные экземпляры всё ещё присутствовали в мире. Как правило, эти полумагические твари были в свою очередь совершенно не восприимчивы к магии людей, даже к Тёмной. Вот только конкретно эта киска не была похожа ни на одного зверя из известных составителю бестиария.

Кошка прижала к голове уши с забавными кисточками. И тогда мы сорвались с места. Весь пролесок мы пробежали на такой скорости, что Рокотов точно мог бы нами гордиться. Я резко остановился, уже выбегая из леса в чистое поле, когда услышал за спиной звуки падения и борьбы.

Дубов лежал на спине, а на нём стояло это исчадие, топчась по груди Егора лапами и внимательно вглядываясь в его лицо.

— Ты жив? — тихо поинтересовался я, поднимая с земли увесистый камень. Как назло, никакого оружия у нас с собой не было. Мы же, вашу мать, в клуб собирались, а не вот это вот всё.

На меня кошка совершенно не обращала никакого внимание, продолжая заглядывать в глаза Егору, наклоняясь к нему ближе и буквально принюхиваясь.

— Пока да. Но, боюсь, это скоро изменится, — простонал Дубов, придушенный тяжёлой тушей. — Сделай что-нибудь…

— Да, сейчас. — Пробормотал я и нажал кнопку вызова на телефоне, который только чудом умудрился не выронить во время своего спринтерского забега. Атаковать её сейчас, когда Егор находится в таком уязвимом положении, было неразумно. А если и бить, то только тем, что действительно может причинить кошке смертельный вред, не разозлив ещё больше.

— Ты где? — раздался раздражённый голос Эда. Кошка тряхнула головой и дернула хвостом, словно услышала его.

— В Дубках, — ответил я. — Мы тут…

— Я даже не буду спрашивать, что вас туда занесло. Потому что это явно не новый, только что открывшийся стриптиз-клуб, посещение которого стало для вас жизненно необходимо! — рявкнул Эдуард.

— Что делать, если на тебя плотоядно смотрит серебристая кошка с иголками на шее и жалом на хвосте. А ты лежишь на земле, придавленный этой тушей, и стараешься прикинуться мертвым, пока она обнюхивает твоё лицо? — протараторил я на грани слышимости. Пока кошка не делала никаких резких движений. Она не сводила взгляда зелёных глаз с Егора, но вроде причинять ему вред пока не стремилась. Правда, не известно, сколько эта игра в гляделки могла продолжаться. И мне очень хотелось, чтобы этот своеобразный транс длился как можно дольше.

— Что ты сказал? — мне кажется Эд даже дар речи потерял после моих слов. — Зачем вы вытащили призрачную мантикору из Астрала?

— Она сама пришла. — Тихо ответил я. — Эд, что мне делать?

— Ничего! Её невозможно убить, только изгнать обратно. Я сейчас буду. Не шевелитесь и не выводите её из себя. Яд этой кошки опасен практически для всех, — в трубке послышались короткие гудки.

Я опустил телефон в карман и практически сразу услышал шорох у себя за спиной, внезапно ощутив чужое присутствие. Медленно повернувшись, чуть ли не нос к носу столкнулся с Гаврюшей, непонятно что делающим здесь ночью. Мне показалось или бык вымахал ещё больше после нашей последней встречи. Он громко выдохнул, встретившись со мной взглядом, после чего наклонил голову и провёл правым передним копытом по земле.

— Вот тебя только здесь не хватало, — простонал я и с рудом увернулся от кинувшегося на меня быка.

Гаврюша понёсся, наклонив голову и выставив вперёд рога, с явным намерением насадить меня на них. По инерции ревущий бык пробежал ещё несколько метров и перепрыгнул через лежащего на земле Егора и всё ещё сидящую на нём мантикору. Резко развернувшись, он снова ударил по земле копытом, похоже, даже не обратив внимание, что здесь находится кто-то ещё помимо меня. Гаврюша утробно заревел и снова опустил голову, выставив вперёд рога. Переступив с ноги на ногу, готовясь снова броситься на меня, бычара наступил при этом прямо между ног распластанного по земле Егора.

Хорошо, что он наступил куда-то в районе колен закатившего глаза Егора. Плохо, что под тяжёлое копыто попал хвост кошки, напугавшей даже Эда.

— Мяу! — от рева, который издала мантикора заложило в ушах. От неожиданности, боли, испуга и чёрт знает чего ещё кошка тряхнула гривой, и во все стороны полетели переливающиеся тонкие иглы. Я упал на землю, пропуская их над собой. Как меня не задело, оставалось только гадать. Но кажется я слышал, как парочка просвистела у меня рядом с ухом.

— Ах, ты ж тварь такая, а ну пошла отсюда, давай-давай, пошла, — я вздрогнул, услышав зычный голос бабки Веры. Приподняв голову, постарался разглядеть изменившуюся диспозицию.

Мантикора, зашипев, отпрыгнула в сторону от Егора, но не ушла, а встала неподалеку. Выгнув спину, она размахивала своим хвостом с ядовитым жалом с такой скоростью, что мне было тяжело даже уследить за его движениями. Егор осторожно, стараясь не выпускать кошку из вида, поднялся, делая несколько неуверенных шагов в мою сторону.

Светляки равнодушно кружили над нами, освещая место синеватым светом. Я медленно поднялся на ноги, чтобы в случае чего иметь большую манёвренность.

Гаврюша ревел, тряся головой, а потом начал носиться вокруг нас. Вера гонялась за ним, нарезая круги, стараясь громкими матами успокоить испугавшегося бычка. Мантикора, глядя на этот цирк, перестала шипеть и осторожно шаг за шагом начала приближаться к нам, стараясь не попасть под ноги быку и бабке Вере.

По совету Эда мы стояли и не шевелились. И тут кошка смогла нас удивить. Она подошла к Егору и начала тереться об его ноги, при этом жалобно мяукая, видимо, жалуясь на Гаврюшу, который едва не оставил её без хвоста. Гаврюша же вместе с Верой сменили направление, перестали носиться вокруг нас и умчались в сторону деревни, оставляя нас одних разбираться с существом из Астрала.

— Смотри-ка, хозяина выбрала, надо же. — Голос Эдуарда вывел нас с Егором из лёгкого оцепенения. Я повернул голову в его сторону, с облегчением выдыхая, глядя, как Эд стоит, сложив на груди руки, внимательно разглядывая то, что происходило сейчас возле леска.

— Эд, она по деревьям лазит. — Внезапно выпалил Егор. Мантикора посмотрела почему-то на меня, после чего немного отстранилась от Дубова, не сводя взгляда с новоприбывшего гостя.

— А почему она не должна по деревьям лазать? — Эдуард даже удивился, услышав вопрос. Ещё раз оглядевшись, он принялся натягивать на руки перчатки из толстой кожи, доставая из кармана металлическую коробку. — Она же кошка, поэтому по деревьям лазает лучше вас. И летать может, невысоко правда.

И тут я увидел, что на спине мантикоры действительно сложены небольшие крылья. Охренеть, она ещё и летающая.

— Что мне сейчас делать? — прошептал Егор.

— Погладь её, — ответил Эд, становясь со мной рядом. — До игл только не дотрагивайся, они ядовитые. — Он начал вглядываться в траву, после чего нагнулся и стал собирать иглы, которые выкинула мантикора, когда на её хвост покусился Гаврюша. — И придумай ей имя.

— Ты шутишь? — переспросил Дубов, с опаской протягивая руку к вновь прильнувшей к его ноге кошке.

— Нет. Это очень редкий зверь Астрала. И он крайне редко становится чьим-то фамильяром. Мантикора питается духовной энергией, как Беор. Но не отказывается и от обычного мяса, когда выходит наружу. Больше всего ей нравятся мозги. В гастрономическом плане. — Эд гнусно усмехнулся, глядя на вытянувшееся лицо Егора.

— Мне точно надо её гладить? — спросил Егор, глядя на кошку с опаской.

— Конечно. Ты же видишь, она ведёт себя вполне дружелюбно. Видимо, твой мозг ей понравился сам по себе. Когда мантикоры первый раз покидают Астрал, они больше не могут постоянно находиться ни в одном из миров. Поэтому ищут якорь, который может вытянуть их в реальный мир. Особенно, когда кому-то из вас это будет необходимо. Но может и просто в гости заглянуть, не без этого, — продолжая собираться иглы по всей поляне, Эдуард читал нам короткую лекцию.

— Что ты делаешь? — спросил я, глядя, как он разглядывает каждый сантиметр земли, чтобы не пропустить ни одну из игл. Эд даже несколько мощных светляков создал, чтобы лучше видеть.

— Собираю очень ценный ресурс. Яд с этих игл крайне опасен не только для неодарённых, но и для магов. Одна его капля сможет полностью разрушить источник. Те кинжалы как раз содержат этот яд, введённый в лезвия на этапе ковки. Я не говорил, что у моего братца тоже была мантикора? Но у них что-то не срослось: они постоянно пытались друг друга убить. Не знаю, чем закончилось дело, судя по всему, брат всё же смог справиться с этой тварью, — проговорил Эдуард, поднимаясь на ноги и подходя к стоявшему неподалеку дереву.

— А если бы они были в нас? — не удержавшись, спросил я у Эдуарда, взглянув на кошку, лежащую у ног Егора. — Я смотрю, ты так спешил нам помочь, что успел подготовиться, — и я посмотрел на коробку и перчатки, надетые на руки Эда.

— Я бы переживал, возможно расстроился. Да что уж говорить, скорее всего, я бы даже рыдал, но всё равно вытащил бы иглы их из ваших тел. Вам уже было бы всё равно, и зачем в таком случае пропадать такой ценности? — Он нахмурился и подошёл к другому дереву.

— Да, действительно, зачем добру пропадать, — я передёрнул плечами.

— Так, их тринадцать. А должно быть четырнадцать. Мантикора всегда выпускает за раз четырнадцать игл. Одна куда-то пропала. — Задумчиво проговорил Лазарев. — Похоже, она осталась в том жутком быке. Ну и ладно, ничего она ему не сделает, в нём же Беор бесновался. А пока до деревни добегут, яд как раз остатками эманаций более сильной сущности деактивируется, — Эд махнул рукой. — И да, вам всем нужно сделать противоядие, раз у нас появилось такое специфическое животное.

— Ну, спасибо за заботу, — я только глаза закатил.

— Не за что, — Эдуард наблюдал за кошкой, слегка наклонив голову набок.

Мантикора встала, в очередной раз потерлась о ногу находившегося в лёгком шоке Егора и растворилась в воздухе.

— Ай, жжётся! — Егор начал быстро расстёгивать рубашку. Прямо по центру груди начал проявляться след кошачьей лапы. Он засветился тем же серебристым светом, что и шерсть кошки, а после чего исчез, не оставив и следа. — И как это понимать? — спросил Егор, переводя взгляд со своей груди на Эдуарда.

— Всё-таки фамильяр, — задумчиво проговорил Эдуард, снимая перчатки. — Большую часть времени мантикора будет проводить в Астрале. Неплохой, кстати, домашний любимец. Есть не требует, не гадит, может убить кого угодно. Можно сказать, что тебе повезло, — и он похлопал Дубова по плечу.

— Я так понимаю, брешь между мирами пробила именно она? — спросил я, наблюдая за Эдом.

— Да, похоже на то. Здесь находится тонкое место. Постоянно кто-то пытается пробраться. Брешь, оставленная мантикорой, не постоянная и довольно специфичная. Она не подходит больше ни для кого. Но я всё равно останусь и проверю. А вы — домой. Рокотов очень недоволен вашей самодеятельностью, — ответил Эдуард. — Что вас вообще понесло в эти Дубки?

— Дима здесь казначеев убивает, — хмыкнул Егор, потирая грудь. — Когда расстроен. Сейчас же решил посмотреть на вновь назначенного, чтобы в следующий раз время не терять, разыскивая его. Ну и меня с собой взял за компанию. Чтобы я приобщился, так сказать.

— Какое интересное хобби. Никогда бы не подумал, что у тебя такие специфические развлечения, — с усмешкой прокомментировал его ответ Эд и протянул нам портал, созданный из какой-то ветки.

Мы с Егором переглянулись и, активировав портал, переместились прямо в гостиную моего поместья.

— Как быстро вы вернулись из клуба, даже рассвет ещё не наступил, — я посмотрел на Рокотова. Иван стоял посреди гостиной, сложив на груди руки, и пристально смотрел на нас. Собственно, как и все остальные волки, включая очень недовольного Лепняева. — И что это был за клуб? Для тех, кому за шестьдесят? В Твери с такими да, проблемы. Но в вашем возрасте нужно начинать с более молодежных вариантов.

— Хватит над нами издеваться, — хмуро буркнул я.

— А мы сейчас серьёзны, как никогда. Идемте, — Лепняев махнул нам с Егором рукой, показывая, чтобы мы следовали за ним. Он больше ничего не говорит и довёл нас до кухни, где в центре стояло два стула и по два ведра перед ними, одно пустое, второе полностью заполненное картошкой. Между вёдрами стояла огромная кастрюля с водой. — Приступайте. Это ваше наказание.

— Просто почистить картошку? — нахмурившись, переспросил я.

— Приступайте, — повторил Фёдор, недобро улыбаясь. Развернувшись, он вышел, оставляя нас в пустой кухне втроём: меня, Егора и картошку.

— Странное какое-то наказание, — пробурчал я, беря в руки кухонный нож. — И даже не спросили ничего. Похоже, что основные развлечения они приготовили для нас на утро.

— Скорее всего. — Проговорил Егор. — Дима, почему она выбрала меня?

— Ты эриль, — я пожал плечами. — Кошку, скорее всего, привлекла твоя мозговая активность. Она же в разы активнее, чем у других магов. Ну лучше так, чем если бы она нас сожрала на поздний ужин.

* * *

— Ты чем занимаешься? — две недели спустя в кабинет ворвался Женя. Он смотрел на главу второй Гильдии с нескрываемым возмущением. Гаранин в это время сидел с отрешенным видом, вертя в руках перстень, присланный недавно неизвестным дарителем.

— Работаю, — встрепенулся Роман, выпрямляясь.

— Ага, я вижу, — Ожогин бросил взгляд на совершенно чистый стол, после чего кинул одну из папок перед Романом. — Я начал перебирать все незакрытые контракты, особенно те, которым подходит срок исполнения. И наткнулся на один, очень интересный.

— Что это? — Гаранин открыл папку, начиная вчитываться в написанное.

— Это? Твой контракт. Ты не поделишься со мной, почему ничем не занимаешься уже несколько недель. Даже пальцем не пошевелил, чтобы начать работать? — поинтересовался Евгений, опираясь ладонями на столешницу, нависая над ставшим предельно собранным и сосредоточенным начальником.

— Я понятия об этом не имел. Ай, Мишин — красавец, подстраховался, сука, — пробормотал Роман. — Только со временем не рассчитал.

— Рома, что собираешься делать? У тебя осталось три дня, — сжал губы помощник главы Гильдии убийц. — Это не рядовой заказ. К таким нужно готовиться заранее. От того и срок исполнения почти четыре месяца. Или в твоём карманном справочнике «устав Гильдии для чайников» не прописаны штрафные санкции, которые следуют за невыполнение контракта? Бывший глава указал именно тебя в роли исполнителя и заверил своё решение магической печатью, чтобы никто не смог это оспорить. Даже новый глава.

— Я в курсе, — Роман провёл ладонью по лицу. — И прекрасно знаю, что со мной будет, если я не закрою контракт вовремя. Проблема в том, Женя, что я не знал ничего про него. Мишин, похоже, предполагал, чем наш конфликт может закончиться, и решил таким вот способом от меня избавиться, просто не поставив в известность. Если я не знаю, что должен сделать, то почти в девяносто процентов случаев не сделаю, правда?

— А десять процентов… — нахмурившись, начал Ожогин.

— А десять процентов идёт на то, что я уберу эту мразь раньше, чем истечёт время исполнения контракта, и у меня в итоге появится толковый помощник, — ответил Роман, перебив Женю.

Резко поднявшись на ноги, Гаранин взял в руки телефон и набрал номер, который отпечатался в его памяти навсегда. Правда, он обещал самому себе, что никогда и ни при каких обстоятельствах не станет по нему звонить. Только вот ситуация была очень неординарная.

— Демидов, — после длительного ожидания в рубке раздался знакомый голос его лучшего друга.

— Лео, это я.

— Рома? — Демидов сильно удивился, это было слышно по изменившемуся голосу. — Я уже и не думал, что этот день когда-нибудь настанет…

— Нам нужно встретиться. Срочно, — прервал его Гаранин.

— У меня заканчивается деловая встреча. Ты можешь подъехать в «Радость Волка» через десять минут? — Лео стал предельно собранным.

— Да. Уже выезжаю.

— Хорошо, тогда через десять минут, — и Демидов прервал звонок.