Глава 12

Глава 12

«У нас все равно ничего бы не было. Прости»

Это письмо я отправляю Игнату в ответ на его пламенное послание, в котором он каялся, что вчера был маленько не в форме, но вот сего-о-оня просто горит желанием продолжить. Вообще парень без тормозов. Вчера сбежал, ночь проспал и решил, что все, жизнь с чистого листа начинается.

Мне лично вчерашних экспериментов хватило за глаза. Из-за всего этого кошмары полночи мучали: то за мной волк бегал, на ходу обращаясь в Демида, то розовый слон с длинным хоботом. Пожалуй, хватит. И так на работу пришла вареная, нервная и с дергающимся глазом.

Как назло, клиенты валили один за другим, но у меня не хватало сил даже радоваться тому, что зарплата будет хорошей. Поэтому работала через силу, тупила и пару раз получила гневный взгляд от светланы:

— Вознесенская, соберись! Живо! Ты сегодня как тряпка.

Да. Тряпка. Старая и глубоко застиранная. Именно так я себя ощущаю после вчерашней операции под названием «избавься от бывшего».

Бывший, кстати, не звонит, не пишет. Я вроде и рада, что план сработал, и он оставил меня в покое, а вроде и поджимает в груди от иррациональной тоски.

— Лера! — гаркает начальница уже не со своего места, а над самым ухом.

Пока я тут рефлексировала и думала о мужиках, она незаметно подошла со спины и уставилась в мою переписку с клиенткой.

— Что? — я подскакиваю, как ненормальная. Чуть сердечный приступ не словила.

— Ты что пишешь вообще? — негодует она.

— Что?.. А… простите… Задумалась.

Подумаешь перепутала курортные города Турции и Туниса.

— Это ты всегда так работаешь?

— Нет…просто…

Понуро опускаю плечи. Нагоняя заслуженный. Работа — это не место для сторонних мыслей и переживаний.

— Еще раз такое увижу – останешься без премии! Поняла?

— Да, Светлана Александровна.

Она возвращается на свое место, а я судорожно исправляю свои ошибки. Дура! Просто трижды дура!

Я пытаюсь взять себя в руки, но это оказывается не так просто, и до вечера еще трижды успеваю накосячить. То бронирую не тот номер, то упускаю изменение во времени отлета, а то и вовсе забываю про клиентку, и она звонит в праведном гневе, требуя внимания.

Света злится, а я сижу с поджатым хвостом и мечтаю о том, чтобы этот дурацкий день поскорее закончился. Завтра выходной. Отосплюсь, отдохну, переключусь со своих проблем на рабочий лад.

Ага. Размечталась.

Под самое завершение рабочей смены меня ждет новое злоключение, и в этот раз куда более серьезное, чем все предыдущие косяки вместе взятые.

За полчаса до закрытия, к нам приходит тот потный дядька, который забронировал дорогущий отель в Эмиратах.

— Добрый день! — садится напротив меня.

— Здравствуйте, — киваю. Он все еще мой любимый клиент в том сезоне. — вы пришли, чтобы доплатить остаток?

— Нет, — отмахивается и улыбается по-отечески, — отменить все хочу.

Я аж чуть со стула не падаю:

— В смысле отменить?

— Да, вот ситуация непредвиденная. Стар я стал, давление, врачи запретили авиаперелеты. Вот и справочка есть, — выкладывает передо мной бумагу, усыпанную печатями, — так что не полечу никуда.

А как же комбинезон Максу? Как же новые игрушки? Как же мечта подкопить деньжат на собственное агентство?

— Может, как-нибудь…

Красноречие меня подводит.

— Не-не, милая. Врачи сказали нельзя, значит нельзя. Я ж не враг сам себе. Отменяем, — на губах все та же понимающая улыбка доброго дядюшки.

Я делаю еще несколько попыток уговорить, но все они с треском проваливаются. Света, наблюдая за моими жалкими потугами, недовольно поджимает губы и качает головой. Дескать, отменяй, раз хочет. Она очень недовольна мной и моей работой.

Да что ж за день такой!

Захожу в агентский кабинет, ищу нужную заявку, открываю ее и тут мне становится совсем тошно. Потому что вспоминаю – путевка оплачена по невозвратному тарифу.

Я даже сглотнуть не могу. Таращусь на серую неактивную кнопку «отменить» и не знаю, что сказать.

— Все в порядке?

— Да, — слегка кашляю, пытаясь прочистить пересохшее горло, — то есть нет…

Чувствую взгляд начальницы и тушуюсь еще больше.

— Понимаете, — начинаю блеять совсем тонким голосом, — мы не можем отменить бронь. Такие условия. Если вы отказываетесь от путевки, то средства не возвращаются.

— Не-не, милая. Никаких перелетов, — треплет меня по ледяной руке, — отменяйте.

— Вам не нужны деньги?

— Конечно нужны. Так что пишите им, пусть возвращают.

— Они не вернут.

— Я уверен, вы что-нибудь придумаете.

Да что ж этот потный хрен все улыбается? Неужели не понимает, что все! Плакали его денежки.

— Простите, но тут ничего не придумать. Или вы едете или дарите оператору уплаченную сумму.

— Нет. Такой вариант меня не устраивает. Ну какое подарить? Вы что! Я на эту сумму полквартиры купить могу.

— Нет больше вариантов! — я паникую.

— Вас ведь предупреждали о невозвратном тарифе? — вклинивается Света, понимая, что дело пахнет скандалом.

— Нет, — глаза у него честные-честные. Добрые. Понимающие, — Первый раз слышу.

— Ну, как же нет. Я же говорила…

— Я сердечник, а не маразматик, — он снисходительно качает головой, — разговора о тарифе не было вообще.

Он так уверенно это говорит, что я сама уже не знаю, было или нет. В памяти, как назло провал. Могла ведь не сказать! Меня там эйфория накрыла, я уже мысленно считала куда денежки тратить буду.

Уже не просто паника, а дикий ужас.

— Пройдемте в другой кабинет, пожалуйста, — Света включает профессионала на полную. Врубает свою обалденно красивую улыбку и приглашает «дорого гостя» в маленькую переговорную, которую мы чаще используем, как место для отдыха и чаепитий.

Я провожаю их почти безумным взглядом и оборачиваюсь к коллегам. Они все смотрят на меня огромными глазами, полными сочувствия:

— Девочки, миленькие. Кто-нибудь слышал, как я предупреждала его про тариф?

Все жмут плечами, и только Юлька уверенно кивает:

— Говорила. Я точно помню.

— А он?

— А он кивал и говорил да-да.

— Подтвердишь если что?

— Без проблем, — соглашается подруга.

Рабочий день заканчивается и все уходят, а я все так же сижу на своем месте и тупо пялюсь в погасший экран. Наконец двери распахиваются, и на пороге появляется начальница и потный морж.

— С вами так приятно иметь дело, — улыбается он.

— С вами тоже, — и она улыбается.

Я наблюдаю, как они сюсюкают с друг другом, не замечая меня. Будто я пустое место. Потом он уходит, и Света тут же отключает режим улыбающейся королевы. Оборачивается ко мне и смотрит так, что я готова сползти под стол.

— Как прошло?

— Отлично, — цедит сквозь зубы, — я его убедила не писать на нас жалобы в инстанции и не подавать в суд.

О-о-о-о, какие страшные слова. Меня от них трясет.

— А деньги? — пищу еле слышно.

— А деньги придется вернуть. Иначе можно распрощаться с деловой репутацией. Я не для того столько лет пахала, чтобы бы по вине какой-то вертихвостки все потерять. И поскольку это твой косяк, то и возвращать будешь ты…

У меня темнеет в глазах:

— Но…как же…у меня таких денег нет.

— Займешь, возьмешь кредит. Придумаешь что-нибудь.

— Я не смогу…

Я уже почти реву, а Света смотрит холодно, без единой эмоции.

— Вот это уже твои проблемы. За тебя никто отдуваться не станет.

Пытаюсь ухватиться за последнюю соломинку:

— Я его предупреждала. Юля может подтвердить!

— Хватит, Лер! Хватит! Не надо втягивать в это остальных и подговаривать, чтобы они тебя прикрывали.

— Но это правда…

Она мне не верит. Демонстративно смотрит на часы, берет сумочку и идет к выходу:

— Не задерживай меня. Рабочий день окончен.

На деревянных ногах я выхожу из офиса и словно пьяная бреду по коридору, с каждым шагом все больше приходя в ужас от масштабов катастрофы.