Глава 27.4

Глава 27.4

Тихо выходим в коридор и прикрываем за собой дверь, чтобы не мешать ребятне.

— Кхм, — кашляет она, — ну я пошла…

— Куда?

— Работать. У меня блог не писан, комментарии не отвечены. Еще надо бы посмотреть по сайтам, поискать работу. На свое прежнее место мне уже не вернуться, поэтому надо смотреть что-то новое.

— Кстати, о работе…

Она подозрительно хмурится:

— Что о работе?

В голове щелкает, и чутье хладнокровно нашептывает, что не примет она от меня таких подарков. Перестраиваюсь на ходу:

— Помнишь Веронику — жену Артура?

— Это та, которая беременная была приеме, когда я вас перепутала? — на щеках вспыхивает виноватый румянец.

— Она самая, — киваю, — вот решила свой бизнес открыть. Как раз туристическое агентство, но сама ничего не умеет, поэтому ищет человека с опытом на роль управляющего.

Лера небрежно морщит нос, но меня не обманешь. В глазах загорается жадный интерес.

— Во-первых, опыта у меня мало. Во-вторых…ты серьезно думаешь, что она захочет со мной работать, после того, что я устроила в прошлый раз? Я ведь в ударе была, — Лерка закатывает глаза, — вспоминать стыдно.

— Захочет, — убежденно вру.

На самом деле Вероника даже не догадывается, о том, что ей срочно необходимо завести себе турагентство. Сюрприз будет.

Я не представляю, как буду разруливать эту ситуацию. Ника меня терпеть не может, и подыгрывать не станет. Как ее склонить на свою сторону я не знаю, но:

— Она сейчас ремонтирует офис. Как только все будет готово, можно будет приступать к работе.

Так, Барханов. Молодец. Завтра придется в срочном порядке искать этот самый офис, пригонять туда людей и делать конфету.

— Я подумаю, — аккуратно отвечает Лера, оставляя себе поле для маневра, но видно, что предложение ее заинтересовало. Может она и не корыстная, но с амбициями у нее все в порядке, и стать во главе нового турагентства для нее так же притягательно, как для меня проворачивать большие сделки.

— Подумай, — прячу усмешку, — это хороший шанс. Только ответ нужен незамедлительно. День-два.

Уверен, она будет думать об этом весь день напролет, и всю ночь, и в итоге сделает правильный выбор.

Вознесенская кусает губу, и за одно это мне хочется отшлепать ее по заднице. Мучение какое-то! С этой игрой в святошу, я точно рехнусь. Как не гнать коней, если вот она, стоит рядом, хмурится, жует губы и пахнет так, что все мои ощущения и желания сводятся только к одному. Заполучить ее любой ценой! Всю! Целиком!

Пульс разгоняется до запредельных скоростей, инстинкты обостряются, я не дышу. Вибрирую, как один сплошной, туго натянутый нерв.

— Демид! — возмущенно выдает Лера, — даже не думай.

— О чем ты?

— Об этом! — без тени смущения указывает на очередной нерукотворный вигвам.

Черт. Спалился. Хотя…плевать.

Делаю шаг к ней, и Вознесенская вытягивается по струнке:

— Барханов, не смей!

— Я ничего не делаю.

— Делаешь! — шипит и пятится от меня.

Кстати, очень неосмотрительно пятится, потому что за спиной дверь в мою комнату. Образ Лерки на моей кровати врывается в фантазии, как разъяренный шторм. Красивая, обнаженная, с распутно приоткрытыми губами, которые хочется смять жадным поцелуем.

— Демид, — сипит она, — если ты сейчас не остановишься, то я уйду…

Упирается спиной в дверь и замолкает, испуганно распахнув глаза. Мне требуется еще секунда, чтобы оказаться рядом. Непростительно близко, упираясь кулаками по обе стороны от нее.

— Я не отпущу, ты же знаешь.

Мои демоны все-таки срываются с цепи. Им тоже нужна Вознесенская, без нее они сходят с ума, звереют.

— Демид! — охает, когда прикасаюсь к талии.

— Расслабься, — я просто опускаю ручку и толкаю дверь.

От неожиданности, оттого что опора за спиной пропадает, Лерка рефлекторно дергается вперёд и цепляется за мою рубашку. Выдыхает судорожно, громко и тут же пытается отпрянуть, но уже поздно. Заключаю ее в кольцо рук, дурея от своих ощущений.

Меня эта девчонка с ума сведет. Всего лишь прикосновение, а крышу рвет, как у пацана, который никогда в жизни женского тела не видел. Я всегда не нее так реагировал, но сейчас, после того как перестал врать себе, искать какую-то не идеальность и прочую фигню, стало в разы острее.

Все равно какая она. Моя и точка. Даже если сопротивляться будет – все равно моя.

Кстати, насчет сопротивления. Я чувствую, как она подбирается. Сейчас либо в морду, либо между ног прилетит. Опережаю ее на сотую долю секунды, впиваясь своими губами в ее.

Сдуреть можно, насколько мягкие. Лера замирает, дергается, в порыве податься навстречу, но ловит себя, останавливает силой воли и, всхлипнув, пытается вывернуться из моих рук. Не сумев это сделать, злится:

— Демид…— отталкивает, но в тоже время цепляется еще крепче. Не отпуская.

Я слизываю свое имя с ее губ, урча довольным котом.

Мой колючий Еж. Умопомрачительный, шальной, выбивающий из меня искры и дразнящий моих чертей. Они без ума от нее. Ликуют, кровожадно облизываясь, взрываясь и тут же растекаясь расплавленной лавой у ее ног.

— Я сейчас укушу тебя, — угрожает, а у самой глаза закрываются от удовольствия, когда веду губами по шее, оставляя влажный след на коже.

— Злюка моя.

— Я не злюка!

— То есть против того, что моя не протестуешь? — оттесняю ее к кровати. Тяну за блузку, вытаскивая ее край из-за пояса, а ее руки уже под моей футболкой.

Сокращаюсь, когда острыми ногтями проходит от пупка наверх.

— Не твоя, Демид. Не мечтай.

— Никаких мечтаний, только факты. Я могу привести два десятка доказательств.

— Зануда, — позволяет снять с себя блузку, в ответ стягивая с меня верх. Голодный взгляд блуждает по моим плечам, спускается ниже. Мне кажется, я весь ожогами покроюсь, оттого насколько он полыхает.

— Не хочешь теории, значит придется доказывать на практике, причем не один раз.

— Настолько плох и не убедителен, что нужно повторение? — огрызается зараза, за что тут же получает шлепок по мягкому месту.

— Сама скажешь.

Эти игры на краю пропасти, срывают башню нам обоим. Набрасываемся друг на друга, будто не виделись сто лет и безумно соскучились.

Хотя так и есть. Я безумно по ней скучаю. Всегда. Просто только теперь научился это признавать.