Глава 48

Я видела из окна своих комнат, как тёмные очертания кораблей, которые искажал ведьминский купол, становились всё больше и больше. Я чувствовала, что они несли смерть под своими парусами. Я ничего не могла сделать… Мне было невыносимо снова сидеть в своих покоях, под охраной Батра, пока вокруг происходило нечто ужасное. Да, я истеричка… Я не могла сидеть спокойно, не могла оставаться не у дел. Я чувствовала, как моё бессилие поедом сжирало меня. Казалось, я даже дышать не могла. Каждый вдох проникал в мои лёгкие болью и отчаянием. Это просто несправедливо! Граф не справится с ведьмой и нападением дарийцев на свои земли. Не сможет! Помешает ли Имре война и сражение забрать дракона на этот чёртов суд? Даст ли она ему отсрочку? Поможет победить островитян или останется стоять в стороне? Кто победит в этом сражении? Без магии, дракона, способного быть драконом и жечь корабли… Что будет? Мне оставалось только гадать, мерить шагами комнату, заламывать пальцы и пытаться хоть на немножечко взять себя в руки. Но так длилось до тех пор, пока замок не сотрясся от душераздирающего карканья. – Рарх! – я сама не верила своей радости. Абсурд, но ворон стал той волшебной оплеухой, которая смогла меня выдернуть из оков страха и панических мыслей. – Батр? Бросившись к дверям, я распахнула их и выглянула в коридор. Моего охранника не оказалось на его прежнем месте. Он отозвался издалека: – Оставайтесь в своих покоях! Всё в порядке. – прокричал противный мужчина, спешно удаляющийся от меня. Ага! Да сейчас же! Конечно же, я бросилась следом за Батром. Какая разница, в чьих покоях мне торчать? В своих или в хозяйских, у Тэовара? – Что это с ним? – настигнув мужчину у комнат дракона, я осмотрительно выставила ножку вперёд. Противный хотел захлопнуть двери перед моим носом. Я чудом успела! – Почему он каркает только сейчас? – Может, это у вас стоит спросить? – некрасиво пробасил Батр. – Раньше смирно сидел. Предводителя чует? Или послание передаёт? Что смотрите на меня так? Граф прекрасно знает, что это вы отправили послание своему отцу! Конечно, более удачной возможности для нападения дарийцев и быть не могло. Ничего, господин и гарнизон всё равно с ними разберутся! Хоть с драконом, хоть без него! – Вы что несёте?! – рыкнув, я вся сжалась и протиснулась в щель, юркнув в комнату графа. – Я ничего и никому не говорила! Ничего не передавала! Хватит этих фантазий! Оставив Батра позади, я шагнула к качающейся клетке, о частые прутья которой в каком-то немыслимом припадке бился ворон. Он издавал такие истошные звуки, что я невольно прониклась к нему жалостью и состраданием. – Ему больно! Вы не видите? Отпустите его. – обернувшись к дверям, я уставилась на своего охранника самым что ни на есть недовольным взглядом. Он хотел было мне что-то ответить, но его оборвал скрип открывшейся двери. На пороге застыл Кияр. В руках у лекаря был ключ и небольшой пучок трав. Он уставился на меня, как на приведение. – Сэйма? – Ему плохо, Кияр. Помоги ему. Ты же… – сомнения одолевали меня. – Ты же для это пришёл? – Я? Да. – заторможено отозвался несостоявшийся любовничек Сэймы. Заметил Батра и сник. – Я сейчас его усыплю, не волнуйтесь… Усыплю? – Ага. – с вызовом воскликнула я, бросившись к лекарю. – Держи карман шире. – выхватив ключ из его рук, я вернулась к клетке. Замок отыскался в нижней части клетки, с боковой стороны. – Я доложу графу! – Сэйма, зачем? Оно того не стоит. – одновременно с Батром заговорил Кияр. – Я читал записи в твоём дневнике… Ты… ты не такая. Ты не должна помогать своему отцу. Давай… Давай уедем? Сбежим? Прямо сейчас, душа моя! Ведьма рано или поздно снимет заклинание. Мы сможем укрыться… – Замолчи! – прорычала я. Не могла выслушивать и дальше этот бред. От “криков” ворона было жутко до одури. По ушам вдобавок бил звук ударов о клетку, что я пыталась открыть подрагивающими руками. Она ходила ходуном, мешая мне справиться с замком. – Да уймись ты, пернатый! Я тебя выпустить пытаюсь, заготовка ты для бульона! – не выдержав, я стукнула ладонью по клетке и злобно зыркнула на бьющуюся в агонии птицу. На крошечное мгновение в птичьих глазах сверкнул красный свет, а ворон остановился, замер, будто прислушиваясь. Но, увы, ненадолго. Вскоре он снова бросился на стены своей темницы, а я так и не успела открыть замок. – Уймись, я сказала! – рявкнула, вцепившись в замок мёртвой хваткой. Наконец-то он поддался. Ключ, сделав оборот, замер. Щелчок вселил надежду и уверенность в принятом решении. – Давай, открыто, – бормотала я, пытаясь привлечь внимание Рарха. Даже пошире распахнула дверцу клетки, но ворон словно и не видел, какой ничтожный путь ему нужно преодолеть на пути к свободе. – Рарх? – позвала я. Всякий раз я жмурилась и вздрагивала, как пернатое тельце билось о стенки клетки. – Ты ослеп? Что с тобой? – он меня не слышал. – Ну, паразит! Встав на четвереньки, я засунула голову в клетку, выставила вперёд руку и, особо не целясь, за что-то да схватила пернатое недоразумение. Перед глазами тут же встал серый туман. Сизый, вихрастый, он принимал в свои объятия один корабль за другим. Где-то прозвучали раскаты горна. Послышались людские крики и боевые кличи. Я падала. Стремительно и беспощадно. У меня были крылья, был могучий клюв и когти, впившиеся в меховую накидку на плечах мужчины, вооружённого обоюдоострым топором. – Сегодня я устрою пир для тебя и твоего народа. – неприятно хохотнул мужчина. Я всмотрелась в его лицо и заледенела от ужаса. Уродский шрам делил его лицо пополам. На переносице и верхней губе он выглядел особо страшно, бугрясь и расширяясь. – Ты в долгу у меня за своё освобождение, Рарх, но это не значит, что я не позабочусь о тебе и твоих подданных. Мы всех убьём на этих землях. Никто не скроется от нашего возмездия. Вернись на Айдэх на время боя. Сегодня мне больше не понадобится твоя помощь. Я клянусь, что меня от его руки будто какая-то неведомая сила оторвала и вышвырнула к синему-синему небу. Я так отчаянно махала крыльями, что моё сердце всякий раз с тревогой сжималось. Грань между видением и реальностью истончилась. Я готова была поклясться, что это я летела, пока меня не окатило ледяной водой. – Видите? Я говорил, в прошлый раз это помогло графине справиться с приступом. – под мой ошарашенный взгляд, Барнс взмахнул ведром у моего лица и склонился надо мной. – Госпожа, если вы уберёте птицу, то я смог бы помочь вам встать. Встать? Птицу?