Эпилог

— Сдавайтесь, пираты! — звонкий девичий голосок пронесся по палубе, заставив пассажиров, повидавших на своем веку (а кто-то и на двух сотнях прожитых лет) нервно дернуть острыми ушами.

И тут же раздался топот, и трое шустрых пацанов промчались мимо дивного посольства, которое мы везли в столицу из долины холмов с дипломатическим визитом. Наши тройняшки и пятилетняя лапочка-дочка повидали за свои семь лет куда больше, чем некоторые пилигримы за свою жизнь, и высокими надменными остроухими наших детей уж точно было не удивить.

А вот сами эльфы поражались, хотя и пытались это делать невозмутимо-сдержанно. В первую очередь — кораблю. Ему не было равных в мире по быстроходности и дерзости исполнения.

Мальчики меж тем пробежали хохоча, а следом за ними, волоча по доскам саблю, с деловым видом шествовала наша малышка — Мартарина Блэкторн, грозно оскалив зубы. И не важно, что пара молочных из нижнего ряда недавно выпала. Грозно. И точка.

А за маленькой леди и сорванцами резво скакал Секретериус.

Деревянный выбрал себе нового мага, и его особо не интересовало: устраивает ли подобный расклад самого чародея. Так что избавится от говорливого сундука было бы тяжело, но мы с Диего и не хотели. К тому же дубовый оказался и отличной нянькой для малышей, и помощником для их учителя.

Последний не поспевал за промчавшейся ватагой: похоже, наши детки только что сбежали с урока арифметики, и скоро от папы они получат за это выговор. Но пока ребятня упивалась свободой. А я могла лишь посочувствовать будущим преподавателям магической академии, куда спустя время отправятся эти юные маги-оборотни. Тройняшки-то точно же ими были, совершив год назад свой первый оборот, а с дочуркой было пока не ясно, унаследовала ли она вторую ипостась от отца.

Я сжала руками перила, глядя в голубую даль, когда ко мне подошел один из дивных и задумчиво произнес:

— На моей родине высшие дивные являются хозяевами холмов. Их величают лордами по названию этого самого холма.

— А какой он у вас? — поинтересовалась я, не отводя взгляд от горизонта и понимая: этому остроухому что-то от меня нужно.

— Кровавого вереска, — отозвался остроухий. — И ваш корабль тоже напоминает мне холм… Блуждающий в небе холм. Этакую крепость, удивительную в своем роде… И она дорога уже одной своей уникальностью. — Он на пару мгновений замолчал и как бы невзначай обронил: — Вы могли бы стать богатейшей семьей империи, реши продать нам это судно…

Так вот в чем дело. Дивно-ушлые пассажиры зря времени не теряли и пытались уже если не наладить связи, то что-то прикупить тишком.

Прежде чем ответить, я повернула голову туда, где на шканцах, у штурвала, сделанного из полированного драконьего ребра, стоял мой капитан. Мой муж. Диего. И как выяснилось только что, лорд блуждающего холма…

Судя по тому, как он хитро ухмыльнулся, черный волк прекрасно слышал нас с дивным разговор, но виду не подал.

Я вновь посмотрела на эльфа и ответила:

— Боюсь, что это не возможно. Капитан и его корабль неразлучны.

— Поверьте, золото может скрасить любую утрату…

Начал было остроухий, но я так улыбнулась, что он осекся.

— Вы, лорд, не поняли: без Диего судно не поднимется в воздух. Коробь черпает силы из моего мужа.

— Но он же не маг! — ошарашенно выдохнул дивный.

— Маг — это тот, в ком заключена сила. А в Диего ее с избытком, — отозвалась я, посмотрела в море, на волну, что бежала под килем корабля, и не стала пояснять послу, что та самая сила может быть разной. В том числе и от проклятия.

Да, когда дракон нес нас от Кироса, я завершила ритуал воскрешения, но как оказалось, связь, пусть небольшая, меж Кремнем и крылатым осталась. И сейчас темная силы служила во благо и несла моего мага, моего мужа, моего любимого и нас всех сквозь облака.

Эльф, же, услышав такой ответ, поджал губы и ретировался. А я подошла к Диего и прижалась к плечу того, кто полностью мне доверял. А я же восемь лет назад подозревала даже собственную тень. Но встретила одного капитана и влюбилась, рискнула положиться на него и… стала счастливой! И сейчас у нас с Диего были громкий корабль и тихая радость. Да, мы порой спорили до хрипоты, потом варили суп вместе. Но главное — всегда поддерживали друг друга, чтобы ни случилось.