Глава 30

«Вампиры не владеют символами и не могут посещать лакуны. Их магия имеет иную природу: сила её напрямую зависит от возраста вампира. Молодые особи способны лишь к мимикрии и быстрому передвижению, тогда как древние владеют магией крови и внушением».

(Из справочника по вампирам, раздел «Магические способности»)

На обратном пути я заглянул в тот пакет, что с компенсацией. Там оказалось десять пачек в банковской упаковке. Пачки были по сто рублей, то есть рублевыми купюрами. Выглядело это куда солиднее, чем было на самом деле. И мне казалось, что со стороны Беридзе это был изощренный намек, что я больше чем рубля не заслуживаю. Он мог приказать ту же тысячу выдать более крупными купюрами, но приказал так. Но я не в обиде: он мог вообще ничего не компенсировать, а отправить в чан по производству колбасы — и никто никогда бы не узнал, куда я делся. Но нагнетать не стал. Интересно, что у него там за лакуна под боком, в которую он никого не хочет допускать из магов. Для самих вампиров эта лакуна бесполезна они не способны в нее пройти.

Хоть я и собирался на тренировку, но при мне была слишком крупная сумма и большой пакет с колбасными изделиями, поэтому о тренировке пришлось забыть и возвращаться домой. С заездом домой я на нее не успевал. Может, и к лучшему? Пусть тренер отложит идею выставить меня на соревнования по причине моей неорганизованности.

Женя еще не уехала, дожидалась меня вместе с Тимохой. Оба они переживали, что со мной. При моем появлении Тимоха с облегчением выдохнул:

— Уф, а мы здесь гадали, как закончится встреча.

— Я тоже гадал, — проявился Каргин. — Успокоился, когда ты уже выехал.

— Не съели, хотя пытались, — признался я. — Рэм Павлович, такой вопрос. Меня не пустили в одно из помещений.

— Там лакуна, закрытая от посторонних.

— И что там дают, не знаете?

— Ходили слухи, что невидимость.

Мы только начали восторженно переглядываться, даже сказать не успели, что оно нам надо, как Каргин продолжил:

— Опять же по слухам, носителей этого символа вампиры прибили всех и закрыли доступ. Им не нужно, чтобы кто-то им владел. Кстати, и не факт, что там именно невидимость. Возможно, там что-то другое, а про невидимость намеренно распускают слухи.

Мы глянули по карте, которую за мое отсутствие Тимофей с Женей перерисовали полностью. Выходило, что лакуна там желто-зеленая. Опасность есть, но из таких, что мы можем преодолеть с помощью защитных артефактов и экипировки. Есть над чем подумать.

— А что от тебя хотел Беридзе? — спросил Каргин. — Ты так и не сказал.

— Угрожал, пытаясь выяснить, имею ли я отношение к исчезновению одного из его вампиров. Потом отправил ставить символы по мясокомбинату. Кстати, встреча закончилась с прибытком, — сообщил я. — Думаю, мы можем договариваться с Завражным об экипировке.

— Э-э-э?

— Мне выплатили компенсацию за то, что их представитель пытался меня подставить.

Я потряс пакетом и высыпал содержимое на стол. Десять пачек купюр по рублю произвели впечатление. Хотя пачки с пятерками или четвертаками смотрелись бы куда внушительнее. Но и так было неплохо.

— Тысяча, значит? — задумчиво сказал Тимофей.

— Да, как раз всем на экипировку хватит.

— Я не могу принять такое в дар, — сказала Женя. — Это неправильно.

— Неправильно, если тебя прибьют в лакуне, — возразил я. — А всё, что поможет нам усилиться, — это правильно. Эти деньги грязные, от них нужно избавиться побыстрее. Я не считаю их своими. Как говорится, легко пришло — легко ушло.

— Ничего себе легко! — возмутилась Женя. — Тебя в отделении милиции чуть не убили. А потом у вампиров.

— Жень, мы — команда. Каждый вкладывает по возможностям. Твоя книга для нас едва ли не больше ценна.

— Меня за нее не избивали.

— Это потому, что не видели, как ты ее сперла, — хохотнул Тимофей. — Ты сильно рисковала.

Женя вздохнула, наверняка подумав, что уворовывание макулатуры — это начала падения. И вообще, очень нехороший поступок. Очень уж она правильная временами бывает, а когда сделает что-то противоречащее собственной придуманной морали, всегда потом мучится угрызениями совести.

— Если вам интересно мое мнение, — сказал Каргин и замолчал.

— Разумеется, интересно, — ответил я. — Что вы хотели сказать, Рэм Павлович?

— Беридзе будет отслеживать, на что вы потратите эти деньги. И если вы планируете пробраться потом в их лакуну, для вас будет лучше, если он посчитает, что вы не заинтересованы в том, чтобы ходить по лакунам вообще. Получили кусок знаний, заработали на хлеб с маслом и икрой — и достаточно.

— А ведь и Завражный, и Харченко тоже могут стучать вампирам, — внезапно предположил Тимофей. — И если мы с кем-нибудь из них попытаемся договориться…

Теперь мы все трое смотрели на пакет с деньгами с подозрением. На первый взгляд пачки ничем не отличались, но если там стоят вампирские метки, то нужно как можно скорее унести их из дома. И потратить на что-то нейтральное. А что может быть нейтральнее, чем бытовая техника?

— «Вятка-автомат» и «Рубин»? — предложил я. — «Рубин» стоил 665 рублей, стиралка — 480. Итого 1145 рублей. С вампиров я получил 1100. 120 — с конторы после сдачи ингредиентов из лакун. То есть у меня еще 75 рублей остается. Ни на что из намеченного мной больше пока не хватит.

— А что наметил? — деловито поинтересовался Тимоха.

— Плиту и морозильник.

— О плите я и сам думал, — сказал Каргин с некоторой грустью, — даже проводку поменял. Но не успел купить.

— Зато я куплю. Еще один вызов — и мне как раз хватит.

— Богатенький ты наш буратино, — хохотнул Тимоха. — Давай я добавлю на нормальную плиту?

— Нет, не пойдет, — отказался я. — Дом мой, мне в него и вкладываться. Думаю, меня еще куда-нибудь позовут, и не раз, хватит и на плиту, и на морозилку.

— Тогда я тебе антенну куплю, будет подарок на новоселье, — предложил друг. — С этой всё равно ни хрена не видно.

— Не сквернословь, — возмущенно сказала Женя.

— Настоящий маг должен следить за словами и делами, да? — хмыкнул он.

— За словами вам точно нужно следить, если не хотите оказаться там, где я, — намекнул Каргин. — И еще вместо лакун я хотел предложить Роману проехаться по адресам, где раньше жили маги. Если кто-то остался в виде призрака, он может взять Евгению или Тимофея в ученики.

Одногруппники оживились и уставились на меня. Разочаровывать их я не стал.

— Тогда поехали прямо сейчас? — предложил я. — Чего тянуть? Нам же не нужно вычислять, где находится безопасное место. Быстро на мотоцикле прошвырнемся.

— У меня скоро дежурство, чтоб его, — расстроенно сказал Тимофей. — Но ты мне самого хорошего учителя подбери.

— Идет. Но преимущество будет у тех, кто едет лично.

Женя не удержалась и показала язык Тимохе, что совсем не соответствовало почетному званию советского мага. Его, конечно, нужно будет еще подтвердить, для чего я всем раздал необходимое количество активаторов, чтобы отслеживали уже сами это дело. Обсудив, выдавать ли активаторы кому-нибудь еще, мы пришли к выводу, что пока не надо — неизвестно, насколько пристально за нами наблюдают. Да и кандидатур у нас не было. Тот же Сашка наверняка потянет одеяло на себя, а то и стакнется сам с вампирами, решив, что они куда более перспективная контора для личностного роста — после ситуации с переселением и распространением о нас с Тимохой слухов веры ему никакой не было. А других кандидатур тоже не было. Не Пряхину же или Малышенко предлагать? Сделав последнюю магом, мы рискуем получить первую комсомольскую магическую ячейку. И это будет единственный плюс от привлечения Малышенко, если это вообще можно считать плюсом.

Мы уже совсем было собрались уходить, как телефон опять зазвонил. Оказался директор очередного склада с заманчивым предложением об обработке. Детали обработки и оплаты по телефону сказаны не были, только намеком прошелся, но я отказываться не стал. Потому как он прекрасно понимает: обманет — больше не приеду, и он потеряет больше. Времени обработка занимает немного, а сам склад нам по пути — чуть в сторону придется съехать с Бердского шоссе. Деньги, опять же, дополнительные. Глядишь, на плиту хватит, а там и на морозильник дособираю.

Выехали мы, как я и собирался, на мотоцикле. Женю я посадил в люльку. Шлем, разумеется, не забыл ей вручить, как и на себя надеть, и осторожно выехал на трассу. Водил я последний раз уже давно, так что выезд сразу на оживленную дорогу оказался довольно опрометчивым с моей стороны.

Понял я это сразу. Транспорта хватало. В основном автобусы с людьми, возвращающимися с работы, как муниципальные, так и предприятий. Приноровился к потоку я быстро, и если поначалу немного мандражировал, то минут через двадцать вел свой транспорт уже вполне уверенно. Я на своем личном мотоцикле чувствовал себя как кум королю — в точности, как говорил Стародубцев, когда описывал прелести жизни в отдельном доме с работающим отоплением. И хотя сейчас речь шла совсем не о доме, ощущения были близкими. Была бы еще защита от противного пронизывающего ветра, дующего прямо в лицо — вообще было бы прекрасно. Летом ветер в физиономию не страшен, но в минус он очень и очень неприятный. Но иначе мы бы с Женей не успели ничего. А так она развернула в своей люльке карту и командовала, куда поворачивать. Сама она, похоже, поездкой наслаждалась: вид имела довольный и головой вертела активно. И не жаловалась, что замерзла.

Первым делом мы, разумеется, заехали на склад. Склад оказался тоже продуктовым, причем по окончании работ с нами попытались продуктами и расплатиться, но я взял лишь пару килограмм хороших шоколадных конфет, остальное — исключительно деньгами. И подумал, что как-то неожиданно из студента, который считает каждую копейку, я превратился в довольно зажиточного человека. Практически буржуина сидящего на бочках с вареньем и ящиках с печеньем. После обработки этого склада у меня хватало уже и на плиту. Чем не повод для оптимизма? Так, рано или поздно, и на морозильник наберу. Правда, Каргин сказал, что, поскольку обработка не чаще раза в полгода, то ситуация с деньгами обычно описывается как «то густо, то пусто», поэтому стоит не всё тратить, а откладывать. Но у меня к этим доходам приплюсовываются еще ежемесячные: стипендия и та часть зарплаты, что не уходит на погашение кредита. Короче говоря, жить можно, причем неплохо. А откладывать смысла особого я не видел. Вон Каргин откладывал-откладывал, и что? Теперь ему эти деньги понадобятся разве что на оформление могилы своей и Изабеллы Германовны. О своем обещании я помнил, но заниматься этим придется уже по весне. Сейчас разве что Изабеллу Германовну подхоронить успеем к Каргину, и то, когда Рыжих согласует с ее племянницей. Сделать он это обещал.

После склада я был преисполнен оптимизма. Казалось, и остальное всё получится. Получилось только заправиться по дороге. Мы проехались по всем адресам, указанным Каргиным. И нигде не оказалось ни следа прежних жильцов. Каргин со всей тщательностью в каждом месте сканировал на призрачную активность и нигде не находил ни единого ее следа. Похоже, из всех прошлых магов Новосибирска в виде призрачных субстанций продолжают существовать только он и Изабелла Германовна. Конечно, еще существовал вариант, что призрак уже нашел ученика и к нему привязался, но нам в этом случае этот конкретный призрак тоже был бесполезен. Разве что он захочет поделиться какой-то житейской мудростью? Но сложный знак передать не сможет. А рассматривать его ученика в качестве нашего вероятного союзника тоже было бы неосмотрительно. Здесь человека, с которым бок о бок прожил несколько лет, узнаешь с нехорошей стороны, а совсем посторонний может преподнести такие сюрпризы, что всем будет только хуже.

К концу нашей поездки Женя выглядела расстроенной. Но Каргин сказал, что паниковать рано, мы еще по области не ездили. Может, там кто-то возьмется. Далеко, конечно, но зато учитель будет живой и помогать ученику много лет.

На последнем адресе Каргин сообщил, что чувствует присутствие вампира, хотя самого его не видит. На всякий случай мы отъехали подальше, после чего я уже начал расспросы:

— Вампиры тоже могут уходить в невидимость?

— Скорее мимикрировать, сливаться с тенями. Но он мог уйти до того, как мы подъехали, оставив только отпечаток пребывания — такое тоже бывает. После того случая я всегда отслеживаю их присутствие.

Уточнение случай не требовал: Аркашу я никогда не забуду.

— Меня научите это делать?

— Вампиры оставляют энергетический след, который я чувствую именно из-за своего призрачного состояния. Как это делать живому магу, не знаю. Но он там был не по нашу душу. Сейчас его не чувствую.

— Ну хоть так.

Иметь временный передвижной индикатор вампиров лучше, чем не иметь никакого, и хотя я тоже предпочел бы встроенный, но если для этого нужно умереть — это совсем не мой вариант.

— Это был последний адрес мага в Новосибирске? — уточнил я.

— Если не завелся кто-то новый, то да, — вздохнул Каргин. — Подумать только, сколько знаний оказалось утрачено.

Он еще раз вздохнул и замолчал, а я развернул мотоцикл к Академу. Нужно было завезти Женю домой и ехать домой самому. Нельзя сказать, что мы съездили напрасно. Как говорится, отрицательный результат тоже результат. К тому же мы узнали, что в городе действительно не осталось магов, кроме конторских. А с теми связываться — себе дороже.

Довез я одногруппницу до уже знакомой мне маленковки. Девушкаа вылезла из мотоцикла и собралась домой.

— Жень, конфеты возьми, — предложил я, протягивая ей один из двух килограммовых пакетов.

— Ты что! — возмутилась она. — Я это не возьму, это тебе ща работу дали.

— В качестве извинений перед твоей мамой за испорченные терки.

— Они уже не испорченные, папа их подправил. Всё, пока.

Она развернулась от мотоцикла, и тут к ней с громким лаем выскочила из подъезда Нюся. Хозяйке она обрадовалась, а на меня посмотрела с глубоким недоверием. Конечно, я не выкапывал ее лапами трупы, но присутствовал при этом и не воспрепятствовал творящемуся безобразию.

— Ладно, пока, — не стал настаивать я на том, чтобы она забрала конфеты. — Я поехал.

— А ну, стоять! — скомандовал выскочивший за Нюсей из подъезда мужик. Причем стоять он сказал не собаке, а мне. — Жень, это та твоя подруга, у которой ты ночевала?

— Я похож на подругу? — хмыкнул я в ответ. — Я Женин одногруппник.

— Ты похож на того, кто пудрит моей дочери мозги, — заявил он.

— Папа!

— Что папа? Кто о тебе позаботится, если не папа. Катаешься на мотоцикле с каким-то подозрительным пижоном, а у нас потом все терки портятся.

Нюся наконец определилась в своем отношении ко мне и поддержала хозяина рычанием в мою сторону.

— Папа, при чем тут вообще терки? — возмутилась Женя. — Роман вовсе не подозрительный тип.

— Мне лучше знать, подозрительный он или нет. Нюсе он тоже не нравится, между прочим.

— Потому что ты на него наезжаешь, — заявила Женя.

— Я на него еще не так наеду, если он тебя хоть чем-то обидит, — сказал Сидяков. — Нормальные парни сначала знакомятся с родителями своей девушки, а уже потом катают ее на мотоцикле.

— Женя — не моя девушка. Я ее просто подвез, — пояснил я.

— Просто подвез в город и из города? Вас на Бердском шоссе видели.

— У нас были в городе дела, — заявила Женя. — Или ездить в город теперь тоже подозрительно и я на то права не имею?

— То есть он действительно просто одногруппник? — с неожиданным разочарованием сказал Сидяков.

— Просто одногруппник, с которым у меня есть одно общее дело. С ним и еще с одним одногруппником. По этому делу мы и ездили в город.

— Третий вообще точно лишний. Знаешь, Жень, лучше бы у вас были дела не общественные. Ладно, Роман, извини за наезд. Без обид?

— Без обид, — подтвердил я.

Поскольку со стороны, наверное, наши встречи с Женей действительно выглядели подозрительно. Терки, испорченные, опять же, и Нюся, которая еще скалилась в мою сторону, но уже разочарованно, поскольку поняла, что драка отменяется и меня никто не будет бить.