Глава 18

С папой мы говорили долго, а я все не могла поверить в услышанное.

– Понимаешь теперь, что на Женьку ты обиделась зря? – под финал разговора мы уже переместились в гостиную, где с удобством устроились на диване.

– С одной стороны, да, – помолчав, была вынуждена признать, что я тоже немного перегнула палку, – а с другой… Знаешь, пап. Даже несмотря на все тобой сказанное, я не понимаю одной вещи.

Отец устало растер руками лицо и выжидательно посмотрел на меня.

– Если все действительно так, как ты говоришь, хотя это и кажется неким бредом, то почему Женя не рассказал мне правду сам?

– А как он должен был рассказать? Ну сама подумай, ребенок. Мужик с тобой наконец-то нормально познакомился, ты ему доверять начала и… И вот он вываливает всю эту правду и ты психуешь. Так?

– А в вашем варианте я не психовала? – возмущенно фыркнув, устало откинула голову на спинку дивана. – Нет, я определенно не готова сейчас продолжать наш разговор. Мне нужно все это переварить и хорошенько подумать.

После моих слов отец поднялся с дивана и неуверенно посмотрел на выход из комнаты.

– Марин?

– У-ум?

– Мне уехать в дом?

– Ты и так дома, – мне ничего не оставалось, как печально улыбнуться, и, кивнув, признать, что я тоже была неправа, – не мне выгонять тебя отсюда, пап.

Несколько стремительных шагов и отец уже прижимает меня к груди.

– Ребенок, оба мы… молодцы.

– Не оба, пап, – фыркнула под жесткий воротничок рубашки, – ой, не оба.

– Вынужден с тобой согласиться. Доброй ночи, Марин. Самых спокойных тебе снов.

Мягко поцеловав меня в макушку, папа отступил и, сжав еще раз плечи, первым вышел из комнаты.

Прохиндей Авдеев, как ловко все обставил, чтобы не видеть, что я ухожу от него. А что дело обстоит именно так, я даже не сомневалась. Дурацкие книги по психологии!

Утро выдалось пасмурным, да и настроение мое ему не уступало. Только в первый раз за месяц мое настроение было не самым радужным не по причине депрессии, а банально из-за того, что я не выспалась. Слишком много мыслей крутилось в голове. Слишком много пришлось осознать и попытаться принять. И надежда, упрямая стерва, подняла голову и не давала мне покоя. Что ни говори, но Женька был слишком хорошим, чтобы в него не влюбиться, а его проступок не настолько разрушительным, чтобы окончательно убить это чувство.

Да, если я решусь, осмелюсь дать нам шанс… Если он еще не отказался от идеи быть вместе… Слишком много если, но доверие это не то, что легко возвращается. А доверять мне теперь что отцу, что бывшему жениху – сложно. И вроде бы с папой обо всем поговорили, и я даже в чем-то понимаю мотивы, подтолкнувшие двух мужчин к обману, но это не значит, что их выбор и их поступок прошли бесследно. Увы. А может, и к счастью. Возможно, нам всем нужен был этот урок.

На кухне я удобно устроилась на подоконнике и, обхватив ладонями горячую кружку с чаем, смотрела на улицу. На соседний дом, что выглядел хмурым и недовольным сырой погодой. На деревья, что все больше скидывали свои листья, оставляя голыми макушки, на низкое хмурое небо и, неожиданно, на жизнерадостную синичку. Она сидела на краю кормушки, подвешенной кем-то на ветку, близко растущую к балкону нижнего этажа, и чистила перышки. Яркая грудка небольшой птички была самым прекрасным в этом оконном пейзаже.

– Ты чего на подоконнике кукуешь? – хриплый ото сна голос отца заставил меня вздрогнуть.

– А ты чего не на работе? – повернувшись к нему, удивленно вскинула брови.

– Я за этот месяц так наработался, что решил хоть одну ночь поспать по-человечески.

С ума сойти! Чтобы мой папа, да наплевал на работу? Медленно отставив кружку, я слезла с подоконника и, подойдя к отцу, потрогала его лоб.

– Ты чего, – он поднял глаза, следя за моей ладонью, – что там у меня на лбу?

– Ничего, – тихо хмыкнула, – но думала, что ты заболел.

– Да ну тебя, шутница, – меня как-то лениво и очень мягко пихнули в плечо, и, зевая и потягиваясь, папа потянулся к кофемашине. – Какие планы на день?

– Сегодня, видимо, никаких. Запись в салон на завтра, в субботу встречаюсь с бывшими одногруппниками, а сегодня…

– С Женькой пообщаться не хочешь? – папа кинул на меня лукавый взгляд через плечо, но я не поддалась на такую явную провокацию.

– Не знаю, – пожав плечами, вернулась на подоконник. – Я вообще очень сложно представляю сейчас наше общение и как его начинать. После тех недель, когда я не знала, кто он, и больше месяца тишины… Не знаю, па. Не торопи меня.

– Ну нет так нет, – на удивление легко пошел на уступки отец и не стал настаивать, – тогда, может, как раньше вместе кино посмотрим, что-нибудь приготовим, ну и просто…

– Побудем вдвоем?

– Да!

Раньше такие дни были настоящей отдушиной для нас. Правда, в основном мы их проводили за городом, в доме. Закрывались от мира, папа выключал телефон и мы как будто знакомились каждый раз заново. Обсуждая все на свете, делились мыслями, планами, мечтами и проблемами. Сегодня? Наверное, это было идеальным решением. Нам действительно нужно знакомиться заново. Мне учиться доверять, папе – не давить. Ну что ж, попробуем!

К моему огромному удивлению, все прошло изумительно. Не без шероховатостей, но гораздо лучше, чем я думала. Когда мы готовили вредную, но очень вкусную запеканку с фаршем под соусом бешамель, я без зазрения совести нарисовала остатками соуса на лице отца усы как у барона Мюнхгаузена, а он в ответ дотянулся до моей попы полотенцем. Не больно, но возмутилась я весьма себе искренне, из-за чего на щеках родителя остались мучные следы моих ладоней. А вот нечего тут мне!

Смеясь и подначивая друг друга, мы выбирали фильм, и, о, ужас, папа выбрал романтическую комедию! Не какой-то боевик, не что-то про финансовые махинации и даже не про обаятельных жуликов, а сопливо-ванильный фильм про любовь. Ну вот из тех, где обязательно все хорошо заканчивается, несмотря на все препятствия.

– Да ты издеваешься, – хохотала я, спрятав лицо в ладонях, – па, это же старье!

– Тшш! – шикнул он на меня с раздражением. – Я открываю для себя новый жанр.

– О господи, па-а-а, ты и полчаса не высидишь!

Но он не только высидел, но даже ближе к середине фильма прекратил отпускать язвительные комментарии себе под нос и, кажется, действительно втянулся в историю любви двух незадачливых героев, а уж когда в конце герои встретились после вынужденного расставания, он и вовсе в сердцах выкрикнул:

– Да хватит уже болтать, целуй ее, болван!

Так искренне у него это получилось, что мне захотелось предложить ему холодного пива, а на шею накинуть шарф с изображением “команды” в виде мужского персонажа фильма.

– Да я смотрю, тебе понравилось, – не сдерживаясь, подтрунивала над ним, – может, еще один?

– А давай, только не настолько слащавый, найдешь?

– Да легко!

Открыв перечень подобных фильмов, пробежалась взглядом по предлагаемому списку ТОП-100 и выбрала фильм, над которым сама не единожды ревела. Нет, ну а что, не настолько слащавый, однозначно!

В общем, что я могу сказать, последнее, что я ожидала, это что отец будет утирать скупые мужские слезы под конец истории и, крепко меня обнимая, приговаривать:

– Вот таких сказок нам не надо, Марин, поняла? У моей принцессы должна быть история со счастливым финалом, ясно тебе?!

– Ну, вообще-то у фильма довольно-таки хороший финал. Да, героиня умерла, но зато герой познал и счастье, и любовь, и понял, что жить, как робот, без эмоций, отдаваясь работе и не оставляя времени на то, чтобы просто наслаждаться жизнью – это неправильно.

– Иди ты, на фиг, дочь моя! В смысле, пойдем на кухню накладывать еду и включим что-то веселенькое. Я чет старею, сентиментальным становлюсь. Ну их, эти ваши кино про любовь!

В конце дня я точно могла сказать, что “женские фильмы” это испытание не для каждого сурового мужчины.

А на следующий день, встав утром с улыбкой, я собралась и убежала в салон. Мне предстояло часа четыре всяких приятностей. Потом я собиралась заглянуть в любимый семейный ресторанчик, где кормили очень вкусно, а главное, атмосфера была очень уютной. Папа давно уже уехал в офис, оставив записку, что Володя в полном моем распоряжении. Володя так Володя, решила я и вызвала такси. А вот не хочу я обсуждать свое примирение с отцом. Не хочу и не буду.

***

В салоне я провела без малого пять часов. Вышла оттуда довольная и с улыбкой на губах. Все-таки что ни говори, а девушкам себя баловать надо. Особенно если ты после переживаний и одиночества. Тут тебе и красоту наведут, и психологами поработают. И свои истории неудавшихся отношений расскажут, и твою послушают, даже если она была слегка изменена. Ладно, изменена она была сильно, но не рассказывать же, в самом деле, что я как дурочка собиралась выходить замуж, совершенно не зная, как выглядит мой жених. Поэтому про свадьбу было просто сказано, что пришлось ее отложить. А себе сделать мысленную пометку, что измена любимому салону не самая плохая идея.

В ресторанчик я добиралась пешком. Пара кварталов, повернуть на перекрестке налево и пройтись еще десять минут – не так уж и долго. Тем более дождя не было, а тонкое, но теплое пальто не давало мне замерзнуть.

В зал семейного ресторана я зашла румяная и голодная. Замечательно выгодный посетитель. Тихая музыка, чуть приглушенный свет, столики, отделенные друг от друга перегородкой, уютная, почти домашняя атмосфера. Семейным этот ресторанчик был не потому, что сюда любили ходить с детьми, а потому что принадлежал он именно семье, да и работали тут в основном многочисленные родственники из огромного греческого “клана”.

– Добрый день, – поздоровалась со мной администратор, – столик?

– Да, если можно, максимально уединенный, но рядом с окном.

– Конечно. Прошу за мной.

Миловидная девушка в строгом брючном костюме, с вежливой улыбкой и шикарными черными волосами повела меня к самому дальнему угловому столику у окна. И правда, максимально уединенное место.

Заняв свое место, я с удовольствием заказала горячий чай с имбирем и потянулась к меню. На улице мимо широкого окна куда-то спешили люди, но я точно знала, что они меня не видят. Отличное покрытие было на стеклах. Максимум, что можно было рассмотреть с улицы, это свое отражение в стекле и смутные силуэты. И вот тут я была полностью согласна с дизайнером этого места – кушать, когда кто-то за тобой наблюдает с улицы, удовольствие, прямо скажем, на любителя.

Спустя час, когда я уже доедала свой врасто и с удовольствием представляла себе, как перейду к порции мяса на кости, у меня появился сосед. Неожиданно.

– Добрый день, можно присесть за ваш столик? – глубокий мужской, а главное, хорошо знакомый голос заставил меня медленно поднять голову.

– Добрый, – вежливо кивнула, жадно всматриваясь в черты лица Жени, – а что, в ресторане закончились свободные столики?

– Нет, – дрогнувший в намеке на улыбку уголок губ привлек мое внимание, – но девушка, которая мне очень понравилась, сидит именно за этим столиком.

Ну, папа, спасибо, удружил. А главное, опять все сделал по-своему!

Откинувшись на спинку мягкого дивана, я вежливо кивнула на место напротив себя. Женя быстро опустился на диванчик, и, заказав официантке крепкий черный кофе, представился:

– Евгений Новиков. Директор российского филиала международной фирмы “Nova”, тридцать один год, не женат. Люблю отдыхать на природе, увлекаюсь фильмами про животный мир и с недавних пор полюбил свежую морковку.

– Ого, – откровенно говоря, вот такого приветствия я ожидала меньше всего, но быстро включилась в его игру, – как много информации.

– Да, – кивнул Женька, не сводя с меня серьезного взгляда, – видите ли, вы мне действительно понравились, а в прошлом у меня был опыт отношений, которые рухнули из-за моих недомолвок. На ошибках я предпочитаю учиться, а не повторять их.

– А те отношения, – прищурившись, посмотрела на Женю, – может, стоило попытаться наладить их, а не торопиться знакомиться с другой девушкой?

– Я пытался, – мужчина на секунду прикрыл глаза и мне вдруг стало видно, что за последний месяц он сильно похудел, – правда пытался, но любимая женщина не хочет мне дать второй шанс.

– Так, может, это просто не ваша женщина, – припомнила ему его же фразу.

– Моя, – Женька тяжело вздохнул и печально улыбнулся, – я даже сам не понимал, насколько она моя, пока не увидел, как она от меня уходит.

– Интересно. Вот только зачем вы мне это рассказываете?

Взяв себя в руки и приложив максимум усилий, я постаралась вернуться к своему обеду.

– Знаешь, каково это, смотреть, как твоя женщина уезжает от тебя в слезах? – Женя заговорил спустя минут пять, и голос его был … Странным, – Да куском говна ты себя при этом чувствуешь! И больше я так себя чувствовать не хочу. Слишком хороший урок мне преподали.

И столько чувств было в этой фразе, столько эмоций, что мне не захотелось продолжать нашу игру в знакомство.

– Не тебе одному, Жень, не тебе одному.

Вздохнув, я отодвинула от себя тарелки с недоеденным вторым и так и не начатыми закусками, и обхватила ладонями чашку с чаем. Говорить я не знала что, грустить не получалось. В мыслях полный сумбур, а упрямая надежда уже нашептывала свое “просто попробуй довериться ему еще раз”.

– Как ты нашел меня? – повернувшись, посмотрела на Новикова.

– Не поверишь, но наша встреча совершенно случайна, я просто зашел выпить кофе, администратор меня провожала к столику и я обернулся. Просто обернулся, когда проходил мимо, и дальше уже идти не мог. Прости, что нарушил твое уединение.

Женя, судя по всему, собрался уходить, но мне вовсе не этого хотелось. Точнее будет сказать, мне совсем этого не хотелось.

– Останься… Если хочешь.

Новиков на мгновение замер, внимательно глядя на меня, а потом, что-то тихо буркнув себе под нос, все же поднялся со своего дивана. Только вместо того, чтобы уйти, он сел рядом со мной и, поймав мою ладонь, бережно сжал.

– Прости меня, Марин. Я очень-очень сильно перед тобой виноват!

– И ты… – голос неожиданно охрип и мне пришлось прокашляться, – ты тоже меня прости. Я должна была тебя выслушать, а не прятаться за своими обидами.

Женька порывисто меня обнял, укрывая от всего мира в надежных объятиях, а я… А мне… Мне вдруг стало так хорошо, а главное, правильно, в его руках. Да, пожалуй, второй шанс нам обоим необходим.