Глава 24

Я плыла в тумане, не понимая где верх, где низ. Только это был какой-то странный туман: белый, плотный, как молоко, и пах он свежестью, будто только что прошел дождь и теперь светило яркое солнце. В нем не было влажности, наоборот, он был как пух, но гораздо более густой, чем обычный туман, настолько, что я даже не увижу пальцев своей руки, если ее протянуть.

Или увижу? Интересно… Попыталась вытянуть руку, но она застыла, будто мошка в янтаре, не желая подчиняться. Дернула раз, второй, но бестолку. И все тело словно одеревенело. Я не могла двинуть ничем, даже веками, даже скосить глаза.

Я запаниковала. Если это и есть смерть, то я на такое не согласна!

Мое одеревеневшее тело, когда паника достигла своего пика, вдруг резко потащило вниз, в темноту. Но я не могла и не хотела сопротивляться. Пусть лучше окончательно умру, чем это!

Сначала я почувствовала, как кто-то трогает мои волосы. Потом поняла, что меня гладят по голове, аккуратно, размеренно, словно занимаются этим уже некоторое время. Захотелось открыть глаза, посмотреть, кто это. Мама? Только она так делала… Когда-то… Но что она здесь делает? И здесь — это, собственно, где?

Я резко распахнула глаза и тут же зажмурилась от нестерпимо яркого света.

— Фрея, ты очнулась? — тут же спросил мужской голос. Знакомый, но точно не брат, тогда кто?

“Гивард!” — мелькнула догадка через пару мгновений.

— Убери свет, — попыталась сказать я, но, кажется, получилось какое-то мычание.

— Леди Да Нарей, откройте глаза, — на этот раз мужской голос был мне незнаком, но почему-то такому тону даже не пришло в голову не подчиниться. И я не задумываясь опять распахнула веки. Тут же перед внутренним взором заплясали цветные круги, и я принялась усиленно моргать. Только через несколько секунд мне удалось наконец хоть что-то увидеть.

Во-первых, в комнате было вовсе не солнечно, как мне показалось вначале, а довольно сумеречно, учитывая закрытые шторы и только один осветительный артефакт на тумбочке. Во-вторых, рядом со мной, на постели сидел Гивард, а в изголовье стоял какой-то пожилой мужчина со знаком змеи, кусающей свой хвост, на груди. Уроборос — знак высших целителей, знак магов жизни.

Что тут делает тот, кто вытаскивает людей с того света?

— Как вы, леди Да Нарей, можете говорить? — осведомился тот, а Гивард продолжил гладить меня по голове, будто делает это машинально, не задумываясь.

— Я-а-а… — попыталась что-то выдавить из себя я, но чуть не задохнулась от волны боли, прошедшей по всему телу.

Мужчина нахмурился, тут же положил мне в ноги какой-то артефакт, а сам бросил обжигающую технику. Теперь хотелось орать от уже невыносимой боли ожога, которая схлынула через секунду, как не было.

Пока я пыталась отдышаться, по мне прошлись еще диагностом, и лицо мужчины немного разгладилось.

— Вот теперь точно помогает, — будто бы продолжив прерванный разговор, сказал тот Гиварду. Потом повернулся ко мне: — Миледи, теперь вы можете ответить?

— Я… — попробовала пошевелить своим обожженным только что языком, но тот на удивление слушался, совершенно не болел и вообще вел себя так, будто никакого ожога не было. Так что я неуверенно продолжила: — Я… Больно…

В глазах сами собой навернулись слезы от неожиданной жалости к себе, от слабости и от непонимания, что вообще происходит.

— Прошу прощения, Леди Да Нарей, но чтобы зарастить все ваши переломы, разрывы мышц, сухожилий, а, главное, магических каналов, подобные процедуры придется провести еще раз десять, не меньше.

Вот лучше бы он этого не говорил, честное слово!

— Что произошло? — спросила я, когда целитель вышел, тактично дав мне некоторое время, потому что слезы и не думали останавливаться.

— Ты попала в магический прибой и не смогла выбраться, — тихо ответил мужчина, все еще поглаживая мои волосы.

Картинки произошедшего тут же калейдоскопом закрутились в моей голове.

— Я не не смогла выбраться, — медленно произнесла я, — мне не дали выбраться.

Гивард помог мне сесть, точнее полулечь, заботливо подоткнул под спину подушку, укутал одеялом. Посмотрел как-то странно, но я не поняла, как именно, а эмоции были надежно скрыты за артефактом.

— Ты можешь сейчас все рассказать? Я понимаю, что тебе больно, но это может быть важно.

— Все нормально, — мотнула головой. Мне было сейчас не то чтобы прямо больно, но слабость дикая, граничащая с полуобморочным состоянием. А уж если усилия прилагать, любые, хоть руку протянуть, тогда да, тогда боль. — Говорить — это сейчас все, что я могу.

— Если почувствуешь, что состояние ухудшается, обязательно скажи, я позову целителя.

— Чтобы он меня мучил? — невесело усмехнулась.

— Прости, но это необходимо. Ты чудом вообще выжила. Было столько повреждений, что я боялся тебя не донести до Острова.

— Так это ты меня спас? Но зачем?! — спросила я, но видя, как нахмурился Гивард, поспешно добавила: — Ты мог погибнуть вместе со мной, ты очень рисковал. Не стоило…

— Ты будто не рада? — он погладил меня по щеке, все еще хмурясь.

— Рада, еще как рада, — уверила я и потерлась об его руку. Сама не знаю, зачем, просто захотелось. Я и так сегодня чуть не погибла, имею право на маленькую слабость. — Просто… Спасибо, но… не стоило так рисковать.

— Фрея, ты моя, я за тебя отвечаю. И честно говоря, обеспечить твою безопасность у меня как-то не очень получается… — он криво усмехнулся.

— Ты не виноват. То, что произошло вчера и сегодня невозможно было спрогнозировать.

— Вчера и сегодня? Фрея, прошло два дня, — серьезно посмотрел на меня Лан Кейнер. — И все это время ты боролась за жизнь. Лишь несколько часов назад твое состояние немного стабилизировалось, но еще до конца не ясно, что будет с твоей магией.

Я резко попыталась сесть, но голова закружилась, и я рухнула обратно на подушки, кривясь от боли во всем теле. Интересно, у меня есть хоть одна не порванная мышца и не сломанная кость?

— К-как?..

— Ты слишком перенапряглась, пытаясь выбраться, видимо, большую часть потоков просто разорвало. Благодаря своевременному вмешательству лекаря, их, конечно, удалось зарастить, но пока не все. Ты слышала его, еще не менее десяти сеансов. И только после этого можно будет сказать…

— Прогнозы?

— Сдержанно оптимистичные. Повреждений, конечно, много даже для дракона, но ничего непоправимого на взгляд целителя нет. С магией сложнее. Она — леди капризная, и не всегда подчиняется законам здравого смысла и логики, но есть большие шансы на успех. Правда, придется потерпеть.

На это я только кивнула, чуть прикрыла глаза. Терпеть эту испепеляющую боль ради быстрого заживления повреждений, которые и так рано или поздно заживут — это одно. К такому экспресс-методу лечения я не готова. Но если это нужно, чтобы восстановилась магия — это другое дело. Совсем другое.

А ведь Гивард от меня откажется, если она не восстановится. Кому я тогда вообще буду нужна? Хорошо если брат обратно примет. А если нет?

— Фрея, только не плачь, — мужчина аккуратно приобнял меня за плечи, поцеловал в макушку. — Все будет хорошо, ясно?

— Ясно, — я шмыгнула носом.

— Вот и не надо раскисать. А то твоя горничная увидит, что ты плачешь и задаст всем тут трепку.

— Масель? — я от удивления аж глаза распахнула.

— Нет, конечно, Абигейл.

— Она здесь?!

— Я же обещал. Подумал, ты будешь рада.

— Спасибо! Ты себе не представляешь, насколько! — я мечтательно улыбнулась, уже представляя, как обсужу с ней все-все-все! — Постой, ты связался с моим братом?

— Связался, — Гивард опять нахмурился. — Он хотел бы нанести нам визит, когда ты пойдешь на поправку. Но давай об этом позже. Сейчас постарайся как можно подробнее рассказать, как это все произошло.

Во время моего монолога мужчина хмурился все сильнее, кое-что уточнял, но в целом я и так максимально подробно все рассказала. Жаль, но я не видела того, кто утянул меня в туман. И опознать дракона, не давшего мне выбраться, я тоже не могу.

Темный… Да темный окрас у всех драконов смерти, коих тут довольно много, у менталистов, магов земли, даже у водников и огневиков бывает темно-синяя и темно-красная шкура. А снизу из тумана оттенок я даже угадать не берусь. Пожалуй, только маги жизни и воздуха вне подозрений. И то, если они обладают этими силами в чистом виде, а не в смеси с какими-нибудь еще.

В общем, из меня получился отличный свидетель!

— Милая, — Гивард во время моего рассказа прилег рядом со мной и теперь обнимал и крепко прижимал к себе.

А я что? А я грелась в теплых объятиях и боролась со сном. И даже никакой неловкости не испытывала, хотя казалось бы, мы недавно впервые переспали и даже не успели поговорить после этого. Но ощущение, что это было так давно…

— Милая, — повторил мужчина, привлекая мое внимание, — а ты не видела, тот менталист, который тебя допекал, был рядом в тот момент, когда тебя утащили в туман? Я имею в виду, ты его прямо перед этим видела.

— Хм… — Я задумалась на какое-то время. — Нет, прямо перед нападением я его не видела. Думаешь, это он?

— Не знаю, пока рано делать выводы. Но в этот раз тебя точно хотели убить, а не похитить, — углубившись в свои мысли, ответил Лан Кейнер.

— Что могло измениться за сутки? Возможно, меня хотели похитить для чего-то, а потом я стала им не нужна. Гивард, за это время изменилось только одно… — я посмотрела на него, потом смутилась.

— Ты имеешь в виду, что мы переспали, и ты неведомым похитителям стала не нужна?

— Угу… — отвернулась, ощущая, как лицо и шея покрываются красными пятнами от стыда. Как-то это предположение в моей голове имело более нейтральный окрас.

— В этом есть логика, конечно, — мужчина поцеловал меня в висок. — Но честно говоря, более вероятна версия, что сначала меня хотели тобой шантажировать, а потом решили отвлечь твоей смертью.

— Отвлечь? — я фыркнула. — Надолго бы ты не отвлекся.

— Не говори так.

— Но это правда, Гивард. Я верю, что ты бы переживал и сожалел, но вряд ли бы пренебрег своими обязанностями. Не думаю, что скорбь по мне была бы такой силы, что ты полностью забросил бы свою работу.

— Фрея… — он хотел мне что-то сказать, но в последний момент передумал, тяжело вздохнул. — Ты упускаешь один важный момент: от работы меня вполне мог отвлечь твой брат.

— Клеон? Постой, ты хочешь сказать, что таким образом вас пытались столкнуть лбами? — я задумалась. — Нет, ерунда. Все было обставлено как несчастный случай, в котором никто не виноват.

— Но зная наши непростые отношения с Да Нареем…

— Ты думаешь, он мог бы потребовать за меня виру?

— Я думаю, он ради тебя и войну бы развязал. К тому же, есть кое-какие намеки на то, что его к этому подталкивают.

— Ты о чем? — недоуменно посмотрела на Гиварда. — Клеон хозяин артефактного острова, где вы можете пересекаться?

— На самом деле, ты в чем-то права. Мы не работаем вместе, потому что на Острове Да Нареев производится только один вид артефактов — противоментальные. В этой сфере они же лучшие исследователи. Но дело в том, что у меня некоторый конфликт с представителями одного из промышленно-артефактных островов и их ставленниками в Совете…

— А поскольку они сами напасть не могут, они подзуживают других? — тут же ухватила я мысль Лан Кейнера. — Если смотреть с этой точки зрения, то подобные действия не лишены смысла. Они похищают или убивают меня, а Клеон, если и не объявляет тебе войну, то создает массу неприятностей, на которые ты вынужден отвлекаться. Отвлекаться от того дела, которое невыгодно этим людям из Совета?

— Примерно так. Тебе никто не говорил, что ты умница? — мужчина улыбнулся.

— Нет, не говорил, — вздернула носик я.

— Ты умница, — Гивард поцеловал меня в висок, потом аккуратно коснулся губ, но тут же отстранился.

— И что теперь делать?

— Защищать тебя и мириться с твоим братом, — пожал плечами он. — Как я сказал, Да Нарей очень хотел тебя видеть. Он с женой и сыном прибудет сюда через несколько дней.

По идее, я должна была бы обрадоваться, но… Нет, я хотела их увидеть, но во-первых, я беспокоилась за безопасность Анны и племянника. За брата я так не волнуюсь, он сам кого хочешь заставит волноваться. А во-вторых, мне все еще было стыдно из-за моего положения в этом доме.

Хотя это глупо и никто не виноват, я знаю. Только от этого знания легче как-то не становится.