Эпилог

— А теперь, согласно завещанию барона…

Я прерываю адвоката, заходя в библиотеку своего родового дома именно в тот момент, когда нечистый на руку чиновник уже собирается самым наглым образом отдать мое наследство брату.

— Кхе-кхе, — демонстративно покашливая, подхожу к столу, — не спешите, неуважаемые.

Брат поднимается с кресла, в котором сидел, и делает в мою сторону угрожающее движение, но тут вслед за мной в библиотеку заходит Дарвилл, и братец-кролик моментально поджимает хвост, почти упав на диванчик.

— Насколько я помню, в завещании отца есть условие, согласно которому, я должна к этому времени быть владелицей доходного дела. Так вот, — бросаю на стол перед мерзким адвокатишкой документы о моем бизнесе, — я теперь единственный поставщик лавандового мороженого для королевского двора. У меня более сотни работников (тут я тактично умалчиваю тот факт, что девяносто девять из них — ведьмы), крупный магазин в Саусвилле и я планирую расширяться, уже договариваюсь о покупке помещения для производства в столице.

— Надеюсь, это достаточно прибыльное дело, чтобы получить наследство? А да… и еще, я пришла ровно день в день, как и было указано моим отцом в документе и о чем вы умолчали, хотя обязаны были сообщить это дополнительное условие. Ведь если бы я приехала завтра, было бы уже поздно. Хорошо, что у меня есть знакомый адвокат, который рассказал подобную мелкую, но очень важную деталь.

— Да, думаю, госпожа…

— Леди Нэйт, — поправляю адвоката.

— Думаю, леди Нэйт, вы полностью соблюли все условия и можете считаться полноправной наследницей барона Сайруса, вашего отца. Я сейчас поставлю все нужные подписи и печати.

— Можете не спешить, — берет слово мой муж. — Как раз через пять минут подойдут дознаватели и отвезут вас с господином Драги в соответствующее здание.

— На каком основании⁈ — тут же подает голос братец, вскочив и загнанным взглядом посматривая в сторону двери.

— О, тут у меня целый список. Подлог документов, мошенничество, воровство, попытка нападения. Ну и уверен, вы сами много чего интересного расскажите, когда вами займутся соответствующие органы.

— Я не намерен это терпеть! — вопить брат и в два шага устремляется к двери, которая в это же мгновение резко открывается, хорошенько вломив его прямо в лоб.

Братец падает без чувств на пол, адвокат визжит, как малолетняя девчонка, я же нежно улыбаюсь мужу, который аккуратно закрывает прекрасно сработавшую дверь.

Когда приезжают дознаватели, мы передаем им в руки рыдающего адвоката и все еще бессознательного Алесандро, сами же выходим из особняка, надежно закрыв его на замки. Мы уже давно решили, что будем продолжать жить в замке мужа, но на зимние праздники приезжать сюда.

— Болезнь уже почти исчезла, — говорит муж, когда мы медленно прогуливаемся в сторону гостиницы, где нас ждет экипаж, чтобы дать Горафу инструкции. — К счастью, осталась последняя деревня. Думаю, придется брать с собой стражей, вряд ли тамошние жители поверят в твое чудо лечение.

— Надо — возьмем, — смеюсь, переплетая пальцы наших соединенных рук.

К чести Дарвилла, он стойко воспринял новость о том, что я могу вылечить всех от неизвестной болезни бушующей по деревням и гарнизонам, но для этого пациенты должны раздеться до исподнего и стоически терпеть, пока я буду хлестать их прутиком.

Ну а тех ретивых мужчин, которые порываются раздеться совсем, Дарвилл лечит самолично. Сначала выписывает хороший подзатыльник драконьей пятерней, а потом уже контуженного бедолагу стегает лозиной. Должна сказать — метод действенный. Желающих оголиться до самых срамных мест с каждым днем все меньше.

Даже не верится, что мы знакомы с мужем всего год. Хотя… учитывая нашу давнюю историю, то чувство единства, которое с каждым днем только растет между нами — вполне объяснимо. Вэнк уже четко дал понять Вите, что видит в ней истинную пару, моя старшая дочь пока что делает вид, что ей не интересно, но я-то вижу, как блестят глаза мелкой ведьмочки.

Алия с тех пор, как ее маманя сгинула — заговорила. Сначала по слову, а потом и целые предложения стала говорить. Сейчас, спустя почти год, болтает без умолку. И только по ночам ее иногда еще посещают ночные кошмары. Тогда она приходит к нам с Дарвиллом в спальню, укладывается между нами и спокойно засыпает, уверенная, что мы не дадим ее в обиду. К счастью, подобные ночевки бывают нечасто, так что дракон скрипит зубами из-за невозможности меня обнять, но терпит.

— Ты не передумала? — опять спрашивает Дарвилл.

— Нет, конечно!

Мы выходим на широкую поляну за воротами города и муж, улыбнувшись мне немного смущенно, обращается. Да, я уже видела его дракона. Он прекрасен! Но лететь вместе мы будем первый раз. Дарвилл давно обещал, но все отнекивался, пока я его не додавила окончательно. Так что сейчас с нетерпением умащиваюсь на широкой, горячей спине, вцепившись, как учил муж, руками в костяные наросты на теле прекрасного животного.

— Я готова! — говорю, стараясь улыбаться не так сильно, а то уже болят щеки.

Дракон взлетает с разбега. Несколько довольно неловких шагов, и вот мы уже отрываемся от земли, взмывая под облака. Я визжу от адреналина и восторга. От счастья! Это просто нечто! Ни с чем не сравнимое ощущение!

— Я люблю тебя, — кричу, обнимая дракона и слыша, как он урчит в ответ.

Пожалуй, я пока подожду рассказывать мужу новость, а то после нее он уже ни за что не будет меня катать, трясясь над здоровьем моим и возможного наследника. Хотя… меня уже просветили, что у ведьм первыми рождаются девочки. Но я уверена, нам обоим все равно, какого пола будет малыш. Главное — наша немаленькая семья станет еще на одного ребенка больше!

История Алексы и Дарвилла закончилась!