Глава 8
— Даже быстрее, чем я ожидал. — Врач с любопытством посмотрел на Андрея. — Можем снять гипс, хотя…
— Снимаем! — Мамаев решительно кивнул. Перелом руки оказался без сюрпризов, кость и правда срослась быстро. — Про упражнения и физиотерапию я понял.
— Уверены? На руке нужно носить компрессионный трикотаж, чтобы снять отек.
Врач продолжал говорить, но Андрей особо не вслушивался, его мысли убежали далеко вперед. У него через сорок минут совещание в офисе, а он еще не видел Ладу…
— Вот и отлично! Будьте осторожны с рукой. Не забудьте ко мне через неделю заглянуть. Все равно же здесь будете.
Андрей кивнул. С момента аварии прошло уже три недели, а он сюда как на работу ходит, каждый день, ну или почти каждый день. Дел под Новый год навалилось столько, что никакого продыху нет. И еще он безумно скучал по Ладе, ему было невыносимо видеть ее беспомощной и растерянной. На его глазах она училась жить заново. Он возненавидел белые больничные стены, которые отныне всегда будут ему напоминать об этой чудовищной аварии, в которой он — насмешка судьбы — физически особо не пострадал. А вот Лада…
— Физиотерапевт будет приходить ко мне каждый день, плюс самостоятельно буду разрабатывать руку, — терпеливо проговорил Мамаев. — А теперь мне пора.
Он шел к Ладе, намереваясь ее порадовать. Он всегда любил делать ей приятно, иногда ему казалось, что для него это важнее, чем для нее. Хотя что-то, а ценить заботу и искренне ей радоваться его невеста умела. Она не говорила ему, но он чувствовал, что Лада успела возненавидеть эти белые стены ее палаты с такой же силой, как и он. Слишком сильная и деятельная, чтобы покорно лежать пусть и в хорошей, но и больнице. Ладу пора забирать домой. Он уже все обдумал, посоветовался с ее врачами. Еще несколько дней, максимум неделя, и он увезет девушку в свою квартиру, где все будет готово к ее приезду. Он даже успел собеседовать двух сиделок и трех медсестер. Все будет хорошо!
— Привет, любимая. Как ты сегодня?
Андрей прижался губами к ее руке и с радостью почувствовал, как кисть слабо дернулась в его ладони. Лада определенно шла на поправку. Она едва заметно улыбнулась, ласково глядя на него своими умными глазами.
— Хорошо. Снял гипс?
Говорить стала гораздо лучше, четче, хотя с логопедом позаниматься все равно придется. Андрей довольно коснулся здоровой руки и кивнул.
— Самому не верится, отвык ею пользоваться… Лада, я говорил с твоим врачом, еще консультировался. — Андрей заботливо поправил одеяло. — Если все будет идти так же хорошо, как и сейчас, то на следующей неделе мы сможем вернуться домой. Ко мне домой, у тебя будет все, что здесь, только лучше и больше. А после Нового года начнем реабилитацию, у тебя будет сестра и сиделка. Скучать не будешь, пока я делами буду заниматься.
Он говорил наигранно бодрым голосом. Сейчас, когда он смотрел в ее глаза, уже не был уверен в ее согласии. Она определенно расстроилась, услышав его предложение. Хотя какое предложение? Андрей уже все решил. Да и какие еще варианты? В больнице ее не будут держать вечно, да и смысла скоро не будет: ей понадобятся другие специалисты.
— Хорошо, — старательно выговорила она. — Меня выгоняют?
— Нет! — Андрей даже испугался немного. — Конечно, нет!
Он пустился в пространные объяснения, а она постепенно успокоилась, под конец их свидания даже немного задремала.
Все будет хорошо, родная моя, у тебя будет все самое лучшее. Обещаю!
Сегодня Андрей обедал с Бессмертным в его «Игле» — самом высоком здании не только города, но и всей области. На первом этаже они заняли столик у стены, а кадки с большими пальмами делали их невидимыми для остальных гостей.
— Я тоже много думаю про Ладу. — Кощей задумчиво кивнул и отодвинул от себя полупустую тарелку. — Конечно, ей необходим компетентный уход, но ты уверен, что у тебя в квартире ей лучше будет? Ты работаешь круглосуточно.
— И что? С ней также круглосуточно будут профессионалы, куда лучше, чем те, что сейчас с ней. Плюс близость к центру, плюс…
— У меня свой тренажерный зал, его можно подстроить под ее нужды, плюс бассейн, плюс своя территория и лес рядом. И еще центр неврологии в трех километрах. Подумай. И с ней я тоже переговорю.
— Не понял? — Андрей не скрывал удивления. — Ты хочешь поселить ее у себя на даче?
Мамаев нахмурился. Хотя Бессмертный был младше Андрея на пару лет, в их тандеме именно Олег был главным. Но это в бизнесе. И пусть Лада работает на Кощея, но Мамаев никому не даст право влезать в его личную жизнь. Его женщина будет с ним, что бы Олег ни говорил. И ревность тут ни при чем — он знал, что у Лады с боссом всегда были чисто деловые отношения.
— Именно так! — подтвердил Бессмертный.
— Спасибо, конечно, но мы сами с ней разберемся. — Он в упор посмотрел на Бессмертного. — Лада мне как жена, и жить будет у меня. Но если вдруг…
— Ясно, — перебил Олег. Похоже, он понял, что лезть бесполезно, и, сменив тему, стал засыпать собеседника вопросами о младшей сестре Андрея — Екатерине.
Мамаев лениво отвечал. Во-первых, у него нещадно чесалась освобожденная от гипса рука, а во-вторых, в голове зрело главное обоснование, почему нужно не только вывозить Ладу из больницы, а непременно к нему. Но говорить это вслух он не собирался.
В Ладе Кулаковой Андрей нашел свой идеал настоящей женщины и меньше всего на свете хотел ее потерять. И когда он отвезет ее домой, Андрияш Разумовский перестанет, наконец, мозолить глаза Ладе. Мамаев давно уже был на пределе, но воспитание, нежелание ссориться со своим партнером Бессмертным из-за поляка все не позволяли открыто проявить агрессию. Что ж, скоро, очень скоро Разумовский будет отрезан от Лады. В свою квартиру Мамаев его никогда не пустит.