Глава 24

Руслан поднимает меня с колен, изучая ошалелыми глазами. Его горячие ладони сжимают мои плечи, прожигая сквозь рубашку, которую я так и не скинула с плеч. Она расстёгнута, открывая вид на тонкое розовое кружево, через которое просвечиваются тёмные горошины сосков. Интересно, теперь, видя меня на работе в строгих костюмах, он будет каждый раз вспоминать этот минет? – Твой муж – осёл, – тихо выдыхает, по всей видимости, таким образом выражая своё восхищение моими способностями. Но на самом деле до этого мгновения я и сама не подозревала, что способна быть настолько расслабленной и раскрепощённой. В голове всплыла старая присказка о том, что в каждой хорошенькой девушке, в каждой застенчивой лапушке могут быть где-то упрятаны блядские гены прабабушки. Уверена, с мужем эти гены спали очень глубоко. Меня сковывали неуверенность, предрассудки и комплексы. И где-то в душе я подозревала, что он меня осудит. Ведь в его глазах я другая. «Не такая». Чего только стоили его осуждающие реплики в адрес Маринки, которая просто привыкла брать от жизни всё, не оглядываясь на чужое мнение. Я для него жена, с которой миссионерская поза в полумраке – единственно достойный вариант. Но я устала сдерживаться, а желание в глазах Руслана пробудило во мне другую Леру, с которой я ещё плохо знакома, но не прочь узнать её поближе. С горячей и страстной стороной своей натуры. – Может, ты хочешь позвонить и сообщить ему это? – Смеюсь, когда Жаров вдыхает воздух у изгиба моей шеи и рычит, словно я пахну как самый вкусный десерт. Боже, я ведь тысячу раз читала в любовных романах про рычащих бруталов, но лишь сейчас узнала, как это звучит на самом деле. Совсем не так глупо, как казалось раньше. Руслан замирает, точно зависая на мгновение. После чего поднимает на меня мутные, тёмные очи. – Только не говори, что происходящее между нами для того, чтобы задеть его? – он щурится, словно это поможет ему заглянуть в мою голову и прочитать мысли. Но глупый вопрос лишь ставит в тупик. Его предположение настолько далеко от истины, что на губах против воли расцветает улыбка. Я запускаю пальцы в густую копну волос, вставая на цыпочки, чтобы наши с Русланом губы оказались на одном уровне. Зрачок почти полностью затопил тигриную радужку, отчего глаза сделались настолько чёрными, что по телу пробежала дрожь от очередного свидетельства его желания. Запах нашего возбуждения будоражит обоняние и подстёгивает моё игривое настроение. На Руслане всё ещё непозволительно много одежды, и вместо ответа я принимаюсь медленно избавляться от неё. – Полагаешь, я настолько коварна? – интересуюсь, прикусывая его ключицу. Мой любовник резко втягивает носом воздух. А его руки, что мгновение назад висели плетьми, ложатся на мою талию, сдавливая её и притягивая меня ближе. Мне нравятся его прикосновения. Они кажутся удивительно правильными. Словно единственно верное положение наших тел – кожа к коже. Руслан убирает волосы, упавшие мне на лицо, вновь заглядывая в глаза. Заминка в его ответе наводит на неприятные мысли. И мне остается только молиться, чтобы он не сказал какую-нибудь ерунду, потому что я хочу, в конце концов, заняться с ним сексом. – Просто помню условия нашей сделки, – произносит и как ни в чём не бывало целует уголок моих губ, почти нивелируя горечь, прозвучавшую в его ответе. Упираюсь ладонями в твёрдые грудные мышцы. Ох. Фигура у Жарова зашибись. Накачанная, поджарая и так ладно сложенная, что кажется, будто он создан специально для меня. С трудом сдерживаю желание изучить каждый сантиметр его тела губами и пальцами. Голова идёт кругом, мысли путаются. Но я пытаюсь собрать их в кучу, чтобы вспомнить, что планировала ответить. – У меня никогда не было других мужчин, кроме Платона, – признаюсь, надеясь на то, что он не истолкует мой ответ превратно. Как там в песне? Кто не первый, тот у нас второй. Но изумлённый взгляд Руслана говорит о том, что подобного он не ожидал. – Ты можешь мне не верить. – Морщу нос, ощущая собственные слова на языке на вкус противной микстурой. – Но я просто хочу понять, каково это – спать с другим мужчиной. И ничего от тебя не жду. В смысле никаких признаний. Заверений в большой любви и прочей чепухи. Какой-то странный огонёк загорается в его глазах. Недобрый. Пытаюсь сообразить, что я сказала не так. Потому что кажется, каждая буква в моём заявлении должна стать мёдом для любого не обременённого отношениями мужчины.