Глава 6

А я бы и рада сбежать, да сама не понимаю, как так вышло, что добровольно иду на плаху. Жаров широкими шагами рассекает коридоры здания, и я едва поспеваю за ним, ловя любопытные взгляды коллег. – Я подгоню машину ко входу, подожди пару минут, – предлагает Жаров, когда мы приближаемся к выходу. Его слова удивляют. С чего бы такая забота? – Зачем? Я ведь и с тобой могу дойти. – У тебя пальто тонкое. Замёрзнешь. Мои брови взлетают едва ли не до линии роста волос. И я невольно задаюсь вопросом, со всеми ли он такой… джентльмен. Возможность проверить буквально в этот же момент настигает нас. – Ой, Руслан Анатольевич, вы ведь тоже к Фомину собираетесь. Не подбросите? – раздаётся за спиной грудной голос Ирины, а следом за ним нас догоняет сладкий запах её фруктовых духов. С интересом наблюдаю за лицом Жарова. Но, к моему огорчению, оно остаётся бесстрастным. Он лишь на мгновение обращает на меня взгляд, словно интересуясь, не возражаю ли я против такой компании. Но что я могу сказать? Не признаваться же, что я на дух не переношу коллегу. – Конечно, Ирина… Сергеевна. Подождите меня здесь. От меня не ускользает лёгкая заминка, дающая понять, что он привык обращаться к ней без лишних условностей. Закусываю губу. Кивнув, Жаров выходит из здания, и я замечаю, как порыв ветра раздувает полы не застёгнутого пальто. И ощущаю, как Ирина подходит, вставая со мной плечом к плечу, и тоже наблюдает за Русланом. – Уверена, что не хочешь сразу сдаться, Калинина? – ёрничает, не отрывая взгляда от удаляющейся фигуры объекта нашего интереса. – Неужели не видишь, что он тебе не по зубам? Оборачиваюсь, чтобы заглянуть ей в глаза. И тут же считываю в них голод. Она улыбается, даже не пытаясь скрыть хищный блеск. Пробую примерить на себя отношения с Жаровым, как чужую одежду. Как бы я поступила, будь я на самом деле его девушкой и пылай к нему искренними чувствами. Неужели стояла бы в сторонке, наблюдая за тем, как Ирина ведёт на него охоту? И я вдруг понимаю, что не хочу делиться Жаровым. Даже несмотря на то, что Мироновой с ним могут светить вполне себе реальные отношения, в отличие от меня. Но почему-то именно сейчас мне хочется задушить в себе благородные порывы. – А ты так боишься конкуренции, что хочешь, чтобы я отказалась от пари? – склоняю голову, изучая девушку. Она фыркает, облизывая кровавые губы. Под верхней одеждой алеет красное платье, подтверждая, что девушка сегодня во всеоружии и нацепила на себя самые крепкие доспехи для нашей войны. На мгновение я даже жалею, что моё платье на фоне её наряда выглядит почти по-монашески скромным. – Жалею тебя, глупенькая, – хмыкает, распахивая дверь на выход из здания. Холодный воздух обдаёт лицо пощёчиной, и в этот момент я замечаю, что на дороге стоит белый «Ренж-Ровер». А Ирина выходила из здания точно зная, кто в автомобиле. Очередная неприятная догадка пронзает сердце острой иглой. Медлю несколько секунд, стараясь справиться с чувствами. С ощущением, что на фоне эффектной коллеги я слишком простенькая. Как любила повторять мама в детстве, словно оправдываясь перед роднёй: «Лерочка, конечно, не красавица, зато умненькая». И даже несмотря на то, что сейчас в зеркале отражалась вполне привлекательная девушка, эти слова всплывали каждый раз в минуту слабости и били с прежней силой. Сцепив зубы, мысленно надеваю на себя сучьи погоны. До генеральских мне ещё расти и расти. Но пока и лейтенантских будет достаточно. Выше поднимая подбородок, покидаю здание. Моему взору предстаёт картинка, как Жаров перебрасывается парой фраз с Ириной, стоя у автомобиля. Мне не слышен их разговор, но Миронова задорно смеётся, откидывая голову назад в демонстрации лебединой шеи. Будто каждое услышанное слово достойно быть озвученным в стендап-батле. Или они просто обсуждают меня. Мой взгляд скользит с неё на Жарова, и я тут же попадаю в ловушку его тигриных глаз, ощущая себя кроликом перед хищником. Сердце глухо бьётся о рёбра, мешая спокойно дышать. И мне остаётся только молиться, чтобы ненароком не упасть носом под ноги этой парочки. – А вот и наша Лерочка. А мы тебя уже заждались, – соперница таким ласковым и сладким голосом произносит моё имя, что мне вот-вот может потребоваться укол инсулина. – Ты так звонко хохотала, что я решила поберечь свои барабанные перепонки, – посылаю ей улыбку, которую перед зеркалом репетировала для встречи с Платоном. Ирина порывается что-то сказать, но, похоже, не находит подходящих слов, которые не смазали бы нарисованную ей перед Русланом сахарную картинку её несуществующей личности. А я краем глаза замечаю, как Жаров прячет дрогнувшую на уголках губ улыбку. – У тебя, оказывается, не только со мной острый язык, – наклоняясь к моему уху, шепчет Жаров, после того как Ирина заняла заднее сиденье в его автомобиле. Зная, что за нами наблюдают, я кладу руку на грудь Руслана, поднимая на него взгляд с таким видом, будто планирую сообщить ему что-то очень личное. Со стороны сейчас мы, должно быть, прекрасно смотримся. Он высоченный, и я, достающая ему едва ли до плеча. – Она может нас раскрыть, – произношу едва слышно, глядя в тигриную радужку. Жаров наклоняется чуть ниже, обдавая щёку тёплым дыханием. – Если ты хочешь предложить мне публичный секс, то здесь немного прохладно, – с самым серьёзным видом заявляет мой соучастник. Чуть сжимаю в пальцах лацканы его пальто, желая вернуть его на серьёзные рельсы. – Очень смешно. Но она ведь сразу догадается, что мы не пара, – обеспокоенно шепчу, даже не замечая, как поднимаюсь на пятках, отрывая каблук от земли, ощущая себя цветком, тянущимся к солнцу. – Никто ни о чём не догадается, трусишка, – отвечает, убирая большим пальцем упавшую на мою щёку пушистую снежинку. На мгновение я замираю, забывая, как дышать. Ощущая, как тепло расходится по телу. Хлопаю ресницами, на которые оседает снег. Наша игра только началась, а меня, словно воронкой, затягивает всё глубже. Мне хочется ударить себя по щекам и напомнить, что это всего лишь сделка. А я таю от внимания Жарова, как таяла бы любая другая дурочка на моём месте. Он вроде не был женат, а значит, успел неплохо отточить мастерство общения с противоположным полом. В отличие от меня, давно растерявшей те крупицы навыков, что у меня имелись до встречи с мужем. Жаров оказывается прав. Всю дорогу Ирина занималась перетягиванием одеяла на себя, пока я наблюдала сменяющийся пейзаж за окном и корила себя за слабость, едва не стоная сквозь стиснутые зубы. Господи, наверняка по моему лицу всё понятно. И Жаров сейчас про себя посмеивается надо мной. На телефон приходит СМС-сообщение. Готовясь увидеть рекламную рассылку, достаю сотовый из кармана. И с удивлением обнаруживаю, что оно от Платона. «Что это за слухи про тебя с Жаровым? Это шутка такая?»