Глава 16

Влад

Помню, на следующий день, после ссоры… Точнее, скандала! Не знаю, как это назвать… Я, минуя работу, отправился к Яне. Ещё перед сном, закрывшись в своём кабинете, писал:

«Тебе нечего мне рассказать?».

Яна отправила рожицу. Виноватый эмодзи не сумел утолить мою злость.

«Ты понимаешь, как сильно подставила меня?», - напечатал, сжимая кулак. Её счастье, что я по приезду был слишком разбит, чтобы ехать к ней ночью.

«И что теперь будет?», - спросила она.

Я не стал отвечать. Я не знал! И просидел за столом, глядя перед собой, как больной, что услышал смертельный диагноз.

Ленка спала. Мне хотелось войти и лечь рядом. Обнять её сонную, тихо шепнуть: «Я с тобой».

- Ночуй где угодно, но только не здесь, - звучал ультиматум.

«Потерпи», - думал я, - «Ведь она отойдёт, успокоится». Всё вернётся на круги своя. Я сумею ей всё объяснить. Я смогу до неё достучаться! Ей нужно дать время. И ей, и себе…

То утро было обычным, но только на первый взгляд. Ленка в халатике. Светлые волосы собраны в хвостик. Такая родная. Моя! Я держался, как мог, чтобы не выдать ту боль, которую чувствовал. Надежда на то, что она передумает, пала, когда я услышал:

- Ты можешь забрать свои вещи, и заодно рассказать дочерям обо всём.

Дочерям? Моим девочкам? Ксене с Есеней? Да я лучше сдохну, чем всё расскажу!

- Ты торопишь события, - кажется, так я сказал, не припомню.

Но Ленка была, как кремень! Я знаю её. Эта часть её нежной натуры с юных лет восхищала меня. С таким же упорством она уходила из дома. Боролась за нашу любовь! А теперь… С не меньшим усердием гнала меня восвояси.

Я намеренно взял только часть из вещей. Чемоданчик закинул в багажник. А после отправился к Яне. Я буквально сгорал изнутри. Я кипел, словно чайник!

- Влад, - шепнула с порога.

А я, вместо слов, пригвоздил эту стерву к стене. Она задохнулась, вцепилась в рукав моей куртки.

- Подожди, - прошептала беззвучно.

- Я жду, - прорычал, нависая над ней.

Хватая открытым ртом воздух, она тщетно пыталась мне что-то сказать. Я ощущал, как стучит её сердце под кожей. Клянусь, в этот миг я готов был её задушить!

- Говори, - прохрипел ей в лицо. А потом отпустил. Очень резко. Так, что Яна упала.

На полу растекался пятном тонкий шёлк. Её стройные ноги раздвинулись, лямка сорочки сползла, оголив одну грудь…

- Если ты мне соврёшь, я уйду! И ты никогда не увидишь меня, - процедил свысока.

Приведя себя в чувство, она посмотрела тем взглядом, который всегда разжигал во мне страсть. Но эта покорность сейчас не нашла былой отклик.

- Я…, - наконец отозвалась она. Кашлянув, ухватилась за горло, - Мы с Леной знакомы.

- Откуда? – стиснув челюсти, выдавил я.

Она побледнела, закрыла глаза:

- Я… Тот салон, куда я устроилась… Это Ленин салон.

Это было как будто удар! Я был сбит, как боксёрская груша.

- «Елена»? Салон на Тверской? Но ведь ты говорила…

- Прости, - прошептала она, по щеке покатилась слезинка.

- Как давно? – уточнил, - Как давно ты считаешь меня идиотом?

В ответ на моё заявление Яна метнулась. Припала к обутой ноге. Я не стал разуваться, войдя… Мёртвой хваткой вцепилась в штанину.

- Прости, ну прости! Ну, убей меня, хочешь?

Смесь жалости, боли… Горячая примесь стыда. Жгучий коктейль будоражил мой ум. О, как эта стерва умела играть! Добровольно вручая себя в мои властные руки.

- Я, возможно, убью тебя. Позже. А сейчас расскажи, как всё было?

И она рассказала. Я слушал. Не мог осознать! Не будь они с Ленкой знакомы… И что? Факт того, что она знала адрес, ускорил процесс. Я всё равно бы не смог отвертеться. В этот раз я не стал бы ей врать…

- Какого чёрта, Яна? Зачем ты устроилась в этот салон? Ведь я же давал тебе деньги!

Она облизнула дрожащие губы. И я разглядел на лице алый след. Полоска, царапина, тонкая линия, от виска и до левой скулы.

- Я просто… Я просто хотела понять, что есть в ней такого, чего нет во мне? Почему ты всегда выбираешь её? – выдала с болью, - И даже сейчас, когда она гонит тебя, всё равно хочешь быть её мужем?

Последнее слово она прошептала. Я хмыкнул: «И впрямь, почему?».

- Ян, мы с тобой обсуждали? Помнишь наш уговор? – спросил, опустившись на корточки.

А уговор звучал так. Никакого развода! Я никогда не уйду от жены. Есть семья, а есть ты… и Максим. Раз уж так получилось. Я не брошу вас только до тех пор, пока ты не встретишь другого. Я не зверь! Понимаю, со мной перспектив никаких.

- Я помню всё, - зашептала, пытаясь коснуться.

- Ты врала мне! – ударил её по руке, - Ты врала очень долго.

- Ну, прости меня, Влад! – простонала она.

Равнодушный к мольбам, я поднялся. Достал из-за пазухи пачку банкнот.

- Это Максиму, - швырнул их на тумбу, - Квартира оплачена. Мне не звони.

И ушёл. Слыша, как за спиной раздаются надрывные всхлипы…

Я мог выпустить пар. Мог бы даже ударить. Но! Для Янки хорошая порка – награда, не месть. А лучшая кара – забить на неё. На неделю. А лучше – на две. Пусть подумает, как провинилась.

К тому же, на данный момент меня куда больше волнует другое… Славка был в моём доме. Сказал, что Ленуша больна. Надеюсь, всего лишь простуда? Пройдёт. Но сердце болит, будто сам в состоянии жара. Звонил ей. Но трубку взяла… Не она!

- Гордеев, чё надо? – манерно ответила Лерка.

Эта мелкая бестия ещё с давних пор раздражала меня.

- Дай Лену, - ответил спокойно.

- Не дам, - объявила коза.

- Лер, это наше с ней дело, - как мог, контролировал тон.

- Ошибаешься, Влад! Это дело семьи. И скоро ты перестанешь быть её частью.

Эта стерва повесила трубку. Вы подумайте только! Потом не брала…

Я вздыхаю. И который по счёту букет отправляется в топку. Ленка любит нарциссы. Но где я возьму их сейчас?

«Э-у-с-то-ма», - читаю название. Вроде, похож на нарцисс. Нажимаю «купить». Кроме них, в огроменной корзине ещё много разных цветов. Добавляю фруктовый набор: мандарины, грейпфрут, виноград… Понимаю, что эта позорная малость не сравнится с той болью, что я причинил. И, купи я хоть уйму букетов, она не простит.

«Просто дай ей привыкнуть», - скандирует мозг, - «Не дави!».

Добавляю к набору игрушку. Мягкий плюшевый кот, с полосатым хвостом. Поймёт ли? Оценит? Но не выбросит точно! Рука не поднимется. А это уже кое-что.