Глава 11

Мой голос не звучал жалко. Я была преисполнена отвагой принять судьбу, взглянуть прямо в ее темную бездну, лицом к лицу столкнуться со своим будущим.

Мой голос не подвел меня, но тело покрылось липким холодным потом. Глядя на статного мужчину, которому я отдала свою невинность, внутри собралось такое ощущение никчемности и бессилия, что ноги едва держали!

Я уловила, как Амран грозно свел густые брови, услышав мой вопрос. Его синие глаза слегка прищурились, и сердце как будто перестало биться.

– Сядь, – вдруг велел он, поджав губы, а я немножко вздрогнула.

Посмотрела на кровать, куда хозяин спальни качнул головой, чувствуя, что отвага начинает стремительно таять. Сложилось очень неуютное ощущение нависшей угрозы, ощущение, что я никогда даже близко понятие не имела, какое оно – мое будущее!

Настороженно поглядывая на мужчину из-под ресниц, я неуверенно посеменила, куда он велел и села на самый край, держа спину настолько прямо, словно мне стержень прямо в позвоночник вставили.

– Значит, ты до сих пор думаешь, у тебя был шанс обрести свободу? – спокойно поинтересовался или скорее констатировал Амран, устремив отрешенный взгляд в окно.

Колючий жар скатился по позвоночнику. Его слова меня напугали, и даже зародили панику внутри. Но я была слишком дезориентирована, чтобы делать какие-то точные выводы.

В какой-то момент мужчина резко сосредоточил взгляд на мне, словно ждал ответа, который так и не получил. Отступив от окна, он начал приближаться, а я внутренне подобралась, стиснув пальца края полотенце. Такой беззащитной вдруг почувствовала себя. Будто мишенью была, которую в любой момент могла уничтожить пуля!

– Если так – я мог лишить тебя девственности еще в ту ночь, когда ты попросила об этом. Мне даже не пришлось бы ничем рисковать.

С каждым шагом голос Амрана становился все холоднее и жестче. Все чувства так обострились, что я остро улавливала малейшие перемены в его энергетике! А еще у меня сложилось стойкое, навязчивое впечатление, будто все это время, думая о своей неизбежной участи, я что-то опасно упускала…

– Думала ли ты хоть раз, что даст тебе желанная свобода? – спросил он, смягчив тон, но так же требовательно.

Мужчина остановился ровно напротив меня, в каких-то нескольких шагах. И глядя в синие глаза немигающим взглядом, я ощутила, как над нижними веками собираются слезы. Интуиция набатом посылала сигналы, что в его вопросе кроется страшный ответ.

– Теперь ты больше не нужна своему жениху, – сухо заключил Амран, и сердце мое вздрогнуло. – Только не надейся, что он и его родня отпустит тебе это предательство. Но еще раньше, чем их руки доберутся до тебя – люди, которые одобрили это сватовство, люди у которых ты росла – станут твоими палачами.

Его слова резким эхом раскатились в моей груди, которая содрогнулась от безмолвного плача. Но я не издавала ни звука. Горло задушил такой комок, что дыхания едва хватало.

– Вот она – свобода, которая ждет тебя за пределами этого дома, Алина, – вынес вердикт Амран, а я резко выдохнула, вдруг опешив, что он назвал мое настоящее имя.

Внезапно этот накаленный до невозможности момент нарушил звук, заставивший мое сердце отчаянно заколотиться. Я устремила растерянный взгляд в окна, за которыми явно послышалось, что подъехало несколько машин…

Встретившись с океановыми глазами, которые смотрели на меня в упор, я, кажется, испытала маленькую смерть. Из головы разом вылетели все мысли, момент замер, разум – просто опустел. Амран выглядел так невозмутимо, словно ничего не услышал или словно только этого и ждал! А я лишь ждала, когда в меня, наконец, выстрелят…

– Они п-приехали за мной? – сорвался отчаянный вопрос с моих губ.

Желваки заиграли на лице мужчины, а крылья носа разошлись, как от шумного вдоха. Он слегка повернул голову в сторону окон и выдержал невыносимое мгновение, словно задумался. Словно до сих пор не решил какой вердикт вынести!

– С завтрашнего дня начнешь готовиться к свадьбе, – внезапно услышала я твердое, и сердце ухнуло в пятки.

– Что?… – выдохнула, всерьез опешив.

Амран же задержал на мне испытующий взгляд и объявил:

– Ты станешь моей женой.

Выдержав несколько мгновений, он спокойно развернулся и зашагал к двери, оставляя меня в одиночестве переживать шок. Лишь услышав хлопок, я немного пришла в себя, но все равно как будто была оглушена. Повернув голову в сторону окон, неуверенно поднялась и словно в трансе направилась к ним.

Все тело лихорадило, как при болезни, когда я остановилась возле штор и дрожащей рукой сдвинула край. Почти разу нашла взглядом, два черных гелентвагена у ворот, рядом с которыми мужчины из охраны застыли в ожидании. Странно, что никто не смел заходить на территорию. Пока.

Оглушающий пульс застучал по вискам, когда я увидела Амрана, уверенно шагающего в воротам. Они уже начали отъезжать, и я напряглась от макушки до пяток, отчего-то испугавшись. Не за себя. За него! От волнения, даже не сразу заметила, что он несет в руке. Белый сверток, напоминающий…

Мужчина остановился в центре открывшегося пространства, как истинный хозяин своих владений и начал разговор. Никто не пытался схватить его, прервать или помчаться без приглашения к дому. Но даже стоя здесь – на втором этаже, я ощущала, как была накалена атмосфера внизу.

Внезапно Амран выбросил руку, и белый сверток ударился о капот одной из машин. Ветер развернул его, и я тут же зажала рот ладонью. Это была простынь! С моей… девственной кровью!

Что я только не представила себе за эту страшную секунду. Что один из охранников резко достанет пистолет и выстрелит прямо в Амрана, что завяжется жестокая драка, что небо разверзнется над головой моего спасителя за подобную дерзость! Но… ничего не произошло. Выбросив доказательство преступления, Амран уверенно развернулся и направился обратно в дом. А ворота начали медленно закрывать от меня напряженные лица его бывших наемников.

Четыре недели спустя…

Сложив руки на груди, Зоя сфокусировала на мне придирчивый, напряженный взгляд, при этом, не говоря ни слова, что еще больше заставило нервничать. Ее прелестные дочери, которые были ненамного младше меня, напротив – то и дело лепетали, поправляя на мне белоснежное пышное платье. Женщина же открывала рот исключительно при обращении к ним.

– Идем. Посмотришь на себя, – неожиданно велела она мне. И это было чуть ли не первое, что я услышала от Зои за все утро.

Снисходительно отметив мою оторопь, она развернулась в направлении зеркала, и я поспешила поднять юбку, чтобы последовать за женщиной.

То, что я испытала, встретившись со своим отражением, было похоже на шок. Так вышло, что за все примерки я ни разу не видела себя в зеркале! Просто стеснялась спросить об этом. Поэтому сейчас – находясь уже в полном образе – дыхание перехватило от силы впечатления.

Изящное платье не кричало роскошью, как платье, сшитое для свадьбы с Маратом, но оно казалось мне гораздо роскошнее и великолепнее! Воздушное, усыпанное мелкими камушками – оно сияло при малейшем попадании солнца или движении, создавая поистине чарующий эффект.

Мои волосы, уложенные в аккуратную прическу, были наполовину покрыты длинной фатой, которая прикреплялась к изысканной диадеме из маленьких белых цветов. Но самое необычное, оказалось, видеть себя с макияжем. Я просто не узнавала красавицу в отражении! Подумать не могла, что мне позволят выглядеть так… нарядно и красиво.

Растерянно взглянув на Зою, я уловила, как улыбнулись ее глаза. Она поняла без слов, что мне нравится увиденное. Этой проницательной женщине, которая являлась тетей Амрана, пришлось взять на себя основную часть подготовки к свадьбе, и возможно мое одобрение для нее имело какое-то значение.

– Спасибо вам, – горячо произнесла я дрогнувшим голосом, не в силах сдержать эмоций.

Настроение Зои изменилось в тот же миг. Улыбка в глазах улетучилась, взгляд стал прохладным.

– Диля, принеси платок!

Ее старшая дочь быстро оказалась рядом и протянула матери белоснежный сверток.

– Будешь слезы ронять – макияж испортишь, – сухо предупредила тетя Амрана, делая шаг ко мне.

Она ловко поймала уголком платка слезу, готовую сорваться с моих ресниц, а я сразу стушевалась. Даже в такие моменты женщина не давала мне повода думать, что проявляет заботу. Это было одолжением. И только ради Амрана. Хотя Зоя ни разу не поднимала эту тему – у меня не возникало заблуждений.

Обижалась ли я на нее? Нет. Единственное, что я испытывала рядом с этой женщиной – смятение и неловкость. Потому что прекрасно понимала ее. На плечи Зои легло то еще испытание… Наверняка, как самая близкая, она знала почему состоится эта внезапная свадьба, и какой нежеланной невестой я являлась. Мне вообще казалось, все об этом знали! Такой случай вероятнее всего прогремел на весь город. Так что будь я на месте тети Амрана… тоже не испытывала бы восторга и радости. Потому уважала женщину за то, что из любви к нему, она закрыла глаза на многое и сделала все по совести.

– Так, все готово? – строго спросила Зоя своих дочерей. И как только получила твердый ответ, вновь придирчиво осмотрела меня. – Пора.

Сердце застучало быстрее. Я слышала, что к дому подъезжают машины, что во дворе собирается все больше и больше гостей, и мне становилось страшно. Никто из них меня еще ни разу не видел, и я никого не видела. Это приводило в панику.

В сопровождении Зои и ее дочерей, которые придерживали шлейф моего платья, я покинула комнату, где проходила основная подготовка, и прошла в большой светлый зал. Там я должна была встречать всех гостей и там, оказалось, уже стояли красивейшие золотистые ящики с приданым, о которых я даже не подозревала.

Неужели, Амран позаботился об этом? Чтобы было поменьше пересудов и вопросов?…

Зоя перехватила мое удивление, но лишь молча отвела взгляд, не посчитав нужным что-то объяснять. С одной стороны я понимала – это в первую очередь необходимо для его репутации, но с другой… Это основательно защищало и мою репутацию!

Господи, в голове не укладывалось. Я думала… Нет, я была уверена, что будет скромная тихая церемония, скромное платье, минимум гостей. Но судя по происходящему, хозяин дома, как будто задумал прогреметь с этой свадьбой на весь город!

Зоя проводила меня до определенного места возле ящиков, где было много пространства, и вручила букет из белых пионов. Взяв его дрожащими руками, я вновь поймала себя на ощущении какой-то нереальности воцарившейся вокруг меня. Я не могла поверить, что это на самом деле: что я невеста грозного начальника Амрана Салиховича, что я нахожусь в его доме, что стою в таком прекрасном одеянии и скоро увижу его родственников!

Честное слово – я находилась в постоянно напряжении из-за невольного ожидания, что все это внезапно закончится, и я проснусь.

– Не дергайся, – сдержанно велела мне Зоя, оправляя до идеала юбку платья. – Я буду находиться рядом. Что-то понадобится – подзовешь незаметно и скажешь на ухо.

– Хорошо, – понятливо отозвалась я, со всей серьезностью отнесшись к инструкциям. Глянула на дверь, за которой послышались голоса, сделала глубокий вдох и расправила плечи.

Ощущение очень реалистичного сна пока только усиливалось. Гости начали собираться в зале так быстро, что я и опомниться не успела, как оказалась окружена незнакомыми лицами женщин, девушек и девочек. Родственницы, жены и дочери друзей Амрана подходили ко мне одна за другой, для знакомства и фотографий. Некоторые меня даже целовали, а девочки все с любопытством рассматривали как принцессу. Но главное – у всех на лицах отражалось веселье и радость, словно я вовсе не чужая, а своя. Словно они уже приняли меня в семью!

Это очень утешало душу, однако я совсем не думала, что заслужила подобное тепло. До сих пор не понимала, что могло заставить Амрана вступиться за меня, так рисковать и принять такое кардинальное решение в своей судьбе. Он ведь должен был жениться на более достойной девушке! И, кажется, у него даже имелся вариант, а я… Я будто вынудила его поступить так. Ввязала в свои беды еще в ту ночь, когда пришла к нему в спальню!

Совесть не давала забывать обо всем этом. И присутствие Зои, которая с первой секунды обозначила свое отношение, познакомившись со мной, тоже. Хотя надо заметить, сейчас на ее лице играли эмоции созвучные с настроением остальных. Она как будто добровольно согласилась на спектакль, чтобы защитить Амрана и в какой-то степени… меня. Даже если женщине было плевать на мою судьбу, я невольно оказалась под крылом ее защиты.

Время проходило незаметно, и я все чаще поглядывала на дверь в волнительном ожидании появления мужчины, с которым отныне очень тесно будет связана моя жизнь. Тело бросало то в жар, то в холод – я ведь почти не видела его с того дня! Только когда Амран отвез меня в больницу, где врач убедился, что со мной все в порядке, после потери невинности. Остальное время мы лишь изредка пересекались в доме. И я ждала этих мгновений, как глотка воздуха…

Я не ложилась спать, пока не удостоверялась, что мужчина вернулся домой. Все время боялась, что с ним что-то случится! Амран ведь пропадал целыми днями, и я догадывалась почему… После того, что он сделал, Мерзоевы наверняка позаботились, чтобы многие связи отвернулись от него.

Порой я нарочно сторожила возвращение мужчины, затаившись в коридоре, недалеко от его спальни. Правда однажды он поймал меня и строго наказал больше так не делать. Уверил, что мне не о чем переживать и мне ничего не угрожает. Я так и не рискнула сказать, что переживаю вовсе не за себя…

Меня заставила очнуться от тягостных размышлений тишина, воцарившаяся в зале. И, кажется, все внутренние процессы замерли, когда я заметила это и устремила лихорадочный взгляд в сторону дверей. Все потеряло значение в этот миг: мои переживания, страхи, сомнения из-за того, что многое сегодня происходил в обход обычаям – все. Только он стал важен. Мужчина, который только что вошел в зал уверенным шагом.

Амран выглядел так, что дух захватывало. В темно-синем костюме тройке, со строго-уложенными волосами, идеально очерченной густой щетиной – меня прямо пробрал мандраж, как при встрече с важной персоной! Но, несмотря на вспышку волнения, с его приходом я так же испытала целительное облегчение. Потому что мужчина неизбежно стал единственным ориентиром в моей жизни. Единственным человеком, к которому я тянулась, не только как к укрытию, но и как… к другу. К тому, кто действует в моих интересах.

Амрану явно было приятно видеть присутствующих женщин. Он почти не улыбался, но с таким теплом касался их взглядом, что и мое сердце невольно трепетало. А затем мужчина сосредоточил внимание на мне, и время потеряло счет.

Щеки мгновенно загорели огнем от смущения. Задержав шаг, Амран коротко осмотрел меня с головы до ног, а я неловко опустила глаза. Стискивая похолодевшими руками основание букета, лихорадочно подумала: «Нравится ли ему то, что он видит?» Мне казалось очень важным знать это. Хотя скорее всего мужчине было все равно, как я выгляжу… Это ведь спектакль для окружающих. Не стоило забывать об этом. Амран принял вынужденное решение – он никогда на самом деле не выбирал меня.

Грустные мысли стремительно и пагубно опутывали сознание, но когда запах мужчины окружил обоняние, они резко лишились сил. Встретившись с синими глазами, гипнотизирующими легким прищуром, я невольно задержала дыхание. Даже не сразу увидела красную массивную коробочку, которую Амран все это время нес в ладони, а теперь открыл, не отводя от меня взгляда.

Мужские пальцы достали двойное кольцо с большим драгоценным камнем в центре, и я ощутила, как Зоя сжала мое предплечье, пытаясь пробудить от ступора. Только тогда отцепила руку от букета и робко протянула ее.

Нет… Это не взаправду. Это не может происходить со мной!

Амран уже уверенно прихватил мою ладонь, чтобы бережно одеть это божественное украшение на безымянный палец, и я как будто, наконец проснулась, поняв – это происходит. Со мной. Здесь и сейчас. На самом деле.

Обернувшись к гостям, мужчина подал мне локоть и, судорожно обхватив его, я приготовилась идти к выходу. Зоя в свою очередь поддержала мое предплечье с другой стороны, что навеяло ощущение некоего щита, и я вдруг невольно сосредоточилась на сравнении: что если бы на месте Амрана сейчас был Марат?

Холод охватил нутро и в тот же миг от одной мысли передернуло. Мои ноги с каждым шагом наливались бы свинцом, а все тело воспалялось от желания отстраниться! Однако с Амраном… Я не могла объяснить, почему я напротив хотела бы быть как можно ближе к нему? Питаться его уверенной, непоколебимой энергетикой, греться об это ощущение защиты.

А ведь я могла глубоко заблуждаться насчет своего будущего мужа, учитывая все то, что происходило в доме Валида Эмировича… И это опасение не давало мне окончательно забыться. Именно оно прочно удерживало меня от того, чтобы довериться реальности, выдохнуть, наконец, с облегчением и позволить себе порадоваться происходящему.