Глава 13

Провожая широкую спину мужа взволнованным взглядом, я слышала лишь одну громкую мысль, молотом пробивающую сознание: неужели сейчас Кариму придется ответить за свое оскорбление?… Неужели над его грешной головой нависла угроза от Амрана?

Однако реальность шлепком спустила меня с небес на землю, когда я поняла, что мужчина не ищет обидчика даже взглядом, а возвращается к столу. Он вовсе не собирался отстаивать мою честь. Спокойно занял свое почетное место, вмешался в непринужденную беседу соседей, и больше ни разу не посмотрел в мою сторону.

Плотный сгусток смущения начал стремительно заполнять нутро, провоцируя хоровод тревожных мыслей: Амран, правда, не видел в этом никакого преступления? И я ошибочно расценила его реакцию? А что если… я должна была сразу сказать мужу об этом инциденте? Что если своим молчанием, я лишь дала ему повод для гнева?… Повод думать, что я заслужила это оскорбление, раз молча приняла его.

О Господи… Как же я устала. Чувствовала себя заблудившейся в темном лесу, без единого ориентира! Скорее бы закончилась эта свадьба, которая в одночасье стала для меня испытанием.

Уже не было возможности прятать эмоции за фатой, так что теперь я смотрела исключительно в пол. Когда гости подходили, становилось настолько неуютно, что я вся напрягалась от макушки до пяток! Хотя Зоя ответственно исполняла волю племянника и больше не оставляла меня – это не успокаивало. Мне хотелось спрятаться. Хотелось стать незаметной. Чтобы больше никто не подходил ко мне, не говорил со мной и не заставлял фотографироваться…

Почти не поверила, когда рядом оказались дочери Зои, которые с ее позволения без лишних слов повели меня из зала. В самый последний момент я невольно глянула в сторону стола, за которым сидел Амран, однако его там не оказалось. А дальше как во сне: улица, где уже царила темнота, запах дождя в воздухе, открытая дверь королевского Ролс Ройса и застывшая густая тишина в салоне. Она сохранялась всю дорогу – даже разговорчивые девчонки молчали. Может от усталости, может свадьба тоже оставила им царапающий осадок… А может это я заставляла их чувствовать себя неловко.

Мне показалось мы очень быстро добрались до дома Амрана. Предстоящая ночь не могла не волновать меня, поэтому время неизбежно изменило ход. Реальность тоже воспринималась мной как будто иначе – я провела под крышей его дома несколько недель, но входила в него будто впервые.

По велению матери Дина и Лайла остались ждать на первом этаже. Я же покорно последовала за тетей Амрана к лестнице, чувствуя, как с каждым шагом ноги наливаются свинцом. Она довела меня до самой спальни. Его спальни, где я была лишь единожды… Поэтому мандраж охватил тело, стоило переступить порог.

Все остальное время я жила в отдельно выделенной комнате – совершенно отличной от той, что была в доме Валида Эмировича. Просторной, светлой, меблированной от и до. Я проводила там большую часть времени, выходила лишь, когда Зоя звала поесть, и когда требовалось мое участие в подготовке к свадьбе. И, похоже, я очень привыкла к своему мнимому укрытию. Личной территории, которая на самом деле мне не принадлежала.

Увидев кровать, где Амран забрал мою невинность, я тут же покраснела от воспоминаний нахлынувших плотным потоком. Воспоминаний не только о боли, но и о другом… безотчетном. О том, от чего внутри начинало трепетать смущение. Однако боль я помнила лучше, поэтому невольно содрогнулась от мысли, что сегодня мне предстоит пройти через это снова.

Зоя делала все спокойно и безмолвно. Помогла мне снять платье, освободила волосы от прически, затем протянула заранее приготовленную одежду для брачной ночи. Длинную шелковую сорочку и красивый белоснежный халат, украшенный ажурной вышивкой.

Неловко переодеваясь, я все думала, знает ли она, что я больше не невинна? Уверена, Амран не стал бы об этом распространяться, но наверняка женщина догадывалась… Иначе бы обязательно попыталась дать напутствие, которое так необходимо неопытной девушке.

– Теперь жди своего мужа, – сдержанно велела Зоя, осмотрев меня с ног до головы.

Затем она встретилась с моими глазами, и на миг сознание охватила мысль, что женщина в действительности исполняла сейчас роль свекрови. И что она давала свое благословение на происходящее. Пусть не все так, как бы хотелось тете Амрана, но ее взгляд не бил холодом. Скорее она смирялась и принимала выбор, который сделал ее племянник.

Контакт закончился. Зоя развернулась, чтобы покинуть спальню, оставляя меня стоять в одиночестве возле кровати. И я проводила ее взглядом до последнего, а когда дверь за женщиной закрылась, ощутила внезапный всплеск паники… Анестезия начала стремительно оставлять мое тело и с каждой новой секундой ожидания, я все глубже погружалась в реальность.

Амран

– Все готово, Амран Салихович, – проговорил над ухом Заур. – Ждем ваших указаний.

В сторону наемника я лишь слегка повернул голову. Сделал глоток воды из стакана, который удерживал в руке и сосредоточил взгляд на фигурке, застывшей возле арки в пышном белом платье.

Изящная, миниатюрная, пугливая. Уронив голову, девушка все стискивала пальчиками свадебный букет, а всякий раз, поднимая глаза, немного замирала, будто в любой момент ожидала нового удара. И эта реакция ржавым гвоздем царапала мое нутро.

Животное.

Поэтому почти не смотрел на нее – и сейчас заряд ярости не заставил себя ждать. К счастью свадьба для невесты подошла к концу и очень скоро под конвоем Зои с дочерями, она незаметно покинет ресторан.

Ощутив, как треснул в руке стакан, я, будто очнувшись, вернул его на стол и поднялся из-за стола. Наемник оперативно отступил, а затем двинулся вслед за мной к выходу из зала. Повторяя мой неспешный шаг, чтобы не привлекать лишнего внимания, и с такой же обособленностью, чтобы ни у кого не возникло мысли прервать наш уход праздными разговорами.

Путь лежал через служебный коридор, где находился запасной выход на улицу. Безлюдная, огороженная территория за рестораном была практически не освещена, но мне было плевать, даже если бы на улице светило солнце. Будь моя воля, проучил бы мерзость, которой сам же позволил прийти, прямо посреди зала! Но Алине не стоило смотреть на это. И без того в девчонке предостаточно страхов.

Несколько дерзких внедорожников уже не один час блокировали белый седан, где и сидел отпрыск Саида вместе с женой. Сделав кивок, я разрешил выпустить его, однако вперед выбежала его тощая истеричная женщина.

– Что вы себе позволяете?! Разве так ведут себя с гостями?! – запищала она на меня, но муж тут же грубо дернул ее назад.

– Пошла в машину! Живо, Медни! Мужчины будут разговаривать.

Я холодно вскинул брови, молча оценивая эту семейную сценку. Жена с длинным любопытным носом все же послушалась и поковыляла назад, а Карим оправил пиджак и браво встретился со мной взглядом.

– Итак, – поинтересовался он, задирая подбородок. – Какие-то проблемы, Амран? Зачем такое устраиваешь? Если что-то хочешь сказать – скажи, ни к чему заставлять меня нервничать.

Глядя на Саидовского отпрыска в упор, я медленно склонил голову набок, ощущая, как пелена пламенем накрывает разум. Покосился на наемника, легким движением поднял ладонь и через секунду в нее лег ствол.

Никаких разговор с животными.

Карим даже дернуться не успел. Раздался гулкий выстрел, и он повалился на землю, схватившись за колено, которое я хладнокровно прострелил.

– А-а!.. Что ты… Что ты творишь?!

Истеричка тоже истошно закричала, но выйти из машины не рискнула, стоило столкнуться с моим взглядом исподлобья. Позволив забрать пистолет, я шагнул к Кариму, что скрутился на сырой земле, как умирающая падаль, и схватил его за шею, заставляя слушать меня.

– Сегодня ты оскорбил мою жену и получил предупреждение. Но ты запомнишь его навсегда, Карим, потому что больше не сможешь нормально ходить. Никогда. Поверь – я старался. Ни один хирург тебе не поможет. Но если этого будет не достаточно, и ты посмеешь еще раз открыть свой грязный рот в сторону Али… Ты больше никогда не заговоришь.

Я чувствовал, как его затрясло от шока, видел, как взгляд его заблестел, а кожа покрылась испариной. И я смотрел прямо в гадские глаза, чтобы гвоздем вколотить в сознание отпрыска Саида свои слова. Затем выпрямился и, снисходительно взирая на него сверху, как на мерзость под своими ногами добавил:

– Передай Саиду и всей своей гнилой семье, чтобы больше не допускали ошибок. Что бы вы не задумали – помните – отныне она за моей спиной.

Резко подняв глаза на старшего наемника, я дал ему отмашку действовать дальше и не спеша покинул место расправы.

Вернувшись в зал, снова занял место за столом, сосредоточив острый взгляд на арке, которая уже пустовала. Внутри заворочалось странное неудовлетворение. Торжество в одночасье перестало быть интересным и иметь какое-либо значение. Не уж то с ее уходом? Но я должен был проявить уважение, чтобы не происходило внутри. Да и ей не помешает отдохнуть перед первой ночью со мной.

То, что происходило в день, когда я лишил Алину невинности, в расчет я не брал.

Аля

Мне кажется, я расслышала его шаги еще до того, как они застучали по коридору второго этажа. Настолько была напряжена, что, похоже, все чувства обострились до предела!

Рывком поднявшись с края кровати, где мне совсем недолго довелось посидеть, я нервно оправила плотную ткань халата и впилась взглядом в дверь. Сейчас… Сейчас мы останемся наедине! Как же мне справится?

Гулкий пульс барабаном застучал по вискам. Амран зашел не спеша сразу поймал меня взглядом, и я стиснула ладони сцепленные спереди. Он на мгновение замер, спровоцировав во мне неконтролируемое волнение своим пристальным вниманием, затем спокойно закрыл дверь и начал приближаться.

Колени ослабели. Глядя в синие глаза мужчины, я чувствовала, как сковывает сердце нарастающая тревога. И вовсе не предстоящая ночь была тому виной, нет. А мысли о боли, которую нанес Амрану мой отец… Мысли о его сестре, молотом пробивающие нервную систему – я как будто провела параллель между нами! Как было ей страшно… Как было мучительно и больно, если она даже пошла на такой непоправимый шаг!

Амран остановился очень близко, и я нервно сглотнула, уставившись ему в грудь. Дыхания перестало хватать, будто я оказалась меж двух бетонных плит. И никаких сил поднять глаза… Больше никаких. Ведь отныне я знала причину его каждого неприязненного взгляда в мою сторону, каждой грубости. И отныне я должна была выносить эту тяжесть вины без ропота.

Легкое прикосновение заставило меня вмиг затаиться и слегка вздрогнуть. Завороженно и задумчиво погладив мою шею кончиками теплых пальцев, Амран переместил их к лицу, чтобы поднять мой подбородок. Наши глаза встретились и… внезапно острое копье эмоций пронзило меня насквозь.

Я сомкнула задрожавшие губы, что есть силы, но все равно не сдержала всхлип. А следом ощутила, как горячие капли сбежали по щекам, и прикосновение вдруг прекратилось.

Взгляд Амрана изменился, стал напряженным, тяжелым. Желваки заиграли на мужском лице – такое чувство, что атмосфера накалилась на осязаемом уровне!

Глянув поверх моего плеча на кровать, мужчина вдруг обхватил ладонью мой затылок, и я невольно уперлась ладонями в твердую грудь, облаченную рубашкой. Оказавшись вплотную, Амран сделал шумный вдох, защекотав носом мои волосы, затем над ухом раздался его напряженный голос:

– Ложись спать.

От неожиданности у меня даже дыхание перехватило. Я растерянно уставилась на мужа, который сразу отстранился, но он, больше не коснулся меня даже взглядом. Развернулся и зашагал к двери.