Глава 21

На кухне уже нечего было убирать, но я все равно продолжала бесцельно ходить из угла в угол с тряпкой в руках. Никак не могла расслабиться. Не могла позволить себе просто побездельничать. Наверное, это было неизлечимо, но, в конце концов, слово мужа оказалось для меня весомее давления психики.

Взяв смартфон, я села за натертый до блеска стол и включила интернет. Сразу пришли сообщения от Лайлы и Дины, которые переживали за меня после гнева Амрана. Конечно, я успокоила их, в свою очередь, поймав себя на мысли, что до сих пор не могу поверить в снисхождение мужа. Сердце боялось радоваться. Но, несмотря на не убиваемое ощущение подвоха, я чувствовала к нему несоизмеримую благодарность за… человечность. И тут же понимала – возможно, меня гложет вовсе не ощущение подвоха, а то, что он проявлял эту человечность ко мне.

Наговорившись с сестрами, я неожиданно придумала, чем занять себя. Вспомнила, что мои руки уже давно не касались вышивки! А ведь в моей комнате хранился богатый набор.

Как-то во время покупок в торговом центре Зоя обратила внимание, что я засматриваюсь на стену с вышивками и конечно задала вопросы. А вечером того же дня, я обнаружила в своей комнате пакет, где лежал огромный комплект.

Моему удивлению и радости не было предела. Это тронуло до слез!. Утром я, конечно же, кинулась горячо благодарить свекровь за такой подарок, надеясь – это верный путь к потеплению между нами. Однако рано я обрадовалась. Зоя сухо сообщила, что это запоздалый подарок к свадьбе. Как будто она выполнила обязанность, и вовсе не ставила цель порадовать меня.

Сейчас я понимаю, что она нарочно так сказала. Мне давно очевидно – за маской снисхождения, эта женщина на самом деле прятала доброту, которую не хотела демонстрировать. Чтобы не подпускать меня близко. Чтобы оправдать себя за слабость, проявленную ко мне.

Планируя подняться в свою комнату, я уже подходила к лестнице, когда услышала шум в прихожей. Обернувшись, увидела охранника, который только что поднял мешок из ткани, где позвякивали остатки вазы. Видимо Амран велел ему выбросить ее, но стоило увидеть, как мужчина удаляется и что-то екнуло внутри меня…

– Постойте!

Охранник замедлил шаг и, обернувшись, суровым взглядом проследил, как я приблизилась. Он не сказал ни слова, пока я объясняла, что не нужно ничего выкидывать и почему. Молча поставил мешок и удалился.

Я бережно перенесла его в зал. Постелила на большой журнальный столик клеенку, аккуратно выложила осколки и принялась исправлять то, что натворила. Время понеслось незаметно. Мне не впервые приходилось склеивать фарфор. И очень повезло, что осколки были крупные и без рваных краев. Не знаю, действительно ли Амран собирал ее в мешок, но делал он это аккуратно.

Прямо напротив дивана, где я устроилась висела плазма, так и, призывая включить ее. И в какой-то момент я поддалась. Правда немного помучалась с управлением, прежде чем удалось включить что-то действительно интересное. Выбор пал на концерт.

Постепенно у вазы начала прорисовываться форма – клей хорошо держал осколки, и чувство облегчения все больше наполняло мое нутро. За ночь она окончательно высохнет и уже утром я смогу вернуться ее на место!

Улыбка пронеслась на губах, стоило представить, как удивится Амран. Я очень надеялась, что ему будет приятно увидеть вазу целой. Все-таки это дорогая вещь, которую я очень старалась привести в тот же вид. Только переживала, что стыки все равно прослеживались…

– Что ты делаешь? – внезапно услышала я позади.

Оглянулась и резко поднялась с дивана, за которым стоял Амран. Каким-то образом он бесшумно оказался рядом.

Я ничего не успела сказать – муж сам увидел. Приблизился к столу и едва заметно вскинул брови.

– У меня рука не поднялась дать ее выбросить, – поспешила объясниться я, нервно закусив губу. – И… осталось совсем немного доделать!

На самом деле ваза еще плохо выглядела, и я заволновалась, что муж посчитает это напрасной тратой времени. Он аккуратно провел пальцем по рисунку, где едва прослеживался шов, и напряжение прошло внутри, когда встретился с моими глазами.

– Как тебе это удалось? – спросил Амран неожиданно теплым, одобрительным тоном.

Оторопев на мгновение, я неуверенно пожала плечами, а он, продолжая смотреть на меня, задумчиво улыбнулся. И взгляд невольно приковало к его лицу. Я ведь почти не видела, чтобы муж улыбался, а сейчас была буквально очарована тем, как же он преобразился.

– Твоим рукам позавидует любая хозяйка, – бархатным тоном сказал Амран. – Ты молодец.

От этой похвалы аж воспарило все внутри. Меня так редко в жизни хвалили, что я даже и не знала, как правильно на это реагировать!

– Спасибо, – в конце концов, произнесла негромко.

Затем рассеянно проследила, что муж взял пульт и вдруг выключил телевизор.

– Уже поздно, – непреклонно объявил он. – Идем спать – доделаешь завтра.

Наши глаза встретились, и я застыла будто замороженная. Сложилось колкое впечатление, словно мы подумали об одном и том же.

– Хорошо, – согласилась я едва слышно. – Я только… уберу тут немного.

Муж глянул на стол, где были разбросаны всякие инструменты, но не стал возражать. Коротко кивнул и направился к двери. А я, провожая его взглядом, пыталась понять: он имел в виду идти спать вообще или… с ним?…

Даже, когда все было убрано, я не могла наверняка себе ответить. Перед самым уходом посмотрела на вазу, которую планировала доделать завтра утром – всего ничего осталось, чтобы вернуть ей прежний вид. И внезапно мысли в голове, как эта ваза, пазлами собрались в единую картину.

Я могла притвориться, что не поняла его. Сбежать, как сделала это утром. Или… хотя бы раз шагнуть навстречу мужчине, который встал на мою защиту и пока, несмотря ни на что, не позволил себе ни разу оскорбить или унизить меня.

Когда я выходила из зала, решение уже было принято. Я поднялась на второй этаж и пошла прямиком в свою комнату. Но только для того, чтобы взять кое-какие вещи для ночи в спальне мужа…

Колени подгибались от волнения. Придерживая вещи, я скованно нажала на ручку двери и легонько толкнула ее до небольшого проема. В комнате горел свет. Однако переступив порог, я быстро поняла, что Амрана здесь нет. Возможно, ему пришлось вернуться в кабинет по работе… В любом случае у меня не было сомнений, что он скоро вернется.

Сделав судорожный вдох, я не спеша прошла к идеально застеленной кровати, остановилась возле нее и неловко огляделась в спальне. Поймав взглядом дверь ванной, мгновенно решила, что лучше переоденусь там. Да и освежиться не помешало бы…

Когда закрывала дверь, невольно задержала взгляд на защелке, поймав в голове мысль, от которой гулко забилось сердце. В конце концов, я отступила и не стала запираться. Будто давая судьбе решать, добровольно соглашаясь с тем, что может произойти. Или выбрав способ показать, что я готова…

Оставив аккуратно сложенную сорочку с полотенцем на тумбе, я огляделась в большой, отделанной темной плиткой, ванной и принялась раздеваться. Чувствовала себя скованно, словно за мной кто-то мог наблюдать, поэтому упрямо прижимала руки к груди, проходя к большой душевой кабине.

Намыливая себя, я невольно думала о том, что случится этой ночь. Будем ли мы просто спать или… В любом случае я не собиралась отступать от супружеского долга. Не знаю, что повлияло на мое решение – разговор с сестрами на прогулке, то, что я все больше проникалась к Амрану или давление совести, но это был мой выбор. И так было правильнее.

Уже смывая остатки пены с волос, я вдруг услышала через шум воды посторонний звук. Сердце подскочило к горлу в тот же миг. Даже если я ожидала этого, увидев мужской силуэт за матовым стеклом, застыла под струями воды, словно парализованная.

Амран замер прямо напротив меня. Выдержал несколько мгновений, прежде чем взялся за ручку и сдвинул створку в сторону.

Неполный вдох зашел в легкие. Я стояла вполоборота, закрывая грудь предплечьями и моля себя скорее выйти из оцепенения… Но как же трудно это было сделать. Муж был без рубашки, а в его глазах буквально играло синее пламя, от которого мурашки разбегались по коже.

Воздух вокруг словно наэлектризовался. Вдох-выдох, вдох-выдох и вот… Я нашла силы подавить всякое стеснение, чтобы медленно убрать напряженные руки от тела. Уловила, как взгляд Амрана сразу спустились от моего лица вниз, прежде чем стыдливо отвела свои глаза.

Казалось, прошла целая вечность под его вниманием. Слегка обернувшись, муж снял с вешалки полотенце и, взяв меня за руку, которую я судорожно сжимала в кулак, вытянул из душевой. Обернув мое тело, он принялся заботливо вытирать мои влажные волосы, лицо, шею и плечи. Опустившись коленом прямо на пол, Амран не оставил без внимания практически ни один сантиметр обнаженной кожи. А когда обнял горячими руками талию, вдруг прикоснулся губами к моему животу…

Я вздрогнула и резко вдохнула. Густая щетина слегка царапала чувствительное место, но мне было щекотно прямо внутри! Даже голова немного закружилась. Горячее дыхание, вместе с ласковыми поцелуями обжигали низ живота и мои щеки пылали огнем, ведь губы Амрана опускались все ниже… А я хватала ртом воздух и с силой прижимала руки по швам, боясь шелохнуться.

Почти потеряла равновесие от волнительных ощущений, когда муж вдруг выпрямился, взял мое лицо в руки и поцеловал в губы. Стало жарко. Удерживая ладони на его крепкой груди, я как будто плавилась и была не в силах открыть глаза, неумело отвечая на взрослый поцелуй.

В какой-то момент Амран прервал его, подхватил меня на руки и понес в комнату. Там уложил поперек кровати, надавив на колени, которые я смущенно развела.

Меня всю лихорадило, как от температуры. Взбудораженная собственной смелостью, я будто шла по самой грани, и только он держал меня от падения в пропасть! Смотрел, словно опьяненный, непрерывно проводя руками по моему телу без единого прикрытия.

Хаотичными движениям распустив ремень на брюках, Амран навис надо мной, придавливая бедрами, и вновь принялся волновать бесстыдными поцелуями. Конечно, я не могла не помнить о боли, которую испытала в прошлый раз. Но муж не спешил обладать мной. Сначала он касался меня, подготавливал, волновал и страх начал таять, потому что дискомфорта я не испытывала. Напротив меня все больше и настойчивее заполняло незнакомое доселе желание! Оно требовало этих ласковых прикосновений и жаждало поцелуев, которыми искушал меня Амран.

Я ощущала, как напряжены его мышцы. Словно мужу было крайне трудно себя сдерживать. Словно он тоже… находился на самой грани!

Первый толчок стал болезненным и сладким одновременно. Амран все же потерял терпение – перехватил мои руки, которыми я уперлась в его грудь, завел их над головой и начала владеть мной всецело, не сдерживаясь. Подавив всякие сомнения, я всем существом подчинилась, попыталась настроиться на его сложную волну и вскоре… была награждена за это.

Никогда ничего подобного не испытывала. Никогда не думала, что можно получить удовольствие, от которого невозможно сдержать голос! Стоны и всхлипы срывались с моих губ один за другим, все чаще и громче. Я цеплялась за плечи мужа так крепко, будто боялась упасть! А он двигался все быстрее и сильнее, и вдруг все мое тело сжалось, словно натянутая пружина. Следом от низа живота по всем мышцам разбежались спазмы и они буквально охватили меня всю, заставив непроизвольно дрожать.

В этот же момент, Амран сжал меня в объятиях, казалось со всей силы и замер, вдавив мое тело в матрас. Его дыхание было учащенным, глубоким, а пальцы впивались в мои волосы до слез. Но мне было так хорошо, что я будто не замечала этого!

Когда он приподнялся, я поймала взглядом его лицо, мощную шею, крепкий торс и вдруг осознала, что любуюсь… Любуюсь этим мужчиной, и трепещет внутри что-то от понимания – это мой муж! А я – его жена.

Жаль я не могла позволить себе надолго забыться. И забыть обо всем…

Амран

Открывая дверь в спальню, я полагал, что она будет пуста, но нутро все равно обожгло недовольство. Конечно я не дам девчонке больше бегать… Однако ждал, что она сама придет к пониманию. Без моей помощи.

Хмуро направляясь к шкафу и расстегивая на ходу рубашку, я решил, что позволю жене еще ровно пять минут. Небрежно стягивая рукава, представил, как зайду в ее комнату без стука – что Алина будет там, не сомневался – подхвачу на руки, даже если она будет стоять в одном нижнем белье и отнесу в свою спальню. Поставив рядом с кроватью, объясню как малолетней девчонке, что отныне она будет спать со мной! Как должна жена спать с мужем.

Поджав губы, я запустил рубашку в кресло и уже протянулся к полке за майкой, как что-то заставило меня отвлечься от мыслей. Будто шум в ванной послышался… Двинувшись в ту сторону, я быстро понял – не показалось и в груди замолотило.

Я не знаю, почему решил войти – кроме нее там ведь никого не могло быть. Словно мне необходимо было убедиться, что это не игра фантазии!

Желание прилило к паху еще до того, как увидел обнаженный силуэт через матовое стекло. Идеальная, точеная фигура – тело Алины мучительно будоражило мою кровь даже во снах! Воздерживаться рядом с соблазнительной женой – это ад. Я мог бы много раз позволить себе воспользоваться женщиной на стороне, не испытывать на прочность нервы, наблюдая каждый день соблазн! Но с того дня, как привел эту девушку в свой дом, с той секунды, как надел на ее палец кольцо – без моей воли стеной выросло отторжение любых мыслей о других женщинах. Только она. И только добровольно. Мысль о принуждении так же вызывала внутри омерзение. Сильнейший протест, разочарование в самом себе…

Порой я даже допускал, что противен жене. Это угнетало. Потому что с каждым новым днем внутри меня все больше разгоралось пламя не только влечения, но и очарования. Мне нравилось в ней все. Теперь я и подумать не мог о том, что эта девушка небесной красоты могла достаться другому! Она всегда была предназначена только мне.

Обхватив хромированную ручку, я сдвинул створку душевой и спокойно встретил растерянный взгляд Алины. Дыхание потяжелело. Я сразу уловил это – она не испугалась. Не дернулась и даже как будто не удивилась! Только сейчас я осознал: почему дверь была не закрыта?

Жена ждала меня. Слишком скромная, чтобы другим путем дать понять, что готова.

Словно в подтверждении, она неожиданно убрала руки, которыми так старательно прикрывалась, и в моей голове щелкнул затвор. Больше месяца воздержания, мучительных метаний и теперь вот он ответ, как награда – оно того стоило. Тысячу раз стоило!

В области ширинки беспощадно заныло. Я хотел взять жену прямо здесь – залезть в кабину, прижать к стенке ее обнаженное тело и больше не выпускать из рук! Буквально потемнело в глазах от возбуждения. Но я унял животное внутри, заставил спустить на тормоза эго. Взял полотенце и приказал себе действовать терпимо.

В прошлый раз Алина не получила ничего, кроме боли. Теперь я собирался открыть ей дорогу к наслаждению. Чтобы она понимала – это не долг передо мной и не секс. Это занятие любовью.

Запах жены одурманил обоняние. Как и всегда буквально захватил разум! Вытянув ее из душевой, я погрузился в процесс моментально. Напряженно, но с упоением промокал влажную кожу, жадно высматривая каждый сантиметр тела Алины.

Кажется, она почти не дышала. В тот момент, когда я начал спускаться ниже – напряглась как будто каждой мышцей. Я вытирал жену везде – без стеснения и предрассудков. Опустившись на колено, не выдержал. Придвинулся вплотную к ней и коснулся губами нежного животика, который тут же дрогнул.

Сладкая… Просто разум вылетел от удовольствия!

Я сжимал пальцами тонкую талию Али все крепче, упиваясь запахом и вкусом бархатной кожи, желая пробовать и пробовать ее. Я чувствовал, как жена буквально столбенеет от моих порочных поцелуев и в то же время – млеет. Ее дыхание сбивалось, стало учащенным, а тело подрагивало от ощущений, которые расплывались теплым потоком по ее венам.

Мне не хотелось останавливаться. Слыша, как Алина едва сдерживает стоны, я, как будто к самому краю подошел! Никаких сил сдерживаться больше не осталось. Аля сегодня проведет ночь со мной. И что-то подсказывало – до утра мучить ее будет мне мало!

Нетерпеливо подняв жену над полом, я понес ее в комнату. Уложив на кровать, так же без терпения надавил ладонями на изящные колени, принуждая Алину развести их. Она была возбуждена – ее щеки горели красным, взгляд был пьяным. Проводя руками по миниатюрному привлекательному телу, я хорошо чувствовал мелкую дрожь желания, которую разбудил.

Неосторожно распустив ремень на брюках, я поспешил накрыть Алину своим телом. Развел языком ее полные губы, чтобы ублажить поцелуем, которыми собирался ласкать жену везде. Одновременно бесстыдно прикоснулся к ней и сразу ощутил, как напряглась.

Ничего. Скоро ты будешь неистово хотеть этих касаний.

Так и случилось. Я умело раскрывал Алю и до меня начали доходить нестерпимые всхлипы. Больше я не мог ждать…

В этот же миг жена будто запаниковала – уперла ладони мне в грудь, издала сдавленный стон. Нет, девчонка. Больше не сбежишь. Перехватив ее руки, я завел их над головой и начал терять разум. При этом неотрывно вглядываясь в красивое лицо, которое искажалось от ненужной настороженности.

Отслеживая, как оно меняло выражение, как Алина начинала задыхаться от волны незнакомого удовольствия, я увеличивал темп и силу движений. Уже без осторожности. Я позволил себе забыться, наконец, избавиться от напряжения и всецело обладать женой! И наградой мне стали ее громкие стоны удовольствия. То, как она цеплялась за мои плечи, металась от силы возбуждения. Кровь бурлила жарким потоком по венам от бешеной страсти, которая переполняла меня…

Раздался вскрик – Алина содрогнулась, выгнулась, и внутри меня внезапно родился ток. Он пронесся по моему телу за секунду, заставляя замереть и сосредоточиться всецело на одном ощущении – вмиг объединившем нас двоих.

Сознание будто накрыло пеленой. Я впервые подумал о ребенке. Впервые с таким неимоверным желанием. Хочу. Чтобы забеременела. Чтобы родила мне сына со своими светлыми глазами. Чтобы стала матерью моих детей!

Я не спешил отпускать жену. И она послушно лежала под тяжестью моей руки, пока я лениво не поднялся, чтобы принять душ. Вернувшись, застал Алину в том же положении. Она задремала. Задумчиво улыбнувшись, я сходил в ванную за полотенцем, которое смочил теплой водой и принялся бережно вытирать ее.

Жена сразу встрепенулась, захлопала глазами. Ей было неловко, но она дотерпела – не мешала мне даже звуком, пока я не закончил. Откинув одеяло, я кивнул Алине ложиться, и она поспешила устроить на подушку. Когда вернулся из ванной, обнаружил, что она укрылась чуть ли не до носа. Усмехнулся. Все-таки какая наивная еще…

Забравшись под одеяло, я лег вплотную к ней, нашел обнаженное тело руками и ревниво притянул к себе. Алина сонно заерзала. Не напряглась, но смутилась. Ничего. Привыкнет. Теперь только так.