Глава 3. Лера

Блин! Как же он бесит меня. Даже подмышки вспотели. Подхожу к умывальнику, вытираю салфетками пот. Навонял тут своим одеколоном... Хотя, стоит отдать ему должное, запах приятный. Это и всё, что есть в нём приятного. Запах. В остальном, бабуин бабуином. Род «павианы», семейство «мартышковых». Ареал обитания - Африка. Как он сюда угодил?

Снова стук в дверь.

- Доктор, можно? – открыв, вопрошает грудастая женщина.

- Конечно, входите, - даю я согласие.

И тут же внутрь моего кабинета вбегает малыш. В руке держит клеточку. В ней хомячок.

- Доктор, доктор, спасите! Капитошка умирает! – глаза у мальца уже красные. Очевидно, оплакал питомца заранее.

- Давайте сюда пациента, - беру я клетушку и ставлю на маленький стол.

Животное в ней неподвижно лежит, лапки в стороны. Этого мне не хватало!

Бережно вынув больного, кладу на подушечку. Если он сдох, то ничем не смогу им помочь! Но хомячок отзывается, дышит, хотя не пытается встать. Пока составляю анамнез по невнятным ответам хозяев, замечаю вполне очевидные признаки. Припухший животик, сосочки торчком…

- Как, говорите, его зовут?

- Капитон! Капитошка, - говорит сердобольная мать.

- Доктор, вы спасёте его? – донимает пацан.

- Постараюсь, - отвечаю расплывчато. Сама же готовлюсь к принятию родов.

Хомячиха пыхтит, напрягается.

- Вовремя вы принесли, - говорю и массирую плотный животик. Штук пять малышей, ступодово! Скорее всего, даже больше.

- Вот! А ты говорила, не надо, давай подождём! – восклицает мальчишка, подходит к столу. Мать охает. В этот момент начинаются роды…

- Ой, что это?

- Боже ж ты мой!

- Мама, мама, смотри!

- Говорила тебе, не корми Бондюэлью!

Всё случается быстро. Усилие… и на подушке у лап Капитона, примерно с десяток «козявок». Слепые и лысые, они жутковаты на вид.

Пацан просто в ахуе! Мать потеряла дар речи. Глаза из орбит! Я собираю «козявок» в ладошку, помещаю в лоток, дно которого устлано ватой.

- Поздравляю, у вас пополнение! Десять мышат.

- К-как? – застывает мамаша, с укором глядит на зверька, - Капитон! Как же так?

Тот вроде уже оклемался. Нюхает стол, пытаясь найти многочисленный выводок. Я осторожно кладу многодетную маму в лоток. Успокоившись сразу, она укрывает детей своим тельцем…

Чёрти что! Сколько раз я была акушеркой у кошек и мышек. Принимала щенков, наблюдала, как из яиц вылупляются птенчики. И всегда пробирает до слёз. Чудо, чтоб его! Новая жизнь.

- Это что получается? Значит, он… это значит, она? – сокрушается женщина.

Сын её в полном восторге:

- Крутяк!

- Выходит, у вас Капитолина, - отвечаю с улыбкой, - Что делать с приплодом?

Хозяйка разводит руками:

- Не знаю! Мы и с одним еле справились. А тут такое…

- Значит так, - говорю, - Мать семейства останется здесь. Ей кормить! А я постараюсь пристроить их в добрые руки.

Сама лихорадочно думаю: «Десять мышей! Обалдеть! Бобров меня точно повесит». Нам и так волокут и котят, и щенков. Как будто у нас не больница. Роддом.

Кабинет покидаю под вечер. Летом не страшно ходить. И на вопросик Боброва:

- Давай подвезу? - отвечаю уклончиво. У него задрапезная тачка! Я же сегодня совсем без колёс. Отвезла свой Ниссан на ТО. Раз в год нужно пёрышки чистить.

Вечером воздух прохладный. Июнь. Вроде лето, но иметь при себе одежонку не лишне. Надев шерстяной кардиган, собираюсь свернуть. Вдруг, испугав до усрачки, на пути возникает… боксёр. Не мужик, а собака! Узнаю его сразу же:

- Броник! А где твой хозяин?

Пёс подходит, давая погладить себя. Шёрстка чистая, яркий окрас. Даже взгляд перестал быть несчастным. Так что мне есть чем гордиться! Подлечила его. И Серёге внушила, что нужно следить за здоровьем собаки. А не только за собственным. Хотя знаю, что он всё равно наплюёт на мои советы. Будет пиво глушить вместе с псом, и жрать чипсы.

- Эй, Броневич! А ну отвали! – слышу, земля задрожала. Серёга идёт.

По сравнению с ним, я как мышь. Наступит, раздавит, пятна́ не останется.

- Это что ещё? – я удивляюсь, увидев букет.

Просто гигантский, который с трудом умещаю на локте. Аромат свежих роз ударяет в лицо.

- Эт тебе, - Сергей опускает глаза, как мальчишка. С его внешним видом… Смешно!

Улыбаюсь ему:

- В честь чего?

- Ну, - он ковыряет носком мокасина асфальт, - За Броневича! Спасибо, что подлатала. Пацанчик как новый стал.

- Да на здоровье! – смотрю на «пацанчика». Кажется, он улыбается мне, «по-собачьи».

Сергей нерешительно, даже с опаской, бросает:

- Слышь, Лер, а может это… прогуляемся? Погода типа хорошая.

Я задираю лицо, чтобы видеть его. Скоро стемнеет, а мне бы помыться, покушать, поспать. Но, так и быть! Интересно, что скажет. Может, будет выпрашивать Ленкин контакт? Фиг ему, а не Ленка!

- Давай, полезно иногда двигать ножками, - забросив сумочку через плечо, перекинув алеющий розовый куст на другую, киваю.

Он изучает меня плотоядно. Взгляд ниже пояса:

- Такими ножками двигать полезно, ага.

Сбавив шаг, выдыхаю:

- Начинается! Ты каждую фразу опошлишь!

- Пошляк, признаю, - стыдливо кивает Серёга. И, заприметив ближайший киоск, предлагает, - Мороженку будешь?

«Мороженку», - думаю я. Представляю, как он будет пялиться, пока я стану есть. И отпускать всевозможные шуточки. Типа: «Лизать, не кусать» и так далее.

- Давай, - соглашаюсь. Почему бы и нет? В конце концов, пусть меня угостит. Заслужила!

Я долго не знаю, что выбрать. Стаканчик, рожок, эскимо. В итоге берём два брикета себе, и ещё один Бронику. Не могу выносить его жалобный взгляд!

- Слышь, Лер, а ты чё незамужняя? – интересуется мой «кавалер».

- Я свободу люблю! – отвечаю, слизнув капельку сливок с фольги.

Серёга смеётся:

- Отговорка на все времена.

- А ты не женат? – тороплюсь уточнить.

- Разведён.

Кусаю разок, прожевав, восклицаю:

- Я почему-то вообще не удивлена!

- Чего это? – хмурится он, сам в два счёта слупил свой брикет, - Типа с такими, как я, никто жить не станет?

- Я этого не говорила, - решаю не слишком давить на больную мозоль.

- Бог троицу любит. Так что…, - многозначительно щурится он.

- Ты ещё и верующий? – не могу я сдержать удивления, - Небось, на груди купола? – и смеюсь, представляя его волосатую грудь с «православным орнаментом».

- Неее, не купола! - отвергает идею, - Но кое-что есть. Показать?

Я смотрю на его широченные руки. Запястья, в наколках.

- К слову, обилие татушек на теле говорит о наличии комплексов.

- Да ты ещё и психолог, ё-моё? – восклицает Серёга. Закатанный к локтю рукав обнажает рисунки на коже. Представляю себе, какие художества там, под рубашкой. Хотя… Нет! Не хочу представлять!

- Я – врач широкого профиля, - заключаю я с гордостью.

Он внимательно смотрит, затем говорит:

- Не! Профиль у тебя что надо.

«Вот, дуболом», - не могу сдержать смех. И прикольно, и стыдно! Неужели настолько тупой?

- Лер, ну скажи, чё не так? – неожиданно горестным тоном бросает Серёга, - Как с вами, бабами, надо?

Я, доев свой брикетик, смотрю на него снизу вверх. Броник тащится следом. «Цок-цок» по асфальту.

- Как с бабами надо, не знаю, - говорю, - А вот с женщинами у тебя явно проблемы!

Он не пытается спорить. Напротив, кивает, изо всех сил давая понять, что я угодила в мишень.

- Ну, просвети! Ты ж начитанная типа? Я вообще не врубаю, чё как!

- Дожил до старости, и не врубаешь, - удивлённо бросаю. Ведь не мальчик уже! Видно, ровесник Гордеева. Плюс-минус год-два.

- Да я не старик ещё вроде, - заявляет с обидой.

- А сколько тебе? – говорю.

- Сорок семь.

Я ещё раз удивлённо смотрю на него. Ну, как я и думала! Годик-другой…

- Офигеть! – заключаю в итоге.

- Чё, так много? – сокрушается он.

«Смотря, по сравнению с кем», - размышляю. Если со мной, то весьма и весьма! Десять лет! Это что получается, мне будет сорок, ему пятьдесят? Мне пятьдесят, а ему…

Так, стоп! С какого перепуга я начала примерять эту хрень на себя?

- Прилично, - вздыхаю.

Он какое-то время молчит, а затем уточняет:

- А тебе сколько лет?

Я поднимаю глаза:

- Сколько дашь?

Чего только стоит не сдаться и вытерпеть взгляд, который скользит по лицу и по телу.

- Нуууу, - держит руки в карманах, наверное, так ему проще шутить, - Тридцатник, как минимум! С большущим хвостом.

- Первый пункт, - изрекаю, - Никогда не говори женщине о её возрасте!

- А если она сама спросила? – хмыкает Серый.

Говорю:

- Отнимай десять лет.

Он озадачен:

- Так это ж брехня получается?

- Не брехня, а комплимент, - поправляю его.

- Комплимент – это «задница на пять с плюсом», - принимается спорить Сергей. Вижу, как взглядом косит на мою…

- А вот это уже пошлость! – поправляю я кофту.

- Это чистая правда, - отводит глаза, но тело как будто горит под одеждой. И джинсы на мне в обтягон, как назло.

- Хоть так, всё равно! – я краснею.

Он щурит глаза. А они у него с зеленцой:

- Не! Вас, баб, не понять без поллитры!

- А ты ещё и пьющий? – делаю вывод.

- Я не! – отрицает Сергей, - Мне нельзя.

- Закодирован что ли? – пытаюсь понять.

Его вздох мало что проясняет:

- Ну, можно и так сказать.

Я вспоминаю о том, что узнала от Ленки:

- Ни фига се, соблазн! Ты ж вроде алко-складом владеешь?

- Ну, да, угораздило, - с горькой усмешкой парирует он, - Зато прикинь, сила воли?

Я соглашаюсь:

- Прикинула.

По небу стекают прохладные сумерки. Над нами сияет Луна.

- Ну, так чё? Комплименты, цветы, ресторанчик? – намекает Сергей.

Типа, комплимент он мне уже сделал. Цветы подарил. А далее по плану идёт ресторан.

- Ты приглашаешь? – смеюсь.

- А если и так? – он серьёзен.

- Не, Серёг! Эта тема закрыта, - я смотрю на часы, прижимаю к груди перевязанный лентой букет.

Растянув губы в едкой усмешке, он проводит по ним языком. Замечаю морщинки вокруг его глаз. Седину на висках. Которая, в целом не портит. Но при всём его мужестве… Нет! Ни за что.

- Чего это? Рожей не вышел? – будто прочтя мои мысли, пытает Сергей.

- Внешность в мужчине не главное, - отвечаю предельно корректно и вежливо. Боюсь обнадёжить своим комплиментом. Или хуже того, разозлить…

- А что тогда главное? – не унимается он.

- Стиль, - пожимаю плечами.

Он глядит на себя:

- Чё не так с моим стилем? Рубаха постирана, джинсы – ништяк!

Надо признаться, и правда, зачётный прикид. Без выпендрёжа, без лишнего лоска, опрятно, со вкусом одет.

- Это не объяснишь…, - я жалею теперь, что ступила на эту дорожку. Но идти по ней буду, пока не упрусь, - Без обид, окей?

Броник отстал от нас. Нюхает что-то на тротуаре. Он любознательный, но осторожный. Такое чувство, что город пугает его.

- Да понял, не дурак, - отвечает Сергей севшим голосом, - Как там в песне поётся? Я те не пара, херовая запара.

- Как ты ни крути, нам не по пути! Мы с тобой не пара, прости! – напеваю в полголоса.

- Во-во, - ухмыляется он.

Какая-то жалость берёт. Но я не хочу поддаваться! С мужиками встречалась по разным причинам. Желание секса, потребность души. А здесь ни того, ни другого! Наверное, просто период такой? Ещё Ленкин развод… До сих пор ощущаю себя так, как будто сама развелась.

- Эй, Броник! Сюда! – подзывает собаку.

- Не забудь пробиотики, - во мне просыпается доктор.

Серёга кивает:

- Ага. Я на машине. Тебя подвезти?

- Да нет, у меня ещё встреча поблизости, - решаю соврать.

Он глядит на букет, на меня:

- Ну, бывай. Если чё, я на связи.

Пару секунд провожаю глазами его и собаку. Какая-то тяжесть внутри. Как ни странно, я буду скучать. По кому из них больше? Не знаю. Но, увы! Не судьба. И на этом участке пути наши взгляды расходятся.