Глава 20

К делу я подошла ответственно, поэтому на второй день хотела уже его бросить. Руки постоянно искали телефон, чтобы включить его и посмотреть, кто звонил и что вообще в мире делается. Ноги и спина болели от долгого неудобного сидения в попытках созерцать внутреннюю суть и сконцентрироваться на дыхании. Никак не выходило следить только за тем, как движется живот или из какой ноздри я выдыхаю воздух. Хотелось мяса и думать о чём угодно, только не о том как меняется температура над верхней губой во время выдоха.

Но я сказала себе, что если так быстро сдамся, то я тряпка, и сделала себе маленькое послабление. Разрешила читать, но только что-то познавательное, а не развлекательное. За развлекательным я бы легко могла целую неделю в постели проваляться. Ту же Вики Драйв могла с интересом изучить.

Наверняка я все же не совсем правильно выполняла эту випассану, но к концу четвёртого дня вдруг поняла, что даже от моих лайтовых медитаций есть толк! Мои мысли однозначно просветлели, а нервы успокоились. Я смогла посмотреть на все со мной произошедшее как будто со стороны. Беспристрастно и совершенно спокойно.

Мне открылось, что Андрея я никогда не любила и счастлива с ним не была. Мой брак был всего лишь продуктом вдолбленной мне с детства морали. Правильной картинкой, которой я стремилась кому-то что-то доказать. Себе, бабушке, отцу, матери. Я пришла к мысли, что вернусь домой и обязательно отправлю на такую медитацию бабушку и маму. Только в специальный центр и в разные группы, а то ничего не выйдет — переругаются…

И перед Андреем я, выходит, виновата не меньше, чем он передо мной. Я вообще не должна была морочить ему голову и встречаться с ним. И перед собой я тоже сама виновата — себе я голову морочила не меньше.

А Вит у меня вот в этих медитативных размышлениях вообще получился чуть ли не посланным свыше избавителем. Нет, благодарить я его не стану, но и смертельным врагом считать не буду. Мне все ещё было обидно и больно от того, что я в него практически влюбилась. Но злость прошла.

И на «Чародейку» я посмотрела под другим углом. Не стоило вообще так цепляться за это здание. Можно было изначально выторговать хорошие условия и подыскать другое помещение. Переехали бы да и работали дальше спокойно. Но из-за своих внутренних комплексов и пунктиков я боялась даже на миг лишиться чего-то постоянного, надёжного и любимого, потому что оно было единственным. А сейчас, взглянув шире, я поняла, что нельзя зацикливаться ни на вещах, ни на людях. Одержимость — это со всех сторон плохо. Меня весь мир и все его чудеса ждут. Могу, например, теперь ресторанчик открыть. И лучше не здесь, а на берегу моря. Хорошо же, когда тепло. Почему у нас в стране не вечное лето?

В интернете писали, что от потока мыслей нужно избавляться, нельзя говорить даже с самой собой, но тут я тоже себе сделала послабление, потому что благодаря этим размышлениям мне открывалась истина и становилось легче.

На пятый день я искренне считала, что у меня всё просто отлично, и я постигла дзен. Но…

— Привет, Танюш. Ты такая красивая! Я не видел тебя пять дней, и сейчас это особенно бросилось мне в глаза, — раздался голос Вита над моей макушкой во время вечерней медитации.

Умиротворение как рукой сняло. Дыхание сбилось с ритма и сразу же стало неправильным, а ноздри выпустили шумные струи воздуха одновременно. Я распахнула глаза и поняла. Нет. До дзена мне как до Тибета раком! Вит по-прежнему вызывал во мне гамму разнообразных чувств от эстетического восторга до желания отвесить пощёчину и спросить: как ты посмел познакомить меня с настоящим и крышесносным сексом, держа камень за пазухой? Но я нашла в себе силы не сорваться. Просто кивнула, приветствуя, и приподняла брови, типа «зачем явился?» Всё ещё верила, что удастся продолжить випассану.

— Ты больше не замужем, и на днях состоится сделка с продажей салона. Тань, я тут подумал и хочу тебе кое-что предложить…

Я промолчала и опять проделала трюк с бровями, но мысли уже вовсю поскакали угадывать, чего он там надумал мне предложить?

— …Выходи за меня замуж, Тань. А «Чародейку» мы временно переселим, а когда на её месте построится новый дом, она вернётся туда, где и была, но станет краше прежнего.

Он сумасшедший? Что происходит?

Сердце готовилось выпрыгнуть из груди, голова закружилась. Я оперлась на пол руками и с трудом расплела сложенные для медитации ноги. Хотела встать и, подойдя ближе к Виту, заглянуть в его глаза. Если он безумен или так неудачно шутит, это точно в них отразится.