‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍7

— Маринка, плыви сюда, тут смотри, что есть, — как ребенок радовалась я, нажимая кнопку, включая водопад.

— О супер, гребу, гребу, — весело отозвалась подруга.

— Ох, и хорошо-то как, Сонька, — переводя дух, засмеялась Марина.

— Да, чувствую себя как в раю, вот если бы не осознание того, что гиены роятся рядом…

— Не говори. Но Олег, сказал, что не тронут, и я ему верю, как ни странно, — проговорила Марина.

— Да? А мне вот вообще показалось, что между Вами, что-то проскользнуло, когда Вы ругались у лестницы, — хитро прищурившись, подметила я.

— Ты на что намекаешь, Елизарова? — возмутилась Маринка. — Все что там промелькнуло, так это его желание меня прихлопнуть, слово видите ли последнее за мной, что за чушь, нашел к чему прикопаться! И с таким как он? Сонь, ты меня до такой степени не любишь? Да, на нем пробы не где ставить!

— Ну-ну, — ухмыльнулась я.

— Что «ну-ну»? Ты вот сама-то мне скажи, по-моему, так поводов для подозрений у меня больше, чем у тебя. Что у тебя с этим греком? — парировала подруга.

— Ты рехнулась? Глаза б мои его не видели! Кроме оскорблений от него ничего путного не было. Да, ты и сама все слышала.

— Да? А поцелуй?

— Это? Ну это…я так думаю, он как истинный неандерталец хотел доказать мне свое превосходство. Это, как знаешь, дубинкой по башке, за волосы и в пещерку. Тогда, как разумные люди ведут диалог, у него словарный запас ограничился вот этим. Ничего стоящего! Так, всё! Предлагаю еще раз попариться и выйти на веранду, попить винца. Ты как? — решила сменить тему я.

— Я за! — поняв мой ход, согласилась Маринка.

Мы зашли в парилку, как следует попарились, окунулись еще раз, обернулись простынями и выскочили на уже теплый июньский вечерний воздух. Уселись в удобные кресла, налили по бокалу вина, и замолчали, каждая думая о своем.

— Сонь, можно вопрос?

— Если ты спрашиваешь, то это что-то серьезное, — усмехнулась я. — Давай.

— Если бы ты с Адамиди встретилась при других обстоятельствах, у тебя бы с ним могло что-нибудь получиться? Было бы тогда у тебя какое-нибудь чувство к нему?

Я задумалась. Да нет Марин. Уже есть чувство. Сама не разобралась какое, но есть. И ничего от этого чувства хорошего я не получаю. Ни эмоций, ни настроения — ничего! Но в слух ответила:

— Не знаю, Марин, он такой какой есть, и другим я представить его не могу. Это уже будет не он. А откуда такие мысли?

— Просто задумалась. Что иногда, чуть-чуть в судьбе подшаманить и может получится счастье.

— Ох, ты ж мой неисправимый оптимист, Мариш. За тебя! — сказала я, салютуя бокалом.

— Нет. За нас! — так же отсалютовала Маринка мне.

Мы посидели еще немного, когда я увидела, что подруга начала зевать. Мне же напротив хотелось еще поплавать, посидеть на веранде.

— Сонь, пойдем спать? Что-то меня разморило!

— Ты, наверное, иди, а я попозже приду.

— Ты уверена? — опасливо озираясь по сторонам, как будто мы в джунглях, спросила Марина.

— Да не набросятся же на меня, — засмеялась я.

Если бы я тогда знала насколько пророческими окажутся мои слова….

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Вернулся в гостиную и понял, что ни фига я не угомонился, взвинчен по сто бальной шкале на все двести. Потому что понимал, что она где-то здесь, где-то рядом. Как акула, чувствует кровь за версту, так и я чувствовал её. Неосознано стал глазами выискивать Соню или на худой конец ее рыжую подругу, которая не отходит от нее ни на шаг. Ни одной, ни другой в гостиной не было. Выдохнул, повторяя про себя как мантру: «Вероника, отвлечься, забыть!». С этим боевым настроем подошел к дивану, где сидела все та же компания.

— Соскучились? — произнес для всех, но улыбался только Веронике.

Она расплылась в самой что ни на есть премилой улыбке.

— А я уже хотела тебя идти искать, мало ли заблудился, — пошутила она, кокетливо поглядывая на меня.

— Навигатор мне в помощь, у Олега во владениях легко заблудиться, — отшутился я.

— Да, точно. А куда подевалась Соня? Не видели? — спросил изрядно захмелевший Илья.

— Здесь где-то, — отмахнулся Олег, уделяя все свое внимание пышногрудой блондинке, которая уже не стесняясь льнула к нему всеми частями тела.

Ну тут сценарий и без того понятен, — усмехнулся я про себя. Одна, макисмум две ночи, и «ты потрясающая, это я не достоин тебя, в знак моего уважения прими от меня это…кольцо, браслет, часы…» да там в общем-то неважно.

Заиграл старый добрый Scorpions Ballads.

— Алекс, пойдем потанцуем, — потянула меня за рукав Вероника.

А почему бы и нет?

— Олег, но не сидит же она в своей комнате? — услышал я, поднимаясь вслед за Вероникой.

— Может, и сидит, они решили в гостевом доме разместиться, — кинул Олег и пошел вслед за своей пассией на импровизированный танцпол.

Илья поднялся и не самым уверенным шагом пошел на выход.

Я проследил за ним, понимая, что он явно идет не подышать свежим воздухом. Да, блин, мне-то какое дело. «Вероника, отвлечься, забыть!»

Вероника жалась ко мне во время танца, что-то без конца нашептывая, чуть касаясь моего уха своими губами. Я же позволял ей это делать, склонив к ней голову, чтобы лучше слышать все те любезности, что лились из ее уст. Хотя практически ничего не слышал. Мысли, голова, были не здесь. "И вот я увидела тебя, как думаешь такое бывает? Ты очень мне интересен. И почему мы не встретились раньше? Но сегодня…" — продолжала Вероника, её не интересовало, что я не отвечаю, она была увлечена своими речами. Наконец-то композиция закончилась и мы все вернулись на свои места, все…кроме Ильи.

Еще немного о чем-то поболтали. Пока Олег, откровенно, уже не перестал участвовать в беседе, точнее он беседовал, но по своему и только с блондинкой, которая разве что уже не выпрыгивала из платья.

Все сдаюсь! Не могу больше притворяться. Я, черт подери, переживаю, этот пьяный упырь поперся точно не для того чтобы пожелать ей «спокойной ночи». Надо сходить — проверить. Афишировать ни к чему. Это только элементарное беспокойство, — успокаивал я себя. Так бы поступил каждый нормальный мужчина.

— А куда делся Илья? — как бы невзначай спросил я.

Мне никто не ответил.

— Олег, говорю, куда Илья делся? Может, перепил и ему помощь нужна? — более настойчиво повторил я.

Олег удивленно посмотрел на меня, оторвавшись от своего несомненно очень увлекательного «дела».

— Эммм, не знаю. Я ему нянька что ли? — насмешливо ответил друг.

— Да, по-моему, он свою зазнобу пошел искать, как ее? Соня, кажется, — ответила блондинка силиконовыми губами.

— Схожу, проверю, — поднимаясь сказал я.

— Я с тобой, — подхватила Вероника, — а то мало ли опять потеряешься.

— Не стоит, подожди здесь, я быстро, — улыбнулся, поцеловал ее запястье, от чего она разомлела как кошка на мартовском солнце и вышел из дома.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Я вышла из парной. Люблю я париться. Мне нравится эта смена температуры: жара и прохладная вода бассейна. Кто — то любит кадку на себя ледяной воды выливать, но я сколько не пыталась — кишка тонка. Для меня самое то погреться, и в комфортную водичку окунуться. Да, вот так. Рассекая неспешными движениями воду, поплыла я к другому бортику бассейна, уходя в нирвану и углубляясь в свои мысли.

— Оооо вот ты где! А я тебя повсюду ищу.

Я вздрогнула и захлебнула воды, откашливаясь, повернулась на звук голоса. Видать, уж очень сильно я погрузилась в свою параллельную вселенную, что не слышала шагов.

У бортика, засунув руки в карманы, чуть пошатываясь, стоял Илья. Не скажу, что меня это как-то сильно напрягло, я девушка не робкого десятка и, если что, как-то попробую справится с подвыпившим мажором. Хотя я никогда не попадала в такие ситуации и как буду себя вести в подобном случае не знала, но предполагала. И все же надеялась, что он просто меня искал, чтобы узнать всё ли со мной в порядке.

— О, привет! А я вот тут, плаваю, — стараясь выглядеть беззаботно, с улыбкой произнесла я.

— И как оно? — ухмыляясь как-то отрешенно, спросил он.

— Хорошо, — спокойно ответила.

— Да? А можно я присоединюсь? — не дожидаясь ответа, и не сводя с меня глаз, стал раздеваться Илья.

— Да, конечно. Бассейн же не мой личный. Да и выхожу я уже, — с этими словами двинулась к лестнице, чтобы вылезти на сушу.

Илья успел расстегнуть рубашку и теперь не спеша шел по направлению ко мне. Я не смотрела на него. Так, вылезти, дойти до парной, я где-то там повесила халат, накинуть его, хоть как-то укрыться от этого пожирающего взгляда, — все это мелькнуло в моей голове меньше, чем за минуту.

Только сделала пару шагов к парной, Илья преградил мне путь.

— Илья, что такое? — подняла я на него слегка испуганные глаза. Так, спокойно Елизарова, спокойно, главное не показать ему свой страх. Почувствует — пиши пропало.

— Что такое? — скривил губы Илья. — А сама как думаешь? Не кажется ли тебе, крошка, что пора платить по счетам?

— По каким счетам? Ты в своем уме? — вспылила уже я.

Он схватил меня за плечи и толкнул к ближайшей стене, я только успела охнуть.

— По каким? Ты…. Ты, — дрожащим от гнева голосом продолжал он, — крутила жопой, заставила поверить, — прижался ко мне всем телом, пытаясь поцеловать. Я же судорожно пыталась его оттолкнуть, но ничего не вышло, отвернулась, его губы мазнули по моей щеке. Судя по запаху накачался он под завязку. Опасно, очень опасно.

— Я не крутила, я не заставляла, ты сам, — сопротивляясь, пыталась сказать я. Но он не слушал, он просто обвинял и наказывал здесь и сейчас. Ни за что. Просто, потому что я когда-то посмела ему отказать!

— Поверить, что будешь со мной, моя. Мне не надо надолго было, — звучало сбивчивое бормотание. Он сдернул лифчик от купальника вниз, — его глаза потемнели, и в них промелькнуло совершенно нездоровое безумство. — Ты мне должна.

— Да пусти же ты!!!

Я пуще прежнего начала брыкаться, кричать. Он закрыл мой рот ладонью, продолжая лапать меня своей мерзкой рукой. Я перестала вырываться и стала лихорадочно думать, как выпутаться из этой ситуации. Так, сделаю вид, что согласна на все, он ослабит хватку и тут я…

— Извините, что помешал вашему веселью, но не кажется ли вам, что ЭТИМ лучше заниматься в собственной комнате?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Илья резко повернулся, ослабляя хватку, а я со всей силы оттолкнула его. Он отошел на шаг и ошарашено уставился на Алекса. А это был именно он.

Сознание как-никак вернулось, — подумала я. Меня же трясло от произошедшего. Подняла глаза на Алекса, он стоял и неотрывно смотрел на меня. Если бы взглядом можно было убить, я бы скончалась на месте, я была в этом уверена. Его глаза жгли насквозь, губы сжаты в одну узкую полоску, челюсти напряжены, желваки ходят ходуном. Как тигр перед прыжком, — пришло на ум сравнение.

— Уважаемая, вы бы хоть постеснялись перед двумя мужчинами и в таком виде, или для вас это норма?

И только тут я осознала, что стою перед ним по сути в одних плавках, лифчик сдернут вниз с груди, волосы растрепаны, вид как-будто нас прервали. Не уж-то он не слышал, как я кричала? И мне стало смешно. Ко всем эпитетам: сумасшедшая, дура, сейчас еще добавиться один: «шлюха».

Да по хрен, пусть, что хочет, то и думает. Мне посрать. Я его больше не увижу. Поняла это для себя и что-то перещелкнуло внутри, ироничная и стервозная Я попросились наружу. Ну раз это наша последняя встреча, держись, хоть один раз, но доведу тебя. Доведу так, чтоб до белого каления, чтоб взвыл и запомнил. Навряд ли я адекватно соображала, что делаю, мною управляли инстинкты и эмоции.

Я откинула мокрые непослушные пряди назад, не поправляя лифчика, двинулась к нему, подошла вплотную, провела пальцем по щеке, по губам, встала на цыпочки, прижалась к нему, и самым сексуальным голосом на какой только была способна, тихо сказала, едва касаясь губами уха:

— А может, я люблю, когда на меня смотрят… люблю партнеров разных…утром один, а вечером, под настроение, другой… и чтобы жарко… и чтобы на пределе… и чтобы до утра.

Наклонила его голову к себе и…. лизнула. Просто так… просто лизнула его губы, глядя ему в глаза. А там на дне плескалось безумство, поглощающее и подминающее все под себя, и оно набирало обороты с неимоверной скоростью, как торнадо. Я отшатнулась, и, наверное, в этот самый момент поняла: я зашла слишком далеко, точка не возврата пройдена.

Резко развернулась, увидела, что Ильи уже нет рядом с бассейном. Вот черт! Мы вдвоем, надо бежать. Что я наделала? Его теперь и танком не остановишь. Успела дойти до парной, схватила халат, пытаясь на ходу его надеть на себя и побежала к выходу из бани. Он нагнал меня как истинный тигр, в два прыжка, резко развернул к себе и неистово впился в мои губы, жадно, грубо, наказывая за то, что посмела играть с ним, за то, что вторглась на его территорию, за неподчинение. На меня обрушился ураган. Он меня смел, растоптал, без права на какое-либо самоуправство. Была ли я против? Нет. Я устала бороться с этим. Мне нужно это получить. Его. Его всего. А там, что там… не знаю. Да и думать я не могла и не хотела.

Только не останавливайся, чтобы я не передумала. Я себе не прощу, я тебе не прощу. Я должна хоть что-то получить за сумасшествие этих дней. Хоть что-то для себя. Но он не думал останавливаться, он перестал терзать мои губы, он целовал мою шею и ниже и ниже, пока его губы не добрались до груди. А мне, мне хотелось большего, мне хотелось здесь сейчас и проникнуть каждой клеточкой в него, сию секунду. Я лихорадочно гладила его по спине, зарывала пальцы в его волосы, ближе и ближе притягивая его голову к себе. Это взрыв, это накал три тысячи по шкале Цельсия. Вся кожа горела безумным огнем. Его руки, эти руки были везде. Я чувствовала их на груди, на спине, на талии….Ну же! Он опустил руки ниже, а я подлетела, остатки разума испарились. Я резко притянула его к себе и впилась губами в его губы, жадно впитывая его стоны, судорожно и бесстыже расстегивая пряжку ремня, мне мало, я жадная. Да твою мать, здесь и сейчас, я очень жадная, и хочу его до одури, до ломоты. Я слышала о таком, я читала, но даже и на сотую долю не представляла масштаб бедствия. Ты перестаешь принадлежать себе, ты — это он. Но, вдруг, он внезапно остановился. Я потянулась к нему руками, он перехватил их. Прислонился лбом, тяжело дыша, к моему лбу. Отстранился, посмотрел в глаза, кивнул, будто сам задал вопрос и сам же на него ответил. Уверенно взял меня за руку и повел к лестнице и по ступенькам наверх. Открыл какую-то дверь, подтолкнул меня внутрь, зашёл следом. Кровать, столик, тумбочка, шкаф — комната отдыха, — за секунду заключила я. Ровно столько у меня было времени до того, как он набросился на меня, неистово целуя, и как зверь, сдирая остатки купальника. Я помогала ему, быстрее ещё быстрее, от нетерпения я рванула на нем рубаху, пуговицы в стороны, он что-то гортанно прорычал, не отрываясь, смотря в мои глаза, скинул остатки одежды. А я тонула, ждала пока спасет и продолжала тонуть, ощущая нехватку кислорода и потерю в пространстве. Пока он резко не наполнил меня, на секунду остановился, рвано выдохнул, и начал сумасшедшую гонку, бешеную, рьяную, с каждой секундой унося меня за пределы возможного, за пределы галактики, за пределы самой меня. Оргазм накрыл как цунами, воздух выбило из лёгких, на какой-то момент мне казалось я вылетела из собственного тела, и как будто со стороны услышала собственный крик, а через секунду не закричал… нет, это действительно был рык, зарычал Алекс. Он навалился на меня тяжело дыша, я медленно приходила в себя. Просто охренеть!

Мужчины у меня были, я не девственница. Правда, последний сексуальный партнёр у меня был полтора года назад, но это сути не меняет- опыт был, но то, что произошло сейчас, ставит под сомнение весь мой «опыт»! Вопрос: если это был секс, то чем, черт его дери, я до этого со своими партнёрами занималась?

И тут меня опустили с небес на землю, быстро и бесцеремонно:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Мы на сегодня не закончили. Сюда могут прийти. Через пол часа приходи в мою комнату. Второй этаж главного здания, первая дверь слева от лестницы. И, надеюсь, тебе хватит терпения по пути не цепануть третьего на сегодняшний вечер.

Все это он говорил, одеваясь, и не глядя на меня.

Клеймо поставлено. Подумала без агрессии, без иронии, без эмоций. Не хотелось ничего говорить. Хотелось остаться одной и осмыслить все. Молча встала, накинула халат, и вышла из комнаты, только не разреветься, только ни при нем. Дойти до своей комнаты, в душ, и там уже сесть и посыпать голову пеплом.

Он же вышел следом.

— Пол часа. Соня, ты слышишь? Пол часа. Жду, — и, не оборачиваясь, пошел к дому.

Смешно, но мне до жути хотелось его послушаться. До жути хотелось ещё раз ощутить, вот это всё… всё, что я ни разу не ощущала за все свои годы. А первый секс у меня случился в шестнадцать лет. Ну как секс, так, одно недоразумение. Но после этого же были мальчики, но чтобы так, до потери пульса? До дрожащих коленей? Никогда. Ни с кем и никогда.