Глава 7

Амелика

За месяц игнора я многое осознала. Самое главное — что мне нужен мой ребёнок. Пока привязанности материнской нет, но я ощущала это интуитивно.

Марк общаться с собой запретил, и я не знала, как подойти к нему с этим вопросом. Виду его, только вроде хочу подойти, а он идёт мимо, как будто меня нет тут.

В тот день, когда он позвал меня с собой на приём, я обрадовалась самому факту, что он начал со мной разговаривать. Хотя понятно, что вынужденно. Но шанса терять не стала и спросила про ребёнка.

Я пыталась взглянуть на мою дальнейшую жизнь, есть два варианта: первый — полный игнор мужа, одиночество, отсутствие ребёнка в моей жизни, второй — более перспективный, свыкнутся с мыслью, что Марк мой муж и воспринимать его мужем, выкинуть из головы все что было до родов и полюбить своего ребёнка.

Но Марк — стена. На встречу не шёл, все мои попытки сближения и контакта игнорировал. У него два месяца не было жены в спальне, а все чего дождалась на провокацию с голыми ногами — это жадный взгляд. Никакого продолжения и поползновений в мою сторону. Силы духа, чтобы бессовестно завалиться к нему в спальню, не было.

А потом привёл эту мымру. Ирисса. Имя какое противное Крыса-Ирисса. Высокомерная зазнайка с бидонами вместо груди. Вот как на зло он!

А мне надо примерной девочкой выглядеть, чтобы к ребёнку дал доступ.

Не дай бог узнаю, что он с ней спит, поэтому по мне не приходит! Хотя что я сделаю? Да ничего я не сделаю. Связана по рукам и ногам.

Розе не здоровалось. Постельный режим. Гостей не принимали. А я так хотела с ней увидеться, посоветоваться.

На протяжении ещё месяца ничего не происходило между нами. Ладно хоть на Ириссу он взглядов не бросал.

Сынок ко мне привыкал, я к нему. Уже аккуратно брала его на ручки. Крутилась всегда рядом.

Марк сегодня пришёл на удивление рано. Позвал в кабинет.

— Привет, Марк — несмело зашла внутрь.

— Привет, Амелика, у меня для тебя новости — я насторожилась.

— Какие?

— Наш университет сейчас принимает на обучение девушек из семьи правления. Я когда-то тебе обещал. Ты ведь хотела — я уже, если честно, вообще про это забыла. Столько всего произошло. А он помнит.

— Да, а можно чуть-чуть отложить? — он вскинул брови — подождём пока Виктор подрастёт. Я сейчас хочу больше им заниматься.

— Похвально. Начнёшь учиться, когда сочтешь нужным. Можешь идти — кивнул он на дверь, а я уходить не хотела. В кои то веки разговариваем. Ещё и наедине, без вечной Ириссы.

— Как там Роза? Крит что-то говорит?

— Ей лучше, скоро позовут нас в гости. Ты будешь ей рассказывать, что у нас не гладко?

— Я хотела… а нельзя? Просто мне совсем не с кем поделиться своими переживаниями… она моя подруга.

— Можешь сказать. Просто Крит не знает. И нужна ли им сейчас информация отёкших проблемах, дополнительный негатив — а он прав, я не подумала — я твой муж, почему ты своими переживаниями не можешь поделиться со мной? — я удивилась.

— В смысле? Ты меня избегаешь. Мы почти не разговариваем.

— Мы сейчас разговариваем. Можешь сказать.

— Я переживаю из-за того, что ты не приходишь ко мне… не зовёшь меня к себе… — говорить было неудобно.

— Тебе можно подумать это надо — хмыкнул он. Не забывай, я прекрасно тебя вижу. И даже прямо сейчас у тебя нет эмоций, отражающих, что ты полна желания заняться любовью.

— Во-первых, это способ сблизиться с тобой. И я прекрасно знаю, как быстро в твоей власти появляются эти эмоции прямо в процессе. Во-вторых, … — пауза затянулась, его левая бровь поползла вверх — с кем ты предаёшься любви, Марк, если не со мной? — я сделала серьёзное лицо. Ещё ногой бы топнула. Сама накосячила, ещё и права качаю.

— Ты хочешь сблизиться со мной? Зачем?

— Ради ребёнка. И ради… нас? Разводиться нам нельзя. Жить надо дальше, не всю же жизнь друг друга игнорировать. Но пока ты не ответил на мой вопрос, никакого сближения не будет! — выдала я.

— Никакого сближения и так не будет. Я не верю в твои благие намерения. Оставь меня. Мне надо поработать.

Я ушла расстроенная. Ну вот что мне делать? Хочется мира в семье. И ещё хочется Ириссу эту сбагрить. У меня и у самой все получится. И ребёнка я люблю. Как будто он не видит. Зашла к себе. Марши поливала цветы.

— Госпожа, на вас лица нет. Опять с мужем не ладится? Простите, если лезу не в своё дело.

— Марши, ну вот что мне сделать? Как мне полюбить собственного мужа? — ныла я.

— Если бы мне знать. Возможно, если бы я знала секрет и смогла полюбить своего, то и жили бы лучше.

— Такого как твой, точно любить не надо. Он не заслуживает. А такого как мой легко любить, его все любят, кроме меня.

— Я думала хоть у вас браки по любви — вздохнула девушка.

— Он любил меня. Думал, и я полюблю. Когда отношение хорошее, присутствует нежность и ласка, так чаще всего и случается. Это я какая-то не правильная.

— А вы думайте о нем чаще. Представляйте себя с ним счастливой. В объятьях его, как целует вас, как вы его. В постельных делах — удивляет меня служанка — говорят, если чего-то очень хочешь и часто это представляешь, вселенная притягивает это к тебе.

— А ты чего хочешь, Марши?

— Я хотела покоя. И много мечтала об этом. Вселенная мне послала вас. Вы спасли меня.

В ту ночь я долго не могла уснуть. Следовала совету Марши и представляла Марка. Сначала это были вполне невинные картины, где я он и наш сын, мы гуляем в саду, мы играем в детской. Потом мы вдвоём гуляем по нашим местным цветочным полям, целуемся под луной. А у нас ведь не было ни одного глубокого поцелуя. Такая мысль промелькнула на краю сознания, когда из мыслей эти картинки плавно перетекли в сновидение.

Более жаркое и откровенное. Его руки властно ласкали меня, губы жарко целовали. Почему-то я ощущала запах алкоголя… во сне вообще бывают запахи?

А потом я поняла, что это уже и не сон больше. Резко открыла глаза. Между нами не было расстояния. Наши языки переплетались. Нас разделяло только кружево моего белья и его трусы. От растерянности я прервала поцелуй.

— Марк? — прошептала я.

— Кого-то другого ждала?

— Ты пьян? Поэтому пришёл?

— Не слишком пьян. Пришёл потому что хочу. И отвечая на твой сегодняшний вопрос: ни с кем я любви не предаюсь и жене не изменяю.

— Но ты пришёл… ты передумал?

— Ты же сама хотела сближения. Манишь меня, а потом заднюю?

— Я же тебя не гоню…

— Но как очухалась, сразу прервала поцелуй. Кто тебе снился? Эрик? — видимо он подумал, что это верная догадка, потому что стал покачиваясь подниматься с меня. Я резко притянула его за руку, возвращая обратно.

— Ты, мне снился ты! Не уходи — запищала, голос спросонья осип.

— И целовать можно?

— Можно.

— Так бы сразу. Только ты это… в общем давай сверху. Все таки чуток я перебрал.

Он крутанулся, и я оказалась сверху. Я ж не умею! Одним движением разорвал мои трусы, отшвырнул, свои приспустил и ловко усадил меня прямо… куда надо короче говоря. На секунду почувствовала дискомфорт. После родов же это первый раз. Но как ни странно, тело мое оказалось вполне готово к такому резкому продолжению. Видимо, он долго ласкал меня, пока я дрыхла. На инстинктах начала двигаться. Получалось неловко. Он вздохнул. Ну вот что я за жена, мало того, что ничего не умею, ещё и мозг выношу постоянно. А он меня терпит. И все ещё любит похоже… пришёл ведь. Он зафиксировал меня руками за попу и начал резко двигаться сам, ритмично приподнимаясь. Отсутствие интимной жизни сказалось на обоих, потому что спустя 15 минут мы уже сладко спали в объятиях друг друга вполне удовлетворённые.

Утро началось не так радужно. В кровати я была одна.

А вообще как интересно. Эта тема с визуализацией желаний всегда так быстро работает? Чтобы ещё загадать и напредставлять?

Позвонила в колокольчик. Пришла Марши. Помогла принять в ванну.

— У госпожи сегодня хорошее настроение? — она подмигнула. Неужели слышала? Хотя шумоизоляция дома хорошая.

— Господин ночью приходил — не стала скрывать я и улыбнулась.

— Значит все налаживается?

— Надеюсь, что да. Пойдём на завтрак. А потом к малышу.

Мы спустились. Меня бесило, что няня, в отличие от всех слуг трапезничала за хозяйским столом. Типа она кормит Виктора. Будто я не могу покормить. И не раз бросала недвусмысленные взгляды на Марка. А он как будто не видит? 100 % же чувствует ее эмоции.

Как я и ожидала, и Марк и Ирисса уже сидели за столом. Сын в детском стульчике.

— Доброе утро, всем.

— Доброе утро, госпожа — она даже слово «госпожа» говорила так, будто сейчас блеванет, а Марку пофиг!

— Доброе утро, дорогая — после завтрака зайди в кабинет, надо поговорить.

— Хорошо. Мне тоже надо — терпеть в своём доме Ириссу, после того, что было ночью, я не намерена. Я не против няни. Я найду другую! — я покормлю Виктора сама? — я взглянула на мужа, он снисходительно кивнул — малыш, смотри какая кашка вкусная. Ням-ням. Самолётик…

Ирисса чинно жевала пудинг с осанкой королевы. Грудь при этом покоилась чуть не на столе. Долбануть бы чем-нибудь тяжёлым. Бесит. Как она меня бесит!

Мы ушли наверх в кабинет.

— Ну, кто начнёт?

— Давай ты, Марк.

— Я хотел извиниться, что пьяный заявился к тебе.

— Только не говори, что ничего не помнишь — этого ещё не хватало.

— Помню все. Но тебе, наверно, не приятно, что выпивший.

— Если алкоголь склонил тебя к разумному поступку, то в данном случае, даже одобряю — я улыбнулась, он засмеялся. Лёд тронулся. Конечно, я никогда не смогу его полюбить. Но уважения и симпатии он достоин.

— А какая тема у тебя? — я вмиг посерьезнела.

— На счёт Ириссы… ты же, помнится, сам говорил, что я отвечаю за штат прислуги?

— Ты хочешь уволить няню? Тебе сложно будет справляться одной. Зачем?

— Я найду другую, с которой мне будет комфортно. Марк, ну неужели ты не видишь, как она тебя ест глазами?

— Мне приятно, что ты ревнуешь. Но это глупости. Она же не знает, что я читаю ее эмоции. Там интерес сугубо меркантильный. И я его никак не поддерживаю.

— Все равно! Она мне не нравится! Ну разреши мне ее уволить?

— Я уволю ее сам, когда ты найдёшь новую. Которая устроит и меня и тебя. Идёт? — ура, победа. Бе тебе, мерзкая Ирисса.

— Отлично! Спасибо, Марк.

— Мы сегодня приглашены к Криту и Розе. Мне говорить о наших с тобой недопониманиях ему?

— Нет, они же в прошлом?

— Я надеюсь.

— Я не буду ничего рассказывать Розе. Давай все начнём с чистого листа. У нас малыш, мы семья. Я больше не буду противиться.

— Я очень рад, не представляешь как — он притянул меня для поцелуя. Я разрешала себя целовать, но инициативу не проявляла. Пока у меня это не получалось.

А через 2 недели… ну вы поняли…