Глава 13

Догоняя Сашку, хотела попроситься с ним, но поняла, что он специально меня сюда привел. Ему со мной сложнее. Я балласт, ненужный и раздражающий. И он просто избавился, как от надоевшего питомца, вышвырнул и ушёл.

Поэтому, догнав его, я замешкалась под его грозным пронизывающим взглядом, но потом решила ответить на вопрос в его глазах.

— Ворота заросли в траве до середины. А это означает, что сюда не приезжал никто уже несколько месяцев. Ты ведь не мог этого не заметить, да, Борзый? — горько усмехнулась я, дура доверчивая.

Волчара молчал, испепеляя меня взглядом, не скрывая, как он от меня устал. Ну что же, я тоже не в восторге от того, как перевернулась моя жизнь рядом с ними.

— Знаешь, Александр, я сожалею. Да, мне действительно жаль, что теперь столько проблем из-за меня. У тебя, у Лерочки, у остальных, да и у меня самой тоже. Но я уже не та малолетка, которую ты пнул под зад. Я прекрасно понимаю причины и следствия.

Хмурый взгляд серых глаз меня больше не пугал, как бы он ни сверкал сейчас, я решила выговориться, раз уж слушает, зверюга.

— Я пока не знаю, насколько велика моя вина. Но точно знаю, что скажи мне хоть кто-то из вас, что приезжать в дом Кирилла Сумарокова опасно, как для меня, так и для любого из вас, я бы не поехала. Если бы хоть кто-то намекнул, что у вас война с отцом Леры, Резвым или ещё кем. Всего этого бы не было. И я очень надеюсь, что ты не солгал и Лере сейчас ничего не угрожает.

Продолжая выжигать в моем опухшим от слез лице дыры, Борзый не уходил, даже встал поудобнее, опершись на стену сторожки.

— Может и глупо было тащить тебя в «Мильфей», но ты ведь не баран на верёвке, правда? Хоть и упирался. Мог бы и не приезжать, послать меня и не тешить свое эго, посылая ко мне эскорт. Не приехал бы ты туда, меня бы не увидели с тобой и не стали бы следить. Ты ведь мог предположить, что так будет? Или нет? Думал, что никто не обратит внимания на очередную твою бабу? Их же у тебя только на букву «А» три десятка.

— А тебе непонятно было, детка, что лезть в мир, который ты не знаешь, опасно? И сейчас непонятно, что тут тебе не начищенный паркет твоего офиса, где ты можешь цокать каблуками, виляя задом? Что тут могут убить не за что-то, а за компанию? Непонятно, что надо держаться от таких как я подальше? — не выдержал Сашка, как хлыстом рассекая воздух своими нравоучениями.

— Ваш мир? Да знать я его не хотела и не хочу! Мне нравился мой! Понятно? Мой! — не выдержала, я переходя уже на повышенные тона. — Я и понять ничего не успела! От момента, когда, оказывается, за мной начали следить, до того, как я оказалась тут! Это было вчера, Борзый. Только вчера ты со своим Резвым у ресторана мило беседовал! А сегодня он хочет тебя убить! За одни сутки моя жизнь перевернула глянцевую красочную страницу на грязные разборки криминальных элементов! И ни один из этих элементов не пояснил мне, что происходит! Иди к черту, Блохастый! И куртку свою забери! — окончательно разъярившись, я сняла и сунула ему в руку его одежду.

Проверять, отчего горит моя спина и затылок, я не стала. Оттого, что он смотрит вслед, пока я ухожу обратно к дачным домам, или я уже простыла и поднявшаяся температура скоро сменится ознобом. И тогда мне крышка точно. Без вентолина я задохнусь, а мой скоропомощной препарат остался в машине Костика. Как и сумка с документами и всем остальным.

Может, я и не осмелилась бы залезть в чужой дом при других обстоятельствах, но сейчас для меня действительно вопрос жизни. Нужна сухая одежда и, если повезет, горячий чай.

Я прошла все дорогие кирпичные дома в надежде, что они на сигнализации, тогда спастись бы было гораздо проще. Но единственный дом с табличкой, что он под охраной какого-то «ОВО Стрим», оказался напичкан муляжами камер и оборудования, на мое вторжение никак не реагировали огоньки в окнах.

И вторая моя надежда, что люди пользуются другими въездами, поэтому тот зарос, не оправдалась, остальные были в том же состоянии. Радовало только то, что пешие дорожки были затоптаны, а значит, рядом автобусная остановка и утром я смогу отсюда уехать. Осталось ограбить чей-то дом и наскрести на проезд.

Я совершенно запуталась в домах и улочках и решила лезть в первый попавшийся, когда увидела в одном из стареньких домиков тусклый свет. В надежде, что там живут активные алкоголики и у меня будет возможность напиться до беспамятства, я смело направилась к калитке. Тренингов по выживанию в таких ситуациях я не проходила, но навыки коммуникаций прокачаны, авось найду общий язык с жильцами.

Постучав в окно, я натянула улыбку, расправив плечи, и так и встретила открывающего двери Борзого.

— И где ты ходишь? Ночь на дворе, — в видом заждавшегося мужа проворчал Сашка.

— С соседом уточняли границы! Я длину, он глубину! — рыкнула я в ответ, разворачиваясь обратно.

— Уколы умеешь делать? — остановил меня вопросом в спину Борзый.

И пусть я зла на него и ненавижу пуще прежнего, но не помочь нуждающемуся человеку не могу. Просто не могу уйти, как он ушел, наплевав на меня.

— Анюткиному коту делала, думаю, и с тобой справлюсь, Блохастый, — проходя в услужливо открытую дверь, ответила я.

— Еще подумай, — обходя меня и растягиваясь на старой кровати с железными шишечками на решетках изголовья, посоветовал Саша.

— О чем? — уточнила я, уже увидев на столе шприцы и препараты.

— Блохастый тоже неласково, думай еще, — наблюдая за мной из-под полуопущенных ресниц, отозвался Борзый.

— Сколько кубиков?

Милосердие во мне победило злость и ненависть. Сашка был весь покрыт испариной, тяжело вздымающаяся грудь и приоткрытые губы говорили сами за себя. Так что, чтобы мне его ненавидеть дальше, надо для начала подлечить.

— Было шесть, не пересчитала, пока на коленях стояла?

— Придурок, — буркнула я, извлекая инструкцию к препарату.

— Тоже неласково, не нравится мне, — болтал Борзый, все больше сжимая челюсти.

Почему он не сделал этот укол себе сам, я спрашивать не стала. Внутримышечно колоть легко. Но и мне несложно проткнуть шкурку зверю.

Сашка молча меня разглядывал, пока я без костюма из его фантазий вводила ему препарат НПВС, от боли, воспалений и жаропонижающий тоже.

— На плите чайник, вода свежая, — тихо пробормотал Борзый, закрыв глаза.

В том, что людей на территории садового товарищества нет и телефон спросить не у кого, я уже убедилась. И вроде уже решила дождаться утра и идти искать остановку автобуса, надо просто найти, где она.

Этот домик совсем маленький, но приятный, мне нравится. Все в одной комнате — и плита, и стол, и спальные места. Две кровати с теплыми одеялами и чистая одежда в шкафу тоже порадовала.

Размышлять о том, что можно гордо свалить в другой домик, я не стала. Во-первых, даже со спящим раненным волком мне не страшно, во-вторых, тут есть все что нужно, а в третьих, я действительно переживаю за волчонка, вдруг ему станет хуже?