Глава 33. Другая жизнь

POV Кнопка

Три года назад

Я возвращаюсь с кладбища домой очень поздно. Себас звонил мне несколько раз, но я выключила телефон. У меня не было ни малейшего желания говорить с ним.

— Черт возьми, Кнопка, где ты пропадала? — налетает на меня сходу, когда я переступаю порог квартиры. Затем он бросает на меня взгляд, замечает мое состояние и спрашивает обеспокоенно. — Дорогая, что-то случилось?

Я смотрю на него будто через какую-то пелену. Себ подходит ко мне вплотную, берет в ладони мое лицо и всматривается в глаза.

— Любимая, что произошло? Где ты была?

Я внимательно рассматриваю его лицо. За столько лет я выучила каждую его черточку, каждую ямочку, каждую родинку. Я знаю Себастиана всю свою жизнь. И люблю его тоже всю свою жизнь.

Но вот сейчас я смотрю ему ровно в глаза и чувствую внутри лишь пустоту. Как будто у меня вырвали сердце, и я больше не способна испытывать эмоции.

— Я была на кладбище, — наконец-то говорю ему. — Флёр умерла.

Себ резко от меня отстраняется и начинает жадно хватать ртом воздух.

— Господи… Как же так? Ей ведь всего 23…

Себ беспомощно запускает ладонь в волосы и трясёт головой с зажмуренными глазами. Затем оборачивается ко мне и крепко обнимает.

— Кнопочка, мне так жаль. Если бы мы только знали раньше…

Я прижимаюсь к нему в ответ, но тело мое не реагирует на прикосновения Себа. Я стала словно камень.

— Мы можем как-то помочь ее родителям?

— Не думаю, — отвечаю ему, помедлив.

Себастиан целует мои волосы и сильнее сжимает меня в своих руках.

— Это так ужасно. Почему ты мне не позвонила? Вместе бы съездили на кладбище…

Я высвобождаюсь из его рук.

— Давай ложиться спать?

— Давай…

В кровати Себ по привычке прижимает меня к себе, но меня его объятия сейчас только тяготят. Когда он засыпает, я осторожно высвобождаюсь из его рук и отстраняюсь на другой конец кровати. Такое ощущение, что часть меня умерла вместе с Флёр.

Я смотрю на полную Луну в окне и не имею ни малейшей идеи, как мне жить дальше, зная, что ее больше нет — этой чистой, доброй, романтичной девушки, которая всегда верила только в добро. В интернате я была готова убить любого, кто смел ее обидеть. И только ее мягкие и нежные объятия успокаивали меня, когда я возвращалась в школу с каникул у своей семьи. Не отец, мать и Элайза были моей настоящей семьей, а она, Флёр. Она была моей сестрой, которую я жестоко предала.

Я тихо переворачиваюсь лицом к Себу и внимательно смотрю на него спящего. Человек, которого я предпочла ей. Человек, из-за которого я лишилась ее. Он за все эти шесть лет даже ни разу не вспомнил Флёр. А когда ее вспоминала я, он только отмахивался.

— Флёр нет в универе, — сказала я ему, спустя месяц после начала учебы.

— Ну и хорошо, — ответил мне. — Давай закажем пиццу на ужин?

— У Флёр завтра день рождения… Я хочу ее поздравить, — говорю я Себу несколько лет назад.

Он скептически морщится.

— Зачем?

— Мне сегодня снилась Флёр, — тихо начинаю за завтраком года три назад.

— Ты до сих пор ее вспоминаешь? Выкини из головы.

Утром Себ уходит на работу, а я одеваюсь и снова еду на кладбище. Опускаюсь на землю у ее могилы, обнимаю памятник и сижу так полдня.

Разве Флёр заслужила того, чтобы ее жизнь оборвалась в 23 года? Разве Флёр заслужила того, чтобы так страдать на протяжении шести лет? Разве Флёр заслужила того, чтобы ее мечты так и остались неисполненными?

Мой телефон в сумке разрывается целый день. Звонит наш свадебный распорядитель. Но я не беру трубку. Я не хочу больше думать о свадьбе с Себастианом. Я вообще больше ни о чем не хочу думать.

— Мне звонил наш свадебный распорядитель, — начинает Себ сходу, как только переступает порог квартиры. — Почему ты не отвечаешь на его звонки? У нас проблема с рестораном. Он не прошёл противопожарную проверку, и его закрывают. Нужно срочно искать новый.

Я смотрю на него немигающим взглядом и вообще не понимаю, о чем он говорит. Себ смотрит на мое лицо и тут же осекается. Садится рядом со мной на диван и берет мою холодную руку в свою.

— Дорогая, я все понимаю. Это очень неожиданное потрясение. Но у нас через два месяца свадьба…

— Она не нужна мне, — говорю хриплым и севшим голосом.

Себас еще крепче сжимает мою руку.

— Давай откажемся от торжества? Просто распишемся. Или давай перенесём свадьбу на год? Выждем положенное трауром время… А хочешь, перенесём на год и не будем делать торжество? Просто распишемся следующим летом и все.

Он смотрит на меня с такой любовью и заботой. Но я больше не могу ответить ему тем же взглядом. Я всматриваюсь в лицо человека, которого люблю с шести лет, и чувствую лишь пустоту. Выжженное поле.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я ухожу от тебя, — говорю спокойно, ровно. И ни один нерв во мне сейчас не шелохнулся.

Себас округляет глаза и начинает быстро дышать.

— Что ты несёшь??? Ты не в себе!

Я аккуратно вытаскиваю свою руку из его.

— Прости, Себ. Все кончено.

Я встаю с дивана и иду в нашу спальню. Достаю чемодан и кидаю в него вещи. Себас врывается в комнату и хватает меня за руку.

— Какого черта ты творишь? Мы не виноваты в том, что она умерла! — кричит на меня.

— Отпусти, — говорю спокойно, указывая глазами на его сильный захват у моего локтя.

— И не подумаю. Ты никуда не уйдёшь.

Себас хватает чемодан и отшвыривает его в сторону. Затем берет меня за плечи и резко притягивает к себе.

— Хватит уже думать о ней, — цедит жестко. — Подумай хоть раз в жизни о себе. О нас. Меня уже достало, что тень Флёр все время стоит между нами. Меня уже достало, что в нашей постели вечно третий человек! Ты думаешь, я не слышал никогда твои слезы по ночам? Ты ведь из-за нее все эти годы рыдала в подушку? Не могла себе простить? А что ты не могла себе простить, Мэриэн? Желание быть счастливой?

Он в ярости, а вот во мне ни одной эмоции. Как будто я разучилась что-либо чувствовать.

— Не могла себе простить, что выбрала тебя, а не ее. Это была главная ошибка в моей жизни, Себ. Я любила тебя. Но Флёр я любила больше. А теперь отпусти меня и не мешай. Я ухожу от тебя, и ты меня не удержишь.

Его лицо искажается болью. Но я не жалею о сказанном. Я приняла твёрдое решение и не намерена отступать.

— Да… — говорит и делает шаг назад. — Ее ты всегда любила больше, чем меня. Я всегда был для тебя на втором месте. После нее. И знаешь что? Я больше не намерен мириться с ролью второго плана.

Он разворачивается и выходит из комнаты. А через минуту я слышу, как громко хлопает входная дверь. Словно робот, я возвращаю на место чемодан и складываю в него вещи. Затем беру второй, а потом и третий.

У меня очень много вещей. Половину я складываю в пакеты и выношу к мусорным бакам. Другую половину забираю с собой. Я занимаюсь этим до глубокой ночи. Себ так и не вернулся. Я звоню отцу и коротко излагаю ему ситуацию, он вздыхает и причитает, но все же присылает ко мне своего водителя. Мужчина грузит мои вещи в багаж, я окидываю последним взглядом квартиру Себастиана, в которой прожила шесть лет, оставляю ключи на тумбочке в прихожей и пишут записку:

«Нас не должно было быть изначально. Будь счастлив, Себ. Я уверена, что ты встретишь девушку, для которой будешь на первом месте.

Мэриэн»

Я оставляю ее рядом с ключами и захлопываю за собой дверь.

На моем лице ни слезинки. Я не чувствую сожаления, я не испытываю сомнений. Наоборот, мне кажется, что я только что приняла самое верное решение в своей жизни. Еще никогда я не была так уверена в том, что делаю, как сейчас.

Я приезжаю к себе домой глубокой ночью. Отец тут же накидывается на меня с вопросами и укорами, мать молчит, но неодобрительно качает головой. А потом наконец изрекает в сердцах:

— Да что же это такое! Ни одной нашей дочери не судьба выйти замуж что ли?

Ее слова меня цепляют.

«Ни одной нашей дочери»…

Она все-таки считает меня своей дочкой?

Я ухожу в свою комнату и еще долго не могу уснуть. Достаю из сумки письмо Флёр и перечитываю его снова и снова. Кажется, я уже выучила его наизусть. Когда я все-таки засыпаю, я уже знаю, что буду делать дальше.

На следующий день Элайза не может сдержать победоносного взгляда. Какая же она жалкая. Больше всего на свете мечтает выйти замуж и винит в своей неудаче меня. Вот человек, у которого нет другой мечты кроме кольца на пальце.

А у Флёр были мечты. Много. И я их исполню.

— Пап, спасибо за все. Но дальше я сама, — говорю отцу в его кабинете.

— В смысле «дальше сама»? — недоуменно смотрит на меня поверх очков.

— Не надо больше давать мне деньги. И квартиру, которую ты мне купил, забери обратно. Я не буду в ней жить. Там сейчас квартиранты, я дам им номер твоей карты, чтобы переводили теперь на нее деньги.

— Кнопка, что ты удумала?

— Я выбираю для себя другую жизнь.

— Какую другую!? Ты же не работаешь нигде! Ты отправила свой роман в издательство, с которым я договорился?

— Я не буду писательницей.

— А кем ты будешь?

— Учительницей в школе.

— Кем???? — очки сползают с носа и падают на стол.

Я больше ничего не отвечаю папе. Встаю со стула, склоняюсь над ним, целую в щеку и ухожу.

Флёр очень любила Плезир. Я сниму там квартиру и перееду туда. И буду работать в школе учительницей французского, как она всегда хотела. А еще Флёр была из очень простой семьи и одевалась всегда тоже просто. Даже от меня она отказывалась принимать брендовые вещи. А мой шкаф всегда ломился от них. Зачем это дорогое шмотье? Разве оно сделало кого-то счастливым?

В течение пары недель я завершаю переезд в Плезир. Я хорошо знаю этот городок, часто бывала тут с Флёр у ее бабушки. К тому же так я смогу чаще ходить на ее могилу.

— Вы окончили Сорбонну? — восхищенно спрашивает директор школы, в которую я пришла устраиваться. — У нас нет ни одного учителя из Сорбонны… Конечно, мы вас берём. Сразу с сентября приступайте.

Сентябрь через неделю.

Я завершаю обустройство своей маленькой съемной квартирки и выхожу на работу. Мне достаются старшеклассники, так что не так уж и сложно. Они уже более-менее адекватные и слушаются на уроках. Есть несколько талантливых детей, которые искренне интересуются литературой. Одна девочка пишет просто замечательные сочинения.

В один из дней я прохожу мимо тату-салона. Бросаю на него взгляд и мнусь у входа в нерешительности. Но все же в итоге захожу.

— Здравствуйте, — говорю девушке на ресепшене. — Я хочу сделать татуировку.

— Здравствуйте. Если подождёте минут 15, то мастер сможет сегодня.

— Хорошо.

Я сажусь на диванчик и послушно жду.

— Что будем делать? — спрашивает меня молодой парень с машинкой в руке.

— Цветок на запястье.

— Какой именно?

— Самый красивый, какой только сможете, — слегка улыбаюсь.

Через пару часов я выхожу из салона с перевязанным запястьем.

Флёр не умерла. Она живет во мне.