Глава 21. Козырной туз

Вадим слишком хорошо узнал Отбитую за время знакомства, чтобы сразу броситься к ней, лежащей на бетонном полу.

— Катя, это я, если у тебя в руке нож, пожалуйста, убери.

Катерина вскочила с бетонного пола в мгновение ока, и да, в руках у неё блестел нож, но ярче всего блестели её глаза.

— Ты какого чёрта тут делаешь?!

— Лучше бы это была полиция?

— Где этот старый хрен? — зарычала Катя, бросаясь к выходу из подвала.

Вадим успел поймать её за талию, перекинуть через плечо, как бы она не брыкалась и потащил по короткой лестнице наверх. Катя орала всю дорогу до его машины, Власов провожал Вадима и его поклажу со своей территории скучающим взглядом.

— Заткнулась и в машину села, истеричка сумасшедшая! — прикрикнул на неё Вадим, заталкивая на переднее сиденье своей машины.

Он не дал ей сказать и бранного слова, когда сел рядом и они поехали подальше от дома Власова, чтобы он не слышал и не видел их ругани. Вадим остановился на стоянке у большого супермаркета, в самом дальнем углу, и повернулся к ней. Катя уткнулась носом в телефон, который в подвале был недоступен. Она сидела там в темноте всю ночь, без связи, зато в тепле.

— Мне твоя шалость с законом обошлась в несколько миллионов, которые я ему перевёл сразу же, как удостоверился, что записи с серверов камер наблюдения удалены без возможности восстановления. Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Ты меня позоришь, Катя!

— Так и оставил бы меня там, Прораб бы меня расчленил и никто бы меня никогда не увидел, не услышал, тебя бы не позорила, — усмехнулась Катя, доставая из кармана пакет с шоколадными конфетами — её добыча за ночь.

— Я требую хоть каких-то адекватных объяснений! Иначе отсюда мы едем в больницу башку тебе на место вправлять!

— Да пошёл ты, Вадим! Свою полечи! Меня мама проверяла — я нормальная! У моей маман где-то справка даже есть, позвони — попроси; Не буду я тебе ничего объяснять, деньги верну, не переживай.

У Катерины в руке зазвонил телефон, она улыбнулась и тут же приняла звонок.

— Ты жив, как хорошо! А у нас кое-кто умер, меня на ночь заперли в подвале, думала убьют, утром выпустили, но угроза убийства всё ещё надо мной висит. Если что прошу в моей смерти винить Вадима Крымского, ага. Надо срочно встретиться! Ты когда у нас будешь, тут Тимур вечеринку века устраивает? Мы его кстати сосватали, скоро женится, ты всё пропустил.

Вадиму оставалось только слушать, как Катя воркует со своим птенчиком, который обещал ей помочь с Лёней, а сам слился, оставив эту проблему Крымскому. От Катерины он не дождался и слова благодарности. Катя закончила с Филином и принялась за Вадима:

— Так, Вадим Алексеич, напиши сумму, в которую я тебе обошлась, можешь включить туда все свои подарки за время наших отношений. Возмещу тебе все расходы, и чтобы я больше не слышала, что я тебя позорю! Мне от моей мамаши хватает этих слов! Задрал, Вадим, мои планы портить, если бы ты меня там оставил, мы бы его вывели на чистую воду. Он бы прокололся, как Лёня!

— Что ты несёшь, Отбитая?

— Тебе твоим маленьким мозгом не понять! — кинула ему Катя, перед тем, как выйти из машины.

*****

Тимур, незаслуженный сутенёр страны, уходил на заслуженный отдых после головокружительной карьеры, начало которой положила Катя. Попросила Веретенникова взять Тимура в клуб вышибалой, а там он нашёл себя в бизнесе по продаже женских тел и поставил его на поток. Тимур продал свои мужские клубы в Москве и Питере, передал сайты эскорта новым владельцам, начал честную жизнь почти женатого семейного человека.

На последнюю закрытую вечеринку в свой бывший клуб он пришёл вместе с будущей женой. Глядя как они воркуют в уголочке борделя, Катю начало подташнивать и она вся обратилась в слух рядом с Филином, который рассказывал о своих злоключениях длиной в несколько недель. Как всегда общими словами, без упоминаний конкретных имён и фамилий, весело и задорно, но Катя-то знала, что там всё не так смешно, как он пытается рассказать. Наверняка, у него скоро появится ещё одна тату, прикрывающая шрамы от опасной работы.

— Извини, Катюх, что тебя так подставил с вашим Лёней. Сама понимаешь, иногда не могу всё контролировать.

— Понимаю, Вадим всё уладил. Я обыскала квартиру Лёни вдоль и поперёк, не нашла ни одного доказательства, что он убийца девушек. Обычно маньяки себе на память хоть что-то оставляют, а у Лёни дома только коллекция пустых бутылок. Проверь, пожалуйста, этого Власова. Он мне не нравится, а они с Лёней тесно работали на нескольких объектах, в том числе эти злосчастные «Сосенки». Лёня бы в жизни копать могилу никому не стал, а этот Прораб на экскаваторе легко и глубоко, поэтому и трупов нигде нет. Все зарыты под зданиями, я так думаю.

— Очень, конечно, мутные улики, но всё сделаю. Для тебя — всё, что угодно, — улыбнулся Филин, обнимая её за плечо и пытаясь поцеловать в губы.

— Давай не надо, Святослав. Всё вроде между нами понятно.

— Понятно, — разочаровано вздохнул он. — Даже шлюх теперь не снимаем. Катюх, я тут подумал, ты не замужем, я свободен, нагулялся, созрел для семьи. Давай заведём общего ребёнка?

Катя подавилась мохито, которое как раз хлебнула до его слов, Филин заботливо постучал ей по спине.

— К брату заезжал, в Испании живёт с семьёй, такой, сука, счастливый, аж врезать хочется! Я тоже так хочу! И детей, чтоб много, и жена-красавица, чтоб меня любила по-настоящему. Семью хочу! Давай попробуем. Классный у нас ребёнок получится, может, семьи и не получится, но я вас всё равно любить буду.

— Господи, Филин, ты как выпьешь, у тебя какие-то идиотские идеи с языка сыпятся, — грустно улыбнулась Катя, пряча глаза. — Извини, я никак тебе помочь не могу, моя репродуктивная система капут — седьмой выкидыш в этом году. Не видать мне ни детей, ни семьи.

— Извини, я не хотел тебя обидеть, — виновато пробормотал Филин, обнимая её за плечи.

— Поэтому я решила жить для себя. Тимур денег подкинул, я свои собрала по сусекам, подала документы на паспорт Израиля, чтобы стать гражданинкой мира. Я скоро уезжаю, надоело всё. Буду сёрфить в океане, пока не надоест, потом в горы двинусь, буду ездить по странам, искать своё тёплое место и себя. Любовь я пыталась найти, что-то как-то всё мимо.

— Понятно, ну, удачи тебе. Я тебя всегда такой и видел, если честно — свободной и счастливой.

— А я почему-то видела тебя счастливым с кучей детишек на коленях и женой, у которой ты был бы под жёстким каблуком, — усмехнулась Катя. — Тебе такая и нужна, другая тебя не выдержит.

— Да мне бы уже хоть какая-нибудь! Никто меня ни разу в жизни не любил, как и я, наверное, — грустно улыбнулся Святослав, пригубив из стакана успокоительного.

— Чтобы кого-то полюбить, Филин, надо душу наизнанку вывернуть и человеку показать, если ему понравится или он хотя бы не отвернётся, то можно попробовать. А ты так не умеешь, ты уж прости за прямоту, ты выворачиваешь только других, а сам держишься себя до конца. Притворяешься, врёшь, манипулируешь. Любовь это про честность, взаимную.

— И как я пойму, что с этим человеком можно быть честным?

Катя улыбнулась ему, такому же несчастному одинокому человеку, который зачем-то спрашивал у неё совета, но он у неё, как ни странно, был. Она дотронулась до его груди ладонью:

— Вот тут станет тепло, как никогда раньше. Ты узнаешь её из тысячи, по глазам, по словам, по голосу, — улыбнулась Катя. — Когда вы будете вместе, вам никто не будет нужен, вообще никто. Остальные будут только мешать. На целом свете останетесь только ты и она, вот тогда можно и поговорить.

— Как-то всё запутанно… — разочарованно вздохнул Филин.

— Зато у Сергея всё просто, да? Будь один и никому не доверяй! Посмотри на него, Филин, как он заперт в своём одиночестве, хочешь также проснуться в полтинник? Всё у него есть, а ничего на самом деле нет. Подумай над этим и меняй свою стратегию построения близких отношений. Пока, Свят, устала я от этих вечеринок, старая стала, спать хочу.

Катерина обнялась на прощание с Филином, Тимуром и его будущей женой, которые пригласили её на свадьбу. Она приняла приглашение, зная, что не придёт, у неё не было больше сил улыбаться на публику.

Она вернулась к себе домой, который через два дня по условиям договора купли-продажи должна была покинуть. Все её вещи были собраны в коробки и отправлены на склад, когда она выберет своё постоянное местожительства, она за ними вернётся. Или нет. Пока же всё необходимое и дорогое её сердцу уместилось в один чемодан и рюкзак. Пара недель скитаний по отелям, доделать последние дела и купить билет в один конец, какой, она, пока не решила. Все проблемы она оставит здесь, с собой заберёт только надежды на лучшее, которые еле теплились в её душе.

*****

Катя будто прощалась с этим городом, где прожила так много событий — здесь она любила, ненавидела, дружила, жила жизнь, как могла правильно, а получалось только с приставкой «не». Она перестала шляться по злачным местам ночами, пытаясь восстановить убитый напрочь режим, днем и вечером много гуляла по своим любимым местам и паркам, ходила в любимые рестораны. Одна. Её близкие и любимые останутся здесь.

Непутевая дочь, ненавистная сестра, предательница-подруга, сумасшедшая бывшая уедет туда, где она никому не будет мешать и навязываться. Катя больше не будет чьей-то проблемой, и вообще, надо бы держаться от людей подальше. Вопрос Алисы она отложила до лучших времен, сначала она думала, что хорошо бы взять её с собой, будут сестрами-путешественницами, но потом подумала, что девочке надо жить свою жизнь, а не заполнять собой дырявую жизнь сестре по отцу. С остальными надо бы попрощаться. С братьями и Вадимом всё решится на последнем собрании учредителей-совладельцев ООО «Прометей». Тихо Катя уходить в этот раз не хотела, скандал — её второе имя. Пусть так и будет до самого конца.

Сегодня у неё был назначен ужин с Камиллой, с женщиной, которую Катя так и не смогла разгадать и поймать на чём-то, за что можно было наказать её Матильдой. Подставила её перед Вадимом два раза это точно. Первый — когда вызвала его в отделение полиции, второй — к ней домой, где их было трое и все почти голые. Переписка её рук дело, но то, что она её перед этим напоила — под вопросом. Неприятно, но слишком мелкие косяки.

Камилла позвонила на днях и пригласила её поужинать, Катя согласилась, ей хотелось поговорить с ней «по чесноку», лоб в лоб услышать её обвинения и на них ответить. Камилла опять задумала разыграть сценку, и снова с Вадимом в главных ролях. Через десять минут в двери ресторана вошел Крымский с братьями Соколовыми и делегацией их новых заказчиков, которые обеспечивали их работой на ближайшие два года. Камилла выступала юристом с их стороны и, похоже, знала, где они будут отмечать подписание договора, на котором Катя не присутствовала. Как и на эту неформальную встречу её не позвали — из женщин там был только эскорт. Катя усмехнулась себе под нос и стала просто ждать. Эта дура Камилла выложит свои карты на стол ещё до подачи десерта, уже начала. Главное следить за стаканом и ничего не пить из её рук.

— Ого, Катя тут, — подал голос Макс, кивая своему брату на двух смеющихся девушек за столиком.

Кроме Павлика его услышал Вадим, который в это время разговаривал с новыми партнёрами фирмы по недавно заключенной сделке. Вадим стиснул зубы, её маячок упорно показывал на то, что она дома, оказалось нет. Катя в этот самый момент открывала бутылку с шампанским, а Камилла рядом с ней заливалась хохотом, выставив ручки вперед, чтобы Катя её не залила брызгами. Вадим отвернулся от них, пытаясь сосредоточиться на встрече, но когда Катя, которая Вадима и братьев в упор не замечала, или делала вид, проходила по направлению к танцполу ресторана, Вадим отвернуться не смог.

«Какого хера ты оделась, как шлюха?» — злобно подумал он. На её ножках красовались длинные сапоги ботфорты длиной чуть выше колена, а короткое чёрное платье, в который раз на памяти Вадима не предполагало наличия лифчика под ним. На шее у Бесстыжей был будто ошейник из ткани, который с платьем скрепляло металлическое кольцо на грудной клетке. Открытые плечи и наполовину голая спина говорили лишь об одном — Катя вышла на охоту.

*****

Брюнетка взяла Катю за руку и потащила на небольшой танцпол, Катя с Камиллой отлично танцевали в тандеме. Вадим и хотел бы отвернуться, но не мог. С тех пор, как они переспали с Отбитой в доме Игоря, Катя стала его наваждением, о котором он думал каждые пять минут.

Братья встревоженно переглядывались и переводили взгляд с Вадима на Катю. Они с подружкой о чём-то временами шептались и смеялись, Камилла постоянно обнимала Бесстыжую то за бёдра то за талию, будто помогая ей двигаться, хотя Катя и так хорошо справлялась. В конце композиции, на двух женщин смотрели все мужчины в зале, оценивая их похотливыми взглядами. Камилла взяла её за руку и увела обратно к столику, Катя послушно шла за ней, виляя попкой по сторонам.

Вадим сжал кулак, глядя на свои часы на запястье и задумался над тем, что он будет делать, если к ним за столик присоединятся мужчины и Катя будет миловаться с каким-то хером на его глазах? Он не сможет сдержаться, просто не сможет. Достанется и новому мужику Кати и ей самой. Он поднял глаза и встретился взглядом с Павлом, который неодобрительно смотрел на него и качал головой, как будто читал его мысли. Вскоре заказчики разобрали своих эскортниц и разошлись по ближайшим отелям.

Вадим и братья остались втроём.

— Мне это… Пора… Я сегодня на ночной сеанс с подругой и её друзьями иду, — поднялся Макс.

— С какой ещё подругой? — встрепенулся Павлик.

— Не с твоей. Я пошёл. Завтра приду.

— Я тоже, пожалуй, пойду, тоже «подруге» позвоню, — проворчал Павел. — Ты остаёшься, Вадим?

*****

Видимо, план Камиллы дал сбой, она уже была порядком пьяна, а Вадим так и не ушёл под руку с продажной шлюхой. Катя взяла дело в свои руки и Камиллу тоже.

— Всё, домой пора! Тебе хватит, — твёрдо сказала Катерина, расплачиваясь по счёту. — Такси вызвала, домой тебя отвезу.

— Поедем ко мне? Поболтаем? Мне так плохо, не оставляй меня, пожалуйста! — заканючила Камилла. — Шампусика ещё возьмем?

— Давай у меня в рестике возьмем, мне Маурицио привозит хорошее, со своих виноградников во Франции, у меня в кабинете есть заначка.

— Балует он тебя, вот бы мне такого…

*****

Женщины стояли на улице, ёжась от холода, а их такси всё не приезжало. Катя куталась в одну из своих кожаных курток и смотрела на ноги в чулках, которые уже покрылись гусиной кожей.

— Блядь, он отменил заказ! Да мы околеем, пока ещё один соизволит приехать! — выругалась Катя, тыкая заледеневшими пальцами в телефон.

— Теплее одеваться не пробовали?

Катя застыла от этого голоса с опущенной вниз головой.

— Теплее, не так красиво! Мужчины внимания не обращают, очень обидно! — надула губы Камилла, глядя на Вадима, который встал рядом. — Подвези нас, пожалуйста, до вашего ресторана, бухлишка возьмём, оттуда мы попробуем ещё разок попытать счастья с такси.

— Поехали.

Катя с Камиллой сели на заднее сиденье, Бесстыжая будто боялась поднять на него глаза и смотрела только в боковое окно.

— Сделай музыку погромче, пожалуйста! — попросила Камилла и их водитель исполнил поручение.

Камилла повернулась к Кате и обняла ее, чтобы сказать на ушко:

— Это ничего, что мы вот так к нему сели? Ты не против?

Катя помотала головой и фальшиво улыбнулась Камилле, которая начала слегка пританцовывать сидя и болтать с Вадимом, пригнувшись ближе к его сиденью. Она иногда дотрагивалась до его плеча, проводила рукой по предплечью.

Странно, но Катя не чувствовала ревности или злости на неё, только любопытство. Что у этой дуры на уме? Злость будет потом, когда она удовлетворит любопытство. Машина остановилась возле ресторана.

Катя отстегнула ремень и вышла из машины, взяла в ресторане две бутылки шампанского и контейнеры с клубникой. Перед тем как выйти оттуда, она замешкалась на секунду, а вдруг они уехали? Катя с ужасом поняла, что так было бы лучше, вот тогда она была бы окончательно от него свободна, точно зная, что сейчас он трахает Камиллу у неё дома. Она толкнула дверь из ресторана — они всё ещё ждали её. Катя села на заднее сидение, кинув пакет под ноги. Камилла с широченной улыбкой повернулась к ней.

— Кать хочешь поразвлечься, как вы обычно с Филином развлекаетесь? Вадиму что-то скучно. Хочешь на нас посмотреть? Он не против, я уже спросила, а ты?

Вот и козырные карты полетели — Кате прямо в лицо аж с двух рук. Она усмехнулась — идиоты, её козырные тузы в рукаве всегда при ней.

— Поехали, будет весело! — усмехнулась Отбитая, сжимая кулак.