Глава 19. Хитрый старый лис

В назначенный Катей час, Вадим прибыл по указанному ею адресу и остановился на парковке роскошного отеля, где сегодня организовали обед для нескольких десятков генеральных директоров компаний города. Организатором выступал некий крупный бизнесмен, презентуя свой проект, на который намеревался привлечь инвесторов. Катя опаздывала и в обеденный зал он пришёл без неё, хостес проводила его к столику, где он был один.

Позже присоединился Васнецов Иван Николаевич, грузный мужчина с пробивающейся сквозь редкие волосы лысиной, который был крайне неприятным персонажем ещё десять лет назад, спустя время ничего не изменилось.

— Здравствуй, Вадим, ты вернулся? — оскалился жёлтыми зубами Иван, подавая ему пухлую руку. — Попытал счастья в Москве, вернулся за ним обратно?

— Здравствуй, нет там счастья, только деньги, — холодно ответил Вадим.

Почти к самому началу презентации к ним присоединился ещё один человек, со своим помощником. Вадим не ожидал увидеть его здесь, но точно знал, что рано или поздно они столкнутся, это ведь один из старых друзей Игоря.

Сергей Александрович Быстрицкий по кличке «Морж». В совсем недавние лихие времена он был криминальным авторитетом этого города. Когда произошла зачистка ОПГ, ему удалось не только остаться на свободе и в живых, но не пришлось даже никуда уезжать. Это был его город, и отсюда его не выгонит никто. Вадим лично знал его в молодости, в последние годы больше слышал о нём со слов Игоря из-за их дружбы. Теперь он респектабельный бизнесмен, благотворитель, уважаемый властью человек, про страшные деяния которого забыли, но всё ещё боялись, потому что он остался ровно таким же каким был — жестоким и безжалостным к тем, кто шел против него.

Проходя по залу к своему месту за круглым столом, он подошёл ко всем своим знакомым и пожал руку, те чуть ли не кланялись ему в ноги, за редким исключением. По большей части редкое исключение составляли совсем молодые юнцы, которые во времена безграничной власти этого мужчины, только родились. Его время уходило, вместе с людьми, которых он не успел сломать или похоронить. Вадим был этому рад, жить без всяких понятий ему нравилось больше.

Рыжеволосый статный мужчина среднего роста, с короткой бородой, в чёрном безупречно сидящем на крепком теле костюме от Armani, его любимой марки, подошёл к их столику.

— Приветствую, Вадим, рад тебя видеть, слышал от Игоря, что ты вернулся. Хорошо, что ему теперь есть на чью помощь рассчитывать. Может уйдёт на пенсию и мы, наконец, поедем на рыбалку, — улыбнулся ему Сергей, протягивая руку, когда Вадим встал со своего места.

— Здравствуй, Сергей, для Игоря работа и есть отдых, как ты знаешь. Поэтому в ближайшее время вряд ли вам светит крупная рыба.

— Это мой помощник, Анатолий, — представил он мужчину рядом и тот тоже пожал всем руку.

— Ты с Игорем? — кивнул он на пустой стул рядом, когда все уселись за стол.

— Должен был с Катериной Громовой, но, видимо, она не придёт.

— Вот и хорошо… — тихо сказал Васнецов.

Вадим немного удивился, но промолчал, может, у него есть повод так говорить. Катя появилась в зале в момент, когда на сцену уже вышел главный оратор, которому достались жидкие аплодисменты, а единственной женщине среди присутствующих всё внимание. Она шла между столами, на высоких каблуках, раздавая улыбки направо и налево всем, кого знала и кто знал её. Мужчины откровенно пялились на неё в чёрном платье из кожи, что обтягивало её от горла до колен. Выглядела она в нём более чем эффектно.

— Девушка, вы ещё не со всеми поздоровались? — вдруг обратил на неё внимание спикер. — Можно мне уже начать?

Катя взглянула на него недобрым взглядом, повернула голову и громко сказала:

— Нет, нельзя! Александр Геннадич, дорогой вы мой человек, доброго вам здоровья. Как же я вас сразу не заметила?

— Уж не знаю, Катерина, как вы меня не заметили, я ведь такой заметный! — улыбнулся ей полный мужчина с пышными усами.

Спикеру со сцены оставалось только наблюдать, как Катя громко процокала каблучками до мужчины и поздоровалась с ним за руку, немного поболтала о жене и детях и направилась к себе на место.

Вадим задумался, засмотревшись на неё. У него ещё оставалась крупица надежды, что Катя ведёт себя эксцентрично только среди тех, с кем близко общается. Сегодня она растоптала эту крупицу каблуком, она всегда и везде такая — Отбитая.

*****

— Катерина, рад вас видеть, — улыбнулся ей Сергей, поднимаясь со своего места, Анатолий за ним, как и все остальные мужчины за другими столиками рядом, кроме Вадима и Васнецова.

Вадим как-то забыл это правило этикета, а, может, и не знал никогда.

— Ой, а я как рада, прям не передать, — фальшиво улыбнулась Катя, взявшись за спинку своего стула.

— Позвольте за вами поухаживать.

Сергей подошёл к ней и проявил джентльменские манеры, отодвинув её стул.

— Спасибо. За это в наше время надо говорить спасибо? Прям теряюсь, когда мужчины этикету обучены. Как-то не по себе с непривычки, — ляпнула Катя, садясь на стул.

Вадим нахмурился, она, как ему показалось, только что была довольно груба с Сергеем, а теперь ткнула носом в их манеры всех мужчин за столом, которые и не подумали сделать то же самое, что и Быстрицкий.

— Вам не нужно благодарить мужчину за то, что он проявляет к вам уважение, и мне искренне жаль, что вы к этому не привыкли. Мужчины в нашей стране слишком долго были воспитаны на блатняке, так и не научились проявлять хорошие манеры по отношению к прекрасной половине человечества, — покачал головой Сергей.

— Сделаем им скидку, большинство моих знакомых мужского пола, да и женского впрочем, отцов в глаза не видели. Воспитывать некому, а матери с утра до ночи работали сначала на работе, потом дома, — ослепительно улыбнулась Катя. — А отчимы, знаете ли, не очень жалуют чужое семя, которое они, как правило, считают дурным.

По лицу Сергея пробежала едва заметная тень, которую заметил Вадим, как заметил и то, что Катерина стала объектом его пристального внимания.

— Правильно, детей должен воспитывать батя, а баба в это время молчать, — встрял в разговор Васнецов. — Я своих шестерых пацанов так и воспитываю.

Спикер, который был Вадиму смутно знаком, наконец, заговорил, пояснив, что после обеда будет презентация, а потом афтерпати, чтобы задать вопросы.

— Странно как-то, презентация с афтерпати в обед, да ещё и с алкоголем, — задумчиво пробормотала Катя, глядя, как официанты начали подливать гостям вино.

За их столом не пил никто, только Васнецов, на которого Катя смотрела с плохо скрываемым отвращением и тому, скорее всего тоже была причина. Когда начали приносить блюда, Катя пробовала одну ложку, и тут же отодвигала от себя тарелку, так произошло со всеми блюдами. Она лишь пила ягодный морс и выглядела разочарованной.

— Пришла поесть нахаляву, уйду, видимо, голодной и злой, — проворчала она.

На сцену снова вышел спикер, и Вадим, наконец, его вспомнил — навязчивые баннеры по тренингам от этого инфобизнесмена, который сделал состояние из ничего и теперь учит остальных, как надо делать, а как нет. Вот только о бизнесе Максима Жарова, автора тренинга «Прожарка бизнеса» почти ничего известно не было и какого чёрта тот вдруг полез в строительство и представлял свой проект, Вадим искренне не понимал. Оратор сыпал шутками, эпитетами, взывал к извечной мужской потребности оставить после себя осязаемое наследие, а не только наследников. И в этой речи не было только одного — реальной прибыли, которую сулил проект. В нём было столько чёрных дыр, что Катя устала считать, поэтому с чистой совестью залипла в телефон, поедая единственное, что казалось ей вкусным — виноград.

Перелистывая сообщения в телеграмм канале, который Катя почитывала, чтобы быть в курсе городских событий, требующих её внимания и, конечно, присутствия, она мысленно записала себе в голове парочку выставок и театральную премьеру. Краем уха Катя слышала, как Вадим с Сергеем тоже уже наслушались оратора и Хитрый старый лис, как она называла про себя Быстрицкого, интересовался делами Великана. Тот отвечал скупо, только по делу, будто закрытая книга, которая не хотела, чтобы её открывали.

— Катерина, вы уже сделали выводы насчет сегодняшней презентации? Нашли что-то в ней интересное? — с легкой улыбкой спросил её Сергей.

— Не-а, даже выставка современного искусства в Пассаже и то интересней, — скривила личико она.

— Я слышал, вы уважаете искусство живописи. В художественном музее проходит выставка акварельной живописи, рекомендую посетить, — дал ей совет Сергей.

— Я уже была, спасибо, — холодно ответила Катя. — Может Вадиму будет интересно, ты как к живописи относишься?

— Можно сказать никак.

— Ну и правильно, какой в этом толк? Смотреть на цветные картинки? — хохотнул Васнецов.

— Искусство помогает нам раскрыть свой внутренний мир, развить эстетическое восприятие, идентичность, а также насладиться красотой и вдохновением. Оно помогает людям выражать свои эмоции и чувства и находить красоту и гармонию в нашей жизни, — пояснил невеже очевидную вещь Сергей. — Способность восхищаться прекрасным, приходит с возрастом, я думаю. Так что ты, Вадим, ещё слишком молод. Или не нашелся человек, который бы открыл тебе глаза на красоту мира искусства.

Вадим многозначительно вздохнул, слыша, как Катя также многозначительно хмыкнула и слегка наклонилась к плечу Великана.

— Играй в свой хоккей и оставь Сурикова истинным ценителям. Кесарю кесарево, — хохотнула она.

— Я вот больше люблю читать, от этого хоть польза есть.

Катя с Вадимом одновременно посмотрели на Васнецова, с легким удивлением, ведь он только что сломал их общее мнение о себе. Но он тут же ретировался.

— Какие книги читаешь? Классику? — поинтересовался Сергей.

— По саморазвитию. Намного лучше, чем Достоевский.

Катя усмехнулась в кулачок, те, кто читает книги по саморазвитию, не осилив Достоевского, были полными идиотами, считала она.

Оратор пригласил на сцену красивую девушку в красном платье, которое обтягивало её выдающиеся формы и профессионализм. Грудным голосом она начала вещать про красоты будущего мини-города, который должен был воссиять на небосклоне рядом с их городом. Мужчины заметно оживились, разглядывая красотку и Катя поняла, вот она красная таблетка для Нео, которую глотнут все, а потом останутся с голой попой прямо в матрице.

— Катя, зачем мы сюда пришли? Он тут налог с лохов собирает? — тихо, как ему показалось, сказал Вадим.

— У меня платье новое! Куда я в таком ещё пойду? — вытаращила она на него глаза.

Вадим задержался взглядом на её платье из чёрной кожи змеи, были у него кое-какие мысли, которые вдруг озвучил Васнецов.

— На вечеринку БДСМ?

— Я была один раз, меня оттуда выгнали! — прошипела ему Катя с улыбкой на лице. — Не надо было, наверное, с битой туда приходить? Ну, что поделать, у всех свои потребности, у меня такие, там меня никто не понял.

Катерина громко расхохоталась, Сергей зачарованно смотрел на неё.

— Простите, я что-то смешное сказала? — вдруг обратила внимание на громкую особу девушка в красном.

— Простите-извините, я вас не слушала. Можете дальше рассказывать, — махнула на неё рукой Катя, даже не повернувшись.

— Девушка, это неуважение к спикеру, — пожурил её другой главный спикер. — Если вы продолжите так себя вести, мне придётся вас выгнать.

— Да, блядь, как же, выгонишь меня! Я как, таракан, меня так просто не выведешь, даже химикатами, — сквозь широкую улыбку проговорила Катя всем за её столом.

Сергей улыбнулся и покачал головой, он смотрел на эту проказницу и не мог скрыть от присутствующих, что наслаждается её обществом, за которым он сюда и пришёл. Увидеть её в естественной среде обитания. Разговор за столом, неожиданно, пошёл о книгах.

— Я тебе очень советую почитать книгу «Богатый папа, бедный папа», Вадим, и дела у тебя пойдут гораздо лучше, — с отеческой теплотой сказал Васнецов.

— А они у меня плохи? — лишь слегка приподнял брови он.

— А что нет? — усмехнулся он в ответ. — Обычно, если дела хорошо, из Москвы обратно не возвращаются, у тебя ведь своя фирма была?

— Она и сейчас есть.

— Но без тебя, — всё ещё считал себя правым Васнецов. — Вот ответь на вопрос, что нужно чтобы быть богатым?

— Много работать, — ответил Вадим.

— Нет, друг мой, не так, — усмехнулся Васнецов. — Надо зарабатывать, а тот, кто много работает всегда будет бедным.

Катя с интересом слушала диалог, засовывая виноградинки себе в рот, чем постоянно отвлекала Васнецова от важного разговора.

— Это в книжке этой написано? Про богатого и бедного папашу? — лениво спросил Вадим.

— Да, отличная книга успешного мужчины, — ядовито улыбнулся Васнецов.

— Вам-то откуда знать про успешных мужчин? — поинтересовалась Катя и уставилась на Васнецова ледяным взглядом.

— Вы такая язва, Катерина, а вот молчали бы почаще, может кто и женился бы, не пришлось бы по презентациям с бесплатной едой побираться, — отвратительной улыбкой одарил её Васнецов.

— Нет спасибо, лучше буду голодная незамужняя говорить, что хочу, чем замужем сытая молчать, — оскалилась в ответ голливудской улыбкой Катя.

Васнецов отчего-то снова взялся за Вадима и Катя искренне не понимала почему, поглядывая на хмурые брови Великана рядом. Васнецов будто потерял страх, который растворился в градусах алкоголя. Только потом Катя поняла, вернее, вспомнила, что Игорь рассказывал про Вадима, когда сам был под градусом. Он был чугунным чайником времен староверов, которому чтобы закипеть надо было сначала натаскать хвороста из ближайшего леса, потом долго растапливать печь и поддерживать температуру, помолиться всем богам, старым и новым, и, возможно, тогда он закипит. Вот настолько он был терпелив и спокоен. Он наверное и людей бил с олимпийским спокойствием — ни грамма эмоций на каменном лице. Такой уж он был человек.

Васнецов это знал, скорее всего, а еще у него всегда был отходной вариант, Катя знала тактику этих изворотливых червяков — «Да ладно, че я такого сказал? Это же шутка!». Вот только его подколы шуткой не были. Васнецов был вампиром средней полосы, который питался злостью и отрицательными эмоциями людей. Так умерла его первая жена, сгорела от тяжелой болезни ещё до тридцати, остальные четыре сбежали до того, как им пришлось лечиться. Васнецов опять запел песню про разницу в жизни детей, которые прислушиваются к богатому папе, а не к бедному. Вадим, всё с тем же выражением лица, которое не выражало ничего, ему ответил на очередной выпад про то, что много работают только бедные.

— Когда у тебя нет никакого отца, твой единственный вариант, чтобы выжить это много работать. Ты не задумываешься ни об инвестициях, ни о будущем.

— Ну Вадим, детские травмы надо прорабатывать, нельзя так жить, — елейно улыбнулся Васнецов.

Катя вдруг расхохоталась, прикрывая рот рукой, чтобы её не так сильно было слышно вокруг, Вадим повернулся к ней, чтобы узнать, что её так рассмешило.

— Вы, Ванечка, прям знаток детских травм, своих шестерых спиногрызов к психологу то водите? А то с таким папашей надо посещать его с младенчества.

— Хорошо, что у вас детей нет, вы травмируете кого угодно, хоть ребенка, хоть взрослого. Запомните, Катерина Викторовна, когда мужчины разговаривают женщина в их обществе, особенно не очень умная, должна молчать.

Он вдруг расхрабрился окончательно, храбрости ему придавало то, что Сергей и Вадим его от выпадов в сторону Кати не останавливали. Вот только один из мужчин, себя еле сдерживал, а другому было очень интересно, в каком виде Катя подаст Васнецова сегодня в концу обеда — в жареном или варёном.

— А не слишком ли до фига вы о себе возомнили, патриарх домашнего разлива самогонки по венам? — ужесточила голос Катя. — Если бы мне Вадим Алексеевич такое сказал, я бы может и заткнула бы свою пасть, но вы то куда, Васнецов? Вы ж никто, и звать вас никак, пиздите только очень громко, но кроме говорения вы ж не можете ничего — полная социальная импотенция. Вы пытаетесь поделиться чужим мыслями, хоть и умными, но взятыми из книги, которую прочитать то прочитали, а переработать в башке умишка всё равно не хватило.

— Вы, Катерина Викторовна, очень смелая только потому, что Игорь Скоробогатов вас прикрывает. И он словно слепой и не видит, что вы обычная базарная баба, которую как будто на районе воспитывали, — сквозь зубы проговорил Васнецов.

— Так идите, блядь, и пожалуйтесь на меня! Может он меня отшлёпает! — с сумасшедшим взглядом пригнулась к нему Катя. — Игорь Саныч мне не папочка, и не папик, я на него работаю. И работаю, пиздец, как хорошо. Сколько раз я вас в дерьмо рожей макала, не напомните? И я сделаю это снова — вы оботрётесь и спасибо мне скажете, как и всегда. И да, меня на районе воспитывали, как вы угадали! Нас с братьями просто выкидывали на улицу как щенков и смотрели, кто вернётся, тот вернётся, я как видите, всё ещё здесь. Глотки перегрызаю мастерски — быстро, больно, дорого.

Катя тяжело дышала, глядя на своего оппонента напротив, он лишь покраснел от её слов и сильно разозлился, его готовность перейти на оскорбления была заметна невооруженным взглядом и он уже открыл рот. Вот только на плечо Кати вдруг легла мужская ладонь, на которую она сначала в недоумении посмотрела, а потом и на её обладателя, тот смотрел только на Васнецова.

— Тебе пора, Иван, ты слишком много выпил и выглядишь так, будто у тебя сейчас сердечный приступ случится, ну или перелом челюсти. Тебе что больше нравится? — спокойным голосом заметил Вадим, глядя прямо в поросячьи глазки Васнецова.

— А ты все споры кулаками решаешь? — усмехнулся он в ответ.

— С животными надо говорить как с животными, что толку тратить на них слова, значения которых они не понимают. Ты животное и есть, читать только научился, не иначе как палкой кто-то дрессировал.

Сергей не смог сдержать улыбку, слушая как один из его щенков, который так и не стал его верным псом, всё-таки помнит его уроки.

Катя в это время отчаянно делала попытки заглянуть в глаза мужчине рядом, чтобы он убрал руку, которая буквально жгла её тело, будучи на нём.

— Знаешь, Иван, я считаю эмансипация женщин это лучшее, что случалось в истории человечества, — подал голос Сергей и его ледяной взгляд уставился на жертву, с которой мигом спала краснота, будто его обдало холодом. — Женщины, наконец, начали сиять, а не прятаться в тени мужей и других мужчин. Вот только вместо того, чтобы этим восхищаться, большинство слабаков увидели в женщинах соперников своей тщедушной маскулинности. Я понимаю, последние пару слов тебе не знакомы, погугли. И тебе действительно пора, дома ждут шестеро сыновей. Все от разных женщин, насколько я помню. От женщин, которые жестко тебя поимели. Мой тебе совет — сделай это хоть своим детям лучший вклад в их светлое будущее, не воспитывай. Иначе они вырастут такими как ты.

Васнецов, как рыбка на суше, открыл и закрыл рот несколько раз, но покорно встал и ушёл, попрощавшись только с Сергеем и не взглянув ни на Катю, ни на её сегодняшнего рыцаря.

— Алкоголь яд для ума, — слегка улыбнулся Сергей, прищурив голубые глаза. — А когда ума нет, он яд для всех остальных вокруг.

— Шестеро сыновей. Где-то ходят шесть Васнецовых, — задумчиво сказала Катя, глядя куда-то в сторону. — Хорошо, что у нас в семье одни мальчики, а то я бы племяшек на улицу не выпускала.

Вадим, наконец, убрал руку с её плеча и Катя испытала невиданное облегчение.

— Чё то настроение как у голодной бродячей собаки, хочу кого-нибудь покусать. Пойду, поем где-нибудь в другом месте, желательно не на помойке, как здесь, — хохотнул Катя и взяв свою сумочку, встала, чтобы уйти.

Выступление девушки, как оказалось, закончилось несколько минут назад и на сцену вышел Жаров. Сергей тоже встал, будто собрался уйти вместе с Катериной. Она, не прощаясь, быстро пошла к выходу.

— О, наконец, единственная женщина поняла, что тут не тренинг по маникюру, — решил пошутить со сцены оратор в спину удаляющейся Отбитой и в зале раздались смешки. — Поздновато спохватились.

Катя застыла почти у самого выхода, на беду болтливого мужчины, она решила вернуться обратно. Развернувшись на каблуках, она растянула губы в, ослепительной своей фальшью, улыбке и направилась прямо к сцене, а, именно, к девушке, которая держала в руках второй микрофон. Отбитая буквально выдернула его у неё, включила его и к удивлению всех присутствующих забралась на сцену. Оратор попытался что-то сказать, видимо очередная плохая шутка, но громкий голос Кати не оставил ему и шанса.

— Извините, не привыкла смотреть на мужчину, которого собираюсь опустить снизу вверх. Итак, у меня есть вопрос, всего один.

— Один? Нет это не тренинг по маникюру, я вам отвечаю на него, — улыбнулся инфобизнесмен, ожидая смеха в зрительном зале, но его отчего-то не послышалось.

— Очень жаль, толку бы было больше, чем от вашего пизд… Не знаю даже, чем это слово заменить. По смыслу ничего не матерного в голову не приходит.

Тут уже в зале раздались смешки от её шутки. Вадим не знал, как ему реагировать на эту ситуацию, он вроде бы пришёл с ней, они вместе, но Катя была как будто сама по себе, творила, что хотела. И что делать ему? Он покосился на Сергея, тот с легкой улыбкой на губах, поглаживая бороду смотрел, как начинается более интересно спич. Катя раскатала проект за пять минут, указав не только на явные недочёты архитектора, который на коленке намалевал проект в 3D, но и напомнила, что вокруг места строительства — заповедник.

— И вопрос на охреннилион миллионов — если всё таки, каким-то чудом вы достанете все разрешения, может даже придется местами через постель, подкладывая туда эту даму в красном, как вы собираетесь гнать туда строительную технику?

— По дороге, очевидно. — усмехнулся оратор, который нисколько не испугался всей её болтовни.

— Какой дороге? Там её нет.

— Вы… Как вас, простите?

— Катерина Викторовна.

— Может вы не знаете, Катерина Викторовна, но дорогу можно и нужно построить. Мы, мужчины, не ищем препятствия на пути к цели, мы ищем возможности из преодоления, а все ваши доводы я могу легко пояснить после презентации.

— А чего не сейчас? Вот же я здесь стою, жду.

— Потому что они даже не стоят того, чтобы на них отвечать. В масштабах проекта это несущественно.

— Да ну? Так как насчёт дороги, товарищ Жаров? Вы дорогу хотите построить? И сколько километров?

— Столько сколько нужно.

— А вопрос то серьёзный, — раздался голос из зала.

— Ой, спасибо, Александр Геннадич, он как раз этим и занимается. Дорожный строитель. Если вам вопрос от женщины не нравится, вот мужчина спросил.

— Я прошу вас покинуть помещение, иначе я вызову охрану. — вдруг жестким голосом сказал мужчина рядом с ней.

— Ой, да не надо утруждаться, я сама за ними схожу. Познакомилась с охраной, пока уборную искала, — сказала Катя, спускаясь со сцены, всё ещё с микрофоном. — Меня, знаете ли, так часто пытаются откуда-то выгнать, что я предпочитаю заранее наводить мосты с теми, кто предположительно может мне по неосторожности руку сломать при выдворении.

Среди зрителей раздался хохот, но не злорадный и не ехидный, а как на стендапе, где выступала Отбитая. Смеялись не над ней, а над ее шутками.

— Кстати о мостах, — развернулась Катя на полпути к выходу посреди столов и почесала висок. — К вашему сожалению, я знаю те места у излучины реки, единственное место, где дорожное полотно не утонет в болоте, это чуть западнее от этого места. Только вот же ж, блядь, проблема — в дополнение к этому вместе с дорогой вам придется построить мост! А сколько километров он будет в длину? Правильно почти пятьдесят! Вы тут стройку века федеральных масштабов собрались организовать. Инвесторов собираете? Хер вам мостостроитель! Кстати о мостостроителях.

Дальше Катя рассказала похабный анекдот, в конце которого зал взорвался хохотом, ей зааплодировали, а мужчина на сцене был готов её разорвать.

— В общем, мой Вам совет для Вашего бизнеса будет лучше, если вы не будете лезть туда, где вы ни хрена не понимаете. В отличие от вас, люди вокруг понимают. Собирайте полные залы хомячков, которые в глаза бизнес не видели, и будет вам счастье. Адиос, господин Жаров, всех благ.

Катя кинула микрофон на сцену, попав оратору под ноги, склонила голову в притворном поклоне, чем заслужила ещё одну порцию аплодисментов и гордо удалилась. За ней потихоньку начали выходить из зала все остальные. Слушая переговоры людей вокруг, Вадим понял, что большинство либо ее знало, либо о ней слышало — слава Отбитой шла впереди неё. Вадим всё ещё не знал как относиться к её поведению, выходящему порой за рамки грубости и хамства. В своих раздумьях он не заметил, как дошёл до своей машины, где подпрыгивая на каблуках, его ждала Отбитая.

— Вадим Алексеевич, вы же подвезёте меня до общеизвестного нам обоим ресторана? — хлопнула ресничками она, глядя на его хмурое лицо и не понимая причину его недовольства. — Хоть поем, голодная, ужас!

— Мне не по пути, — коротко бросил он, открывая водительскую дверь.

Он собирался её подвезти на самом то деле, просто ему захотелось чтобы она немного его поупрашивала.

— А-а-а, ясно, — протянула она и повесила носик.

Вадим усмехнулся про себя и уже собирался сказать, что передумал, как его опередили.

— Катерина Викторовна, раз Вадиму не по пути, может вы будете столь любезны составить мне компанию в «Марино». Если не ошибаюсь, это ваш любимый ресторан морской кухни? — возник Сергей рядом с ними.

Катя как-то нервно улыбнулась, сжав ремешок сумочки в руках.

— Извините, вынуждена признать, что моих финансов не хватит, чтобы там отобедать без вреда для моего недельного рациона.

— Катерина, если мужчина вас приглашает, то платит он, и вы ему ничего не должны за это, кроме как времени, которое вы ему уделяете, — улыбнулся он ей.

— Жаль большинство мужчин иначе считают. Я, пожалуй, соглашусь, не в том финансовом положении, чтобы отказываться.

— Катя, ты же к Игорю в ресторан хотела? — вдруг вклинился Вадим. — Садись, я тебя подвезу, кое что обсудим по дороге.

— Вам ведь не по пути, или я ослышался? — слегка нахмурился Сергей. — Не стоит отказывать даме, а потом будто делать ей одолжение, соглашаясь на просьбу, это может её обидеть. Женщины существа нежные и чувствительные.

Сергей согнул руку в локте и подставил Кате, та слегка приподняла брови и всё же взялась за него. Она ушла вместе с ним, даже не взглянув на Вадима. Хотела на свидание — получила.

*****

— Я помогу тебе с финансами, а пока переведу тебе аванс, — сказал Катерине Сергей на заднем сиденье своего Майбаха, доставая телефон.

— Я не приемлю авансов за свои услуги, я ещё не решила, возьмусь ли за это.

Она отодвинулась от него как можно дальше, и старалась не смотреть на рыжеволосого мужчину рядом, лишь нервно перебирала листы в папке, которую он ей передал.

— Сколько тебе нужно времени, чтобы решить?

— До вечера.

— Хорошо, я буду ждать.

— Извините, я передумала с Вами обедать, отвезите меня, пожалуйста, в «Прометей». Этот обед не входит в рамки наших договорённостей насчёт встреч, — твёрдо сказала она.

— Конечно, я понимаю, просто дело не требует отлагательств. Я надеялся поговорить о нём наедине, — улыбнулся ей Сергей и попросил водителя сменить маршрут.

Перед тем, как Катя вышла из машины, Сергей остановил её, дотронувшись до руки, которую она тут же отдёрнула, раздражённо взглянув на него.

— Я лишь хотел сказать, Катерина, будь осторожнее с Вадимом, пожалуйста.

— Почему?

— Потому что я тебя прошу.

— Я всегда осторожна с людьми, особенно с мужчинами, — поджала губы она и выскочила из машины.