Глава 4

Марат

Егор все последнее время ходил мрачный, задумчивый, неприступный. О своей Мари говорить совсем не хотел. Категорически запретив мне поднимать какие-либо темы, связанные с ней, даже про кафе. Поэтому, я решил, что вернуть в работу камеры наблюдения могу и без его ведома.

Эти камеры я установил, еще когда были живы его мать и Игнат. Даже звук шел вместе с картинкой. Они вообще были очень хорошего качества. Надежда Николаевна плохое и не дала бы поставить. Женщина – кремень. Поэтому посмотреть на эту самую Машу мне не составило труда. Учитывая тот факт, что сбор информации о ней ничего интересного не дал. Обычная девочка, училась, правда, с Игнатом, что как-то смущало. А так, родители умерли, двое детей, не привлекалась, не в каких мутных делах не замечена, живет с теткой, квартира в частичной собственности. Так что девочка не бесприданница. Раньше работала шеф-поваром, стало быть, талантлива. Кафе это захудалое, даже под неважным руководством Игоря, подняла.

Сел у себя в кабинете и включил камеры вечером. Мельтешит, кружится, сколько можно скакать? Я бы упал. А она бегает, выносливая, стало быть. Егорке повезет, ночами зажигать и зажигать с такой. Знает, что выбирать. Да и фигурка очень даже. Бедра крутые, дойки классные, шея тонкая, изящная. Егорка не дурен, не дурен. Смотрел, смотрел, устал. В глазах рябит от ее беготни, вот неугомонная баба. И тут вплывает тощее виденье. А это что такое? Сняла шапку и шмыгнула в кухню, это еще кто? Так поздно! Сговор тут какой-то? Что перед закрытием эта шмыкодявка рыжая тут забыла? Так, камеры на коридор. В комнату заходит для персонала, надо и там камеру поставить. Хотя… Егор явно такое мое рвение не оценит, может и яйца открутить. Мало ли как его в этот раз накрыло. Подождем. Выходит, переодетая в какие-то лосины и футболку, фартук сверху, она что тут работает? А чего тогда к концу работы пришла? Надо посмотреть, так кто у нас там, ага, эта бабушка старушка, эта тетка пятьдесят лет, так, Яна Николаевна Иванова, студентка, комсомолка и просто красавица. Ну, про красавицу, поспорить можно, ноги спички, жопы нет, конопатая, с рыжей копной. Теперь эта скачет как заведенная, может у них там что-то запрещенное в еду кладут? Как можно к концу рабочего дня так скакать? Опа-па, а попа есть, ммм даже и ничего так попка, и ножки, подтянутые. Грудь и то мой размер. Бегай-бегай девочка, я посмотрю. Как хорошо, и правда на чужую работу смотреть – одно удовольствие, а если это работа двух зажигательных девчонок, то другое удовольствие.

На следующий день у меня было много работы, так что за девчонками я не подглядывал. А вот в пятницу, Егор усвистал поминать мать, а я решил глянуть, что у них там с Машкой его. Так, Маша к какому- то мужику подсела, вот и Егор, так, а что с лицом? Разговор какой-то поддержать решил? Надо прибавить громкость. Вот это они дают, Санта-Барбара, мать вашу. Прости меня, теть Надь, не о тебе. Закрутилось у них там все. Фиг разберешься. И главное все про семью Егорки. Надо камеры почаще смотреть и на запись поставить, а то мало ли, что там его батя блудный накассирет. Егор давно кафе скинул со счетов прибыльных отраслей своего бизнеса, но все же. Если отец его будет на бабки выставлять, то его, прежде всего, морально это подорвет. А морально Егорку трогать нельзя, сразу бизнес страдать начнет. А вместе с бизнесом и я. А что мне потом без бабок делать? Правильно, самому думать, а я так не умею. Так что надо айтишникам сказать, пусть про хранение инфы подумают. Не буду же я круглыми сутками это чертово кафе по камерам смотреть.

Вообще у Егора семья – больное место. Как бы там не было, мать ему многое дала, да она и мне много дала, и советов и деньгами помогала, пока в универе учились, и Егор еще бизнес не развил. Моя семья хоть и была полной, что мне всегда в пример ставил Егор, да только даже имея мать и отца, я имел меньше чем он с одной матерью. Да и вообще семьей этих упырей не считаю. Если бы не бабка моя, то вообще сгинул бы. Мать была на передок слаба, а отец любил ее, как дурак любил, не мог смотреть и бросить не мог. Когда она меня родила, думал, что остепенится его ненаглядная. Но видимо, в таких женщинах нет материнского инстинкта. Она меня принесла, на мать скинула, а сама дальше пошла. Отец бился, бился, а потом начал пить. Так все и кончилось, все человеческое, да и вообще все что было, было пропито и сдано в ломбард.

Мать гуляла, отец пил. Бабушка приходила и мной занималась, а потом, когда поняла, что я там и не особо здался кому, то вообще забрала себе. Это были самые мои счастливые годы жизни. Но видимо сердце у нее было не железным и болело за дочь и за меня. Умерла она, а меня родители забрали. Вот тут я и понял, что семья – это пустой звук, любовь- зло, потому что с этих пор любви в моей жизни и не было. И чтобы не искать ее и не страдать, я решил, что это яд и он мне не нужен, вон как отец мается.

В школе меня начали задирать, так как мой прикид сильно отличался своим нищенством. Да и в столовой, где никто не ел, я жрал в три горла, подъедая за теми, кто вообще не приходил на обед. Дома то жрать нечего было. Терпеть насмешки я не мог. Записался в школу бокса. Там тренер меня взял под свое крыло. Я показывал хорошие результаты. И с тех пор меня перестали в школе дразнить. Я ездил на соревнования и побеждал, на выигранные деньги покупал себе вещи, книги и тетрадки. Так закончил школу и пошел учиться дальше. Так я встретил Егора, и вместе с ним сытую жизнь. И глядя как его ломает от это с**и Лиды, еще раз утвердился, что любовь – зло. Нельзя привязываться, нельзя. Деньги, нужно зарабатывать и только деньги. Кто как умеет, кто сам, как Егор, а кто, ища тех, кто умеет, как я. Узнав сытой и довольной жизни, я больше не спущусь на дно. Так что Егор под моей защитой, как курица, несущая золотые яйца.

Яна

После того, как тот мужчина, что приходил к нам в кафе вечерами, а по совместительству блудный отец Егора Сергеевича, устроился кассиром, стало легче. Правда без второго повара все равно не так легко, но все-таки, Маша стала веселее, и мне работать приятнее.

За неделю до нового года Маша уговорила Игоря Ильича нарядить кафе и поставить елку на улице. Она так все ловко обосновала, привела исторические справки, доводы, и наш начальник сдался. С каким восторгом мы принялись за дело. Столько идей у нас было, столько планов. Начальник сказал, что в кафе должны были где-то остаться новогодние атрибуты еще со времен былого руководства. Сразу бросились искать по всем подсобкам и каморкам, как кладоискатели. Мы с Машей, хохоча, перерыли столько старого хлама. И вот, на одной из полок, под грудой целлофана мы нашли большое количество мотков ткани. Мы даже замерли не на долго. Видимо прошлая хозяйка хотела обновить интерьер этого заведения. И надо сказать, вкус у нее был отменным.

Мы так загорелись применить свою находку, побежали с предложениями к Игорю Ильичу и наперебой стали говорить, что хотим сделать с интерьером кафе. Игорь Ильич на нас посмотрел, как на детей и сказал, что мы можем делать все что хотим. Так как сегодня была пятница, он предложил в выходные заняться детьми Маши, сходить с ними в парк, кино и другие развлекательные центры. А мы с Машей займемся преображением. Маша немного посомневалась, но робко согласилась. И напомнила, чтобы на улице они долго не находились, все-таки не так давно дети от болезни отошли. Весь вечер мы утверждали концепцию преображения. Маша еле ушла домой, никак не могли определиться. Но дети в саду не могут быть вечно.

Утром в субботу, в кафе влетели два непоседливых сорванца в одинаковых комбинезонах, дети Маши, потом вошла и их мать. Они договорились, что Игорь Ильич и Егор Сергеевич заберут детей из кафе. Откуда у мужчин такой интерес к ее детям, Маша объяснила, когда все ушли в парк. Оказывается, Слава и Сава дети Игната, погибшего хозяина кафе, а стало быть, племянники Егора Сергеевича – нынешнего хозяина, а как недавно выяснилось и внуки Игоря Ильича. В общем, все это было очень волнительно и странно, но чего в жизни не случается.

Переодевшись в спортивную одежду, мы принялись воплощать свои задумки в жизнь. Вымоли начисто пол и стали кроить. Работа спорилась быстро, оказывается, Маша тоже умеет работать с тканью и швейной машинкой. В четыре руки мы справлялись очень быстро. Периодически звенел телефон, оповещая, куда направились дети со своими новоявленными родственниками. Маша читала и улыбалась.

Мы сделали половину задуманного, но решила сразу все на место не развешивать и не раскладывать, все-таки испортится эффект. Так что, все сложив, и переодевшись, мы стали ждать детей и веселящих их мужчин.

Пока ждали, немного болтали за чаем и сладостями. Маша восторгалась моими идеями и тем, как мастерски я их воплощаю. Спрашивала про другие работы и почему я не устроилась работать по специальности. Мы много говорили о том, чем бы я хотела заниматься после того, как закончу университет. И я сказал, что хочу открыть в Москве свое собственное эксклюзивное ателье. Маша не посмеялась надо мной, а наоборот поддержала, сказала, что моему таланту, конечно надо искать применение и это не кафе. Еще она сказала, что очень жаль меня терять, что такую помощницу она днем с огнем не сыщет. Но пока мне надо закончить, и уходить мне некуда. Она подбодрила и сказала, что верит в меня. Мне это было очень приятно.

Пришли начальники с детьми и Маша убежала домой, утянув и мужчин, чтобы покормить их ужином и расспросить о проведённом дне. И выходя из заведения, закрывая его, обратила внимание на припаркованную недалеко шикарную машину, я заметила ее еще когда подходила к окну, чтобы снять мерки, стоит она давно и, судя по тому, что двигатель работает, в машине кто-то все это время сидел. Мне стало не по себе. Было странное ощущение, что за мной наблюдают. Накинула капюшон и постаралась быстро добраться дворами до общежития, все-таки неспокойное сейчас время, неспокойное. Уже добежав до своей комнаты, подумала, какая я дуреха, кому я нужна, да еще и на такой машине. Но когда подошла к окну, чтобы задернуть штору, перед тем как включить свет, увидела, что недалеко от крыльца стоит та самая машина, она постояла еще немного и уехала. Тут мне стало совсем не по себе.

Марат

После разговора с отцом и Игорем, Егор совсем ушел в себя, трубку не брал, а лезть пока я не стал, пусть утрясется, пока ничего критичного не случилось. А вот в понедельник все поменялось. Он приехал в офис только под вечер, какой-то взъерошенный, но довольный.

- Пустишь? – стоял я в дверях.

- У тебя что-то срочное, что-то случилось? - повернулся ко мне Егор.

- Хотел тебя спросить. Трубку не берешь, в офисе не появляешься, -закидывая ногу на ногу, показывая, что не уйду, разместился в кресле и уставился на Егора.

- Отец нашелся

-Знаю, я камеры, что для твоей матери устанавливал, опять подключил.

- А почему не сказал, надо предупредить сотрудников, - засуетился Егор.

- А зачем, на двери наклейка есть, если они ничего противозаконного не делают, то и бояться нечего, а если делают, то знать про камеры им не надо.

-Игорю все же скажу.

- Как знаешь, а чего такой довольный? Отцу так радуешься? Так вроде не маленький, и судя по тому, как он выглядит и что говорит, так ему дать тебе нечего, только взять.

- Ну и пусть берет, отец все-таки.

- Вот как? Это с чего такая щедрость?

- Не убудет.

- Ну, давай к следующей части марлезонского балета, с чего тебя так разморило?

- Я знаю, теперь знаю, как ее к себе приручить, знаю, как своей сделать.

- Ты опять о своей поварихе?

- Ты полегче.

- Хорошо, хорошо – поднял руки в примирительном жесте, - ну и чего ты ее приручать собрался, она же баба, а не хорек. Позвал в койку и делай своей, сколько влезет. Чего морозишься?

- Я тебе за хорька пинка сейчас под зад дам. Думай, что несешь.

- Так это ты бабу не трахать, а приручать собрался. А не я. Зачем в дрессировщики записался? Такая необузданная?

- Дурак ты, Марат. Я ж не просто трахнуть хочу, я ж свой сделать, чтоб со мной была, чтоб замуж пошла.

- Ооо как тебя понесло. Это, с каких пор баб на брак уговаривать надо? Ты тут четыре года разве что не палкой от охотниц за твоим пальцем и паспортом отбиваешься, а тут такие сложности. Ты ничего не путаешь? Может это Маше надо бегать и уговаривать? Баба то с прицепом?

- Я тебе сейчас в глаз дам, совсем одурел, так о племянниках моих говорить?

- О ком?

- А, да, Маша с Игнатом встречалась в техникуме, дети от него. Племянники они мои. Так что думай, что говоришь.

- Это ты думай, что говоришь? Она на тебя своих отпрысков повесить хочет? Ну, хитра баба, хитра. Да ты знаешь, сколько было девок у него на курсе? И если каждая тебе будет дитём тыкать, ты разоришься.

- Это дети Игната.

- Ты с начала ДНК сделай.

- Не буду, я знаю, что они его дети.

- Ты головой стукнулся, каждой бабе верить?

- Не лезь, я через них ее и приручать буду.

- Дрессировщик херов. Совсем сбрендил.

- У тебя все? Иди давай, тебя девочки ждут, выходные же.

Я вышел и просто охренел от услышанного. Какие дети, какие племянники? Приручать он ее будет? Тоже мне собачонка нашлась. Утром в субботу случайно на телефоне включил камеры с кафе и опешил, вот это номер. По полу к верху попами ползают две девицы. Что-то режут, шьют, смеются. Это еще что за курсы кройки и шитья? Решил на всякий случай съездить в кафе. Припарковался неподалеку, но заходить не торопился, и так все видно и слышно. И так увлекся разглядыванием, что весь оставшийся день и просидел. Вот рыжая коза дает, как у нее получается красиво, и не подумаешь, что эта конопатая пигалица такое придумать может и Машка ей помогает, тоже с руками баба. А фигурки какие, вот бы я с ними позажигал. Особенно с рыженькой. Огонек девчонка, молоденькая, смазливая. Одни глаза чего стоят. Такие глазища, как у олененка из мультика. Про племянников разговаривают. Что реально что ли? О, ателье открывать думает. Да, наивная простота. Как же ты Бемби в мире бизнеса выживать то будешь? Наивняк.

Тут Егор с Игорем прискакали, и я так понимаю новоявленные племяшки. Ускакали вместе с мамашей, видимо приручаться. А вот и Бемби выходит. Хороша, так и не разглядишь, сразу, а присмотришься и не оторваться. Сладкая. Провожу, погляжу, где будущие владелицы ателье живут. Нда, не далеко катились. Общага. Ну, именно тут и живут. Понятно, почему в кафе на посылках работает. Деньги нужны, учится и подрабатывает. Ну ладно. Посмотрим, может, пригрею сладенькую, а она мне постель погреет, пока не надоест.

Воскресенье тоже провел за просмотром и прослушиванием двух портних. Бабский треп, конечно, не самое интересное, но такие они смешные и непохожие на тех, с кем общался, разговоры какие-то другие. И работают так быстро. К концу дня они уже все закончили и преобразили кафе просто до неузнаваемости. Вот это Бемби, вот молодец. Пока она в своих лосинах скакала, и жопой виляла, я завелся, а в клуб идти как-то не кстати, воскресенье же, завтра на работу. И напряг куда-то деть надо. Поеду встречу ее, глядишь, поможем друг другу.

Припарковался у кафе. Жду, когда Егор опять появится с мелюзгой. Сегодня он один их развлекает. Игорь куда-то слился, видать возраст, а, может, нет такой заинтересованности как у Егора. Зашли они в кафе, и я следом.

- О, Марат, какими судьбами? – спросил Егор.

- Да вот, еду, смотрю ты с детьми, дай, думаю, познакомлюсь с племянниками твоими и детьми Игната. За одно и с Машей вашей знаменитой.- Егор на меня зыркнул хищно.

- А почему знаменитой? – тихо спросила Маша.

- Потому что как кафе снова открыли, так только и слышно – Маша то, Маша сё. А сейчас смотрю вообще, преобразили до неузнаваемости. Чья идея?

- Это Яна у нас такая молодец, - затараторила Маша.

Яна глазки свои потупила, руки сжала. Да, не избалована комплиментами, только на руку мне.

- Мы уже закончили. Домой собираемся.

- Так давайте подвезу?

- Мы сами доберемся, я сам на машине, и у тебя кресел нет.

- А ты уже и кресла прикупил? – съязвил я.

Егор лишь яростно посмотрел и пошел к выходу, ведя двоих детей. А тут и правда ДНК не надо, глаза то Игната, точнее Надежды Николаевны, что у Егора, что у Игната ее глаза, а теперь и внукам достались. Да и мальчишка лицом похож на Мелкого.

- Ну что, - обращаюсь к Яне, - тебе тоже детское кресло надо или так доедем?

- Не смешная шутка, я сама дойду, вы же знаете, тут недалеко. Вчера за мной следили.

Опа-па. Девочка заметила вчера. Внимательная. И на язык не простая, и не смотри что Бемби.

- Так это моя работа, следить, только я не следил, а оберегал. Тоже по долгу службы, я начальник службы безопасности у Егора, Марат.

- Очень приятно, а от меня вы что хотите?

- Так ничего особенного, как и все, тепла и ласки, вечер приятно проведем, скрасим, так сказать. Ты мне скрасишь, а я сделаю его сытным и интересным.

- Спасибо, я не голодна и уж развлечь себя могу. И за тарелку супа не выступаю в роле ручной обезьянки.

- А за что выступаешь?

- Ни за что не выступаю. Поищите себе другую компанию.

- Ты чего артачишься, любая из твоей общаги и думать не будет, в машину прыгнет и поедет, чего цену набиваешь?

- Вот и возьмите с собой эту любую, а ко мне больше не подходите, и провожать и караулить не надо.

- Хватит, поулыбались и будет. Я оценил, что мне товар штучный достался, проникся и обрадовался. Теперь не парь мозги, поехали.

- Я не товар, мозги не парю, и вообще, катитесь, откуда приехали. Будете приставать, я Егору Сергеевичу позвоню, а если и это не поможет в полицию. Ищите свой товар на другом прилавке.

Рыжая коза развернулась и ушла дворами в свою занюханную общагу. А я так и остался стоять на пороге, вот те на. Меня какая- то студентка отбрила. Чем это я хуже ее сопляков-студентов?