Глава 15 · Разоблачения и тайны

Что делать? Что делать, будь он неладен? Я от страха забыла, как говорить. А Вилиан уже поднял мой кулон и вертел его в руках.

— Какие тонкие чары, — сказал то ли одобрительно, то ли осуждающе. — Даже я не мог разобрать, что здесь наверчено. Ловко сработано, ваше высочество.

— Послушайте, лорд Вилиан…

— Т-с-с.

Вил схватил меня за локоть, без особого труда открыл мой тайный чулан, словно всегда о нем знал, и втолкнул внутрь. Это что же, он следил за мной? Как давно? Зачем? Дверь закрылась, и по коридору прошелестели чужие шаги.

— Отпустите меня. — Отодвинулась, насколько позволяло укрытие.

— Отпустить? Пожалуйста. Только вы сейчас же отправитесь к отцу, ваше высочество, и по окончанию отбора выйдете замуж. — Лицо Вилиана оставалось безучастным.

— Вот смотрю на вас и думаю — может, вы и не человек вовсе? — Выпалила со злостью.

— Что? — На мгновение в ледяных глазах мелькнуло удивление.

— Следите за мной, заставляете вернуться. Действительно, не вас же хотят женить на первой встречной. Иначе вы бы так не поступали!

Страх отступил, волной накатило возмущение, обида и усталость.

— Скажите, что вам от меня нужно, лорд Вилиан? — Прямо спросила я. — Выполняете распоряжения отца? Хотите выкупа? Или… или вообще задумали заговор!

— Элиза, твоей фантазии нет предела. — Вилиан тяжело вздохнул. И почему это мы на «ты»? Я сразу насторожилась. А может, он тайно в меня влюблен? И морочит голову Ари, чтобы найти пропажу и подобраться поближе?

— Вилиан, — решила играть по его правилам, — я ведь говорила вам тогда, перед началом отбора, что все равно не смирюсь. И вы ответили, что помогли бы, только это не в вашей власти. Теперь вы действительно можете помочь. Верните кулон и забудьте, кто я. Осталось немного, всего четыре испытания.

— И что тогда? — Поинтересовался Вилиан, присаживаясь на край стола. — Что будет, когда отбор завершится?

— Я одержу победу и докажу, что способна сама управлять своей жизнью!

Хотелось верить, что меня услышат. Поймут. Но Вилиан только покачал головой.

— Ты — маленькая глупая девчонка, Элиза, — грустно сказал он. — И не понимаешь, что, на самом деле, подписываешь себе приговор. Стоит отцу узнать, кто скрывается под видом лорда Кавернела, и он тут же заставит тебя выйти замуж. Неважно, победишь ты или проиграешь. Все равно будет тот, кто займет второе место.

— Почему? Почему, ответь? — Я тоже отбросила приличия.

— Альдону нужна поддержка. Сила, которая в случае опасности сможет уберечь страну от кровопролития. Ты же видишь этих лордов. Они жаждут только одного — власти.

— И отец хочет преподнести им эту власть!

— Нет, он хочет найти достойного союзника, чтобы в случае чего ты была под надежной защитой, а у Альдона был сильный король. Неважно, твой муж или будущий сын. Услышь меня, пожалуйста, и давай оставим игры. Король хочет тебя защитить. А ты делаешь все, чтобы у него это не получилось.

— Если бы он сразу так мне и сказал, я бы не сбежала.

Слова Вилиана казались разумными, но я не собиралась ему верить! С чего бы это? Он — враг. И на стороне отца. Ничто не мешает ему немедленно отвести меня к королю, а лордам объявить, что Элиас Кавернел выбыл из испытаний.

— Сбежала бы, — вздохнул Вилиан. — Потому что упрямая. Можешь не верить, но я понимаю тебя, Элиза. Понимаю, что тебе горько и обидно оттого, что твоей судьбой распоряжаются остальные. Но в жизни не все происходит так, как нам хочется.

— Зачем? — Потребовала ответа.

— Зачем — что?

— Сидишь здесь, разговариваешь со мной. Не проще ли позвать слуг, отца? Пусть посадят меня под замок и не выпускают до конца отбора. Только я все равно сбегу! Или умру. Но не выйду замуж.

— Почему? Тебе никто из них не нравится?

А Вилиан задавал правильные вопросы… Хитрый, изворотливый секретаришка!

— Это не имеет никакого отношения к моему решению.

— А мне кажется, имеет. И если тебе кто-то по душе, Элиза, почему бы не привести его к победе? — Упорствовал Вилиан. — Я помогу, обещаю. Только вернись и хватит делать глупости. Даже уговорю его величество не сажать тебя под замок.

— Думаешь, король будет слушать своего секретаря? — Прищурилась я.

— Секретаря — нет, сына — да.

Я замерла. Прикоснулась ко лбу — жара нет. Это не сон и не бред. И Вилиан сказал то, что сказал. А теперь ждал моего ответа — и я впервые поняла, что он тоже боится. Боится того, что скажу, как отреагирую. В его взгляде читалась обреченность, граничащая с надеждой. А я не знала, что ему сказать. Ох, и отец! Столько лет молчать! Да у меня и в мыслях не возникало… Ни у кого не возникало. Вилиан вел себя со всем подобающим почтением. Ни словом, ни жестом… Но я понимала, что такими вещами не шутят. Он мой… брат?

— Не послушает, — припечатала я. — Это же отец. Мне досталось его упрямство.

Вил отвел взгляд. Наверное, ему нелегко давался этот разговор. Можно подумать, мне легче. Я пыталась поверить — и не могла. Точнее, могла, но не верила. Или верила… Запуталась! В голове воцарился сумбур.

— Ты вернешься, Элиза?

— Нет.

— Замкнутый круг какой-то, — пробормотал Вилиан, а я все-таки решилась. Шагнула к нему, присмотрелась. Да надо быть слепой, чтобы не заметить очевидного! Да, видимо, Вилиан внешне пошел в мать, но изгиб губ, манера глядеть с прищуром, черты лица…

— Подожди, если у него есть ты, почему бы просто не оставить тебе трон? — Задала самый очевидный вопрос.

— С ума сошла? — Вил неодобрительно посмотрел на меня. — Я ему никто. И никем останусь.

— Он мог бы признать…

— Не мог бы. И закончим на этом.

— Прости.

Все равно не понимала, зачем так отчаянно искать мне мужа, если можно просто объявить, что у короля есть наследник. Я даже не обижусь! Маменька… маменька будет злиться, да. Но Вил же уже есть. Этого не отменить. Время не вернуть вспять. Значит, именно он — сын той девушки, о которой говорил Рен? Как такое вообще может быть? С другой стороны, отцу повезло — от его великой любви остался ребенок. А что достанется мне? Если победит Ливеран или Листиас?

— Надеюсь, я не должен просить тебя о молчании.

Кажется, Вилиан уже жалел, что сказал правду. Зато я ни капельки не жалела. Наоборот, многое встало на свои места. Небывалое доверие отца Вилиану, само его появление при дворе.

— Я никому ничего не скажу, — заверила брата. — Но попрошу тебя о том же. Мне говорили, отец из-за отбора не смог быть с любимой женщиной. С твоей матерью, правильно?

Вилиан помрачнел, но промолчал. Впрочем, мне хватило и взгляда.

— Тогда почему ты желаешь для меня такой судьбы?

— Я не желаю, Элиза. Иначе выдал бы тебя отцу, как только засомневался в мнимости лорда Кавернела.

— И когда же ты засомневался?

— Сразу. Когда понял, зачем ты рылась в моем кабинете. И обнаружил магический след, ведущий в поместье Кавернелом. Но я сомневался. Не думал, что тебе хватит смелости вернуться во дворец и пережидать здесь, пока тебя ищет тайная служба. Отец волнуется, Элиза. Ты не должна так с ним поступать.

— А он должен? Ответь мне, Вилиан! Он имеет право распоряжаться моей судьбой? — Настаивала я.

— Да, как отец — и как король. Власть накладывает обязательства, Элиза, — отчитывал меня Вилиан. — Ты должна это понять и принять. Потому что твоя жизнь тебе не принадлежит. Как и мне не принадлежит моя.

— Если тебя устраивает такое положение вещей, то меня — нет! Иди, расскажи обо всем отцу. Я тут же сбегу, и больше вы меня не найдете. Хоть всю тайную стражу подними!

— И подниму, и снова тебя найду.

— Чтобы не страдать в одиночестве?

Я была в таком гневе, что хотелось укусить побольнее, но Вил держал удар:

— Чтобы ты не пострадала, глупая. Ты не знаешь мира за стенами дворца. Ты в нем не жила. Там никто не будет считаться с твоим титулом, Элиза. Никто не защитит и не спасет.

— Я сама могу за себя постоять! И прошла уже три испытания, Вил. Иллюзион, ядовитые растения в оранжерее, проклятые комнаты для гостей!

Вил схватился за голову. Видимо, осознал, через что мне пришлось пройти. Наверное, пока у него не было доказательств, что Элиас — это Элиза, секретарь относился к отбору куда спокойнее.

— Никакой полосы препятствий! — Заявил он.

— Значит, ты не идешь к отцу? — Тут же ухватилась за ответ.

Вил сомневался. Сомнения читались во всегда спокойном взгляде, и я понимала, что он вот-вот сдастся.

— Элиза, почему я не должен к нему идти? — Спросил Вилиан.

— Потому, что желаешь мне счастья, — улыбнулась в ответ. — Вижу же, что желаешь. Так вот, у меня тоже есть, что сказать, только ты выслушай. Во-первых, спасибо за откровенность. Я очень ценю это, правда. И… рада, что ты есть.

В глазах Вилиана мелькнуло плохо скрываемое удивление.

— И лучше бы вы с отцом ничего от меня не скрывали. А во-вторых, я тоже хочу быть счастливой, Вилиан. Я встретила человека, которого люблю. Да, люблю. И ни за что не упущу свой шанс.

Вот и произнесла это вслух. Я люблю Рениарда. Боги, да я на весь мир кричать готова, что люблю его!

— Кто он? — Спросил Вил, а я впервые видела за ледяной маской живого человека. И мне было тепло от того, что чувствовала его беспокойство и искреннюю заботу.

— Рениард Аэрдан.

— Еще лучше! Элиза, отец не согласится!

— Если я или Рен победим в отборе — куда он денется? Нарушит традиции? Они же для чего-то создавались! Рен — единственный, кто из одиннадцати лордов является человеком. Человеком, понимаешь? А не мешком с самомнением.

— Понимаю, — Вил улыбнулся, шагнул ко мне, и цепочка, уже целая, застегнулась на шее. Это что, согласие? — Элиза, прошу, будь осторожна. Особенно на полосе препятствий. Дальше я попытаюсь помочь всем, чем смогу. Но полоса готова, и пока мы ищем посох — опасна!

— Думаешь, он у одного из лордов?

— Уверен, но не могу доказать. Не врываться же в их комнаты по второму разу! Они и первого обыска не забыли.

— Скверно, — согласилась с братом.

— Да, не то слово. Но это уже не твоя забота. И помни, если для твоей жизни возникнет хоть малейший риск, я немедленно остановлю любое испытание и обо всем расскажу отцу.

— Договорились, — протянула ему руку и пожала худую теплую ладонь. — А что между вами с Ариеттой?

— Тебе пора!

И меня выставили за дверь собственного убежища! И пикнуть не успела, как Вилиан протащил меня до входа в гостевое крыло и оставил у двери, ведущей в знакомый коридор.

— Береги себя, — сказал он и пошел прочь. А я стояла и не могла пошевелиться. Нужно было подумать. Сесть и подумать обо всем, потому что я перестала хоть что-то понимать. Поэтому медленно побрела в свою комнату, упала на кровать и закрыла глаза. Ну и батюшка… Столько лет скрывать, что Вилиан — мой брат! А Вилиан? Сам хорош. Конечно, он не знал, как я отреагирую на такие новости, но мог хотя бы намекнуть! Я же боялась его, как огня! Готова была провалиться на месте при одном виде! А Ари знает? Нет, вряд ли. И говорить пока не стоит.

Нет, думать сейчас тоже бесполезно. Лучше отдохнуть, выспаться, набраться сил перед вердиктом. Может, меня вообще завтра выгонят. И поцелуй Рена не давал покоя, будоражил воображение. Да что за день такой? Или лучше, что за ночь… Но главное, что теперь у меня есть поддержка. Я больше не одна. И почему-то это чувство грело, как ни одно другое.