ГЛАВА 31.

Я замерла, снова резко проснувшись, сердце ухнуло в живот и там затаилось, и, кажется, на несколько мгновений я забыла, как дышать.

— В смысле? — пробормотала, не совсем уверенная, что правильно расслышала.

Саша тихо хмыкнул, выпрямился и поднял меня, заставив смотреть в глаза.

— Я понимаю, не слишком романтичное предложение, но я обязательно исправлюсь, — проникновенно произнес он, улыбаясь в темноте. — Так ты согласна?

— Подожди, — я тряхнула головой, ошеломленно уставившись на него. — Ты… серьезно? — переспросила, чувствуя, как внутри что-то щекочет, сбивая дыхание и мешая трезво мыслить.

— Про загс? Серьезнее некуда, — кивнул невозмутимо Саша, придвигая ближе и обнимая двумя руками. — Учти, если откажешься сейчас, я буду спрашивать снова и снова, пока ты не согласишься, — усмехнулся он, потом наклонился и на несколько мгновений мягко прижался к моим губам, скользнув по ним языком. — И буду применять другие способы убеждения, более действенные, — вкрадчивым, пробирающим до костей голосом добавил Саша.

А потом последовал еще один поцелуй, долгий, горячий и очень нежный. Я растаяла, от меня остался только комок восторженных эмоций, тихо попискивавший от счастья. Это… это невероятно, просто нет слов. Я даже не надеялась на такой поворот, разве что только где-то в самой глубине души. Ну и пусть без вставаний на колено и посыпаний розовыми лепестками, главное, что… мне только что сделали предложение. Уф. Судорожно вздохнув, я уставилась на Сашу затуманенным взглядом, пытаясь отдышаться. В голове все равно пока не укладывалось никак. Он же ласково улыбнулся, провел ладонью по лицу и шепнул:

— Все, спать, сегодня был сложный день.

После чего снова уложил рядом с собой, чмокнул в макушку и замолчал. Мне казалось, взбудораженные эмоции не дадут уснуть, даже несмотря на усталость, но ошибалась. Едва закрыла глаза, как сознание тут же погрузилось в благословенную темноту до самого утра.

Проснулась я вовсе не от будильника, а от нежного поцелуя, и тут же встрепенулась, приподняв голову. Саша ухитрился встать раньше и так, чтобы не разбудить, хотя уставший организм дрых так крепко, что и пушкой было не поднять. И я в самом деле ощущала себя отдохнувшей и полной сил, от вчерашней апатии и усталости не осталось и следа.

— С добрым утром, Лесенька, — шепнул Саша, наклонившись ко мне — он уже успел одеться в брюки и рубашку. — Вставай, приводи себя в порядок и приходи завтракать.

Я тут же разулыбалась, сонно моргнула и кивнула.

— Ага, — мурлыкнула, потянувшись, и по вспыхнувшему в серых глазах огоньку поняла, что действие оценили.

Конечно, потому что при этом одеяло сползло до середины спины, и я специально повернулась так, чтобы мягкое полушарие груди было видно лишь дразнящим намеком. Кажется, я училась смело флиртовать и соблазнять, и мне это нравилось, черт возьми. Хмыкнув, Саша встал и строго посмотрел на меня.

— Не шали, солнышко. Жду на кухне.

Ох, от того, как он назвал, я едва не растеклась лужицей, но тем не менее, бодро поднялась с кровати и поспешила в ванную. А занимаясь водными процедурами, поймала себя на том, что такое вот уютное почти семейное утро мне очень даже нравится. И хочется просыпаться так всегда… На кухню я зашла в самом радужном настроении, решив надеть сегодня тот самый брючный костюм. В жакете имелись удобные длинные и свободные рукава, не раздражавшие раненые запястья, а заматывать их я не хотела, чтобы не вызывать лишних вопросов в офисе. Блузку выбрала с коротким рукавом для удобства.

На кухне на столе уже стояли две чашки с ароматным кофе, и горячая, свежая сдоба — не знаю, где Сашка ухитрился ее раздобыть, но круассаны выглядели очень аппетитно.

— Прошу, — он отодвинул для меня стул, сделав приглашающий жест рукой и не сводя восхищенного взгляда.

Все было так хорошо и мило, что нет-нет, да екало сердце, смутное беспокойство, что опять что-то случится, не давало покоя. Я упорно отмахивалась, не подавалась эмоциям, изо всех сил не обращая на них внимания, и кажется, у меня получилось. Саша ничего не заподозрил. Закончив с завтраком, мы поехали в офис, и всю дорогу Смычковский загадочно молчал и многозначительно улыбался, бросая косые взгляды. Я мужественно сохраняла невозмутимый вид и смотрела вперед, не пытаясь расспрашивать, хотя любопытство уже зашкаливало, даже заглушив неясные подозрения и плохие предчувствия.

Переступая порог бизнес-центра, признаться, я слегка замедлила шаг, невольно вспомнив вчерашний день, но ладонь Саши мягко легла на талию, легонько подтолкнув, и я, решительно выдохнув, подняла подбородок и зашагала к лифту. В самом деле, вряд ли возможно повторение, раз мой шеф рядом.

— Эта парочка больше сюда не сунется, — негромко произнес Смычковский, когда мы заходили в лифт. — Мы… поговорили, — жестко усмехнулся он, сделав выразительную паузу.

Пока ехали, Саша нашел мою руку и на несколько мгновений мягко сжал пальцы, погладив их, и по телу прошлась теплая волна, окончательно успокаивая. Мы дошли до приемной, и там передо мной распахнули дверь кабинета.

— Заходи, обсудим кое-что, — пригласил Смычковский, и усмешка стала мягче.

Я переступила порог, сердце невольно затрепетало в ожидании, и пульс участился. Саша сел за стол, я заняла стул для посетителей и выжидающе уставилась на него.

— В общем, я тут подумал, ты, помнится, говорила, что тебе нравится дизайном заниматься? — я настороженно кивнула, еще не до конца понимая, что он имеет в виду. — Жаль, конечно, отказываться от такого толкового помощника, но твое душевное спокойствие и хорошее настроение для меня важнее. С завтрашнего дня будешь работать в отделе дизайна, приказ о переводе я сейчас сделаю. Придется дальше искать личного секретаря, — Саша вздохнул, а у меня вдруг пропал дар речи, услышанное доходило до сознания с трудом.

Наверное, именно поэтому я брякнула:

— И что, тоже будешь проверки устраивать кандидаткам?

Брови Смычковского поползли вверх, в глубине зрачков мелькнули смешинки.

— Как можно, Леся, я же теперь без пяти минут женатый мужчина, — он неожиданно озорно усмехнулся и подмигнул. — Думала, я забыл о предложении?

Если честно, где-то в глубине души да, я именно так и думала — утром ведь ни словом не обмолвился. А я и подавно не стала заводить разговор, постеснявшись. Выходит, не забыл, и мне не приснилось… Еще и про дизайнера тоже помнил. Какой все-таки мужчина, а.

— Ну что, идем знакомиться с твоим новым местом работы? — весело предложил Саша, поднимаясь и протягивая руку.

Всего мгновение я смотрела на него широко распахнутыми глазами, а потом подскочила, тихонько взвизгнула от избытка эмоций и повисла на шее, наплевав, что кто-то может войти и увидеть эту пикантную картину. Все равно, скоро все узнают о том, что я замуж выхожу. От последней мысли по спине скатились щекотные мурашки, рассыпавшись по пояснице, и хорошо, что Саша держал меня, а то точно коленки бы подогнулись.

— А этот, который Людочкин папаша, больше не навредит? — осторожно спросила я, справившись наконец с эмоциями и посмотрев на Сашу.

— Не думаю, — Смычковский уверенно покачал головой, довольно улыбнувшись. — Василий очень помог, поднял свои связи, и на этого кадра, оказывается, много чего имеется, что при желании можно пустить в дело. Да, возможно, взятками и штрафами отделается, но все равно, неприятностей поимеет достаточно. Так что, тут можешь быть спокойна. И вообще, я слегка поменяю условия в объявлении, — он чуть прищурился, во взгляде мелькнул огонек. — И обязательно буду советоваться с тобой, — Саша коснулся пальцем кончика моего носа, и его улыбка стала шире. — Пойдем?

И мы пошли. День пролетел в приятных хлопотах, я носилась между приемной и отделом дизайна, ухитряясь успевать и там, и там, и радости моей не было предела. В какие-то моменты мне вообще казалось, что за спиной выросли невидимые крылья… Обедали мы, конечно, вместе, немного задержавшись — в загс сначала зашли, как и обещал Саша, — и остаток дня я провела уже в отделе дизайна. Его начальницей оказалась милая девушка лет двадцати восьми, Алевтина, с ореолом рыжих кудряшек вокруг головы, торчавшим за ухом карандашом и отрешенным взглядом. Дресс-код она не соблюдала от слова совсем, разгуливая по офису в линялых джинсах и футболке, раскрашенной какими-то разноцветными психоделическими кругами. Но при этом она действительно была специалистом своего дела, мы очень быстро нашли общий язык.

Ну а вечером, в конце рабочего дня, Саша забрал меня, и на его лице опять играла загадочная улыбка.

— И что на этот раз? — ворчливо поинтересовалась я, скрестив руки на груди.

— Еще один сюрприз, тоже приятный, — заявил несносный шеф, выруливая со стоянки на улицу. — Тебе точно понравится, — заверил Смычковский.

Буквально через несколько минут он затормозил около сверкающего витринами магазина — ювелирного, и сердце заполошно заколотилось в груди, и дыхание перехватило. Выходила я из машины на ватных ногах, вцепившись в руку Саши, как в спасательный круг. Да, мы все-таки шли покупать мне кольцо. Ох, боже мой… Вышли оттуда спустя полчаса, и Саша уносил в кармане бархатный футляр с симпатичным колечком, украшенным тремя искорками бриллиантов. А потом был чудесный вечер в ресторане, и самое настоящее предложение, как полагается, и подарок вскоре красовался на моем пальце. Я постоянно его трогала, все никак не могла привыкнуть, и в голове крутилась одинокая мысль: надо же маму предупредить, и познакомить их наконец… После мы заехали ко мне и занялись сбором вещей, поэтому, когда уже оказались у Саши, я валилась с ног и спала на ходу. День оказался не менее насыщенным, чем вчера, и хорошо, что позитивными событиями. Едва моя голова коснулась подушки, как я моментально вырубилась.

Дальше была встреча с мамой, ее радость по поводу моей предстоящей свадьбы, и я старалась не обращать внимания на притаившуюся в глубине взгляда грусть. По молчаливому согласию, темы Геннадия мы не касались. Саша маме понравился, как она шепнула, улучив момент, чему я только обрадовалась. Потом дни завертелись, наполненные приятными хлопотами, на выходных мы с Лилей занялись поисками свадебного платья и всего нужного. Признаться, я ожидала, что Саша как раз откажется от торжественной церемонии, предложив просто расписаться, и в общем, я готова даже была согласиться, хотя где-то в глубине души, как всякой девочке, хотелось и платье, и прогулку, и лимузин. Однако он заявил, что свадьба будет, как полагается, пусть друзей и родственников у нас в городе набиралось не так уж много. Закатывать банкет на сотню персон с приглашением всех партнеров Смычковский категорически отказался, хотя многие среди его знакомых так и делали, желая похвастаться своими капиталами и размахом празднества. Саша же наоборот, хотел праздник только для близких.

И хотя жизнь вошла в колею, я окончательно переехала к будущему мужу и освоилась на новом рабочем месте, нет-нет, да накатывало боязливо-восторженное ощущение, что мне все это снится. Тогда приходилось снова и снова трогать золотой ободок, чтобы убедиться, — нет, не снится. Личного помощника, кстати, Саша все-таки нашел: приятную во всех отношениях, милую женщину слегка за тридцать, не имевшую на начальство никаких видов. Она была счастливой женой и матерью двоих детей, а еще — отличным специалистом, как показала дальнейшая ее работа. Я только порадовалась за шефа.

Геннадия и его сынка все-таки упекли, к моему тихому счастью, Василий свое слово сдержал. И с горизонта моей жизни ушли последние облачка. Я только радовалась, что она стала размеренной и спокойной, без встрясок и неожиданных поворотов, и кто бы мог подумать всего несколько месяцев назад, что я буду готовиться к свадьбе с собственным шефом. Жизнь иногда подкидывает удивительные сюрпризы, но я в общем совсем не против. Ведь рядом с Сашей так спокойно и надежно.