-6-

Глава 6. Послы

— Госпожа! Госпожа проснитесь! Князь приказал немедленно спуститься в зал… Госпожа, умоляю…

Аглая с трудом разлепила глаза. Ее второе пробуждение оказалось еще хуже первого. Все тело затекло от неудобной позы. Она жутко замерзла. По комнате вольготно гулял сквозняк. Сразу три девушки метались туда-сюда. Одна пыталась закрыть окно. Другая выуживала из шкафа ворох ярких платьев. Третья что-то раскладывала на туалетном столике и одновременно пыталась убрать учиненный Аглаей разгром.

— Пожалуйста, госпожа, просыпайтесь… Князь ждет…

Аглая резко села на кровати.

— А где Абигель?

Все три девицы замерли и удивленно уставились на нее. Самая бойкая на вид презрительно скривилась:

— Эта деревенщина работает на кухне. Ее нужно наказать за то, что не позвала нас вчера и не сообщила о том, что вы пришли в себя.

Наверное скопившиеся стресс и напряжение вылились в то, что Аглаю окончательно прорвало. Она терпеть не могла, когда ей указывали, что и как делать. Даже мамины советы воспринимались ею в штыки. Еще не хватало, чтобы какая-то деваха распоряжалась, как ей поступить. Пора входить в образ Аглаиды.

— А когда ты успела стать княжной? – Аглая выпрямилась, с удовольствием наблюдая, как нахалка побледнела. – Наказаны будете вы, все трое. За сутки вы ни разу сюда не пришли и не поинтересовались самочувствием своей госпожи.

Служанки одновременно упали на колени, как будто долго репетировали. Наперебой начали голосить, что они ни в чем не виноваты. Аглая остановила поток оправданий и попыток себя выгородить.

— Вон! И если сейчас же здесь не будет Абигель… – Аглая вспомнила, как с ней говорила Аглаида, – я сделаю с вами то, что делают с ведьмами.

Девиц как ветром сдуло. С трудом передвигаясь, Аглая пошла за ними и выглянула наружу. Как и вчера двое безымянных стражников охраняли ее комнату. Тристан и Тобиас стояли напротив. Аглая с облегчением вздохнула. Мужчины бросились к ней.

— Что-то случилось, госпожа?

— Да! – Аглая еще не отошла ото сна. В голове все перепуталось.

Новая действительность пугала. Вчерашний разговор с трольхаром обрывками всплывал в памяти, ужасая еще больше. Ей нужно как можно быстрее собраться.

— Что происходит?

Тристан сразу понял, о чем она:

— Князь приказал собраться придворным, чтобы представить им посольство Волчьих сыновей и объявить о начале Отбора.

Вот черт! Она не успела с ним переговорить. Дурное предчувствие подсказывало, что князь принял сторону жены.

— Где он сейчас?

— Все уже ждут Темном зале. Кажется… – Он замялся и опустил глаза. – Кажется вас забыли разбудить.

Кто бы сомневался. Наверняка, Радана постаралась. Аглая скрипнула зубами от злости. Не нужно паниковать раньше времени. Может все и обойдется. Но верилось с трудом. В коридоре появилась Абигель. Она бежала, придерживая подол платья. Шапочка съехала с головы.

— Простите, госпожа…

Служанка поклонилась, глядя в пол. Голос срывался и дрожал. Аглая нахмурилась. Неужели Абигель настолько сильно ее боится?!

— Быстро за мной! – Аглая вернулась в спальню.

Абигель поспешила за ней, быстро утерев нос рукавом.

— Ну и что опять случилось?

— О ч-чем вы, г-госпожа? – Абигель наклонила голову еще ниже.

Ей-богу, детский сад какой-то!

— Значит так, если ты не будешь честно отвечать на все мои вопросы, я прикажу тебя пытать. Поняла?

Абигель от страха подняла голову и быстро закивала. Теперь было видно, что глаза у нее сильно покраснели и опухли. Аглая скрестила руки на груди:

— Ну?

— В-ваши служанки, г-госпожа… Они… они расстроились, что вчера весь день вам прислуживала я.

Аглаю аж передернуло. Вот же стервы! «Расстроились» настолько сильно, что довели девчонку до слез.

— И что они сделали?

Абигель уныло повесила голову.

— С-сказали… сказали, что сделают мою жизнь здесь невыносимой, если… если я опять пойду к вам… – Абигель шмыгнула носом.

Аглае захотелось придушить стерв. Как же можно быть такими?! Впрочем, неудивительно, учитывая, кем была их госпожа.

— Я поняла. Слушай меня внимательно. Теперь ты – моя единственная служанка. Я разберусь с этими… с твоими обидчицами. Но если подобное повторится, ты должна немедленно сказать мне. Ясно?

В который раз глаза Абигель превратились в круглые монетки.

— Ясно, г-госпожа…

— Отлично. Это не все. Ты должна будешь сообщать мне обо всем, что происходит в крепости. Особенно, если это касается меня. Ра… моя мачеха хочет от меня избавиться. Ты ведь слышала, что она вчера пыталась сделать.

Брови Абигель уползли вверх:

— Но Отбор – это такая честь…

Аглая вышла из себя:

— Вот сама в нем и участвуй, раз честь!

Абигель тут же повесила голову:

— Простите, г-госпожа…

— А теперь я хочу узнать, что происходит… в Темном зале? – Аглая даже думать не хотела, какое место может иметь подобное название.

Ей мерещилось неминуемое разоблачение и пытки.

— О! Все взбудоражены. Князь представит посольство Волчьих сынов и объявит о начале Отбора. Там будут все избранные девушки. И вам велел явиться. Я своими ушами слышала.

Аглая порадовалась, что не ошиблась с выбором. Запуганная Абигель с готовностью делилась информацией.

— И что он сказал?

— Ну… он был очень рассержен, что вас до сих пор не разбудили. Велел служанкам немедленно отправляться к вам, одеть в самое богатое платье, сделать прическу, как носят в Великих княжествах. И чтобы вы обязательно были в короне. Он сказал, что вы должны… сиять. Да, точно! И сразу же вести вас вниз.

Вот значит как? Решил не откладывать в долгий ящик и сразу же разрекламировать ее женишкам. Аглая тяжело задышала. Трольхар сказал, что она должна проиграть Отбор. Только так можно выжить. Для этого ей нужно стать «жестокой тварью». Если Аглаида со всеми вела себя так, как с ней, то и самой Аглае церемониться ни с кем не стоит. Но ей нужен союзник. Перепуганной Абигель будет маловато.

Внимание привлек блуждающий по спальне кот. Он вальяжно нарезал круги, помахивая хвостом. Дух тоже мало на что мог повлиять. Стоило перетащить на свою сторону князя. Но он уже выбрал… Выбрал жену, а не дочь. Аглая вновь почувствовала себя преданной. Как и тогда, в детстве. Когда тот, кто должен беречь, заботиться и защищать, приносит на день рождения чужую старую игрушку.

Князь не был ей родным отцом. Но Аглая почему-то ощущала дикую обиду на него. И это стало последней каплей…

— Госпожа, вы хотите пойти во вчерашнем платье? – Испуганный голосок Абигель вырвал из задумчивости.

Аглая посмотрела на массивный шкаф.

— Нет. Я хочу, чтобы ты перерыла в нем все и нашла еще одно темное платье.

— Н-но князь приказал… – Похоже, больше чем княжны Абигель боялась только ее отца.

Аглая сорвалась, на секунду позабыв о своей роли:

— Если он приказал, то может сам надеть любое из платьев! Мне нужно черное. Или хотя бы серое. Найди.

Абигель мышкой юркнула к шкафу, а Аглая подошла к зеркалу. Ворона и сова загадочно смотрели на нее, отражение отвечало хмурым взглядом. Новая Аглая похудела и осунулась. Мертвенная бледность, фиолетовые круги под глазами, искусанные алые губы. Темно-бордовая рана на скуле в виде буквы «V» и пепельно-серебристый отлив волос превращали ее в злую колдунью из детской сказки. Неужели, теперь она всегда будет выглядеть так?!

Глаза злодейки в отражении вспыхнули голубым огнем, и Аглая испуганно отпрянула от зеркала. Опять громыхнул гром. Абигель вынырнула из недр шкафа, сцепила руки в замок и что-то тихо зашептала. Аглая снова забылась:

— Что ты делаешь?

Абигель удивленно нахмурилась:

— Молюсь… Говорят, это ведьма наслала на нас бурю.

Аглая тяжело выдохнула. Кот был прав. Люди уже и сами обо всем догадались. Абигель подлила масла в огонь:

— Все, кто постарше, говорят, что такой грозы лет пятьдесят не было. Йесель вышел из берегов. Возможно, все Волчьи сыновья переберутся в крепость. – Вид Абигель стал мечтательным. – Не только у участниц Отбора будет шанс найти мужа…

Неужели Абигель хочет участвовать в нелепом Отборе?!

— Я даже рада грозе. Пусть еще денечек…

Новый раскат грома не дал Абигель договорить. Аглая тщетно пыталась взять себя в руки. Еще денечек! Если уже и люди все поняли, какова вероятность, что не догадаются оборотни? Боже, да ей даже в уме было дико и нелепо произносить это слово. Оборотни.

— Вот, госпожа. Черное… Но вы уверены, что стоит…

Аглая не дала Абигель договорить.

— Уверена. Быстро снимай это.

Пока Абигель расстегивала пуговицы на спинке вчерашнего платья, Аглая расчесывала спутавшиеся во время сна волосы. Абигель справилась быстро, и через пару минут на Аглае было уже новое платье. Оно оказалось красивым. И, на удивление, очень ей шло. Из мягкой, переливающейся ткани, с широким поясом под грудью. Пояс был расшит бутонами роз и листочками. Юбка просто падала вниз, а сзади за Аглаей тянулся длинный шлейф. Рукава расширялись снизу и обхватывали запястья широкими манжетами с такой же вышивкой, как на поясе. На плечах тоже вились узоры. Аглая присмотрелась – кажется, это были стебли с шипами. Очень подходит для ее настроя.

— Какая же вы красавица… – Абигель восхищенно вздохнула, застегивая крючки на спине. – Но не слишком ли мрачно? Торжество, все-таки…

Аглая взглянула на свое отражение. Да, теперь она в точности походила на сказочную злую колдунью. Хотя нет. Скорее даже на королеву!

Аглая повернулась к Абигель:

— Я сама решу, как мне одеваться. Ты должна делать все так, как я скажу.

Абигель кивнула:

— Да, госпожа. Простите.

— Пошли. Нас уже ждут.

— А как же прическа и корона?

Аглая прошла мимо зеркала. Подол развевался за спиной, как огромные черные крылья. Почему-то вспомнились те вороны, которые набросились на нее в лесу. Кот шмыгнул к ней и потерся о ноги. Аглая опустилась перед ним на колени, погладила мягкую шерсть и тихонько шепнула в навострившееся ухо:

— Ты же мне поможешь?

Кот едва заметно склонил голову, кивая, и прошлепал короткими лапами дальше. Аглая заметила скользнувшую по полу длинную рваную тень. Неужели, трольхар? Тень исчезла. Наверное, показалось.

Едва вышла из комнаты, к ней тут же подскочили Тристан и Тобиас. Уже привычно один стал впереди, другой – сзади. Ощущая себя приговоренным к казни, которого ведут на эшафот, Аглая сжала кулаки. По стене за ней неумолимо ползла черная тень. Фигура в капюшоне и поношенном до клочьев плаще. Стало немного легче.

Сосредоточившись, Аглая запоминала путь до Темного зала. Снаружи замок казался не таким и большим. Но внутри… Она бы моментально заплутала в хитросплетении мрачных коридоров и галерей. На стенах висели разноцветные стяги, оружие и потушенные факелы. Картины и гобелены. Практически везде один и тот же сюжет. За пару минут Аглая успела изучить все возможные способы пыток и казней женщин. Что такого творили ведьмы, за что их так ненавидели? Или же жители Дамгера просто расправлялись со всеми, кто отличался от них? Как в печально известном средневековье? Искаженные мукой лица, бьющиеся в агонии тела, реки крови – от всего этого Аглая начинала нервничать еще сильнее.

К тому моменту, когда они дошли до массивных двустворчатых дверей, Аглая была уже вся на взводе. Стража распахнула двери. Тристан и Тобиас шагнули Аглае за спину. Абигель неуверенно мялась в стороне. Аглая расправила плечи:

— Все идут за мной.

Собравшись с духом, Аглая вошла в Темный зал. Она не имела ни малейшего понятия, что нужно делать. И на несколько секунд все мысли вылетели из головы. В огромном зале действительно было сумрачно. Массивные колонны тянулись вверх и поддерживали сводчатый потолок, с которого на длиной цепи опускалась огромная люстра со множеством свечей. Стрельчатые окна парили где-то под потолком. Свет, который они пропускали, не достигал зала. Витражи добавляли сумрака. Аглая совсем не удивилась, когда разглядела на одном из них насаженную на кол женщину.

Удивленный шепот привел Аглаю в чувство. Только сейчас она поняла, что зал заполнен людьми. Мужчины, женщины – все в ярких нарядах. И все смотрят на нее с нескрываемым удивлением. Хотя нет, на некоторых лицах читаются страх и откровенная ненависть. Ясно, что Аглаида не была нежной розочкой, но что ж она тут вытворяла?

Аглая задрала голову повыше, понимая, что ей придется пройти через живой коридор. Князь с женой сидел на помосте, к которому вели ступеньки. С потолка свешивались ярко алые стяги, между ними во всю стену красовалась огромная картина. Князь, мачеха, Аглаида и какая-то бледная девица с длинными темными волосами.

— Аглаида, ну наконец! – Князь поднялся с высокого трона и сошел с помоста.

Оглядел ее с удивлением, нахмурился и тихо спросил:

— Тебе не передали, как нужно было одеться? Где твоя корона? Почему волосы не убраны?

Аглая выдержала суровый взгляд и пожала плечами:

— У меня не было времени собраться.

— А платье почему черное? У нас гости, а не траур!

И что на это ответила бы Аглаида? Аглая бросила взгляд на ухмыляющуюся мачеху. Рядом с ней сидела девушка с портрета. Видимо, сестра, о которой говорила Аглаида. Василина, кажется. Теперь понятно, что какой бы дрянью Аглаида не была, – она не смогла избежать печального сюжета «мачеха и падчерица». Впрочем, обе стоили друг дружки.

Аглая изо всех сил старалась изобразить удивление и даже ужас:

— Но служанки… они сказали, что ваша жена просила одеться скромно и во что-то темное. Никаких украшений.

Князь нахмурился еще больше. Обернулся. Радана недобро прищурилась, глядя на Аглаю. Она заметно нервничала, не слыша, о чем Аглая говорит с князем.

— Странно… – Князь подал Аглае руку. – Что ж… Больше заставлять ждать посольство мы не можем.

Он усадил ее на деревянный трон с красивой резьбой в виде листьев, цветов и ветвей, а сам остался стоять.

Двери снова отворились, и вошла необычная процессия. Все, кто был в зале напряженно замерли. Аглая почувствовала, как сердце ускоряет свой бег. Откуда-то она знала, что сейчас жизнь снова совершит крутой поворот.

Впереди шли три женщины. Они не отличались особой красотой. Наоборот, были самыми обычными. Но вот их платья… Даже Аглая поразилась красоте и богатству тканей. Кажется, их наряды были украшены драгоценными камнями. В прическах тоже сверкали яркие огни дорогих украшений.

Следом за ними плавно ступали четверо мужчин. Вот на кого стоило посмотреть. Даже рядом с разряженными спутницами они привлекали внимание. Высокие, просто огромные, широкоплечие, красивые резкой грубоватой красотой. Абсолютно разные и в чем-то неуловимо похожие. Все четверо в черной коже с узорчатой выделкой.

Дамы затаили дыхание. Некоторые обмахивались ладонями, другие жадно кусали губы. Аглая подняла брови. Серьезно? Конечно, вся эта компания производила эффект, но не настолько же. Хотя… Аглая присмотрелась. Мужчины действительно выглядели впечатляюще.

Аглаю вдруг бросило в жар. Ощущение было таким, словно ее отправили на тот самый костер. Захотелось скинуть платье и окунуться в ледяную воду. Аглая оглядывала всех присутствующих, пока не заметила пристальный бирюзовый взгляд, направленный прямо на нее. Сердце билось о грудную клетку, превращаясь в кровавые ошметки.

Даже среди оборотней он выделялся. Мощный, с могучим разворотом плеч и гордо выпрямленной спиной. Ровные четкие черты лица. Резкие линии носа, губ, бровей. Аглая сжала подлокотники трона. Он не сводил с нее своего невероятно яркого взгляда. Эти глаза следили за ней в лесу. Именно их она видела, когда ее везли в крепость. Это точно был он!

Аглая с шумом втянула в себя воздух. Взгляд хищника, иначе его и не назвать, переместился на ее грудь. Аглая сжала зубы. Платье было закрытым. Что он пытался разглядеть? Но под действием бирюзовых глаз ее соски набухли до боли, а кожа покрылась мурашками.

Губы оборотня скривились, как будто он знал, что с ней происходит. Аглая ответила ему нарочито оценивающим взглядом.

Он действительно был хорош. Длинные волосы сверху были заплетены в две косы и собраны в хвост на затылке. Хотелось запустить в них пальцы и проверить, настолько ли они гладкие, как кажутся. Густая щетина придавала лицу еще большую суровость. И вдобавок он был с ног до головы обвешан оружием. На поясе с одной стороны висел меч, с другой – топор. За спиной – две секиры крест-накрест. Он что, на войну собрался? Убить всех невест?

Аглая не сдержала ухмылки. Оборотень сощурился еще сильнее, не понимая, что ее рассмешило. Князь встал, и Аглая наконец вырвалась из плена бирюзового взгляда. Она смотрела на князя, но видела лишь необычный цвет глаз. Нужно сосредоточиться. Сосредоточиться…

— От имени всех жителей Фьорира приветствую наших доблестных защитников! – Зычный голос старика вознесся к сводам зала и эхом разлетелся во все уголки. – Мы помним и чтим нашу историю. Даже самые мрачные и темные ее страницы. Много веков назад наше королевство было во власти ведьм. Они похищали людей, чтобы приносить в жертву Сатане. Крали детей и оскверняли их невинных души ведьмовскими знаниями. Они использовали людей, как марионеток, творя чужими руками зло. Портили и уничтожали урожаи. Истязали ради развлечения. Сталкивали нас друг с другом и наблюдали за тем, как ослепленные их чарами мы уничтожаем своих же братьев. Но пришли те, кто положил их власти конец. Сильные и отважные сыновья Луны и Волка. Они обнажили свои мечи против коварных прислужниц Сатаны и уничтожили ведьмовские ковены. Освободили нас от гнета зла.

Сотни лет назад между людьми и Волчьими сыновьями был заведен особый порядок. В благодарность за храбрые деяния наших защитников мы отправляем к ним наших лучших дев. Их красота призвана утешить воинов после тяжелых боев. Двадцать достойнейших женщин Фьорира готовы бороться за честь стать женами наших защитников.

Аглая слушала речь князя с затаенным страхом, едва дыша. Если ведьмы и вправду творили все это, то она готова сама себя сжечь, но лишь бы не быть одной из них. От перечисления их злодейств по телу прошел озноб. Трольхар ничего не сказал о том, чем занимаются ведьмы. Но это и неудивительно – он их слуга.

— Благодарю за прием. – Один из мужчин вышел вперед и поклонился.

Аглая заставила себя вынырнуть из омута черных мыслей. Снова посмотрела на послов, и поняла, что допустила ошибку. Длинноволосый монстр прошибал ее глазами. Аглая чувствовала себя той страдалицей, насаженной на кол. Внутри все начало гореть. Он смотрел на нее таким плотоядным взглядом, что Аглая помимо воли начала краснеть. Неужели он уже понял, что она ведьма? Но откуда-то Аглая знала, что причина в другом. Ее тело отвечало на молчаливый призыв устрашающего посла. Внизу живота стало очень горячо и тяжело. К лону хлынула предательская влага. Аглая выпрямилась еще сильнее, пытаясь незаметно свести ноги и удержать себя в узде. С ней никогда такого не происходило. Ни разу! Мышцы влагалища жадно сократились. И в этот самый момент посол, ухмыляясь, облизнулся. Как будто точно знал, что с ней происходит! Нет… Не мог он об этом знать. Откуда? Щеки загорелись еще сильнее. Она вся пылала. Голос другого оборотня доносился издалека.

— Для нас честь – быть принятыми вами, Ваша светлость. От имени нашего короля, Его величества Балаха, и всех Волчьих сыновей, мы хотим вручить вам выкуп, который, надеемся, будет достоин невест и сможет хоть немного скрасить горечь от расставания с достойнейшими девами Фьорира.

Два оборотня выступили вперед. Только сейчас Аглая заметила, что каждый из них держит массивный и тяжелый на вид сундук. Они поставили свою ношу у ног князя и откинули крышки. Внутри сияли золотом круглые монеты. Ага, значит, девушек просто-напросто продают. Краем глаза Аглая заметила, что князь удовлетворенно кивнул, а на лице мачехи появилось алчное выражение. Аглая передернула плечами от отвращения.

— А теперь я хочу лично представить самых достойнейших дев, которым посчастливилось участвовать в Отборе.

Разряженный придворный в сюртуке с пышными рукавами и забавном берете передал князю запечатанный свиток. Пока князь ломал печать и разворачивал шуршащий пергамент, снова заговорил посол. Видимо, самый красноречивый из всех.

— В память об этом Отборе мы хотим преподнести Невестам скромные дары. Леди Бьянка, леди Лючия и леди Сигдис помогут их надеть.

Все присутствующие в Темном зале затаили дыхание. Аглая и сама поддалась любопытству. Вперед вышел монстр с бирюзовыми глазами. В руках он держал шкатулку. Длинные тонкие пальцы открыли крышку неуловимым движением. Аглая смогла разглядеть лишь уголок белого бархата. Но когда князь начал зачитывать имена, все стало ясно.

От рядов придворных отделялись женщины в нарядных платьях и подходили к послам. По сравнению с ними Аглая действительно чувствовала себя скорбящей в трауре вороной. Похоже, красавицы Фьорира решили вступить в бой прямо сейчас. В глазах даже начало рябить от пестроты их нарядов.

Как только названная князем подходила к оборотням, одна из трех их спутниц доставала из шкатулки удивительное по красоте колье и надевала участнице Отбора на шею. Аглая с удивлением поняла, что многие из женщин – ее ровесницы. Молодых девушек было совсем мало. Почему-то ей казалось, что здесь, как и в средневековье выходят замуж рано. Значит, и Невесты должны быть юными. Но нет. Совсем наоборот. Большинству из них было лет тридцать, не меньше. Да и красотой, которую так славил князь, они не отличались. Хотя, возможно, она просто пытается себя успокоить.

Пока одаривали Невест, обвешанный оружием оборотень отвернулся от Аглаи, дав ей передышку. Она смогла разглядеть его невероятно широкую спину, слегка вьющиеся волосы в хвосте, которые доходили почти до лопаток, и оружие…

По двусторонней секире пробегали блики. И даже на расстоянии было видно, насколько остро заточены два лезвия-полумесяца. По их поверхности вились странные узоры, напоминающие лабиринты. Такие же бороздки украшали длинное древко. Хищным птичьим когтем изгибался жуткий крюк между лезвиями. От одного вида этого оружия Аглае стало плохо. Она не знала, в чем дело, но появилось стойкое ощущение того, что ее попытаются убить именно им.

Князь встал, привлекая к себе внимание. Аглая опомнилась. Вручение подарков закончилось. Невесты выстроились неровной линией. На каждой сверкало ожерелье, обхватывающее шею, как ошейник. И даже дуги цепочек и огромный камень в центре не могли избавить от ощущения удавки. Аглая быстро пересчитала девушек: двадцать. Их двадцать. Подарков больше нет. И князь не сказал о ней ни слова. Может, она поторопилась с паникой?

Князь шагнул вперед и раскинул руки в благодарственном жесте. Его напыщенная речь развеяла призрачную надежду. Нет, не поторопилась.

— От имени всех участниц Отбора я благодарю вас за такую щедрость. – Князь выдержал эффектную паузу. – И, в знак моего особого расположения к Волчьим сыновьям… – В зале повисла гнетущая тишина. – …моя дочь, княжна Аглаида, тоже примет участие в Отборе невест!

Горло сдавило так, что Аглая не могла сделать и вдоха. Черт ее дернул взглянуть на оборотня с оружием. После слов князя его глаза сверкнули, как два драгоценных камня на свету. Губы снова изогнулись в хищной довольной ухмылке. Бирюзовый взгляд опутал тело с ног до головы.

Аглаю кололи тысячи раскаленных игл. Хотелось спрятаться, лишь бы он больше не смотрел на нее.

— Аглаида. – Князь повернулся к ней. – Теперь твое место рядом с участницами Отбора.

Придворные начали перешептываться, а посланники растерянно переглянулись. Их взгляды почти одновременно упали на пустую шкатулку. Интересно, подозревал ли князь, в какое дурацкое положение поставил послов. Аглая поднялась с трона. Двадцать пар глаз опалили ее полными ненависти взглядами. А им-то чего волноваться?

Колени дрожали, и каждый шаг давался с огромным трудом. Посол, который разговаривал с князем, посмотрел на Аглаю так, словно к нему приближалось что-то отвратительное и склизкое. Козел! На улице громыхнул гром. Аглая сделала еще шаг. Она совсем расклеилась.

— Для нас это действительно великая честь… Но мы… просим простить нашу… столь грубую ошибку с дарами. Сегодня же вечером княжна тоже получит свой подарок.

Только оборотень со шкатулкой выглядел довольным. Словно все идет так, как и должно.

Аглая отвернулась и заставила себя растянуть губы в улыбке. Поступок князя оказался неожиданно болезненным. Он еще раз доказывал, что мужчины в любом возрасте одинаковы. Им наплевать на своих детей. Он послушал лицемерку-жену. И даже не спросил мнения дочери. Пора заставить всех считаться и с ее мнением тоже.

Аглая сошла со ступенек и остановилась напротив послов. Вблизи они оказались еще выше и мощнее. Аглая, которая, никогда не отличалась хрупкостью, чувствовала себя рядом с ними маленькой девочкой. Набрав полную грудь воздуха, она выдавила:

— Вам незачем извиняться. Вашей вины в этом нет. Никто не мог ожидать, что князь сделает всем такой… сюрприз.

Аглая обернулась к «отцу». Кажется, он понял, что натворил. Мачеха мстительно сверкала глазами и едва сдерживала улыбку. Невесты, уже не скрываясь, бросали в нее ядовитые взгляды. Аглая прошла к остальным женщинам и встала в одну линию с ними. Черное платье выделялось на ярком фоне, словно гниль на нежных цветочных лепестках.

— Что ж… – Князь переминался с пятки на носок, заметно нервничая. – С этой минуты Отбор объявляется открытым.

Придворные разразились аплодисментами. Князь дождался тишины и продолжил:

— Вечером состоится первое испытание. Сейчас все Невесты отправятся к нему готовиться. А после мы соберемся пировать, празднуя прибытие наших доблестных защитников.

Первое испытание? И как она должна к нему готовиться?! У Аглаи от напряжения вспотели ладони. Трольхар сказал, что она должна проиграть Отбор – только так можно сохранить свою сущность в секрете… По цветным витражным стеклам застучали первые капли дождя. Застучали громко и тяжело, как будто были уставшими путниками, рвущимися внутрь. В зале резко потемнело. Неужели, причина дождя снова в ней? У Аглаи никак не укладывалось в голове, что она способна вызвать грозу. Она отвернулась от витража и тут же попала в плен бирюзового взгляда. Этот жуткий мужчина снова следил за ней. Пристально. Со странным выражением на лице. Как будто… как будто он догадался, но у него еще остались сомнения. Аглая демонстративно вздернула подбородок и снова посмотрела на витраж. Яркие кусочки стекла складывались в очередную страшную картину. Горящая на костре ведьма, ее полные ужаса глаза, широко раскрытый в беззвучном крике рот. И два высоченных воина по бокам с копьями в руках. У обоих были волчьи головы. Дождь начал хлестать с утроенной силой, и, казалось, что ведьма плачет. Аглая чувствовала близость надвигающейся истерики.

— Прошу всех за мной.

Мачеха с торжествующей улыбкой на лице встала возле Аглаи и указала на дверь в дальней стене зала. Женщины из посольства тоже подошли к ней. Под пристальными взглядами Аглая в окружении двух десятков Невест уныло побрела к двери. Она была уверена, что посол смотрит ей вслед. Спину между лопаток жгло. Как будто ей поставили клеймо. Она подавила желание обернуться и еще раз взглянуть на него. Неужели он все понял, неужели догадался, что она ведьма?! Но как смог так быстро ее вычислить? В животе заворочался клубок змей. Когда она с остальными входила в соседний зал, то все-таки обернулась. Глаза мужчины горели. Светились, как яркие луны в небе. Сверхъестественная бирюза полыхала огнем. Он все так же смотрел на нее. Внимательно. Теперь уже не улыбаясь. Тяжело и не мигая. Предательская реакция тела поставила в тупик и разозлила. Аглая смяла в кулаках ткань платья. Грудь налилась тяжестью. Соски набухли так сильно, что начали болеть. Ей хотелось… Аглая боялась признаться в этом самой себе, но на задворках сознания уже поселилась отвратительная мысль. Ей хотелось ощутить на груди его губы. И язык. Почувствовать, как густая колючая щетина колет нежную кожу. Впервые за тридцать лет она действительно до безумия хотела мужчину.

Аглая отвернулась и заставила себя идти дальше. Кожа горела огнем. Это все ненормально. Так быть не должно. Это неправильно! Она не может возбудиться от взгляда… Он даже не мужчина! Какое-то фантастическое существо, которому нет места в реальности. Оборотни хороши в книжках и фильмах. Но никак не в реальном мире, пусть и в таком, где верят в ведьм. Противный внутренний голос прошелестел: в них не просто верят, теперь ты – ведьма.

— Прошу, рассаживайтесь.

Аглая вздрогнула. Мачеха указывала рукой на ровные ряды деревянных столов и скамеек. Повсюду были расставлены толстые свечи, которые нещадно коптили. А с потолка свешивались десятки алых знамен.

— Я не могу остаться с вами, девушки. Но надеюсь, что вы будете вести себя должным образом. – Она бросила на Аглаю победный взгляд и, шурша юбкой, вышла.

Дверь захлопнулась, и Аглая смогла вздохнуть с облегчением. Слава Богу, сюда прошли только женщины из посольства. Мужчины остались в Темном зале. А с ними и тот, жуткий.

Невесты устроили едва ли не бой за место за самым первым столом. Аглая опустилась за последний. Только сейчас она осознала, как тяжело было дышать в присутствии загадочного посла.

Наконец, Невесты расселись. Почти все поместились за первым столом. Лишь несколько не самых удачливых и бойких, сели за второй. Но женщины из посольства смотрели именно на Аглаю. Все три взгляда были направлены на нее. Аглая подняла брови, стараясь нацепить на лицо высокомерную маску. Посланницы тут же переглянулись. Одна из них выступила вперед:

—Меня зовут леди Лючия. Это – леди Бьянка. – Она оказала на миниатюрную девушку с темно-рыжими волосами. – Это леди Сигдис.

Женщина со смуглой кожей изящно поклонилась, а леди Лючия продолжила:

— Мы здесь, чтобы помочь вам пройти Отбор. Мы будем рассказывать вам о сути испытаний, которые вы должны пройти, и о том, как понравиться Волчьим сыновьям.

— Мы постараемся вам помочь, как однажды наши наставницы помогли нам. – Леди Бьянка заговорила приятным певучим голосом. Но на ее лице появилось странное выражение.

Аглая видела и чувствовала, что в чем-то здесь есть подвох, но вот в чем? Прямо сейчас три леди из посольства начинали игру по им одним известным правилам. Журналист в Аглае желал все выяснить. Но часть, которая отвечала за самосохранение отчаянно сигналила об опасности.

Речь взяла леди Сигдис:

— Мы подскажем вам, как лучше всего себя вести с Волчьими сыновьями, как им понравиться и как не допустить ошибок, которые могут помешать вам участвовать в Отборе. Все, что вам нужно делать, – запоминать наши подсказки и следовать им.

На языке так и вертелся ответ на эти громкие заявления, но Аглая сдержалась. Опытные наставницы борделя помогают освоиться новичкам.

— Сегодня вечером вы пройдете испытание Лунными рунами, и некоторые из вас сразу же покинут Отбор. На этом испытании все будет зависеть лишь от вашей удачи. Но это не значит, что вы можете к нему не готовиться. Право первому выбрать Невесту принадлежит нашему Королю. Но другие оборотни все равно будут присматриваться к вам. Вы будете много общаться. И если вы понравитесь кому-либо из воинов, то он сделает вам предложение сразу же. Конечно, после того, как вас отвергнет король.

Аглая начала притоптывать от раздражения. Все это звучало по-варварски. Она никогда не была феминисткой, но такое потребительское отношение к женщинам ее бесило.

— А если никто из них не понравится НАМ?

К ней обернулись сразу все. Аглая оказалась под прицелом удивленных взглядом посланниц и Невест. На нее смотрели, как на сумасшедшую. Со смесью брезгливости и затаенного страха.

Высокая черноволосая Лючия быстрее всех пришла в себя:

— Стать женой и спутницей нашего защитника – великая честь.

— Это я уже поняла. Но что делать, если ни один из «наших защитников» мне не понравится? Почему я вообще должна пытаться кому-то угодить?

Невесты смотрели на нее с нескрываемым ужасом. И недоумением. Похоже, она наговорила лишнего. Лицо леди Лючии озарилось:

— Они защищают нас от ведьм. От их нечестивых козней.

Аглая изобразила на лице удивление.

— Вы видите здесь ведьм? Лично меня они еще ни от кого не защитили.

Защита понадобится им, черт возьми! От нее. А эти три курицы пусть пойдут и доложат своему начальству или кто у них там главный, что она самая неподходящая невеста.

Леди Лючия уже явно теряла терпение.

— Потому вы и не нуждаетесь в защите, что оборотни истребили ведьм. И продолжают это делать.

Чтобы не дать Аглае возразить, она тут же продолжила:

— И теперь, когда мы еще раз убедились, что вам оказана величайшая честь в жизни, я хотела бы продолжить. Сейчас вас двадцать. Хм… двадцать одна. Но уехать с Волчьими сыновьями смогут лишь десять. Не больше. Так положено по договору, заключенному много лет назад. Думаю, вы все о нем знаете, но моя задача – напомнить. – И она пристально посмотрела на Аглаю, как будто догадалась, что ей есть что скрывать.

Аглая же проигнорировала этот взгляд. Леди Лючия, как и две ее подружки были никудышными пиарщицами, но кажется они собирались рассказать что-то интересное.

— Вам всем известно, что давным-давно Сатана жил среди обычных людей. Он был одержим всеми самыми страшными пороками, но хуже всех были его похоть и жажда сеять зло. Он похищал женщин, поил их своей кровью, совершал над ними жуткие обряды и… вступал в постыдную связь. Так появились первые ведьмы. Семя, оставленное в их чревах, дало плоды. И дочери этих женщин тоже стали ведьмами. Только во сто крат хуже. Потому что их растил сам Сатана. Растил во грехе. Учил, как лучше навредить людям. И многие века они ему служили, бросали невинных жертв к его алтарю.

Но однажды появились оборотни. Мы не знаем как. Нам неведомо, кто был их создателем. Но лишь они одни оказались достаточно сильны, чтобы справиться с ведьмами. Они смогли противостоять их чарам. Более того, они научились распознавать ведьм среди обычных женщин. Они пытали сатанинских уродий, и те признавались во всех своих грехах, предавали своих сестер.

Вам должно быть известно, что охота – мужское занятие. Потому все оборотни – мужчины. Среди них нет женщин. И они тоже смертны. Чтобы поддерживать свой род, им нужны женщины. Века назад они заключили договор с королем Дамгера. Десять девушек со всего королевства в обмен на вечную защиту. Так зародилась традиция Отбора. В каждом княжестве собирали дев, но лишь одна из них удостаивалась чести отправиться к Волчьим сыновьям. Позже было решено отбирать десяток Невест сразу из одного княжества. Нынче пришла очередь Фьорира. – Леди Лючия улыбнулась, переводя дыхание.

А Аглая задумалась. Ее речь добавила больше вопросов, чем ответов. Она не знала, как воспринимать все сказанное. Как страшную легенду, призванную запугать недалекий народ? Или как реальную историю этого самого народа? Пока Аглая пыталась разобраться в том, где правда, а где вымысел, леди Лючия продолжила:

— Постепенно желающих стать женами оборотней стало так много, что пришлось изменить договор. Теперь Волчьи сыновья сами выбирают себе Невест из всех желающих. Но не больше десяти. И именно эти счастливицы отправляются в их земли. Вам несказанно повезло. Сам король пожелал выбрать себе жену. Теперь у любой из вас есть шанс стать королевой. – Леди Лючия загадочно улыбнулась. Как будто знала что-то такое, чего не знали остальные.

— Нам всем это и так известно. Как это поможет выиграть Отбор? – Миниатюрная рыжеволосая Невеста задрала кверху подбородок.

Аглая присмотрелась к девушке. И хотя видела только ее спину, легко ее вспомнила. Она была моложе других и отличалась необыкновенной, почти кукольной, красотой.

Леди Лючия выглядела так, словно сейчас окончательно потеряет терпение:

— А так, что вы ничего не знаете об оборотнях. И не можете представить даже толики той силы, которой они наделены. Тот, кто способен победить порождение Сатаны, увидит вас насквозь. Не пытайтесь лукавить или быть с ними неискренними.

Если это способ вылететь с Отбора, то Аглая им обязательно воспользуется. Но сначала попытается выяснить, что ей может грозить. Как примерная ученица, она подняла руку, привлекая к себе внимание:

— Мы все знаем о ведьмах и ничего – об оборотнях. Разве это не странно? Вы ведь живете среди них. Неужели никто ни разу не обмолвился о том, откуда они пришли? – Прозвучало так, будто она берет интервью.

Аглая едва не рассмеялась. Но для смеха было не время. На нее снова смотрели с недоумением.

Леди Лючия шумно вздохнула:

— Нет, не обмолвился. Потому что это неизвестно.

— Значит, о том, что ведьмы развлекались с Сатаной известно, а о том, откуда пришли оборотни, нет даже догадок?

Леди Бьянка поспешила прийти на выручку.

— Мы здесь совсем не для того, чтобы изучать историю Великих и Малых княжеств. Пусть этим занимаются ученые мужи. А наша задача – радовать мужской глаз и мужской слух.

У Аглаи было много аргументов, чтобы поспорить с этим утверждением, но она заставила себя молчать. Даже если знают, они ничего не скажут. С каждой минутой крепло убеждение, что женщины тут воспринимаются, как вещи.

— Сегодня вечером вы пройдете первое испытание. После него вас станет меньше. И именно эти счастливицы будут бороться за сердце короля. Вам предстоит пройти пять испытаний. После каждого из них девушки будут выбывать. Десять самых достойных отправятся с Вольчими сыновьями.

Аглая закатила глаза. Это просто какой-то инструктаж в борделе! Самые старательные отправятся на корпоратив к богатым дядям. Неудачницы останутся обслуживать клиентов на месте.

— Мы пока не можем раскрыть вам всей сути испытания. Но можем дать несколько советов. Вам всем должно быть известно, что оборотни живут далеко на севере. Там холодно и… – Бьянка лукаво улыбнулась. – Скажу вам по секрету: уныло. Вокруг одни скалы, фьорды, ущелья… Поэтому, если хотите привлечь внимание этих мужчин, выбирайте наряды ярких цветов. Постоянно живя там, где все синее, зеленое и черное, хочется разнообразия. Наши мужья дарят нам потрясающие ткани, здесь таких и не найти. Они вышиты серебром, золотом и шелком. Их украшают драгоценными камнями. Но все наши платья яркие, нет ни одного синего, зеленого или черного и… они все полностью скрывают наши тела. Оборотни ужасно ревнивы. Наедине со своим мужчиной вы можете… – Бьянка заметно покраснела. – Можете одеваться, как хотите. Но посторонние не должны видеть ни дюйма обнаженной кожи. Так что… уже на сегодняшний вечер я советую вам выбрать платья с длинными рукавами и без вырезов.

Аглая немного расслабилась. Если оборотни выбирают невесту по фасону и цвету платья, то у нее есть шанс вылететь с пресловутого Отбора уже сегодня. Если нужно, она искромсает платья Аглаиды так, что все желающие смогут разглядеть ее грудь. И не желающие тоже.

Певучий голос леди Бьянки вернул Аглаю в реальность.

— Многие из Волчьих сыновей будут присутствовать на сегодняшнем испытании. Возможно, прибудет сам король. Внимание к вам будет пристальным. Мужчины начнут присматриваться к оставшимся в Отборе. Ведите себя достойно. Возможно, некоторые из вас еще до конца Отбора обзаведутся поклонниками и женихами. Не упустите свой шанс. Завтра в полдень мы будем ждать вас здесь же, чтобы объяснить суть второго испытания. На сегодня все.

Аглая вздохнула с облегчением. Ей требовалось время, чтобы переварить информацию. Невесты тут же бросились к посланницам, а Аглая тихонько побрела к двери. Не хотелось привлекать к себе лишнее внимание. Папаша и без того постарался: теперь она будет под прицелом сотен глаз. И любой ее промах, любая ошибка может стать последней.

Настроения не прибавилось. Под нестройный хор женских голосов Аглая отворила дверь. В Темном зале уже никого не было. Наверное, придворные разбрелись готовиться к вечернему зрелищу.

— Госпожа!

Аглая вздрогнула от неожиданности. Оказывается не все покинули зал. Абигель и Тобиас с Тристаном терпеливо ждали ее.

— Я уже начала волноваться… Эти Волчьи сыны такие жуткие… Они огромные…

Да уж. Особенно один из них. Самый жуткий и самый огромный. Аглая вспомнила тяжелый взгляд бирюзовых глаз. От одного только этого стало нестерпимо жарко. Боль в плече немного отрезвила. Стянутач корсетом рана начала ныть. Боль прострелила руку.

— С вами все хорошо, госпожа?

Тщательно подбирая слова, Аглая ответила:

— Рука болит. Мне нужно искупаться.

Вода замечательно прочищает мозги. В душе к ней всегда приходили отличные идеи.

— Я прикажу подготовить вашу купальню.

Ого! У нее собственная купальня? Впрочем, радоваться рано. Купальней может оказаться самый обычный тазик. Или корыто. Сколько она еще вот так выдержит? Дождь с новой силой забарабанил в стекла. Неужели трольхар был прав, и причина грозы в самой Аглае? Дождь отзывался на малейшую ее эмоцию. Чуть больше волнение – и с неба хлещут буйные потоки. Стоило ей успокоиться, успокаивался и дождь.

Темный зал вдруг наполнился шумом. Женские голоса разносились в отдаленные уголки и отражались жутковатым эхом. Аглая обернулась. Невесты закончили пытать посланниц и высыпали наружу. Встречаясь с прямым взглядом Аглаи, они спешили опустить глаза. Только рыжеволосая нахалка в красно-белом платье, та, которая, рвалась выиграть Отбор, не отвела глаз. Наоборот, смотрела открыто и нагло. Даже в ее позе было видно превосходство над всеми.

Аглая знала такой тип людей: они уверены в собственной исключительности и считают всех остальных заведомо глупее, уродливее и хуже себя. Так же и эта девица. Аглая была уверена: в мыслях та уже примерила на себя корону. И вдруг ее озарило. Это же чудесно! Вот она – главная претендентка на победу и сердца оборотней. Нужно только придумать, как выставить ее самой завидной невестой, чтобы Волчьи сыновья передрались за нее.

Ну вот, она уже даже думает такими же словами, как здесь выражаются. Аглая улыбнулась рыжеволосой красотке. Хочешь замуж за оборотня? Будь уверена, княжна сделает все, чтобы твоя мечта сбылась. Улыбка сама собой стала еще шире. Рыжеволосая вдруг заметно побледнела, а в расширившихся глазах мелькнул ужас. Она тут же опустила голову вниз, подхватила подол и поспешила в сторону. Похоже, улыбка вышла не такой доброй и искренней, как Аглая хотела.

Проводив красотку взглядом, она повернулась к Абигель:

— Ты говорила, что раньше работала швеей?

— Да, в лавке госпожи Габриэллы.

Аглая готова была поклясться, что не успевшие уйти невесты обратились в слух. У рыжеволосой так напряглась спина, что Аглая ждала, когда там вырастут два уха.

Она тихонько обратилась к Тристану:

— Сейчас мы идем в… читальню.

Тот уже привычно стал впереди, Тобиас занял место за спиной Аглаи. Величественной процессией они проплыли мимо невест и вышли из зала. Абигель тут же зашептала:

— Ох, какими глазами на вас смотрела леди Мадален.

Не нужно гадать, о ком говорит Абигель. Аглая слышала это имя, когда представляли участниц Отбора, но совсем не запомнила, кому именно оно принадлежит.

— И какими же?

— Как будто ей заранее известно, что вы выиграете Отбор, а она проиграет. – Абигель хихикнула.

Такой результат был бы для Аглаи смертельным.

— Мне понадобится твоя помощь, Абигель. Твоя и… госпожи Габриэллы.

Абигель споткнулась:

— Госпожи Габриэллы? Но у вас так много красивых платьев…

— Они все не подходят. Мне нужно, чтобы вы с хозяйкой сшили мне несколько новых.

Князь же их оплатит? Пусть сделает хоть это, если решил так подставить дочурку.

— Но г-госпожа Габриэла… о-она… м-мы… хм…

Абигель опять начала заикаться. Видимо, с ней такое случалось всегда, когда она нервничала. Аглая решила поторопить юную швею с объяснением:

— И что не так с госпожой Габриэллой?

Абигель совсем сникла:

— О таком неприлично говорить…

— Говори уж…

Служанка помотала головой. Аглая тяжело вздохнула:

— Тобиас, ты будешь держать Абигель, пока Тристан будет вырывать ей язык. Чтобы эта мерзкая девчонка вообще никогда не могла ничего сказать!

Угроза подействовала моментально:

— Госпожа Габриэлла шьет для распутниц!

Аглая несколько раз открыла и закрыла рот. Вот так поворот.

— А… для каких именно распутниц она шьет? – Аглая надеялась, что ее незнание не будет подозрительным. Она ведь княжна… Ей и не положено слышать о таком. Хотя кто их знает в этом Фьорире?

Абигель печально вздохнула и тихонько сообщила:

— Для любовниц богатых господ. И для… развратниц из домов для услад… Приличные женщины ходят к другим швеям.

Это же то, что нужно! Аглая даже не поверила собственное удаче.

— А платья, которые она шьет… – Она замялась, гадая, как лучше задать вопрос. – Эти платья… они… такие же, как у приличных женщин?

Абигель уже едва не плакала:

— Нет, гос-госпожа… Распутницы ведь совращают чужих мужей. У них и одежда соответствующая.

Аглая хотела ответить, что муж, не желающий быть совращенным, останется равнодушным к любому платью, но промолчала. В конце концов, мужчины во все времена одинаковы. И в любом мире.

— Чудесно. Слушай меня внимательно. Сейчас ты возьмешь Тристана и отправишься с ним к моему отцу. Скажете, что я готовлюсь к Отбору и мне срочно понадобились новые платья. Пусть даст на них деньги. Потом пойдете к госпоже Габриэлле. Закажешь у нее пять платьев. Все черные. И самые развратные, какие только можно придумать. Одно платье нужно срочно. К сегодняшнему вечеру. Поняла?

Судя по лицу Абигель ее мозг отключился. Она даже не моргала. Аглая потрясла ее за плечо:

— Ты меня вообще слышала?

Абигель очнулась:

— Да! Да, госпожа, я все слышала, но… Но зачем вам все это?

Аглая хмыкнула:

— Как зачем? Для Отбора, конечно же. Ты запомнила?

— Да, госпожа. – Бледная, как смерть, Абигель удрученно кивнула.

— Вот и замечательно. Если князь о чем-то спросит, не вздумай говорить, какие платья мне нужны. Скажешь, что… что я решила предстать перед… Волчьими сыновьями во всей красе и намерена выиграть Отбор.

— Как прикажете, госпожа…

Чтобы избежать лишних вопросов, Аглая вздернула бровь:

— Вы почему до сих пор здесь? Мое платье само не сошьется. И не вздумайте возвращаться без него.

Но с мачехой нужно что-то делать. Неизвестно, что еще взбредет ей в голову. А что если подослать к ней трольхара? Пусть шпионит и докладывает обо всем, что мерзкая ведьма науськивает князю. Хотя, ведьма как раз она сама. И это самая большая проблема. Нужно как можно скорее вылететь с Отбора и до его окончания сидеть ниже травы, тише воды. А еще ей нужна правдивая информация обо всем, что здесь происходит. Не версия трольхара, который служит ведьмам. И не легенды жен оборотней и князя, который получает от них сундуки с золотом. Голые факты. Может, здесь есть что-то вроде летописи?

В уже знакомом коридоре было пусто. Аглая обогнала Тобиаса и юркнула в библиотеку, бросив через плечо:

— Жди меня здесь.

Быстро захлопнула дверь, чтобы он и не подумал идти следом.

Вчера она не смогла разглядеть помещение. При свете дня здесь оказалось довольно мрачно. В воздухе висел спертый запах пыли. Несколько рядов стеллажей занимали все свободное пространство. Между ними, возле окон, грубоватые столы и стулья.

Аглая принялась изучать стеллажи. Будь эта библиотека в реальном мире, Аглая захотела бы остаться здесь навсегда. Книги всегда были ее страстью. Но эти… Настоящие произведения искусства. И практически все новые, открытые лишь пару раз. Их корешки протестующе скрипели, не желая растягивать переплет. На кожаных обложках не было ни трещин, ни царапин. А бумага оказалась плотной и все еще терпко пахла чернилами. Некоторые фолианты, иначе и не назвать, оказались украшены драгоценными камнями. Аглая взяла одну из книг, открыла наугад и втянула аромат кожи и краски. Тут же вспомнился дикий бирюзовый взгляд. Пальцы впились в плотную обложку, и Аглая закрыла глаза. Посол вывел ее из равновесия. В его глазах было что-то такое… Помимо воли Аглая задышала чаще. Внизу живота скапливалось странное болезненное возбуждение. В крови бурлил дикий коктейль из адреналина и страха. Она никогда не нуждалась в сексе. А глядя на многих мужчин, вообще начинала испытывать отвращение к близости с ними. Но посол… Обычный человек или оборотень, ему удалось возбудить ее одним взглядом! Он смотрел на нее так, как наверное, мечтает каждая женщина. Чтобы хоть раз в жизни ощутить на себе такой голодный дикий взгляд. И Аглае это не нравилось. Не нравился свой моментальный отклик. Слишком бурная реакция. Вообще реакция! Почему она не осталась равнодушна? Что вообще такого в нем было? Аглая сделала глубокий вдох. К черту безымянного посла. Пусть идет и мусолит своими странными глазищами леди Мадален. Она, кажется, не против.

Аглая заставила себя сосредоточиться на книгах. Найти нужные не составило труда. Все оказалось довольно просто: стеллаж с детскими сказками и легендами, стеллаж с книгами по устройству быта и несколько стеллажей с массивными томами. Там-то Аглая и нашла исторические хроники. Внимательно изучила карту Дамгера, нашла Фьорир, который выглядел довольно маленьким. А вот земли оборотней на севере оказались огромны. Сплошные горы и фьорды. Ленты рек извивались, складываясь в необычный узор – Аглая никак не могла понять, что он ей напоминает.

Время поджимало, и Аглая выбрала следующую книгу из высокой стопки, вдруг осознав, что с легкостью понимает незнакомые прежде буквы. Они выглядели совсем не так, как привычный алфавит. Но Аглая без проблем читала каждое слово. А прочитать было о чем… Если все сказанное в хронике было правдой, то у нее конкретные проблемы. Черные строки выглядели смертельным приговором и опускались на Аглаю, как тяжелый молот. Автор утверждал, что ведьмы просто не могут противостоять желанию творить зло. Как бы они ни старались, природа брала свое. Они жили ради служения Сатане и совершали зло ради зла. Даже если какая-то из них раскаивалась и пыталась исправить свои деяния, то хватало ее ненадолго.

Чары, которыми Сатана наделил своих Дочерей, были сродни вирусу. Он попадал в кровь и отравлял организм. Укоренялся и разрастался, пока не подчинял себе волю хозяйки полностью.

Людям нечего было противопоставить ведьмам. Они во всем оказывались сильнее, коварнее и могущественнее. Пока не пришли оборотни. Тут тоже многое оставалось неясным. Аглая штудировала том за томом, но ничего конкретного так и не нашла. В потрепанной и покрытой жутковатыми бурыми пятнами книге она вычитала наполовину безумную легенду о Снежном Духе – огромном волке, обитающем в горах. Он стерег границы королевства от зла, живущего в бездонных ущельях, и мог превращаться в снежный буран. Но был безумно одинок. Каждую ночь он пел грустную песнь о своем одиночестве. Луна, наблюдающая с неба, влюбилась в могучего духа. Она сошла с неба, обратившись прекрасной девушкой. Ее красота пленила Снежного Духа настолько, что на какой-то миг его разум очистился от звериных инстинктов. В эту ночь Небесная Покровительница, как поэтично ее назвал автор, потеряла невинность и зачла дитя. Вернувшись на небеса она родила сыновей, которые могли принимать и человеческий облик, и звериный. Луна хотела женить их на Ярких Звездах. Но ее сыновьям было скучно на темных небесах, а Звезды хоть и были прекрасны, но оказались холодны и надменны. Тогда мать отпустила своих сынов на землю, к отцу. Чтобы они не забывали о ней, даровала им чудесные руны, понимать которые могут только оборотни. Отец научил своих детей сражаться, и вместе они стали стеречь границы королевства от зла. А после, когда объявились ведьмы, выступили на защиту людей.

Аглая со злости захлопнула книгу. В каком пьяном угаре нужно быть, чтобы придумать такую легенду?

— Сыновья волка и луны? Бред какой-то…

— Почему же?

Горячая ладонь коснулась шеи. Аглая от неожиданности подпрыгнула на стуле и обернулась. Сердце перешло на сверхзвук, выскакивая из груди. За спиной стоял посол. Вблизи он казался еще более огромным. Жуткие глаза светились в сумраке библиотеки. С нахальной улыбкой он смотрел на нее, пока пальцы гладили шею. От уверенных прикосновений по телу прошла предательская дрожь. Аглая почувствовала, как ее охватывает жар.

Она вдруг поняла, что наслаждается наглой лаской шершавой ладони. От стыда кровь прилила к щекам. Аглая резко встала и поняла, что совершила ошибку. Она оказалась зажата между столом и сильным телом посла. А он действительно был огромным. Широченные плечи, сильные руки. Завязки черной рубашки оказались небрежно развязаны. Воротник распахнулся, обнажая горло и треугольник груди, покрытый густыми темными волосками. Ее никогда не привлекала растительность на мужской груди, но тут… она просто не могла отвести глаза и заставить себя смотреть куда-нибудь еще.

Аглая сглотнула слюну, наполнившую рот, стыдясь собственного желания прикоснуться губами к его груди. Судорожно вдохнула. Боже… как он пах. Ее любимым запахом дождя. И горчинкой горящих сырых листьев. Какое-то нереальное сумасшедшее сочетание, от которого мышцы живота начали сокращаться.

— Так почему бред? – Низкий раскатистый голос, как теплое вино пролился на оголенные нервы.

Аглая задрала голову и встретилась с ним взглядом. Он все еще улыбался, но уже совсем иначе. Опасно.

Она безуспешно попыталась взять себя в руки. Это всего лишь здоровенный мужик, который пытается ее запугать. Но ему это не удастся. Облизнув губы, Аглая вздернула подбородок еще выше:

— А вы что тут забыли?

Он усмехнулся и потянулся к ее волосам. Накрутил длинную прядь на палец. Аглая даже рот приоткрыла от такой наглости.

— Хотел лично познакомиться с княжной…

Он подошел еще ближе, вынуждая Аглаю отступить к столу. Дальше идти было некуда, и посол прекрасно это видел. Он шагнул еще, прижимаясь всем телом к Аглае. Потянул ее за волосы, заставляя податься ему навстречу.

— Вы в своем уме?! – Аглая попыталась распутать волосы вокруг его пальцев.

— Вполне… А вот что думать о женщине, которая не стала устраивать истерику из-за украшения?..

— Как будто истерика могла чем-то помочь.

— Вы получите свое украшение. – Он со смешком выпустил из плена ее волосы.

Аглая с облегчением выдохнула. Но оказалась, что радоваться рано. Он и не думал оставить ее в покое. Обхватил ладонями за талию и притянул к себе так сильно, что у Аглаи перехватило дыхание.

— Невеста Волчьего сына получит любые украшения, какие только захочет. Стоит только попросить…

Его ладони накрыли спину, обжигая кожу сквозь плотную ткань и корсет. Аглая чувствовала их жар, ощущала твердость груди посла. В ней боролись два противоположных чувства. Злость – от того, что какой-то незнакомец позволяет себе зажимать ее по углам. И ненормальное наслаждение – от его объятий.

— Хватит меня трогать! – Аглая попыталась оттолкнуть эту каменную глыбу от себя.

Но сражаться со скалой бессмысленно. Он лишь шире ухмыльнулся. Подхватил ее за бедра и рывком усадил на стол. Аглая тихонько вскрикнула.

— Вы что вообще творите?!

Он наклонился и обдал горячим дыханием ее шею и ухо. Шершавые губы скользнули по коже. Щетина прошлась крошечными иглами.

— Сегодня вечером испытание рунами. И ты его можешь не пройти. Но можешь прямо сейчас стать Невестой. Моей Невестой…

Эти слова окончательно отрезвили. Посол уверенно вклинился между ее ног, но Аглая нашла в себе силы отвесить ему пощечину. Хлесткий удар прозвенел в тишине, ладонь обожгло. Посол не сдвинулся, не вздрогнул. Просто замер. Застыл, как каменное изваяние и медленно поднял голову от ее шеи. Глаза прищурены, рот кривится в дикой улыбке и впрямь напоминающей волчий оскал. Не произнося ни слова, он стремительно наклонился и впился в ее губы. Аглая задохнулась. Посол грубо развел ее колени в стороны и едва ли не уложил на стол, напирая своей силой. Его губы сплавились с ее губами. Аглаю еще никто и никогда так не целовал. Это был даже не поцелуй! Он пожирал ее. Овладевал ею. Твердые шершавые губы скользили по губам, а щетина царапала кожу. Горячий влажный язык дерзко ворвался в рот Аглаи, столкнулся с ее языком и устроил дикую пляску. Где-то далеко загрохотал встревоженный гром. Аглая попыталась отодвинуться, стараясь сохранить хоть крупицы разума. Но это оказалось невозможно. Сильные пальцы запутались в ее волосах, притягивая голову так близко, что ее зубы стукнулись о его. Другая рука легла на ее колено, нагло задирая ткань. Аглая с шумом втянула в себя воздух, когда горячая, с бугорками мозолей ладонь коснулась обнаженной кожи.

Посол заставил ее поднять ногу еще выше, упереться ступней в край стола. От такой позы внутри все вспыхнуло пламенем. Вспышка молнии осветила библиотеку. И искаженное страстью лицо. Аглая распахнула глаза. Лицо посла было близко, и в нем отчетливо проступали звериные черты. Бирюзовые глаза горели, бросая на его лицо жуткие тени. Но Аглая поняла, что ее это ни капли не пугает. Совсем наоборот. Вниз живота хлынула горячая волна, заставляя мышцы влагалища предательски сжиматься. Посол отстранился от нее и, глядя Аглае в глаза, втянул в себя воздух. Ноздри расширились, а на лице появился совсем хищный оскал. Аглая видела перед собой одновременно и волка, и человека. Страх смешался с предвкушением и желанием, превращаясь в какой-то невероятный пьянящий коктейль. Грудь посла завибрировала от тихого утробного рычания. И в этом тоже было что-то звериное. Человек так не может!

Аглая тихонько вскрикнула от удивления, когда посол рывком притянул ее к себе и с новой силой обрушился на ее губы. Язык проникал в ее рот и тут же скользил обратно, имитируя движения бедер. Посол часто дышал, опаляя губы Аглаи. Его яростный поцелуй сметал все на своем пути. Соски набухли от желания и до боли терлись о жесткую ткань корсета.

Аглая задыхалась. Между ног стало влажно, чувствительная плоть болела от необходимости ощутить в себе горячий член. Их слюна смешалась, делая поцелуй еще более влажным и горячим. Аглая тихонько застонала, когда он выпустил ее волосы. Его ладонь накрыла ее грудь и сжала. Почему же он так медлит?! Она уже сходила с ума от желания. И это всего лишь поцелуй. Он оставил ее губы и спустился на шею, прикусывая кожу и зализывая следы зубов.

В дымке забытья Аглая почувствовала, как уверенным движением посол еще шире разводит ее бедра. Его пальцы скользнули по промежности, поглаживая через ткань набухшие складочки. Аглая снова застонала, а он довольно улыбнулся:

— Ты уже мокрая… Для меня…

Очередная яркая вспышка молнии после этих слов ее немного отрезвила. Аглая попробовала отодвинуться. Она ведь даже имени его не знала! Какого черта она вообще творит?! Аглая из последних сил отодвинулась. Он не понял, что она пытается сделать и снова наклонился к ней. Но Аглая накрыла ладонью его рот и резко толкнула.

— Вы… Что вы себе позволяете? – Она опустила ногу со стола и попробовала встать, но оказалась еще ближе к нему.

В живот уперся твердый бугор. Господи… Даже через слои ткани она ощущала, какой он твердый. Сглотнув, на свой страх и риск она отвесила ему еще одну пощечину. Рука предательски дрожала, и вышло скорее смешно и жалко. Но посол немного пришел в себя. Он пронзил ее непонимающим взглядом. Черты лица заострились еще больше, и уже не оставалось сомнений, что где-то в его теле запрятан свирепый волк.

Срывающимся голосом Аглая проговорила:

— Если вы сейчас же не отойдете от меня, то… то я пожалуюсь отцу!

Его глаза сверкнули не хуже молнии. Понимание отразилось на лице жуткой гримасой. Именно сейчас Аглае стало по-настоящему страшно. Он снова наклонился к ней и медленно лизнул ее губы. Она с трудом сдержала стон. Мышцы сократились от предвкушения.

— Так я и думал… – Пренебрежительная улыбка искривила его полные чувственные губы. – Ваши жалкие мужчины думают, что они умнее всех и подсовывают нам пользованных шлюх. Мы не вырываем вам всем глотки, лишь по одной причине… С потаскухами можно сразу проверить, какой товар нам швырнули.

От этих слов Аглая даже потеряла дар речи. Да как он смеет? Она снова замахнулась. На этот раз со всей силы. Но посол легко перехватил ее руку и завел назад, прижимая Аглаю к себе. Она начала вырываться:

— Я не позволю… какому-то грязному животному себя оскорблять!

Пожалуй, с животным вышел перебор. Лицо посла превратилось в маску. Непроницаемое выражение нельзя было разгадать, как ни старайся. Неожиданно он улыбнулся:

— Неужели княжна надеется получить в мужья самого короля?

Его хватка стала еще крепче. Наверняка останутся следы. Пытаясь вырвать из стального захвата руку, Аглая приподнялась на носочки и отчетливо произнесла:

— Мне не нужны ни вы, ни ваш король.

От этих слов посол рассмеялся. Но его глаза остались холодны. В них плескалась угроза. По коже Аглаи пробежал озноб, а в окно настойчиво постучал дождь.

— Здесь выбираем мы, а не вы, княжна…

В его словах столько пренебрежения, как будто она всего лишь мусор под ногами. Но то, что звучит дальше…

— Не стоит набивать себе цену. У шлюх лишь одно предназначение – подставлять нам свои отверстия по первому требованию, княжна… Или ваш титул делает особенным то, что у вас между ног?

Звук, который вырвался из ее горла, был похож на рык раненого зверя. Перед глазами потемнело от ярости. Аглая набросилась на посла, свободной рукой впиваясь в его лицо. Ногти прошлись по шершавой мужской коже. Он тоже зарычал, но скорее от неожиданности. Прищурился, глядя на нее своими невероятными глазами. Аглая не смогла сдержать улыбку удовлетворения, когда увидела, как на его лице проступают три алых царапины. Медленно они набухли и наполнились кровью. Крошечная капелька сорвалась с раны и потекла вниз, оставляя кровавый след и теряясь в густой щетине.

Аглая вскинула голову:

— Вот, что делает меня особенной.

Наконец он ее отпустил. Медленно разжал пальцы и даже отступил на шаг. Аглае тут же стало холодно. Его глаза лихорадочно блестели, выдавая решимость на что-то, что Аглае точно не понравится.

Он еще немного отстранился.

— Лучше забудь о желании продать себя подороже. У вас всех одинаковая цена, и она уже оплачена. – Он коснулся ее шеи, надавил большим пальцем на выемку между ключицами.

Даже от такого простого прикосновения стало жарко. Аглая отшатнулась, и на лице посла мелькнуло недовольство. Ноздри снова раздулись, на этот раз гневно и яростно.

— Ты свою плату тоже скоро получишь. – Низкий хриплый голос заставил дрожать. А в животе снова стало тяжело.

Только сейчас Аглая поняла, что он намекает на украшения.

— Можете подавиться этими побрякушками. – Дождь усилился, вторя ее словам. – И уберите от меня свои поганые руки.

Он оскалился. По-звериному. Страшно и жутко. Острые зубы, длинные клыки. И этот сумасшедший взгляд, вселяющий ужас. Аглая задышала чаще, а он прищурился, посмотрев на ее грудь, а затем снова в глаза:

— Ты не захотела со мной по хорошему. Значит, будет по плохому. Так, как хочу я.

Наконец он отошел, дав возможность вздохнуть свободно. Аглая ожидала любого подвоха, но он, молча, отвернулся и пошел к выходу. Аглая подавила желание запустить в него подсвечником или тяжелой книгой. Прибить эту сволочь, а труп спрятать в библиотеке. Все равно сюда никто не заходит, судя по скопившейся пыли. Есть шанс, что тело этого монстра не обнаружат. И где ее охрана?! Когда не нужны, они везде за ней таскаются. Хотя вряд ли хоть кто-то имеет шанс против этого зверя.

Дождь с новой силой забарабанил по окнам. Ветер с такой силой ломанулся внутрь, что стекла задребезжали.