Глава 12

Все насторожились, я тоже превратилась в слух. Интересно, чем может озадачить невест этот жених?

— Щегол напыщенный! — пробормотала себе под нос.

— Ш-ш-ш, — тут же отреагировала надзирательница.

Конрад бросил аинтересованный взгляд в мою сторону, слишком близко стояла наша группа к свите ректора.

Но этот истукан с каменной маской вместо лица ничего не слышал и не видел, словно ему были безразличны и невесты, и отбор. Скучающее выражение так и говорило, нет кричало: «Не трогайте меня! Оставьте в покое! Дайте жить своей жизнью!»

«Может, у него уже есть возлюбленная? — осенило меня. — Хотя нет, он же ищет истинную».

Ректор развернул свиток и начал читать:

— Невесты, униформа адепток и адептов устарела. За неделю вы должны предложить новый образец одежды. Преподавательский совет оценит их вид, выбор ткани, удобство и лучшие модели отправит в швейные мастерские. Работать вы будете в своих группах под присмотром воспитателей.

Девушки закрутились, обмениваясь взглядами, зашептали, и только я стояла, не зная, как реагировать. Шить я не умею, ничего в тканях не понимаю, да и местная мода мне не известна. Что ж, первый кандидат на вылет. Это хорошо или плохо?

Я смотрела на всеобщее оживление и вспоминала статью, которую как-то прочитала. В Древней Руси тоже были смотрины невест. Выбирали лучших по многим качествам.

Иван Грозный первую супругу выбирал из пятисот девушек, а когда понадобилась вторая жена, он захотел посмотреть, как невесты спят, и девятнадцать раз обошел все спальни.

Так что ничего удивительного было в том, что и в этом мире наследный принц выбирает невесту, а то, что он еще и ректор по совместительству, для многих плюс: двойная власть.

«Слава богу нас не осматривают, как телок для приплода!» — вздохнула я.

— Девушки, за мной! — приказала надзирательница и пошла входу в амбар.

Только сейчас я заметила, что все группы, кроме нашей, скрылись внутри здания.

— Шевелись! — прошипела сзади Вира и толкнула меня в спину.

— Еще раз распустишь руки… — огрызнулась я и дернула платье, потому что Вира наступила на подол.

— И что тогда будет? — раздался сбоку насмешливый голос.

Я вздрогнула, обернулась: рядом стоял напарник ректора, которого девушки называли Конрадом. Он смотрел насмешливым взглядом полупрозрачных глаз, опушенных мохнатыми ресницами такой длины, будто их намеренно нарастили в салоне.

Я окинула его взглядом, отметила про себя отличную фигуру, длинные сильные ноги, широкие плечи, тонкую талию и улыбнулась уголками губ.

— Моргала выколю и пасть порву, — вырвалось у меня, и тут же испугалась: никто в этом мире не видел фильм «Джентльмены удачи». — Простите господин за беспокойство— присела я в поклоне и тут же увидела удивленные вытянутые лица.

«Черт! Здесь же нельзя разговаривать с мужчинами!» — сразу запаниковала я.

— А я и не беспокоился, — хмыкнул красавчик, он покосился на ректора, угрюмо слушавшего наш разговор. — Видишь Кристофер, не все твои невесты тихие и покорные. Есть горячие штучки. Если вот эта дерзкая девчонка не пройдет отбор, отдашь ее мне?

Он мне подмигнул, и тут же мои щеки запылали от жара, теперь и ректор глянул на меня исподлобья. Мрачное выражение его холодного лица нисколько не изменилось, хотя видно было, что его друг шутил.

Я дернулась за невестами, споткнулась и упала бы, если бы Кристофер не подхватил меня за локоть. Случайно он поднял рукав платья, край алой переводной розы показался на миг и исчез. Я покрылась холодным потом: а вдруг ректор меня узнает?

Но он никак не отреагировал на происшествие.

— Невеста не товар, — лишь буркнул он. — Пошли.

— А ты, дружище, жадина, — подколол его Конрад. — Ночами за тобой бегают адептки, днем ты смотришь невест. Эх! И почему я не родился наследником!

Конрад явно подтрунивал над приятелем, но тот словно этого не замечал. А я стояла ни жива ни мертва и слушала их перепалку, как любопытная сорока.

— Миата! — резкий окрик надзирательницы вывел меня из ступора.

Я сорвалась с места и помчалась к амбару.

Лео издалека помахала мне рукой.

— Ты куда пропала? — зашептала она. — Смотри!

Она сделала круг рукой, и я удивленно охнула. Все огромное пространство амбара было заставлено столами. Вдоль стен тянулись бесконечные стеллажи с бобинами ниток, рулонами тканей, коробками с пуговицами, кружевами, застежками, шнурами. В отдельном шкафу лежали листы бумаги, краски, кисти и баночки для воды.

Это был настоящий швейный рай, вот только, что мне здесь делать, неизвестно.

— Девушки, нам сюда.

Надзирательница привела нашу десятку в самый дальний и плохо освещенный угол. Здесь не было ни одного окна, столы стояли обшарпанные и колченогие.

— И как мы должны работать? — растерялась Сола.

— Сначала распределим обязанности, — перебила ее воспитатель. — Поднимите руки, кто хорошо шьет, плетет кружева, делает выкройки?

Я следила за лесом рук, раз за разом взлетавшим к потолку, и тоскливо вздыхала. Большей неумехи, чем я, в этом амбаре не было.

— А ты почему молчишь? — уставилась на меня надзирательница.

— Я была любимой дочкой у своих родителей, — пробурчала я в ответ.

— Вот идиотка! И на что рассчитывала? — тут же вылезла Вира. — Чур, это мой стол!

Она выбрала самое хорошее место, но никто ей не возразил. Лео огорченно вздохнула и взяла меня за руку.

— А где швейные машинки, я могла бы попробовать, — огляделась я.

Надзирательница хмыкнула и сунула мне в руку веник и совок.

Девушки притихли.