Глава 14

Сегодня адепты устроили преподавательскому составу бойкот. Они не вышли на занятия, отказались принимать участие в лабораторных работах, а расселись ровными рядами на площади перед главным зданием и повторяли раз за разом:

— Свободу мысли! Свободу Аиде! Не позволим издеваться над адептами! Долой устав!

Служители приготовили все для экспериментов и теперь стояли в ожидании возле столов и переглядывались. Преподаватели растерянно глядели на пустые аудитории, где только гулкое эхо отзывалось на призыв.

К полудню учителя собрались в моем кабинете для обсуждения ситуации. Секретарь и историк уселись за своими конторками, чтобы сделать записи. Случай невероятный, в магической академии еще никогда не было массовых протестов. Я подозревал, что гонцы уже доложили отцу о проблеме, и ждал с минуту на минуту его вмешательства.

— Ваша Светлость, — обратился ко мне мэтр Гермен, преподаватель с кафедры зельеварения. — Адепты требуют освобождения Аиды.

— Пусть требуют, — упрямился я. — Она наказана за дело. Этой девице полезно посидеть пару ночей в темнице и привести мысли в порядок.

— Но отец Аиды — второй министр королевства, — вмешался мэтр Леван, преподаватель с кафедры магии снов. — Он не допустит самоуправства.

— Что? — я холодно посмотрел на него.

Это я умел делать мастерски. Иногда не нужно кричать и топать ногами, достаточно сурового взгляда, чтобы все поняли свое место.

— Я о втором министре, — смешался мэтр Леван.

— В чем вы видите самоуправство? — я повернулся к секретарю: — Глен, устав! Читай!

Тот мгновенно положил передо мной рукопись, где черным по белому было записано: «Адепт, попытавшийся нарушить рецепт заклинания или артефакта, наказывается десятью ударами палок, ста днями тюрьмы и отчислением из академии».

Все преподаватели сникли. Аида добавила в рецепт артефакта усилитель, чем нарушила порядок в академии на всю ночь. Серьезный проступок, но я лишь искупал ее в пруду и посадил под замок. Телесного наказания девчонка не получила, из академии не отчислена.

— Но все же, — начал Конрад. — Девушка проводила эксперимент.

— А ты видел, чем он закончился? — я пристально посмотрел на друга: уж он-то мог бы и не бросать в меня камень.

— Что-то еще случилось, о чем мы не знаем? — зашевелились учителя.

— Да. Утром я обнаружил у себя на столе полуголую девицу. На нее артефакт подействовал чересчур сильно.

— О, даже так!

— Значит дар любви в крови очень сильный.

Преподаватели зашевелились, любое проявление таланта всегда вызывало искреннее желание его развивать и преумножать. Но талант любви — сомнительный дар.

— Господин ректор, девушка могла просто войти в кабинет, а вы не заметили, — привстал с места мэрт Сидар, заведующий кафедрой магических перемещений.

— Нет. Я в этот момент изучал письмо нашего правителя. Девушка материализовалась из воздуха прямо перед моими глазами и начала дерзить. А потом выхватила странное снадобье и брызнула им в глаза стражам, те чуть не ослепли.

— О, это удивительно! Необыкновенно! Артефакт любви не дает такой реакции. Я хотел бы поговорить с этой девушкой.

Мы с Конрадом переглянулись. После того, как я послал стражей окунуть адептку в пруд, больше не слышал о ней новостей. Да и не до нее было: письмо отца об отборе невест выбило окончательно из колеи.

— Я не знаю, кто она.

— Все просто, адепты сидят на площади, — сказал мэтр Гермен.— Нужно пойти и спросить у них.

— Разберись, — я кивнул Конраду.

Он вышел из кабинета.

— А что будем делать с Аидой? Оставим на сто дней в тюрьме? — не сдавался мэтр Леван.

Я покосился на старика, подозреваю, что он посланник второго министра, иначе в честь какой радости так переживает за неизвестную адептку.

В дверь постучали, а потом внутрь просунулась лохматая голова начальника стражи.

— Господин ректор, к вам гонец от Его Величества.

Ну, вот! Дождался! Я заскрипел зубами: атакуют со всех сторон, не успеваю отбиваться.

— Господа, вы свободны. Глен, прикажи привести ко мне Аиду.

Преподаватели зашевелились и встали. Они нехотя покидали кабинет, и я их прекрасно понимал: вопрос с занятиями так и не был решен.

Пока ждал, когда приведут Аиду или Конрад явится с новостями, читал письмо отца и закипал еще больше. Король приказал освободить провинившуюся адептку от наказания.

— Для чего тогда пишутся все эти уставы? — я в сердцах сбросил рукопись на пол. — Получается, если закон нарушит простолюдин, он получит наказание полностью, а если дворянин или дворянка — то частично.

Секретарь вжал голову в плечи и начал собирать листы. Но я видел, что он со мной согласен. Казалось бы, я руководил академией, но принимать решения мне постоянно мешали все, кому не лень.

Аида показалась на пороге кабинета одновременно с Конрадом. Эти двое столкнулись в дверях, и я заметил, как опять загорелись глаза приятеля при виде девушки, но спросил о другом:

— Нашли ту адептку?

— Нет. Она исчезла. Я послал гонца к пруду, работники рассказали, что выловили в тот день странную утопленницу, но ее забрала надзирательница невест.

— Ого!

Стало еще непонятнее это происшествие. Невеста не могла попасть ко мне в кабинет, тем более переместиться.

Я перевел взгляд на Аиду. Она стояла напряженно, но ни раскаяния, ни вины на ее лице не было видно. Почувствовав мой взгляд, она подняла голову, посмотрела быстро и сердито и пробормотала:

— Приветствую вас, господин ректор!

Но при этом не сделала книксен.

«Еще одна строптивая девчонка, — закипел раздражением я. — И что с ней делать? А если…»

— Освобожу от наказания полностью и не отчислю из академии, если поработаешь для меня шпионом.

— Кем? — растерялась Аида, выпрямилась и тряхнула рыжей гривой.

— Шпионом. Невесты из отбора сейчас шьют униформу для адепток, будешь для них моделью и оценщицей. Согласна?

— Но вы сказали «шпионом».

— Да, мне нужно разыскать одну девушку.

— Хорошенькую? — насторожилась Аида. — Красивее меня?

Я усмехнулся: самомнение у адептки зашкаливало, но Конрад чуть слюнкой не капал, когда глядел на нее, поэтому в притяжение ее чар верилось.

— Не знаю. Не помню ее лица, но у нее на руке и бедре нарисованы красные розы. Справишься с задачей?

— А вы сами не можете это сделать? — дерзко задрала подбородок Аида.

«Вот бунтарка! Знает же, что у нее крепкая защита!»

— Как? Раздевать каждую невесту? Не пристало это наследнику. Да и мне нужно найти ее так, чтобы она не узнала.

— В ней есть какая-то тайна? — округлила глаза адептка. — Загадки я люблю.

— Согласна?

— Да.