Глава 4

Резко открыла глаза и увидела перед собой незнакомого мужчина в белых одеяниях. Он высокомерно вздернул бровь и презрительно посмотрел на меня. Кто это? Это точно не граф… Хоть у меня вчера и было мало сил, но лицо своего отца я хорошо запомнила. И это точно не тот противный маг, который притащил меня в это проклятое и грязное место.

— Так значит ты моя младшая сестра? — в язвительном тоне спросил мужчина. — Страшненькая…

Я не успела никак отреагировать на его оскорбления, как сбоку услышала громкий заливистый женский смех. С трудом повернула голову, потому что она до сих пор болела, как будто по ней всю ночь стучали молотком. Рядом с окном за столиком сидела девушка примерно моя ровесница и также презрительно смотрела на меня. Так значит это мои старшие сестра и брат? Золотистые волосы с белыми прядям по бокам — главная особенность «нашего» рода.

Только вот… Ямиль же сказал, что в их венах не течёт кровь рода Лафрод. Так значит, чтобы поддерживать легенду о могущественной силе рода, они подкрашивают свои волосы? Насмешка судьбы… Я крашу волосы, чтобы скрыть тот факт, что я принадлежу их семье. А они наоборот, красят, чтоб всем доказать, что они истинные наследники.

— Она не только страшная, но и тупая! — сев рядом на край кровати, не скрывая пренебрежительного ко мне отношения, громко сказала. — И как такую как ты называть своей сестрой? Стыдоба же!

А я не могла ничем ответить. Горло сковывало от мучительной жажды, а лишнее движение только сильнее причиняло боль.

Что произошло после нашего разговора с Ямилем? Кто — то зашёл в комнату, поэтому он быстро среагировал и усыпил меня? За окном уже давно день. Значит прошло примерно десять часов. Столько много времени… А тело до сих пор дрожит только об одних воспоминаниях минувших дней.

— Отец сказал, что она до самого вечера пролежит в таком состояние? — злорадно спросила девушка у своего брата. — Значит сейчас мы можем сделать с ней всё, что угодно? Всё равно такая бесхребетная простушка не решится рассказать про всё это нашему папочке. Да и он не поверит ей.

Мужчина усмехнулся и больно толкнул меня в бедро.

— Ни кожи, ни рожи! И вот как такую уродину отправлять на королевский отбор вместе с моей красавицей сестрой? — он устало вздохнул и осмотрел меня с макушки и до пят. — Нам надо обязательно заполучить корону. А с этой обузой мы дальше второго состязания не пройдём.

— Не понимаю отца. У него же есть я! — возмущенно крикнула моя старшая сестра. — Зачем нужно было искать эту грязнушку? На неё не один нормальный мужчина не взглянет. Тем более принцы! Ей в мужья годится только конюх. И только потому, что он умеет справляться с такими кобылами как она. Ни грамма утонченности и изящества. — она брезгливо за край сорочки подняла мою руку. — Толстые и грубые пальцы, которые никто никогда не целовал. А на отборе же придётся выступить на музыкальном инструменте! И как вот такая как она будет играть на скрипке или фортепиано? Я же со стыда сгорю…

Он закрыла лицо ладонями и заплакала. Фальшиво… Чтобы выделиться перед слугами, которые всё время наблюдали за нами.

И почему я должна терпеть все это? Мне хочется сбежать подальше от этих людей… Почему они так относятся ко мне? Только из — за того, что я росла в деревне, а никак они, в столице и в дорогом особняке? Они унижают меня потому что не привыкли, что кто — то ни простолюдинов может оказаться на одном уровне вместе с ними.

Сестра говорила про королевский отбор? Король ищет невесту для своего сына? Вот же я попала… Тогда вот почему меня искал в такой спешке граф! Ему нужна была ещё одна дочь для этого мероприятия? И меня конечно не будут спрашивать хочу ли это я… Насильно оденут бальное платье и отправят «покорять сердца молодых холостяков нашей страны».

А сестра так и жаждет стать королевой. Ведёт себя сейчас не как обычная высокомерная аристократка, а как будущая королева! Будто результат отбора уже предрешен, а всё остальное всего лишь будет спектаклем, чтобы потешить остальных важных гостей. Не удивлюсь, что всё так и будет. Но тогда для чего им я?

— Что вы здесь делаете? — громко рявкнул граф, быстро подойдя к нам. — Я же сказал, что вашей сестре нужен отдых.

Старшая дочь всхлипнула, подпрыгнула с кровати и сквозь слёзы посмотрела на своего отца.

— Эта девка позор нашей семьи! — тыкнув на меня пальцем, громко крикнула она.

— Отец, ты правда хочешь отправить вот эту оборванку на королевский отбор? — недовольным голосом спросил брат, встав с кровати. — Она даже этикету вряд ли обучена! Её появление в высшем обществе только опозорит наш великий род.

— Феликс успокойся! — громко крикнул на него граф. — Мы же всё обсудили несколько дней назад. Вы снова хотите начать с самого начала?

— Ну папа! — возмутилась девушка. — У нас слишком мало времени. Мы не успеем всему её обучить за несколько месяцев.

Граф тяжело вздохнул и сердито посмотрел на своих детей.

— Феликс и Фелиция, быстро вернитесь в своих комнаты. — подойдя к ним ближе, сказал граф. — Это приказ.

Девушка возмущенно надула губы и чуть ли не в слезах выбежала из спальни, крича, что ненавидит отца. Брат же ушёл только через несколько минут, после того как долго сверлил отца своим прожигающим и осуждающим взглядом. Но граф был непреклонен и настоял на своём, выгнал сына из комнаты.

— Как ты себя чувствуешь? — осторожно сев на край кровати, спросил меня граф. — Помнишь, что произошло в последние дни? Лекарь сказал, что ты была сильно истощена и это может привести к большим провалам в памяти. Ты помнишь кто я?

Хотелось сказать, что он сволочь из — за которой моя любимая мамочка страдала всю свою сознательную жизнь. Но прикусив больно язык, ответила:

— Я всё помню… — тихо прошептала охрипшим голосом и тут же пожалела, что вообще, что — то сказала.

Горло обожгло, словно туда засунули раскалённое железо. От боли потемнело в глазах. Но через несколько мгновений всё словно по волшебству ушло. Открыла глаза и увидела рядом с собой лицо обеспокоенного графа, которой придерживал меня за талию, прижимая к своей груди.

— Аделаида, теперь ничего не болит? — он подал мне стакан с водой и помог придержать его, чтобы я спокойно выпила всю жидкость. — Это всё из — за усталости и стресса. Через несколько дней вся боль уйдёт.

— Как мне вас называть? — спросила его, немного отодвигаясь от него. Мне неприятно находиться с ним в одной комнате, что говорить про более тесные контакты. — Ваша Сиятельство?

Мужчина усмехнулся, сдерживая хохот. Глаза загорелись, и он улыбнулся.

— Называй меня своим отцом, — уверенным голосом сказал граф, аккуратно поправив свой костюм. — Тебе твоя мать что — то рассказывала про меня?

Сердце только сильнее забилось. И как он после содеянного вообще может так спокойно говорить?

— Н — нет, мама ничего не говорила про вас, отец. — честно ответила ему, хотя голос всё равно дрогнул. Этому мужчине не обязательно знать, что я на самом деле знаю всю правду. — Поэтому и удивилась, когда за мной вы отправили столько людей…

Вот и как сейчас себя вести? Высказать прямо всё в лицо? Но тогда я познаю всю его ярость, и он может меня выпороть, а потом бросить в темницу без еды и воды. А в моём состояние только сильнее буду страдать. Но смертельного состояния они конечно меня не доведут, потому что им нужна я для исполнения их грязного плана. Просто постараются насилием подавить всё желание как — то показывать своё личное мнение.

Тогда… Остается притворяться глупой дурочкой, чтобы они ничего не заподозрили? Вряд ли они следили за мной, когда я жила в деревне. Поэтому не знаю на что я способна. А значит, что мои новые родственники полагаются на слухи и свои домыслы. Для них простолюдины всегда глупые дураки без грамма самоуважения.

— Но теперь ты должна запомнить на всю свою жизнь, что ты наследница рода Лафрод! Моя дочь, — он неожиданно заключил меня в свои объятия и крепко прижал к себе. — Я так долго тебя искал… Твоя мать нагло украла тебя из моего дома и сбежала. Столько лет я не спал и думал где же моя маленькая принцесса сейчас находится. Моё сердце разрывалось только от одной мысли, что ты жила в холоде и голоде где — то в подворотне.

— Мама украла меня? — тихо спросила его, подавляя желание треснуть по лицу.

Как он может так нагло врать мне? Или думает, что раз мы жили в простеньком доме, то значит мы голодали и умирали от зимних холодов? Да у нас с мамой прекрасный был дом! Тёплый и уютный.

— Да, твоя мать работала служанкой в моём доме. У нас состоялся короткий роман, в результате которого ты появилась на свет. Но твоя мать почувствовав власть и хорошую наживу начала манипулировать нашей семьей и требовать невозможного. Ей нужно слишком много золота, и когда я его не смог ей дать, она ночью сбежала вместе с тобой. — спокойным голосом сказал граф, вытирая скупую мужскую слезу со своей щеки.

А у меня от возмущения всё тело задрожало.

— Ох, моя бедная маленькая Аделаиды, — граф прижал к себе и начал гладить меня по волосам. — Вижу, как ты шокирована. Но такого правда. Твоя мать не самый светлый человек… Мне жаль, что ты именно так всё узнала.

— Н — не говорите так… — тихонько сказала графу, сдерживая себя, чтобы не заплакать от обиды за мою матушку. Больно… Очень больно… Сердце сковало в горячие тиски и сильно сжало. — Мама совсем недавно же покинула меня…

«Не смей рассказывать этому человек, что ты знаешь правду. Он хочет манипулировать твоими чувствами, чтобы привлечь на свою сторону. А твою мать выставить злой и коварной, — сквозь глухой барьер наконец — то услышала знакомый голос Ямиля. — Постарайся не выдать себя».

Было бы так легко… Граф очернил святое имя моей матушки выставив её крайней в этой ситуации. А сейчас сидит передо мной, показывает фальшивые чувства, хотя глаза так же, как и у его сына, пренебрежительно смотрят на меня. После стольких лет с момента побега… Из — за меня наверняка сорвались все важные планы. Не удивлюсь, если он меня ненавидит.

— Да, нужно было перенести этот тяжёлый разговор, когда у тебя закончится траур. Мне очень жаль, что твоя мать умерла. — грустно отвернулся, но я на секунду заметила, как он улыбнулся уголком губ. Он ещё и насмехается над матушкой кончиной и моей трагедией? — Но с другой стороны ты теперь узнала обо мне и своей настоящей семье! Теперь ты младшая принцесса графского рода Лафрод. Все официальные бумаги уже полностью готовы.

Хотелось рассмеяться… Громко и безумно. Потому что я не хочу быть графиней! Тем более марионеткой в его руках. Принцесса? Ха — ха — ха! Да меня после моего прошлого никогда не примут в высшем уровне. Мне прекрасно известно, что делают с такими вот как я бастардами. Или другими леди «не благородных кровей».

Им просто не дают шанса выжить. В руках семьи они всего лишь пешки для создания новых связей. У девушек нет выбора как повиноваться воле своего отца. Иначе можно лишиться жизни. Многим, которые получили «письмо счастья» и стали дочерями или невестами аристократов — сразу же жалели об этом.

Ведь недаром даже в моей деревне почти все говорят: «высший свет — гнилой мир». Потому что сложно выжить тому, кто не готов: улыбаться через боль, обманывать, и соблазнять тех, кто может принести выгоду своей семье. Моральное насилие… Не каждый выдержит такое. Гнилой мир… Потому что в нём находятся в большинстве порочные и алчные люди. Как граф Лафрод.

Сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Ямиль прав. Нельзя показывать свои настоящие чувства, иначе они сделают только больнее. Нужно бороться с ними ими же способами — нагло врать в глаза. Они считают меня дурнушкой? Тогда бы почему мне и не играть эту роль? А когда придёт время, то удивлю их своими способностями и талантами.

— Ваши дети, говорили, что — то про отбор? — поинтересовалась, невинно похлопав ресницами, посмотрела на своего отца. — Я тоже туда еду?

Граф усмехнулся и насмешливо взглянул на меня.

— Это были твои старшие брат и сестра. Феликс и Фелиция Лафрод. Они немного расстроились из — за того, что я не предупредил о твоём скором приезде. Поэтому они тебя вот так холодно встретили, — ответил мне граф. — А что насчёт отбора… Пока что ничего не ясно. Мы ждёт ответ от короля. Но даже если тебя не допустят к участию, то тебе всё равно придётся много учиться, чтобы стать равной другим наследникам. Учителя по грамоте, этикету и музыкальному искусству уже приехали. Завтра начнутся занятия. Ты же не хочешь осрамиться перед своими будущими друзьями?

«Равной другим наследникам» — сильно запомнились слова моего отца… Значит, они все считают меня жалкой и ничтожной. Так это мне сыграет на руку. Уж лучше кинуть им пыль в глаза, чтобы они не успели ничего заподозрить. Тогда я смогу сбежать от этой противной семейки.

— Но как же я успею всё выучить до нужного времени? — вздохнув, печально посмотрела на графа. — Сестрица Фелиция права. Я не успею подготовиться.

Мужчина встал с кровати, отряхнул свой костюм, будто на нём была грязь и хмуро осмотрел комнату. А потом перевёл свой недовольный взгляд на меня.

— А тебе нужно постараться. Не каждой девушке даётся такой великолепный шанс стать принцессой и купаться в золоте, — его слова так и сочились ядом. — Аделаида, не упусти шанс войти в новый мир, где тебя будут окружать правильные и верные люди. Только… Тебе всё равно надо знать где твоё место.

Усмехнулась и недовольно посмотрела на графа.

— И где же моё место? — поинтересовалась у него.

Граф сжал кулаки, и бросил на меня сердитый взгляд. Да так, что аж вена на виске выскочила и начала пульсировать. Неужели, он думал, что я повинуюсь его слова и скажу: «Хорошо, отец?»

— Не забывай, что ты бастард. Хоть и законнорождённая, но всё равно в тебе течёт плебейская кровь. Аделаида, ты должна понимать, что высший свет недолюбливают таких людей. — ответил граф. — Тебе всего лишь надо показать всем, что ты прекрасно владеешь этикетом. Тогда тебя никто не будет трогать и задирать. А потом тебя ждут красивые бальные залы, чаепития и много — много подарков от ухажеров.

«Значит ты меня уже из замуж планируешь выдать?» громко закричала в своей голове.

В комнату вбежал человек, в строгом черном костюме.

— Господин, прибыла карета из королевского дворца. — быстро сказал он и выбежал из спальни.

— Будь хорошей девочкой и не создавай проблем, — в приказном тоне сказал он и пошёл к выходу. — Скоро придут служанки и приведут тебя в правильный вид. Поэтому не сопротивляйся их действиям. Тебе совсем скоро предстоит встреча с королём.

Он быстро вышел из комнаты, захлопнув двери. А я обессилено упала на кровать и тяжело задышала. Всего лишь несколько минут поговорили, а у меня такое чувство, что меня часами били палками. Совсем нет сил даже перевернуться на бок. Может граф перед своим уходом наложил на меня ещё одно подавляющие заклинание? Чтобы я точно не смогла навредить его служанкам?

Повезло же мне с новой семьёй… Злые старшие брат и сестра, которые ненавидят меня. Не удивлюсь, если постоянно будут мешать мне в учебе и просто жить. Граф… Отец, которые презрительно относится ко мне, только потому что из — за меня у него появились проблемы. И как мне выжить в такой обстановке?

Ещё этот отбор… Развлечение для аристократов. Мне совсем не хочется выходить замуж! А по слухам почти всем кандидаткам после отбора быстро находят женихов. Или кого — то из приближенных королевской семье, или же других, кого — то из могущественных аристократов.

И как мне избежать этого?