Глава 26

В этот раз на завтрак нам выделили преступно мало времени. Да и сама пища была скудной и грубой.

— Они правда думают, что это пробуждает интерес к истории нашего государства? — уныло спросила Эми.

— Мне больше интересно, с чего они взяли, что предки не доваривали кашу? — так же мрачно отозвалась я.

— И смешивали пять круп в одной кастрюле,— тоскливо продолжила подруга. — Надеюсь, обед будет нормальным.

— Надеюсь.

Эрмина внимательно на меня посмотрела и подозрительно уточнила:

— Что-то случилось?

— И да, и нет,— уклончиво проговорила я. — Не моя тайна.

— Тогда ладно,— неожиданно покладисто ответила подруга. — У Генриха много тайн.

— Какое именно имя он предпочитает?

— Любое, если его произношу я,— таинственно улыбнулась Эми. — Я, правда, немного волнуюсь. Боюсь, что я позволила себе некоторую вольность…

— Ты обесчестила порядочного драра? Значит, теперь тебе придется сделать его честным мужчиной и жениться на нем.

Подруга фыркнула:

— Очень смешно.

— Мне? Да,— хихикнула я, не желая признаваться, что мы с Сайардом видели их с Генрихом.

Вообще, я и сама переживала. Мой бесценный некромант напрочь отказался обсуждать свою клятву. И свои чувства по поводу этой клятвы.

А еще меньше через час следующий этап, про который я уже успела забыть. Но в этот раз на кону стоит слишком многое, и я должна показать себя с наилучшей стороны! Которой у меня, к сожалению, нет. Я плохо знаю историю нашего королевства и еще хуже разбираюсь в генеалогии…

Но выбора нет, верно? Так что, когда пришло время, мы с Эми и остальными Избранницами отправились в читальный зал.

— Драэ-ри, мы приветствуем вас на одном из важнейших этапов отбора невест,— важно пророкотал высокий, импозантный мужчина с ухоженными усами. — Перед вами лежат конверты, внутри экзаменационные листы с вопросами.

Тут у меня от сердца отлегло. Спишу, если получится, а если нет, то и не страшно — позор будет непубличным!

— Но будет небольшое усложнение, ведь мы не в Академии,— он огладил свои усы,— между рядов будут ходить экзаменаторы и вы будете обязаны отвечать на их устные вопросы.

А вот это не очень хорошо. Ох, и почему я не менталист?!

— Драэ-ри Избранницы,— к импозантному усачу подошла драэ Мирсонай,— сядьте за столы.

Бросив беглый взгляд на читальный зал, я мысленно цокнула. Нас осталось около пятнадцати или шестнадцати девиц. Последний стол было плохо видно, и я не рассмотрела один конверт на нем или два!

— У вас час,— торжественно пророкотал усач,— время пошло!

Я распечатала конверт и, развернув лист, сразу пропустила первые пять вопросов. Они все касались генеалогического древа Этельранских, а я его не помнила. Следующие три вопроса были из области застольного этикета, и с ними я справилась играючи.

— Драэ-ри Вантейри, во время прогулки король и королева возглавляют процессию,— проговорил один из экзаменаторов,— какова дистанция между правящей семьей и их сопровождающими.

— Семь шагов, драр,— солидно ответила девица.

«Это все знают», проворчала я мысленно.

Сама я билась над генеалогическим древом Этельранских. Ответы на первый и третий вопрос противоречили друг другу, но по отдельности казались правильными. Истина была где-то неподалеку, но у меня никак не получалось ее обнаружить!

— Драэ-ри Ильгертон, кто имеет приоритет при представлении — вдовая герцогиня или супруга канцлера, если обе женщины колдуньи шестой ступени?

Интересно, могу ли я притвориться глухой?

— Вам следует уточнить, к кому из нас вы обращаетесь,— спокойно проговорила Эрмина.

— Я обращаюсь к драэ-ри Лиэхарис Ильгертон.

— Герцогиня, драр,— лаконично ответила я.

— Я хочу услышать более развернутый ответ,— недовольно проговорил экзаменатор.

— Из двух гипотетических женщин приоритет имеет герцогиня.

Я сердцем чуяла, что случайно ткнула в правильный ответ. И пятой точкой ощущала, что экзаменатору не нравится моя правота.

— Этого недостаточно.

— Хорошо,— я подняла голову от своего листа,— тогда у меня нет ответа на ваш вопрос, драр экзаменатор. Будем считать, что я не знаю.

— Вы не можете отказаться отвечать на мой вопрос.

— Разве я отказалась? А вот вы… Вы специально тянете время, чтобы я не успела вдумчиво изучить вопросы? По всему выходит, что не видать мне достойного номера,— скорбно проговорила я.

И тут я поняла, что меня смущало в первом и третьем вопросе. Я неправильно составила супружеские пары! Вот зачем два брата женились на двух сестрах?! Усложнители, дрэйч их покусай! Исправив ошибку, я тихонечко порадовалась, а потом взялась за следующий блок вопросов. Там нужно было галочкой отмечать правильную дату. Ну, спасибо наставникам за календари с выделенными цветом праздниками — примерно на половину вопросов я дала гарантированно правильные ответы.

Экзаменаторы меж тем продолжали задавать вопросы. И, на мой взгляд, к другим Избранницам они были куда как снисходительнее! По крайней мере на те вопросы я бы могла ответить развернуто, а не интуитивно-лаконично.

— Драэ-ри Лиэхарис Ильгертон, что вы пытались увидеть в листах драэ-ри Эрмины Ильгертон?

— Я пыталась рассмотреть циферблат на браслете моей подруги, драр,— спокойно ответила я. — Потеряла счет времени.

А я и правда смотрела на изящные часики Эрмины. Смотрела и не узнавала. И, судя по порозовевшим щечкам подруги, драр Эравил приложил свою мужественную руку к этому миленькому артефакту!

— Сдавайте свои работы.

«Что ж, я буду последней и, значит, смогу узнать, сколько нас осталось всего», хмыкнула я про себя, когда мой лист улетел в общую стопку.

На выходе Эрмина шепотом поинтересовалась, что у меня с первым и третьим вопросами.

— Там словно бы подвох какой-то,— она потерла кончик носа.

— Там два брата женились на двух сестрах, а наследовал двоюродный племянник, потому что все дети родились без капли магии,— я устало размяла плечи.

— Точно,— застонала подруга. — Я это упустила. Ну и ладно.

Мы вернулись в комнату, и я тут же схватилась за конспекты. Минут через двадцать стало ясно — у меня около половины правильных ответов. Интересно, это много или мало? Если бы речь шла об экзамене, то это однозначная пересдача. Но этап отбора… По каким критериям они будут нас оценивать?

— По максимально пристрастным,— фыркнула Эрмина. — Вспомни, какие вопросы они другим задавали. «Уместно ли надевать бриллианты к завтраку» против твоего вопроса с подвохом. Но ты молодец, я не сразу поняла ответ.

Приосанившись, я лишь вальяжно махнула рукой. Мол, да-да, главный знаток придворного этикета здесь. Хотя на самом деле в моей голове логика была простая — выше герцогини только королева. Которая ну никак не может быть супругой канцлера.

— Уже?! У меня цифра сменилась. Я седьмая.

Я подняла руку, посмотрела на свой жетон и фыркнула:

— А я шестнадцатая. Последняя.

— Ты тоже пересчитала конверты? Надеюсь, следующий отбор будет веселее.

— И следить за ним мы будем через газетные публикации,— подхватила я. — Что-то мне приелась придворная жизнь, хочется на вольные хлеба!

— Точно,— кивнула подруга.

И, словно бы в подтверждение ее слов, почтовые ящики на нашей двери замерцали. Нам прислали письма? Или счета за оплату починенного карниза?

— Давай в ванной закроемся,— предложила Эрмина. — В прошлый раз как-то нехорошо с этими ящиками вышло.

— Мне больше нравится, что никто ничего не объяснил,— вздохнула я. — Мастера все восстановили и ти-ши-на. Я до сих пор не знаю, кто и что мне написал!

— А я знаю,— грустно улыбнулась подруга. — Генрих прислал мне подвеску на цепочке. Не какую-то великую драгоценность, а пустячок, который он случайно заметил и купил, подумав обо мне.

Я сочувственно вздохнула. Такой подарок будет поважнее некоторых родовых реликвий. Что-то, что было выбрано специально для тебя. Без повода, без принуждения.

— Знать бы, кому сказать «спасибо» за наши двери,— проворчала Эми.

— Троих младших придворных магов уволили с треском,— напомнила я. — Но в свете всего происходящего…

— Вот-вот,— покивала Эрмина. — Кстати, я кое-что нашла о нашей предсказательнице.

— Ты серьезно? — оторопела я. — Как?

— Ты же описала мне ее внешность,— надулась подруга. — Но, если честно, то это была скорее случайность. В общем, это не доказать, но в те же годы пропала без вести восходящая звезда предсказательной магии!

— Наша предсказательница была слабой,— нахмурилась я. — Хотя… Мы же не знаем правды, только слухи и сплетни, которые старше Сайарда!

— Вот именно,— покивала подруга. — В общем, студентку звали Амелия Эльхимея Рёнг. Она, как ты понимаешь, приехала по обмену из Скандартварра. В итоге, долгое время там считали, что она решила остаться, а здесь думали, что предсказательница предпочла вернуться.

— А в итоге?

— А в итоге ее преподаватели решили, что она увидела свое будущее и не справилась с разочарованием. Все это вот тут.

Подруга подскочила к своей тумбочке и вытащила из нее свеженькую, еще пахнущую краской и зельями книгу.

— «Не играй с огнем»,— прочитала я название книги. — Что это?

— Это жизнеописание самых известных пророков и провидцев. История Амелии Эльхимеи Рёнг дана под сноской. Автор, некий Карлус Неизвестный, говорил о том, что одного лишь дара недостаточно. Что нужна сила воли.

— И некоторое количество монет,— вздохнула я,— чтобы уберечься от неосмотрительных решений.

— Вот, видишь? Сноска и копия фотокарточки из личного дела,— Эрмина открыла заложенную закладкой страницу. — Она?

— Она,— кивнула я.

Мне было немного стыдно. Я утаила от подруги содержание пророчества. Указала лишь на то, что призрак рыдал и сожалел о том, что сунулся в эту авантюру.

— Но дело может быть и не в деньгах,— предположила Эми. — Вдруг это декан ей предложил? Ради диплома?

— Нет,— я покачала головой,— она же именно о деньгах говорила.

Иногда мне казалось, что у меня в руках клубок спутанных ниток. И я никак не могу выбрать, за что тянуть, чтобы распутать это безобразие!

— Ладно,— Эми уверенно подошла к двери,— если бы оно могло взорваться, оно бы это уже сделало. Итак, у нас… А. Всего лишь расписание на неделю.

Я вытащила свой экземпляр и заинтересованно хмыкнула. Нас вновь будут проверять на магический дар. Точнее, на степень принуждённости драконицы.

— Я боюсь,— Эрмина отложила листок. — Иногда, закрыв глаза и сосредоточившись, я слышу ее ровное, спокойное дыхание.

— Я, м-м-м, тоже слышу,— покивала я. — И, что немаловажно, королевский артефакт позволит всем убедиться, что наш внутренний зверь существует, просто пока спит.

И храпит так раскатисто, что ночами я порой вздрагиваю и просыпаюсь. У меня иногда складывается впечатление, что моя красавица планирует еще лет десять проспать. Хотя иногда мне снится грозовое небо, яркие молнии и мы-я несущиеся сквозь плотные тучи.

После таких снов подушка всегда мокра от слез, но я стараюсь не зацикливаться на этом.

— Драэ Магре Ильгертон предлагала мне попить полезные отвары, чтобы быстрее пробудить драконицу. Иногда я жалею, что отказалась.

— Нет такой отравы, которая могла бы приблизить этот момент,— возразила я. — Но зато есть токсины, которые так отравляют организм, что единственный способ выжить — обратиться. И, поскольку в нас силен инстинкт самосохранения, мы действительно способны обрести крылья досрочно. Но что это будут за крылья? Ты знаешь, что в поколении наших бабушек и дедушек многие не летают? Именно из-за того, что это зелье не было запрещено!

— Но зачем обращаться в дракона, если не ради полета? — оторопела подруга.

— Ты не ту драэ-ри спрашиваешь,— фыркнула я. — Мне снятся грозовые облака, и я не могу дождаться того дня, когда по моей чешуе скользнет первая молния.

— Ох,— поежилась подруга,— я буду летать только в ясную погоду. Но ты… Да, ты из тех, кто будет покорять шторма. И где-то рядом будет махать крыльями мрачный дракон с седой чешуей!

— Пф, он будет в гуще событий,— отмахнулась я. — У Сайарда душа искателя приключений!

— Вообще, я скорее имела ввиду твоего отца, ведь, вероятно, твоя почтенная маменька тоже будет где-то в сердце шторма,— фыркнула Эми.

Тут я была вынуждена согласиться. Мой папенька поднимался в небо только следом за супругой. И он крайне, крайне не любил грозы. Он даже провел свое масштабное исследование нашего королевства — хотел найти такую область, где меньше всего штормов.

И он, кстати, нашел. Вот только там были ядовитые болота, испускавшие смертельный газ, что привело маменьку в неистовый восторг. Она до сих пор вспоминает чудесный городок Смог-на-Эдаре и то, как сильно он ей понравился.

— Но во всем этом есть и хорошее,— я наставила на Эрмину палец и та, поежившись, ушла из под прицела.

— Что именно?

— Нам не нужно переживать,— я тут же загнула палец, а затем и второй,— и нам не нужно готовиться.

Подруга скептически посмотрела на меня и вкрадчиво уточнила:

— А до этого мы и переживали, и готовились, да?

— У нас есть конспекты,— я кивнула в сторону своей тумбочке,— и лично я волновалась.

Эрмина пожала плечами:

— Я спросила Генриха о том, волнуют ли его цифры на моем браслете.

— И?

— Его волнует только моя безопасность,— порозовела подруга. — И безопасность сестры с ее подругой, разумеется.

— Он молодец,— кивнула я. — Страшно представить, что было бы с Эльгоном, если бы…

Я не договорила, но Эрмина меня поняла:

— Такой дракон не смог бы спокойно спать. Но, с другой стороны, помолвленных на отбор не берут.

— Тоже верно.

— Ты не знаешь, чем для него все кончилось? — тихо спросила подруга. — Не ждет ли нас еще одна встреча с ним?

— О, нет,— я покачала головой. — Не то чтобы мне было много известно, слухи там, слухи тут. Его приговорили к десяти годам ссылки.

Одно время я хотела спросить Сайарда о судьбе Эльгона. А затем перехотела. Еще не хватало, чтобы мой некромант начал переживать. Не то чтобы я считала Сая ревнивцем, нет. Но, на мой взгляд, он раним. И вполне мог решить, что бывший жених все еще тревожит мое сердце.

— Прогуляемся? — предложила Эрмина. — Просто так, без цели.

— Бзз? — из-под моей подушки выполз чуть помятый Марк Аврелий.

— И без «бзз»,— строго проговорила подруга,— просто погуляем. Сердцем чую, отбор вот-вот закончится, а мы толком ничего и не рассмотрели. Вы знаете, что есть не только портретная галерея, но и большой акварельный зал? Там собраны редчайшие экземпляры!

— Бзз!

— Марк Аврелий обещает быть паинькой,— перевела я Эрмине. — Он притворится частью моей прически.

— Это будет просто прогулка,— строго повторила подруга. — Мы не знаем, как идентифицировать второго некроманта, мы уже восстановили охранную систему, так что… Насладимся дворцовыми видами!

— Согласна,— торжественно кивнула я. — Потом можно будет выйти в сад и приманить бабочек.

— Так, идем сразу в сад,— тут же отреагировала Эми. — Умоляю, научи меня этому заклятью! Я видела его однажды в городском парке. Это так красиво!

— А как же редчайшие акварели?

— Ну не сгорят же они,— отмахнулась подруга.

— Бзз-бзз!

— Вот и Марк Аврелий говорит, что лучше в сад,— добавила Эрмина.

— Вообще, он сказал, что у дворца устаревшая охранная система,— улыбнулась я. — Но и спорить с тобой я не хочу. В сад так в сад! Заодно можно будет навестить Сайарда и рассказать ему про предсказательницу.

«И кто знает, быть может, зная ее настоящее имя, он сможет выудить из призрака что-нибудь еще», подумала я.

Мы не спешили. Вежливо раскланивались со всеми встречными-поперечными придворными, улыбались и даже обменивались сплетнями.

— Мы потратили почти час, а до выхода в сад еще два коридора,— простонала Эрмина. — Это невыносимо!

— Смотри на это, как на тренировку выдержки,— посоветовала я ей.

Хотя меня саму уже подташнивало от лицемерных улыбок и перешептывания. Став невестой последнего некроманта, я, внезапно, оказалась на виду у придворных. Не могу сказать, что они спешили выразить мне свое почтение или же, напротив, унизить и оскорбить, но… Они стали меня замечать, что тоже приносило определенные неудобства.

— Если здесь свернуть, то можно будет выйти в сад через окно,— шепнула я.

— Идеально,— выдохнула Эрмина.

Мы свернули в маленький коридор, прошли его насквозь и, открыв окно, перемахнули через низкий подоконник. Теперь нужно обогнуть вот этот пышный розовый куст и…

— Ты действительно будешь отрицать, что подмешивал в мои сладости зелья?! — дрожащий, полный гнева голос драэ Мирсонай застал нас врасплох.

Мы с Эрминой замерли за кустом. Обратно мы залезть не сможем — охранка сработает. Гости могут выйти из дворца любым способом, а вот войти внутрь… Войти внутрь можно только через двери.

— Любовь моя…

— А любовь ли это, Хол? — с горечью спросила драэ Мирсонай. — Как ты мог? Зачем? Наш брак был устроен нашими семьями, я бы никуда от тебя не делась!

За кустами воцарилась тишина. Таинственный Хол явно подбирал аргументы, а драэ терпеливо ждала. Я же ждала нетерпеливо, мне хотелось как можно скорее оказаться подальше от этой ситуации. И, как назло, в голову ничего не приходило!

— Лиэ,— задушено выдохнула подруга. — Марк Аврелий…

В ее едва слышном голосе явственно звучала паника. И я, подняв руку к волосам, похолодела — мой крылатый артефакт куда-то запропастился…

Ох, нет. Не куда-то.

Марк Аврелий вполне целенаправленно полз по траве. Куда именно он целенаправился? На источник шума! Еще минута и его увидят. Или на него наступят, потому как трава высокая, а он вполовину ладони и…

— Высокомерная и холодная,— в мужском голосе прозвучало отвращение,— ты смотрела на меня, как на насекомое, запутавшееся в кружевах твоего платья. Я сделал тебе одолжение, Мирсонай. Я сделал этот брак желанным для тебя. Если бы ты не была настолько равнодушна, то мне не пришлось бы использовать зелья.

Несколько секунд тишины, а после звонкий шлепок оплеухи:

— Подите прочь, драр. Помолвочные дары будут возвращены через посредника.

— Ты не посмеешь! Наши семьи…

— Бзз! Бзз-бзз-бзз!

Марк Аврелий внезапно взлетел с земли и скрылся из виду. Коротко выругавшись, я рванула за ним и, обогнув куст, резко остановилась. Оценив обстановку, рявкнула:

— Ко мне!

Удивительно, но это сработало. И Марк Аврелий, и драэ Мирсонай за считанные секунды оказались рядом со мной, под защитой моего барьера.

Вот только…

— А он не очень сильный маг, да? — с интересом спросила я, глядя, как смазливый блондинчик силится выдавить из себя проклятие.

— Позорное пятно на исключительно великолепном родовом древе,— драэ Мирсонай устало прикрыла глаза. — Вот только из-за уже подписанного контракта я не могу атаковать его.

— А щит?

— И защищаться тоже,— скривилась драконица. — Холлас, хватит. В этот раз я не буду тебя спасать. Это магическое истощение станет для тебя последним. А ведь твоему отцу еще предстоит найти тебе новую невесту.

— Какая дура на него польстится? — страшным шепотом спросила присоединившаяся к нам Эрмина.

— Никакая,— невесело хмыкнула драэ,— но вот глава семьи может и соблазниться. Меня спасает контракт — он не имел права применять ко мне зелья и магию. Так что, с того момента как он признал свою вину…

Она сделала паузу и я понятливо договорила:

— Брачный контракт самоуничтожился.

— Исключительно приятное чувство.

Блондинчик же, наконец, смог исторгнуть из себя слабенькое проклятье. Медленное и недоделанное, оно масляной пленкой размазалось по моему щиту, а после сгорело.

Холлас же рухнул на колени. Его била крупная дрожь, на висках выступила испарина, а губы посинели. Каков его магический потенциал? Минус один?!

— Ты все равно будешь моей. Отец не позволит «десятке» ускользнуть.

— Ты плохо учился,— с долей насмешливого сочувствия проговорила драэ Мирсонай. — Магический брачный контракт, не закрепленный телесной связью, самоуничтожается в тот момент, когда виновная сторона признает свое нарушение. Ты признал. А я — свободна.

Она подняла руку, закатала рукав и показала обычное, чистое запястье.

— Надо позвать слуг,— обеспокоенно проговорила драэ Мирсонай. — Драр Холлас Алларис должен быть немедля доставлен в родовое гнездо.

— Алларис?! — оторопела я. — Величайшие алхимики и…

— И слабый маг,— он посмотрел на меня с ненавистью.

— И тупица,— припечатала я. — Мог бы изучать теорию магии и сильнейшие из сильнейших стояли бы в очереди за твоей консультацией. Боги, имея доступ к библиотеке рода Алларис… Да там немаг мог бы стать великим!

— Бзз-бзз. Бз!

Драэ Мирсонай с интересом посмотрела на мой летучий артефакт, после чего вскинула вверх правую руку и зажгла над собой несколько огоньков. И уже через минуту подле нас оказалось трое гвардейцев и один из придворных магов.

— Драр Алларис более не имеет права находиться в королевском дворце,— с нескрываемым удовольствием проговорила драэ Мирсонай,— доставьте его в городской особняк рода Алларис. Немедленно, пока юноша не погиб от магического истощения.

Блондинчика подхватили под руки и унесли, а я, проводив его взглядом, тихо спросила:

— Значит, вы должны были стоять и ждать, пока проклятье вас настигнет?

— Да. Самоуничтожение брачного контракта можно обратить вспять, если обе стороны нарушили условия соглашения.

— Лучше пару недель в госпитале, чем всю жизнь с таким мужем,— проворчала Эрмина.

Я посмотрела на драэ Мирсонай, отметила нездоровую бледность ее лица и тихо проговорила:

— Вам бы закрыться от всех и от души поплакать. А потом порадоваться.

— А мы никому ничего не скажем,— добавила моя подруга. — Мы ничего не видели, и не слышали.

Драконица отмахнулась:

— На счет этого не беспокойтесь. Характер Холласа Аллариса таков, что он будет жаловаться всем и каждому, кто пожелает слушать.

— А кто не пожелает? — заинтересовалась я.

— А кто не пожелает, тот будет вынужден слушать это все и страдать, ибо мой бывший жених та еще пиявка,— скривилась драэ Мирсонай. — Не могу поверить, что все закончилось. Спасибо, драэ-ри Лиэхарис. Если бы не вы… Я бы так и осталась легковерной влюбленной идиоткой. И тебе спасибо, странный красивый артефакт. Ты был готов принять удар на себя.

— Бзз! Бзз-бзз.

— Ему нравится, что вы считаете его красивым,— перевела я.

Драэ Мирсонай улыбнулась, затем плавно развернулась и пошла вглубь парка. Не в сторону логова Сайарда, но и не во дворец.

— Надеюсь, с ней все будет в порядке,— вздохнула Эрмина. — Жаль, что я больше не могу писать Генриху. Я бы сообщила ему, что он настоящее сокровище.

— Вот уж точно,— поежилась я. — Вот уж точно.

Надо признать, что мы с Эрминой не сразу вспомнили, зачем вообще вышли в парк. Если изначально собирались прогуляться по дворцу, посмотреть акварели…

— Бабочки! — вскрикнула подруга. — Ты сказала, что умеешь их призывать.

— Точно,— цокнула я и подхватила с земли Марка Аврелия,— только давай отойдем куда-нибудь подальше.

— И то верно,— кивнула Эрмина,— драконов во дворце много живет. Так что, кто знает, быть может именно сейчас какой-нибудь слаборазумный драр делит незатейливые житейские радости с чужой женой.

— Сейчас? — усомнилась я.

— Ну да,— согласилась подруга,— светловато и душновато, но… Ой, цветочек!

— Вот тут и остановимся,— тут же встрепенулась я.

Вся суть магического трюка была в том, что нельзя призвать бабочек на «пустое» место. Нужен живой, неволшебный цветок и три солидных магических искры.

— Смотри,— я делала все медленно,— обволакиваешь своей магией цветок, снимаешь с него пыльцу и копируешь ее с помощью простых зеркальных чар. Главное помнить о том, что если ошибиться в произношении, то прилетят осы.

— Ос я не люблю,— испугалась Эрмина.

— Их никто не любит, что совершенно им не мешает,— хмыкнула я.

Сосредоточившись, я отпустила от себя волну колдовской пыльцы, а через пару минут приманила обратно. И, вместе с ней, ко мне прилетело около десятка бабочек. Светлокрылые, они роились вокруг меня, стремясь собрать на крылышки мою магию.

— Потрясающе,— выдохнула Эми. — Давай найдем еще один цветок и… Ой!

Я закрутила поток колдовской пыльцы вокруг нее, и подруга засмеялась. Одна из бабочек так и осталась на волосах Эрмины.

— Найдем для нее цветок.

Весна в столице то еще времечко, учитывая ураганную смену сезонов. В других странах все это проходит чуть мягче, за неделю, а не за сутки. С другой стороны, я совсем не хочу, чтобы гроза шла неделю. Этак и утопнуть же можно!

— Я готова,— Эми замерла у найденного нами морозника. — Так, обволакиваю магией и копирую…

И она, разумеется, ошиблась в слогах. Как и я пять лет назад. Хорошо, что в этот раз рядом с нами нет пасеки.

— А что это так жужжит? — нахмурилась подруга, отсылая прочь от себя поток с колдовской пыльцой.

Я медленно подняла взгляд и обомлела. Ровно над нами расположился огромный осиный улей.

— Бежим,— прошептала я севшим голосом.

— Что? — удивилась Эрмина.

— Бежим! — рявкнула я и ткнула пальцем вверх.

— Мамочки,— пискнула подруга.

Мы рванули сквозь парк к берлоге Сайарда. Он же некромант, так что не должен испугаться агрессивного осиного роя, верно?

— Как же так-то,— причитала на бегу Эми. — Как же так!

— Зато второй раз ты так не ошибешься,— выдохнула я. — Радуйся, в моем случае рядом была пасека!

— Медоносные пчелы тоже жалятся?!

— И еще как,— хихикнула я.

Сайард очень не вовремя решил выйти наружу. В итоге мы с Эрминой просто внесли некроманта обратно! А затем я захлопнула дверь и без сил опустилась на пол.

— Государственный переворот прошел не по плану? — светски осведомился Сайард.

— Если бы,— выдохнула я. — Осиный рой.

Некромант поморщился и потер плечо:

— Не люблю ос.

— Мы тоже,— хором выдохнули мы с Эрминой.

— Особенно местных,— добавил Сайард. — Здесь неподалеку есть проклятый улей. Венценосная супруга Викасия Пятого привезла его в качестве приданого. Осы служили королеве, затем ее дочери, а затем секрет дрессировки был утрачен и рой одичал. Но вряд ли вы встретили именно этот улей.

Мы с Эрминой переглянулись и синхронно вздохнули. С нашей удачей это, скорее всего, был именно тот рой!

— Там полянка с морозником,— добавил некромант. — Туда и дорожек-то нет.

— А если, чисто теоретически, рой королевы будет пробужден,— осторожно спросила я. — То что будет?

Мой некромант пожал плечами:

— Много ужаленных драконов и дракониц. Проснувшись, они пытаются найти себе хозяйку, а затем снова засыпают.

Тяжело вздохнув, я проворчала:

— Что ж, нам все равно есть что рассказать. Так что предлагаю задержаться, чтобы не попасть в ряды ужаленных драров и драэ.

— Что ж, у меня есть угощение,— хмыкнул Сайард. — Дворец цел?

— Ты такого о нас мнения?! — возмутилась я.

— Даже если так, то это все равно справедливое мнение,— шепнула Эрмина.

— Я, если что, спросил скорее с сожалением,— уточнил некромант. — Мне не слишком нравится планировка, многое можно снести.

— Тронный зал, например,— фыркнула я. — Разве тебе можно думать о таком?

Сказав это, я осеклась, вспомнив, что Эрмина знает далеко не все.

— Думать — можно,— пожал плечами Сай,— планировать нельзя.

— О чем вы? — нахмурилась подруга.

— О приличиях,— лаконично ответила я. — Разве можно достойному сыну обсуждать обрушение родительского гнезда?

Эрмина чуть помолчала, подумала, а затем хмыкнула:

— Шутить-то можно, если не при всех. Так… Что там было про угощение?

Я расхохоталась. Надо же, как быстро подруга переняла все мои лучшие черты!

— Прошу за мной.

Сайард привел нас в ту же комнату, в которой я встретилась со своими родителями. За пару минут некромант согрел чайник и вытащил из буфета большую хрустальную вазу с итильрийским шоколадом.

— Молочный,— уточнил он,— с лесным орехом.

— М-м-м,— я прикрыла глаза.

— Бзз? — Марк Аврелий перебрался с моего плеча на стол.

— У меня есть колотая яшма,— некромант с сомнением посмотрел на мой артефакт,— ты вообще что-то поглощаешь?

— Бзз,— Марк Аврелий попытался пожать плечами, но их у него не было, поэтому движение получилось довольно нелепым.

— Все же принесу,— Сайард встал и вышел из комнаты.

— Так вкусно пахнет,— Эрмина вздохнула. — Скорей бы Его Высочество вернулся.

Я, уже успевшая взять кусочек шоколада, с недоумением посмотрела на подругу:

— Тебе религия не позволяет есть без разрешения мужчины?

— Нет,— растерялась Эми,— но ведь неприлично?

— Это же не торжественный обед,— я набросила на чашку Сайарда согревающее заклинание,— и ты, надеюсь, не планируешь съесть все.

— У меня бы и не получилось,— ужаснулась Эрмина.

Я же просто пожала плечами:

— Ну, я бы смогла.

— Да это же смертельное количество!

— Возможно,— я отправила в рот еще небольшой кусочек шоколада,— но оно того стоит!

Вернувшийся некромант поставил на стол мисочку с колотой яшмой, и Марк Аврелий тут же встрепенулся. Бззыкнул, пошевелил крылышками, а затем забрался внутрь посудины.

— Мы не просто так пришли,— я оттерла пальцы об салфетку. — Чай горячий, я подогрела.

— Спасибо,— улыбнулся некромант. — И я в любом случае вам рад. Даже если бы вы пришли просто так.

Немного смутившись, я допила чай и коротко рассказала о находке Эрмины. И о наших надеждах на то, что имя может пробудить в призраке воспоминания.

— Скандартварр осуждает предсказателей,— задумчиво проговорил Сайард. — Им запрещено делиться видениями с кем-либо. Там даже некромантов не так преследуют, как ясновидящих.

— И при этом именно там находится самая серьезная школа предсказаний,— нахмурилась я. — Где логика?

— Они учат драконов держать в узде свой дар. Все предсказания должны быть записаны на кристалл и сданы в архив,— пояснил некромант. — Дальше особая комиссия рассматривает пророчество, оценивает его и решает, стоит ли оно публикации.

— Ничего себе,— я поежилась,— это, наверное, тяжело.

— Прорицатели такие же маги, как и все остальные,— тихо сказала Эрмина. — Они хотят признания.

— И денег,— добавила я. — Действительно серьезные прорицатели стоят дорого. Очень дорого. Они ведь способны смотреть не только вперед, но и назад. Маменька однажды искала свой утерянный дневник. И найти его смог только прорицатель. Дерек Тибер, кажется.

— Я и сам к нему обращался,— кивнул некромант. — Мне нужно было понять, где я смогу найти проклятую аметистовую жеоду. Он существенно снизил площадь поиска.

— А я никогда не обращалась к ним,— Эрмина пожала плечами. — Не было повода.

Мы посидели еще немного, после чего чуткая Эми начала собираться на выход. Она явно ощутила мое нетерпение и мне от этого было немного не по себе.

— Я понимаю, что вы хотите окунуться в бездну слабо изученной магии,— грустно улыбнулась она.

— Сначала мы тебя проводим,— решительно проговорила я. — Если тебе суждено быть ужаленной, то пусть это будет в хорошей компании!

— Точно,— хихикнула она. — Как думаешь, осы найдут себе новую хозяйку?

— Не знаю,— я обернулась на Сайарда, который в этот момент вылавливал Марка Аврелия из миски с яшмой. — А ты как думаешь?

Вытащив артефакт, мой некромант лишь улыбнулся:

— Я знаю, что многие об этом мечтают. Вы же знаете о тайном ритуале, через который прошла каждая королева?

— Как раз-таки не знаем, он же тайный,— я укоризненно посмотрела на любимого. — Только слухи ходят.

Эрмина потрясенно ахнула:

— На них натравливают ос?

— Именно,— кивнул некромант. — Идем?

— Идем,— согласились мы и вышли из комнаты.

Под бззыканье довольного и счастливого Марка Аврелия мы миновали коридор и остановились перед дверью.

— Некроманты вперед,— мягко проговорил Сайард,— меня никогда не кусали, даже комары.

— Счастливчик,— цокнула я.

Некромант толкнул дверь и тут же выставил плотный щит:

— Твою ж…

Что именно он хотел сказать мы не узнаем, поскольку мой возлюбленный некромант обладает исключительной выдержкой. Я же просто онемела.

— Чтоб их дрэйчи взяли,— сипло выдавила Эрмина. — Они ждут нас?

Все пространство перед входом в логово облепили осы. Они были везде. Неподвижные, пугающие и молчаливые. Ни единого «бзз» не раздавалось ни от одного цветка.

— Только не говорите, что они решили начать свои поиски с нас,— выдохнула я. — Надо как-то им объяснить, что будущих королев тут нет.

— Думаешь, они говорят с драконами? — с сомнением спросила Эрмина.

— Хотелось бы,— проворчала я.

— Бзз?

Марк Аврелий перелетел на плечо Сайарда и весь рой тут же встрепенулся.

— Бзз-бзз-бзз!

— Он собирается с ними поговорить. Сай, ты можешь его выпустить?

Некромант убрал щит и Марк Аврелий смело рванул навстречу своим личным приключениям. За минуту исчез весь рой.

— Судя по направлению, они вернулись в свой улей,— проронил некромант.

— Надеюсь, Марк Аврелий будет в безопасности,— поежилась Эрмина.

— Чем ему могут угрожать осы, медом? — фыркнула я. — Вопрос в том, как мы будем его забирать!

— Надо заказать те зачарованные сети, которыми пасечники спасаются от своих разгневанных питомцев,— предложила Эрмина. — И меня можете не провожать, осы явно заняты.

Но мы все равно довели ее до входа во дворец. Видят боги, осы не самое худшее в этом парке. Тут и принцы могут бродить. Тот же Аларик сейчас должен быть о-очень разочарован. Он наверняка мысленно корону примерил, а тут бац! И наследник вернулся.

— На самом деле я не думаю, что смогу узнать от драэ-ри Рёнг что-то новое,— проронил вдруг Сайард, когда мы вернулись к логову. — Я использовал ее второе имя, Эльхимея, так что вряд ли эхо сможет что-то еще из себя выдавить.

— Но ты можешь попытаться,— я пожала плечами. — Тебе не интересно? Или это рутина для тебя?

— Интересно,— он улыбнулся,— и нет, это никогда не было рутиной. Видишь ли, у некромантии нет постоянных устоявшихся ритуалов. Все индивидуально.

— Обожаю некромантию,— выдохнула я. — Нет ничего хуже готовых рецептов с заведомо известным результатом!

В лаборатории мы задержались надолго. Сайард вытащил ящик, внутри которого хранилось около дюжины холщовых мешочков. Среди них он нашел тот, внутри которого нашлось преизрядное количество колотых камней.

— Рёнг на языка Скандартварра означает янтарь,— пояснил некромант. — Добавим его к праху. Хотя имена у скандартваррцев ничего не значат, как правило. Что ж, начнем!

Он погасил свет, осторожно поднял ладонь и в лаборатории стало значительно холоднее. Запах ландышей усилился и через мгновение мы вновь увидели ту же самую картину, которую уже видели.

Все было зря. Янтарь не сработал.

Или…

Призрак, вернувшись к своему праху, вдруг замерцал и мы увидели крошечный кусочек прошлого. Точнее, услышали:

— Глупости… Будущее непостижимо даже для меня, а вы и вовсе не можете его оценить. Нужно отправить видение в Скандартварр, комиссия сможет увидеть больше. Пророчества сбывают драконы, понимаете? Возможно, что именно ваши действия приведут к тому, что предсказанное сбудется.

Пуф! Призрак рассыпался на мириады искр, которые, как ни странно, ушли вверх, сквозь потолок.

— Она родилась,— улыбнулся вдруг Сайард. — Или растворилась в мире. В любом случае, Амалия Эльхимея Рёнг обрела либо покой, либо новую жизнь.

— Она не вспомнит себя?

— Нет,— покачал головой мой некромант. — Ни в коем случае. Боги этого не допускают. В этом они милосердны, как ни странно.

— Ты не любишь богов,— сощурилась я. — И не страшишься их.

Сайард пожал плечами и начал прибирать лабораторию. Он был расстроен, но чем? Мы же и правда смогли выцепить еще кусочек прошлого!

— Она была исключительно умна,— проронил он вдруг.

— Еще немного и я буду ревновать к призраку,— проворчала я.

И мой некромант тут же притянул меня в объятия:

— Ни в коем случае. Ты мой солнечный лучик, моя молния в кромешной штормовой тьме. Ты не поняла, что мы сейчас услышали? Драэ-ри Рёнг была права, моя семья приложила усилия к тому, чтобы пророчество сбылось. Я рос вдали от всех, копил обиды и, при этом, копил силу. Если бы не ты…

Он сжал меня еще сильнее, и я возмущенно шлепнула его по плечу:

— Осторожней, я же еще жива!

— Тц, ты всегда будешь жива,— он отпустил меня и вернулся к уборке.

— О, учитывая твой дар,— я поиграла бровями,— звучит весьма многообещающе!

— Ты невозможна, любовь моя,— рассмеялся он. — Как насчет экстраординарного количества итильрийского шоколада и нового выпуска этельранского магического обозревателя?

— Да! Кто читает первым?

Сайард гордо приосанился:

— Теперь мне доставляют два экземпляра.

— Ты умеешь соблазнять,— выдохнула я. — Но моя жизнь и так принадлежит тебе!

— Как и моя,— легко ответил он.

Мы устроились в нашем общем кабинете. И, под чай с шоколадом, от души обругали несколько откровенно халтурных статей. Подумать только, насколько низко пали некоторые ученые!

— Точно то же самое было выпущено три года назад,— я раздраженно цокнула,— и не стыдно же!

— Такие не стыдятся. Они просто берут другую статью и переписывают ее своими словами. Посмотри на шестнадцатой странице, это интересно.

По счастью, в журнале были и стоящие статьи тоже. Еще одна чашка горячего чая примирила меня с реальностью.

— Хотя проклятье в редакцию все-таки стоит послать,— я закинула в рот кусочек шоколада,— пусть уже наймут кого-нибудь вычитывать материал.

— Я смогу тебя отговорить?

— Это будет несмертельно, но очень обидно,— пообещала я.

— Хорошо, тогда не оставляй следов,— попросил он. — О, смотри-ка, на последней странице загадки!

— Давай по очереди отвечать,— загорелась я, забыв о своих кровожадных планах.

Сайард чуть подвинулся и в итоге мы уместились на одном кресле. Хоть у меня и было желание выпихнуть его на пол — когда он попытался оспорить мои знания в области потрошения рогатых жаб. Но я сдержалась. Тем более что он еще и прав оказался, что, если честно, донельзя обидно!

Но я взяла реванш на эмульгаторах. Отчего-то мой возлюбленный не верил, что желчь халсекона и вода могут стать единым целым.

Мы настолько хорошо провели день, что возвращаться во дворец было почти больно. Мне не хотелось покидать логово, но я понимала, что осталось недолго. Не стоит дергать Их Величеств за зубцы корон…