29

Делорд ничего не ответил, не сводя с меня прожигающего взгляда, слегка нахмурился, а потом спросил.

— А с моим круассаном вы что делали?

О ассы всемогущие, дайте мне сил не провалиться сквозь землю от стыда. Или лучше дайте провалится!

— Ничего плохого! Так, понюхала слегка, — оправдания выходили не очень, поэтому решила как-нибудь выкрутится, — как ваш секретарь я должна была проверить не отравлено ли тесто и начинка.

— Во-первых, не помню, чтобы я просил вас это делать. Во-вторых, сомневаюсь, что вы обладаете умением определять яд по запаху. Не врите мне, мэдлин Безрод, я этого не люблю. — Не голос, а кусок металла покрытый инеем!

— Простите, милорд, — правду так правду, хуже не будет, — понимаете, я не позавтракала и очень проголодалась, а эти круассаны так вкусно пахли, что я не удержалась…

— Почему вы не завтракали? — спросил делорд строго, а я судорожно вздохнула. Не могу же я про прожорливого икта ему рассказать?

— Да, в тот момент как-то не хотелось, а теперь, вот, захотелось, — пробубнила я.

— Мэдлин Безрод, — вздохнул делорд и голос его смягчился, — завтрак — это основа правильного питания, его пропускать нельзя, — сказал он, словно я маленькая ничего не знающая девочка, а потом шагнул к шкафу, взял еще одну чашку и поставил на поднос.

— Идемте, — он жестом пригласил в свой кабинет, а я удивленно похлопала глазами. И не дожидаясь, пока я осознаю, что меня приглашают пить чай, делорд взял поднос и направился в свой кабинет.

Нервно сглотнув, я несмело пошла за ним.

Кабинет делорда был схож по стилю с приемной, но более сдержан в цветовой гамме. На большом окне не было вообще никаких занавесок и ничто не мешало обозревать центральную площадь перед академией. Черный стол был сделан из такого же материала как и в приемной, но превосходил своего брата раза в два по размеру. Черное кожаное кресло делорда тоже было большим и массивным, как раз под стать хозяину.

Эсс Холдон уверенно вошел в свою обитель и поставил поднос на стол, а я тихонько прикрыла дверь, несмело оглядываясь по сторонам.

— Садитесь, — делорд указал на одно из двух черных бархатных кресел предназначенных для посетителей, которое вплотную стояло у стола. Прежде чем сесть, я разлила ароматный чай в чашки и аккуратно выложила второй круассан на тарелку, затем метнула быстрый взгляд на стоящего рядом и наблюдающего за мной делорда, хотела было спросить, уверен ли он, что хочет пить чай со мной за одним столом, но передумала и осторожно присела на краешек кресла. Делорд опустился в кресло напротив и потянулся к круассану, который минуту назад я едва сама не съела.

— Возьмите лучше другой! — посоветовала я.

Но делорд своего решения не изменил.

— Какая разница? Они оба малиновые, — невозмутимо ответил он, поднося круассан к губам и намереваясь откусить.

— Постойте! — запротестовала, — я же этот круассан…

— Что? — делорд усмехнулся, — уронили на пол?

— Нет! — он издевается или не помнит? — Ну, я просто его… руками трогала…

И губами… да, я едва его не облизала весь! Но вслух это сказать язык не поворачивался.

— Но руки, вы ведь мыли?

— Конечно! Перед тем как готовить вам чай, я их хорошенько вымыла…

— В таком случае не вижу никаких проблем, — делорд откусил едва ли не половину круассана за один раз и принялся жевать. — Кушайте свой, пока не остыл.

И как это у него получилось? Говорить с набитым ртом, четко и понятно, и чтобы не одной крошки не вылетело.

Чувствуя себя жутко неловко, взяла второй круассан и откусила крохотный кусочек. Не смотря на бушующий голод, восхитительный вкус и аромат, мне кусок в горло не лез.

Я вообще не могла понять, что происходит. Делорда словно подменили и такие радикальные перемены меня настораживали. Еще вчера он колол меня холодным взглядом, выставил вон из Академии, утром обвинял в преступлении, которое я не совершала, а сейчас сидит спокойно напротив и угощает круассанами с чаем.

Проследить, где в этой цепочке событий случился поворотный момент, который расположил ко мне ледяного дракона я не могла.

Откусила еще маленький кусочек, наблюдая за делордом, который уже дожёвывал свой круассан.

Если бы на моем месте сейчас была Снежалина, то в этой ситуации не было бы ничего необычного. Но напротив делорда сидела я. Обычно безродных сирот считали хуже грязи под ногами, и грязь за столом никто не терпел, естественно. А делорд не только за один стол сел, но и едой своей поделился. Конечно, я низшим слоем общества себя не считала, так как Сальвитта всегда относилась ко мне как к родной дочери. А я думала, что она моя мама, пока мне не открылась правда. Мне тогда было года четыре, Снежалина в порыве ссоры закричала: «Это моя мама! Ты ей не родная!», а я стукнула сестру книгой по голове. Вот так я и узнала о своем происхождении впервые. Помню я долго плакала, а мама гладила меня по голове, утешая и приговаривая, что все это не имеет значения и она любит меня всем сердцем.

Со Снежалиной мы вообще часто в детстве дрались. А потом переросли этот период и стали общаться, как нормальные взрослые люди.

— Мэдлин Безрод, почему вы не едите? Невкусно? — голос делорда вырвал меня из воспоминаний. Со своим круассаном он уже давно расправился и теперь поглядывал на мой. Как мне показалось с малой толикой зависти.

— Очень вкусно! — спохватилась я, а потом положила круассан на тарелку, отрезала большую часть ножиком, который я предусмотрительно положила на поднос, и предложила делорду, — просто он такой большой, мне одной весь не съесть.

Делорд усмехнулся, а где-то на заднем фоне и вовсе послышался откровенный хохот.

— Вы угощаете меня моим же круассаном, как великодушно с вашей стороны, — с издевкой произнес дракон, но предложенную мной половину взял и тут же всю полностью сунул в рот.

Я тоже откусила кусок побольше, и так вышло, что начинка полезла с обратной стороны и огромная капля упала прямо в мое декольте. Хорошо, хоть не на форму — пронеслось в моей голове, и я быстро собрала с груди малиновый джем пальцем и также быстро облизнула его.

Наверное, стоило воспользоваться салфеткой, где-то в памяти всплыли правила этикета, и я, смутившись, мельком бросила взгляд на делорда, опасаясь увидеть отвращение и осуждение на его лице.

Но нет…

Он внимательно смотрел на мою грудь, а потом медленно сглотнул и тихим, словно не своим голосом сказал:

— Мэдлин Безрод, не делайте так больше, — он поднял на меня тяжелый взгляд, и от былой веселой атмосферы не осталось и следа.

Ну вот. Он подумал, что я безродная замарашка и растяпа.

Поджала губы и отвернулась. Сам такой!

Повисло молчание, прерываемое мои недовольным сопением.

— Пейте чай, — скомандовал делорд, и я послушно потянулась за чашкой. Ледяной дракон тоже к той же чашке потянулся и случайно коснулся моего запястья.

От неожиданности я вздрогнула, словно меня не пальцами, а раскаленной кочергой ткнули, и так резко отдернула руку, что чашка опрокинулась и весь чай вылился прямо делорду на штаны.

Прорычав сквозь зубы, он вскочил со стула. А я схватила небольшую салфетку, и бездумно кинулась вытирать пятно. Мою руку перехватили еще до того как она успела дотянуться до штанов, салфетку отобрали, смяли и одним броском отправили в урну.

— Простите меня, пожалуйста, милорд! — до меня с ужасом дошло, что на ноге мог остаться ожог. — Вам очень больно? Лекаря позвать?

Меня наградили таким взглядом, что мне самой поплохело. Вот теперь он точно считает меня растяпой! Хуже и быть не могло.

— Успокойтесь, чай был не настолько горячим, — ответил делорд осматривая светло-серую штанину с желтоватым пятном. Выглядело оно так, словно делорд непроизвольно сходил по нужде. Я поджала губы, но не смогла удержаться и фыркнула от душащего меня хохота. Я бы никогда не стала смеяться в подобной ситуации, но тут видимо сказалось нервное напряжение.

— Вам опять смешно? — строго спросил делорд, а я пискнув: «Нет», замотала головой.

Облить делорда чаем, а потом хохотать над этим — вот, что хуже.

Делорд, явно недовольный всей этой ситуацией, рукой по пятну провел и оно желтоватым снежком осыпалось и подхваченное невидимым ветром в приоткрытую форточку вылетело.

— Ух ты! — не сдержала я восторга. Я часто видела как сестра практикует снежную магию, но чтобы вот так ловко избавлялись от пятен, видела впервые. — А не холодно прямо на себе колдовать?

Спросила, не подумав кому вопрос задаю.

— Сперва вы облили меня горячим чаем, а теперь переживаете, чтобы не замерз?

— Я не специально! И вообще нужно проверить нет ли ожога.

— Мне при вас проверить? Может вы мне еще и мазь лечебную вотрете? — с насмешкой спросил делорд.

— Нет! Лучше вы как-нибудь сами! — возмутилась я, резко отворачиваюсь и стремительно покидая кабинет, под все тот же уже привычный мне хохот. Зачем он меня смущает? И насмехается потом над этим? Ответ простой — делорд меня терпеть не может.