Глава 38 · Тайны прошлого

В квартире кто-то есть? Я тут же замерла, затаив дыхание и вслушиваясь в царящую в квартире тишину. Минута, две… Ничего.

Хм… Неужели показалось? Да, пожалуй, всё именно так и обстоит. Кто может оказаться в моей квартире? Воры не проберутся. У нас консьержки суровые, охрана на въезде во двор и видеонаблюдение везде, где только можно и нельзя. Родственников у меня нет, заявиться в гости без спроса никто не мог. Ключ от квартиры есть только у Лизки, но она им принципиально не пользуется, предпочитая звонить в дверь.

Хотя… Если это всего лишь сон, то на кухне может оказаться кто угодно, начиная от родителей, о которых в свете открывшейся информации я в последние дни очень часто вспоминала, до обычного маньяка. Сон он ведь на то и сон, чтобы не слишком соответствовать логическим цепочкам реальной жизни. А значит, что бы, или вернее, кто бы там ни был, если вообще есть там кто, конечно, то опасаться мне в любом случае, нечего. Даже если там убивец какой, то тут, может, и умру, зато наверняка проснусь там, на Раментайле.

С такими мыслями, я и натягивала на ходу халатик, направляясь в сторону кухни. Но не дошла. Едва вышла в коридор, как тут же замерла, услышав из туалета звук сливаемой воды. Былую браваду как рукой сняло. Вот чего бояться, если это всего лишь сон? Ан нет, даже потряхивать начало. В панике заозиралась по сторонам в поисках укрытия, но ничего предпринять не успела. Дверь резко распахнулась, и…

— Ты?! — хором выдали мы…

Вместе с Катрионой.

Да уж. Вот так встреча. Гадай теперь — сплю я или нет. Окажись на её месте кто-то посторонний или родители, например, и сразу бы стало понятно, что всё это отнюдь не явь, а так…

— Как тебе это удалось? Как?! Ну, вот как, а? — вертясь вокруг меня и совершенно без всякого смущения ощупывая меня всю, словно пытаясь убедиться, что это не плод фантазии, раз за разом повторяла сестра.

— Знать бы… А может это всего лишь сон? — озвучила я ранее придуманное объяснение всему происходящему.

Кто бы знал, как дико смотреть на саму себя со стороны! Те же волосы, лицо, фигура, движения и осанка… Всё такое же! А ведь мы двоюродные сёстры! Пусть наши матери близняшки, но отцы-то разные!

— Ага! Такой последовательный… — ворчала тем временем Катриона. — Хотя мои слова тебя не убедят. Но я-то точно знаю, что не сплю. А ещё знаю, что мы никак не могли встретиться, — прихватив меня за руку и увлекая в сторону кухни, рассказывала так похожая на меня девушка.

Топаю следом. Окинула взглядом помещение. Хм… Тут и впрямь невооружённым взглядом видны перемены. Всё же это не сон. Катриона обживала это место, подстраивала его под себя. Вот только как реагировать на это открытие? Радоваться, или…

— Так ты всё же знала о проклятии? — тем временем поразилась я, памятуя о том, что ничего подобного в доставшейся от неё памяти не находила.

— Не так давно узнала, — вздохнула она.

— От кого? — опешила я от такой новости.

— Не от кого, а откуда, — поправила она меня. — В комнате твоих родителей нашла дневник твоей матери. Кстати! Ну-ка идём. Покажу.

И опять меня куда-то тащат. Ну, вернее, не куда-то, а во вполне понятном и ранее озвученном направлении. Но всё же как-то слишком активно всё происходит…

— Вот, видишь? — говорит она, указывая в сторону родительской кровати.

Смотрю, и ничего не вижу. То есть вижу широкую двуспальную кровать два на два метра, бархатное тёмно-бордовое покрывало, россыпь декоративных подушечек в изголовье, и… Всё.

— Куда смотреть-то? — уточняю.

— Значит, ничего особенного не замечаешь? — как-то неожиданно радостно интересуется сестра.

— А должна? — несколько обиженно переспрашиваю я, решив, что надо мной нелепо подшутили.

— Вот же она! — отпустив, наконец, мою руку, Катриона сделала несколько шагов вперёд, наклонилась к краю кровати, будто собираясь что-то оттуда взять, и…

Прямо-таки фокус какой-то! В её руке из ниоткуда появилась увесистая и основательно потрёпанная от времени тетрадь.

— Странно, что я ничего такого не видела. Ни сейчас, ни прежде не находила…

— Не мудрено, у тебя магии не было, а он был скрыт именно с её помощью. Но дело даже не в ней! Это же значит… — как-то излишне эмоционально воскликнула она, и вдруг умолкла на полуслове.

— Что?

— Лиза говорила, что твои родители умерли, как и мои, но это не так. Как минимум, мама твоя ещё жива.

Мама? А я думала, отец… Ну, надеялась, конечно, что и мама каким-то чудом уцелела. Но надежды — это одно, а Катриона говорит с такой уверенностью…

— С чего ты взяла?

— Этот дневник. Там… В нём… Точнее, на него наложено условие. Ты бы обнаружила его сама только после смерти матери. Смотри.

Она кладёт тетрадь на кровать и та вновь исчезает.

— Видишь? — уточнила Катриона.

На что я лишь отрицательно головой покачала.

— Если не видишь до сих пор, значит, она жива.

— Ты уверена?

— Абсолютно! Ты не рада? — удивилась девушка.

Я? Я в шоке просто и слов у меня нет, одни эмоции. Мама жива! Но где её искать? Если Николас реально окажется моим отцом, то возможно он искал способ вернуть её? Но он же после возвращения на Раментайль терял магию. Обычно это происходит после смерти жены. Эх… Расспросить бы его обо всем! Но… Где он, а где я?

Обо всех этих мыслях я рассказала сестре.

— Ты же как-то в прошлый раз сумела вернуться. А сейчас вот вообще умудрилась даже со мной пересечься, что, как я понимаю, было просто невозможно выполнить.

— В прошлый раз всё вышло случайно, и повторять такое осознанно сродни самоубийству. А сейчас…

И тут до меня дошло… Вспомнились условия моего возвращения на Землю. Полюбить и выйти замуж. И ведь вышла. В смысле — замуж. И стоило осознать, что действительно люблю, как… Упс, здравствуй родительский дом. Вот только на кой он мне, этот дом теперь, когда я узнала, какой может быть моя жизнь там, рядом с Славиэлем, с магией…

Этими мыслями я тоже поделилась с Катрионой. К тому моменту мы уже вновь сидели на кухне. Я прижимала к груди мамин дневник, боясь его выпустить из рук — вдруг опять исчезнет, и я не узнаю, что в нём написано. Катриона тем временем суетится, заваривая нам кофе. Ммм… Какой аромат!

Слово за слово, мы проболтали до утра. И да, мне безумно хотелось прочесть мамин дневник, но и встреча с Катрионой представляла собой немаловажное событие. Сейчас я здесь, а что будет завтра? Увидимся ли ещё когда-нибудь? Вот и болтаем. Она при этом суетится, норовя угостить меня чем-нибудь чисто земным, а я по-прежнему прижимаю к груди мамин дневник и слушаю, слушаю, слушаю, порой и сама что-то рассказывая или отвечая на вопросы.

Нам так хотелось побольше узнать друг о друге, так много рассказать. А главное, появилось ощущение, что вдвоём мы можем горы свернуть. И родителей моих обязательно найдём, и дорогу обратно на Раментайль для меня отыщем.

Сама же Катриона назад не рвалась. Её больше устраивал этот мир с его устоями, да и Леонид в качестве спутника жизни импонировал ей намного больше Леонеля. К тому же она опасалась, что если мы продолжим жить в одном мире, то некогда обманутое нашими матерями проклятие вновь обретёт силу, а умирать ни ей, ни мне не хотелось. Да, там, на Раментайле у неё остались незавершённые дела, но Катриона искренне надеялась найти способ посещать родной мир в качестве гостя. А уж вместе мы справимся со всеми проблемами.

Но это потом. А сейчас, надо было как-то вернуть меня обратно. К любимому мужу, который наверняка там с ума сходит.

Однако всё это лишь досужие мысли, а на практике, мы даже не дошли до вопроса возвращения меня любимой на Раментайль. Ну, в теории обмолвились, конечно, и тут же перескочили на другую тему.

Обустроилась Катриона неплохо. Однако, на мой взгляд, её выбор профессии был странноват. Я бы поняла, подайся она в медицину. Ведь при наличии магии можно хотя бы помочь истинно страждущим, не говоря уж о попытках создать нечто особо выдающееся.

Но нет, сестра выбрала криминалистику! И это при изначально нулевом знании реалий этого мира!

— Здесь очень высокий уровень преступности, — искренне сокрушалась она. — Многие дела не раскрываются, преступники безнаказанно продолжают творить зло…

— Но как? — удивилась я. — У тебя же… Ну, вернее, у меня, образование было совершенно не связано с этим.

— Зато у меня есть магия. Считала память у нескольких человек, наиболее осведомлённых в тех или иных направлениях и… Вуаля! Прошла переквалификацию экстерном.

— Шустро ты! — искренне поразилась я.

Хотя да, магия при должном умении открывает море возможностей. Вот она и пользуется ей на благо себе и окружающим.

— Конечно же, никто мне сразу должностей не раздаёт, и громких дел не доверяет, но я не спешу. Не стоит привлекать ненужное внимание излишне шустрым карьерным ростом. Зато раскрываемость повысилась. Если замечаю что-то важное, то ненавязчиво подсказываю коллегам. Смешно, но они решили, что у меня очень развито предчувствие. Даже сами порой приходят спросить о том, о сём, но чаще прямо приглашают на место происшествия.

— Бррррр… — Меня даже передёрнуло. Словосочетание «место происшествия» прочно ассоциировалось с расчленёнкой, мозгами на стенах, морем крови и прочей мерзостью.

— Ну да, приятного мало, — верно истолковала мою реакцию сестра. — Но подумай, если не я, то кто? Здесь просто некому это сделать. Нет здесь у следователей тех способностей, которые помогали бы раскрывать преступления столь эффективно, как это могу я.

— Ясно. Ты Бэтмен в юбке.

— Можно и так сказать, — кивнула Катриона. — Но и иначе я не могу. Как жить, зная, что могла принести реальную помощь, а в итоге…

Я предположила, что безопаснее было бы лечить людей. Но сестра отмахнулась, мол, не так уж и сильна она в этом направлении. К тому же, вылечит она одного человека и что? Ну, станет ему хорошо, и всё. А преступника поможет поймать и возможно спасёт множество жизней. В чем-то она, безусловно, права. Но это её рвение искренне поражают.

— А как на это смотрит Леонид? В смысле, на выбор направления в работе.

— Кажется, это его больше всего и привлекло, — усмехнулась девушка.

И вот мы обе уже откровенно клюём носом. Распрощавшись, разбрелись по комнатам. Я топала к себе всё так же в обнимку с маминым дневником. Проболтали мы с Катрионой довольно долго — тем для разговоров хватало, но под конец мне казалось, что она сознательно тянет время. Зачем? Пытается отвлечь внимание? Но от чего?

Не выпуская из рук вожделенный дневник, я скинула халат, упала на кровать, и… Сон сном, но любопытство оно такое любопытство… В общем, открыла толстенную тетрадь, с грустной улыбкой взглянула на ровненькие строчечки. У мамы, как и у Лизки невероятно красивый почерк.

Если ты читаешь это, то меня рядом с тобой уже нет. Скорее всего, умерла. Хотя… Возможно, ты пробудила дремавшую в тебе магию? Да-да, не протирай глаза, а то морщинки появятся. Тебе не показалось. Магия существует. Этот талмуд — моё наследство для тебя. Ты должна знать историю нашего очень древнего рода. О своих скрытых способностях и подстерегающих опасностях…

Стоит ли сомневаться, что после подобного вступления я напрочь забыла про сон.

Страница, вторая, третья… Десятая… Сотня… Я не считала, просто они заботливо пронумерованы.

В голове уже туман от недосыпа и переизбытка информации. Узнала я немало. То есть немного не так: многие мои догадки и предположения, а также рассказы Славиэля подтвердились. Вот только главного я оказывается, не знала. И странно, что читавшая мамин дневник Катриона не обмолвилась о паре немаловажных нюансов.

Во-первых, если мы действительно выбираем «свою половинку», так называемую «истинную пару», то тем самым неимоверно усиливаем и супруга. Мелочь? Несущественно? Отнюдь. Потому-то за нами и гоняются все посвящённые. Но дальше хуже — нам стоит опасаться предательства со стороны супруга. Потому что из нас в прямом смысле слова могут «выкачать» всю кровь и её переливанием усилить себя или кого-то ещё. А если учесть то, что на Раментайле смерть жены в первые сутки — вполне нормальное явление, освобождающее мужа от брачных уз и ответственности за убийство, то становится ясно, как именно желали мной воспользоваться те трое женихов. Гады!

И главное! Я узнала, как снимается проклятие нашего рода!

Сделать это почти просто… Но рискованно. Нашим предшественницам в этом вопросе не везло. Разгневанная некогда богиня всего лишь хотела доказать что смертные не стоили внимания моей пра-пра-пра… В общем прародительницы моего рода. И проклятие рассеялось бы сразу, как только две девы-сестрицы явились бы к алтарю с истинно любящими женихами.

Моя мать накануне свадьбы поняла, что присватанный к ней император, всем хорош, но всё же не является её второй половинкой, а значит, именно ей уготована участь жертвы возле брачного алтаря. Тут-то словно по заказу и появился Николас, кстати, действительно оказавшийся моим отцом.

Откуда сын обычного хлебопашца раздобыл тайные рецепты и редкие ингредиенты для создания портала в параллельную вселенную? В дневнике об этом не говорилось, да уже и не важно. Отец помог маме избежать печальной участи. Уже позднее она задумалась о том, что возможно именно он и был её истинной парой, но к тому моменту, они уже оказались вдали от родного мира, на Земле. Она лишь надеялась, что своим побегом не навредила сестре.

Исходя из этого, если предположить, что Леонид действительно истинная пара Катрионы, то, вернувшись вместе на Раментайль и пройдя там брачный обряд, она могла бы окончательно снять проклятие, довлеющее над нашим родом. Но учитывая тот факт, что сестра умолчала об этом — рисковать она не хочет. Что очень странно, при её взглядах на жизнь. Она готова помочь всем, но не станет рисковать собственной жизнью во благо рода и потомков.

Уже как пьяная от желания спать, я ещё раз пробежалась взглядом по ускользающим, норовящим расплыться строкам. Завтра, если всё останется по-прежнему, и я проснусь на Земле, то поговорю с Катрионой. Понимаю, что это риск, но в то же время и шанс. Пойду с ней к алтарю. Если мы со Славиэлем не пара… Что ж… Надеюсь, он освободится от брачного бремени после моей смерти, но вдруг нам удастся сделать то, ради чего жертвовали собой сотни, а то и тысячи женщин нашего рода?

С этими мыслями я провалилась в мир грёз и фантазий.