Глава 20

4 года назад (Натан)

«Хрупки создания в нашем мире. Дракон, подумай хорошо. Что выберешь: золото или ее?»

Натан только получил новое письмо из храма. Яухтурей вновь побила…озарила своей милостью – новым предсказанием.

Женщина или золото? Ответ на этот вопрос был ясен, как и то, что он огнедыдащий дракон. Ни одна не сможет стать больше, чем золото. Что толку тратить время на тех, кому его власть, статус, богатство были важней, чем он сам. Из-за одной такой особы он уже лишился общества друга. Нет, теперь все женщины в его жизни лишь в роли фавориток.

Были те, что любили и отдавались без остатка, но чего-то не хватало ему. То характером не сходились, то ожидания слишком завышенные были. Он давно перестал винить их в том, что каждая искала – возможность стать королевой.

«Благословлены дети мира сего, но все обернется вспять. И нужно брать лишь ту, что отмечена невинностью. И невеста будет не одна у алтаря стоять, глядя в глаза благословенные».

Триста лет назад так оно и вышло. Алисия Фининг стояла у алтаря с хищной ухмылкой, ожидая, когда их свяжут браком. Чистокровная драконица действительно была не одна. Он мог разорвать помолвку ночью. Дать возможность ей сбежать, уйти, после того, что она натворила. Но Алисия решила пойти до конца, встать под венец и заключить брак с королем.

Она не знала, или не понимала, что такое не пройдет. Он ни за что не заключит брак с той, кто носит под сердцем чужого ребенка. Предсказание богини было предупреждением. И он поступил так, как считал нужным.

Вопрос храмовника:

– Берете ли вы в жены герцогиню Алисию Фининг?

– Нет, – короткий ответ. Торжествующая улыбка расплылась на его лице. Храмовник уж было хотел задать вопрос невесте, но лишь недоуменно посмотрел на короля, когда суть ответа дошла до него.

Натан склонился к уху застывшей на месте девушки, вдыхая запах чужого мужчины. При превращении в людей, драконы теряли многие способности. Но Натан сохранял чуткий нюх не только в звере, но и в человеческом виде. Очень полезно, особенно, когда тебя считают юным глупцом, ни на что не способным.

А сейчас партия должна была быть сыграна до конца.

Что за глупая идиотка? Отказаться от короля ради не пойми кого. Наследник трона был бы не Вандарский, но связанному брачными узами Натану пришлось бы признать его своим.

– У вас есть ровно день, чтоб я духу ни вашего, ни вашей семьи не видел во дворце и окрестностях центрального района.

Коснулся рукой ее живота, почувствовав, как она вздрогнула, не в силах дышать нормально.

– Надеюсь, вы понимаете почему.

– Вы не имеете права!! – вскочил отец невесты, гневно сверкая глазами. – Вы король! Мы вас поддерживали! Вы не можете бросить мою дочь.

Король обвел взглядом зал. Никто не встал на строну Финигана. Все были за Вандарского. Но он подмечал каждое движение, взгляды, что могли выявить предателей. Алисия понесла от другого дракона. От кого? Он не знал.

– Поэтому я и даю шанс вам уйти живыми. Государственная измена карается смертной казнью! – ответил Натан, и вновь зашептал на ухо Алисии.

– Скажи ему, чтоб уходил пока я добрый, а иначе храм окропится кровью.

Натан не шутил. Доверенные люди, стража – все, кто преклоняется перед ним, были в этом зале. И были готовы в любой момент вступить в схватку.

Девушка дрогнула, но пошла к отцу.

– Нам лучше уйти.

– Вы еще пожалеете об этом, – прорычал Финиган, а глаза его сверкнули молнией. Мужчина резко схватил дочку за локоть, и потащил к выходу.

– А я был готов к битве, – опираясь на черную трость с золотым набалдашником, к королю подошел мужчина в очках. По краям темных стекол светилось лазурное свечение.

– Я бы не стал расслабляться, – король сделал едва заметный знак Тени. Скрытый в темноте скользнул вслед за Финингами. Если те вздумают поднять бунт, он узнает. – Ты ведь знаешь о наказании.

– Конечно, ради нашей дружбы я готов принять что угодно, – мужчина улыбнулся.

Верный друг. Пошел против лечебных правил, но спас короля от неминуемой смерти. За что и поплатится. К сожалению. Законы должны соблюдаться без исключений, тем более за нарушение лечебной тайны.

– Триста лет ссылки в лесную чащу восточного района, – Натан вписал в королевскую бумагу. – До востребования.

– Зовите, если вздумаете вновь жениться.

– Этого никогда не произойдет, – ухмыльнулся Натан.

– Не говори «грх», пока не зарычишь, – Алан протянул руку.

Король пожал ее в ответ.

***

– Заварил ты кашу, – королева сидела в своих покоях. – Фининги – одна из сильнейших семей королевства.

– Они высоко взлетели. Думали, что на троне сидит мальчишка. Дурачок, чьими чувствами можно играть.

– Вот только не надо обманывать свою маму. Она тебе нравилась. Вился за ней, как завзирабр за клубникой.

Мать всегда умела смотреть в суть.

– Даже браки по расчету не всегда надежны. Лучше заводи себе женщин для любви. Жениться ты точно всегда успеешь. Пусть будет на то воля Яухтурей.

Как романтично с ее стороны назвать все любовью. Жениться – так по расчету, а любить – так от души.

– Не советую тебе возвращаться в ближайшее время на Север, – ответил Натан.

– Неужели ты хочешь, чтобы я осталась с тобой? – она приподняла одну бровь.

Его глаза зажглись янтарным пламенем.

– Думаю, ваша голова на пике – просто ужасное украшение на воротах.

Королева фыркнула.

– Я рада, что ты созрел до того, чтобы считать, что семья должна держаться вместе.

***

День сменялся днем, не принося никаких изменений. Все обыденно. Никаких интриг, заговоров, или, на худой конец, покушений. Даже Тень заскучал. Пришлось отослать его куда подальше, лишь бы не слонялся по дворцу, пугая служанок.

– Ваше Величество, – в зал забежал слуга. – Там люди, по поводу сноса зданий в Сумеречном районе.

Натан оторвался от документов.

– Пусть записываются на прием.

– Они требуют немедленного приема. Сказали, что десять лет ждать не могут.

– Почему десять лет? – удивленно спросил король.

– Сказали, что уже не в том возрасте, чтобы столько ждать.

Натан поднял голову. Знакомое выражение. Где-то он уже это слышал.

– А это ближайшее время записи, – развел руками в сторону слуга.

Надо бы поднабрать народу, чтобы решали вопросы, касающиеся социальной жизни. Король может следить за всем, но тогда зачем нужны остальные дармоеды, которые за это золото получают?

– Отправьте к министру Градостроительства.

– Они хотят лично с вами. Там иномирянка.

Натан будто завис на месте, а перед его глазами появилась холодная сырая камера с девушкой в белом платье внутри нее.

– Впусти иномирянку.

Натан вновь склонился над документами, пытаясь вникнуть в очередные записи министров. Немного увлекся, пока мелодичный голос не ворвался и не отвлек от столь занимательного чтения.

– Так вы действительно король?

Она стояла у входа в зал. Уверенная осанка, хоть в глазах мелькало неверие. Как ее там звали? Алла. Точно. Один из споров, что он проиграл год назад.

– Впрочем, неважно. По какому такому праву сносят старый квартал в Сумеречном районе? – уверенным шагом она приблизилась к нему.

Натан со скучающим видом начал рассматривать ее. Медленно, с головы до ног. Руки сжаты в кулаки, тело напряжено. И взгляд – холодный строгий. Будет стоять на своем. Что ж, ожидается противостояние.

Она пришла в тот день, когда был объявлен снос старых зданий. Вступилась за одну престарелую пару, которым некуда было идти. Вот не верила, что после отстройки квартала у них будет жилье. Сказала, что пока оно отстроится, старики уже умрут. Деловая хватка и холодный разум.

– По выпущенному закону о перестройке зданий. Вскоре отсроят новый квартал. Эти дома давно пора уже было снести, – спокойно ответил Натан, скрестив пальцы на руках в замок. – Я запрошу документацию и мой доверенный передаст ее вам.

Она смерила его холодным взглядом.

– Я от вас так просто не отстану, – предупредила она.

Эта женщина не давила эмоциями, но давила умом. Со своими законами в чужую страну не лезут, но эта мадам приходила каждый день во дворец. То за попаданок, то еще за что.

Утомляло.

Каждый день начинался с Аллы. И не пускать нельзя, иномирянка. Пустишь – пропадешь на весь день. А потому раз она хочет чем-то заниматься, то пусть работает.

Натан дал ей срок в месяц. Исполняющей обязанности министра по делам иномирянок. Министра не было. Умер двадцать лет назад, и преемника не было. А тут какая инициатива, какое огромное желание. Она просто родилась для этой должности.

Поселить пришлось во дворце. Жила девушка на этаже с остальными министрами. Каждый день с утра до вечера документы, законы, правила, предписания. Еще бы – разгребать за двадцать лет бездействия. Зато прядок навела.

Бесило Натана, что у нее все получается.

Даже в академию к ректору послал. Но она перед отправкой потребовала документ, подтверждающий ее визит от самого короля. Умная женщина. И справку для справки запросила, если ректор не поверит.

Ректор там такой – вскружит голову девицам, да в гарем к себе утащит.

А нет. Вернулась Алла, еще и с прошением ректора о разводе с гаремом.

И что уж говорить, что Натан, когда отправлял, нервничал, что не вернется. Готовился отбивать своего министра. Он же ее уже решил министром сделать – решил. А если она замуж за ректора пойдет, то все. Пропадет девушка. Станет шестьсот шестьдесят шестой женой.

А у короля двадцать лет не было министра по делам иномирянок. Непорядок.

Вернулась довольная, словно в отпуске побывала. И вновь за работу. Он уже и не помнил, чтобы она отдыхала. Всегда делала больше, чем должна. Удивлялся он и тому, что смогла программу академии за один год выучить. Да, кое-где делала в документах ошибки, но это были сущие мелочи.

В один из дней он пришел в библиотеку, где она работала.

– Добрый день, – Натан тихо подошел к ней. Незаметно до такой степени, что та аж подскочила на месте.

– Добрый, не пугайте ж вы так, – развернулась и сдула прядку волос с лица.

А взгляд все равно холодный, тяжелый.

И тут уж Натан собрался сказать, что хочет предложить ей место министра. Испытательный срок прошел. Но привычка дурная у нее – стучать пальцами по столу, будто на пианино играет. Он то знает, что не умеет. И стук отвлекает, давит на его барабанные перепонки. Накрыл рукой ее пальцы, глядя, как появляется румянец на щеках, как забился пульс от его касания.

Теплая рука. Кожа сухая от вечной работы с бумагой, но все равно приятно держать.

– Ваше величество, – Алла попыталась вытащить руку из его хватки.

– Становитесь моей фавориткой, – сказал он. Всего лишь ошибся на одно слово. Министр и фаворитка. Почти одинаковые.

– Что?! – возмутилась она.

В глазах мелькнул нездоровый блеск. Хочет поругаться? Обозвать крепким словом?

Что ж, сам дурень, раз предложил ей такое. И ведь не хотел. А может и сказал от того, что фаворитки давно не было. Времени не хватало завести.

Все-таки вырвала руку, схватила бумаги.

– Я тут стараюсь изо всех сил! А он мне фаворитку предлагает!

Оказывается, ее можно вывести на эмоции. Особенно, если ляпнуть что-то не то. Но он уже сказал. И что за король, что будет возвращать слова назад? И все же его обрадовало, что она не согласилась. Женщина, раздражающая его, не может быть рядом. Никогда и ни за что.

– Должность министра по делам иномирянок ваша. Вы ее заслужили, – спокойно ответил ей. А главное, как вовремя донес новость.

– Ага, вижу, каким местом мне ее отрабатывать предлагают, – буркнула она. Собрала вещи. Посмотрела на бумаги. Бросила их на стол. – Или это зарплата такая? Всего хорошего, – от былого запала осталась вновь ледышка.

– Алла, прошу вас. Если вы не согласны, это не повод бросать работу, – Натан преградил ей путь побега.

– А фаворитка приятный бонус? – посмотрела прямо в глаза. На этот раз ее пальцы застучали по плечу.

Как мужчина, он не мог сказать ей, что пошутил. Идти надо до конца.

– Только по вашему желанию.

Задумалась, а Натан все ждал, что она ответит. У самого пульс участился. А если откажет? Как она может королю отказать?

– Свидания. Я хочу свидания. А там присмотримся друг к другу, – уверенно ответила Алла. Глаза в глаза, не отводя взгляда. – Цветы, прогулка, можно поесть где-нибудь, – добавила она. Видать, поняла, что король понятия не имеет, что такое свидания.

Натан знал, что это такое. Женщинам нравится, когда за ними ухаживают. А заодно у него есть шанс все испортить.