Глава 21 — Лицо рода Эндер-Ви

Девил осмотрелся и тут же строго посмотрел на Шуара:

− Если ты отдавал приказ, значит он должен быть в твоей власти. Позови его назад, − буквально приказал он.

− Все не так просто, − со вздохом сказал Шуар. — Он не раб, а фамильяр.

− Что? — ошарашенно спросил Девил. — Фамильяр? Живое существо из плоти и крови? Этого не может быть!

Шуар пожал плечами. Он, конечно, понимал возмущения министра и сам совсем недавно считал, что это невозможно, но при этом верил собственным глазам. Потому вместо споров он просто пояснил свои возможности в данном случае:

− Я могу дать ему понять, что хочу, чтобы он явился ко мне. Этот сигнал я послал ему сразу, надеясь, что это его задержит, но…

Реакции от Гидена действительно не было, потому Шуару оставалось только невнятно развести руками. Ситуация, к его огромному сожалению, была неуправляемой.

Девил осмотрел мужчину с ног до головы и сделал вид, что не злится, даже не собирается выходить из себя. Вместо выражения бесполезных чувств он со спокойствием профессионала стал изучать комнату, пытаясь найти какие-то зацепки. Понять, отличается ли она хоть чем-то от нормальной комнаты магессы, министру было сложно, но записку, на край которой был поставлен чайник, он заметил. Стоило ему только шагнуть к столу, как в комнату вошел Гарпий, бесцеремонно распахивая дверь.

− Что с демоном? — спросил Девил, осматривая полудемона, на котором глаза мужчины легко читали очень странные следы хаоса, словно тот, как змей, пытался обвить Гарпия, но почему-то не смог и оставил только смазанный спиральный след.

− Нет его, − коротко ответил Гарпий и тут же шагнул к столу, мгновенно найдя записку.

Схватив ее первым, он пробежал глазами по буквам и небрежно бросил ее обратно, чтобы шагнуть к комоду, и достать другую рубашку, словно был один в комнате.

Девил, плохо понимая, что все это может значить, взял записку и понял, что беспокойство полудемона явно отступило после прочтения.

Маркус был лаконичен:

«Мы ушли с Альберой в ее убежище. Гиден с нами».

Хмыкнув, Девил не смог не отметить, что это говорило все и ничего просто потому, что где убежище, особенно с пометкой «ее», поймут далеко не все, но присутствие Гидена в сообщении его смутило.

«Что он тут забыл?» − спросил сам у себя Девил и тут же показал записку Шуару:

− Ничего не хочешь мне сказать?

Шуар быстро прочел написанное и с нескрываемым облегчением вздохнул, спешно прикрыв глаза, но Девил успел заметить дрогнувшее в них удивление, но сделал вид, что ничего ничего не произошло, оставляя наблюдения при себе.

К тому же в дверях появился Ран, которому Девил поспешил показать записку.

− Что делать будем? — спросил он, понимая, что несмотря на свое положение, не имеет морального права командовать.

− Без вариантов, пойдем к ней, а там разберемся, − тут же выдал Ран. — Неизвестно, что еще может произойти, так что надо держаться вместе. Надеюсь, все понимают, что тут опасно, по крайней мере сейчас. В подземелье может быть не лучше.

− Вместе мы можем больше, − пожимая плечами, сказал Вильям.

− Да, − подтвердил Лир, буквально висевший у офицера на плече и прискакавший сюда на одной ноге, − только…

− Что?

− А где Тед? — почти испуганно спросил парнишка. — Он же был с нами в столовой.

− Но до демона не дошел, − испуганно прошептал Бернард, понимая, что понятия не имеет, в какой момент пропал рыжеволосый шутник.

Ран осмотрел парней, взглянул на записку и тоном главнокомандующего заявил:

− Нам придется разделиться. Кто-то пойдет с Гарпием в подземелье к Альбере и займется ее защитой, а кто-то останется со мной искать Теда и Колина. Нельзя же их здесь бросить. Решайте сами, в какой группе вы хотите быть, а я пока свяжусь с Альберой.

Он был почти уверен, что она в порядке, но хотел убедиться в этом, услышав ее голос, только чтобы потом спокойно заняться поиском пропавших. Отойдя в сторону, он достал из кармана парный амулет, близнец которого хранился в убежище.

Остальные парни переглянулись, пытаясь понять, как стоит поступить.

− Я останусь здесь, − тут же заявил Девил, понимая, что вот теперь без государственного вмешательства уже не обойтись. — Шуар пойдет к Альбере. Лиру тоже лучше в убежище, к тому же оба целителя там.

− Бернард, тебе тоже лучше отправиться к Альбе. То, что ты уже снова стоишь на ногах, ничего не значит, − мягко, чуть ли не по-отечески проговорил Вильям, несмотря на то, что он был ровесником потомка магов. − А я останусь. Думаю, новое оружие вы мне найдете, а то мой меч немного пострадал в бою. Мой опыт в расследованиях не помешает.

Девил кивнул, понимая, что при таком раскладе он останется с двумя профи, хорошо знающими, что такое работа в подобных условиях. В отличие от всех остальных, и Ран, и Вильям знали, на что подписывались.

Спорить с таким решением никто не стал. Даже Бернард не стал геройствовать. В голове у него все еще немного гудело, а в руках был странный противный холодок.

Быстро переговорив с Альберой и узнав, что она действительно в убежище и никаких сюрпризов в подвале она и ее спутники не встретили, маг позволил большей части ребят уходить.

− Гарпий, головой за Альбу отвечаешь, − бросил он вслед уходящим.

Полудемон коротко кивнул. Он и сам считал, что это его основная задача, и был благодарен магу за возможность как можно быстрее оказаться рядом с возлюбленной.

Как только Девил, Вильям и Ран остались одни, переглянувшись, они решили продумать план.

− Есть идеи, куда мог исчезнуть Тед? — спросил Девил, припоминая, что военный с врачом, казалось, дружили.

− Нет, − коротко ответил Вильям.

Он успел обдумать этот момент и даже удивиться такому поведению Девила и его глазам, но тут же отложил этот вопрос и свои предположения, понимая, что сейчас не время.

− Демон не мог на него повлиять? — уточнил Ран, помня реакцию Мила.

− Маловероятно, − тут же коротко ответил Вильям. — Ситуация с Тедом очень странная, но он не так беспомощен, как может показаться. Поэтому я предлагаю начать поиски с Колина.

− Согласен, − мгновенно согласился Ран. — Художник вряд ли мог что-то противопоставить проблемам.

− И под влияние демона мог попасть, − согласился Девил. — Я его сегодня не видел, а вы?

− Тоже нет, так что начнем с его комнаты, − принял решение Ран.

− Начнем с оружия, − исправил его Девил, − а еще я собираюсь вызвать подкрепление, надеюсь, возражений не будет?

Ран отрицательно покачал головой. Если появление демоноборцев и гвардии ничем не грозило Гарпию, он был более чем спокоен, а мнение господина Адерела его уже не волновало. Сегодняшние события переходили все возможные грани.

Зайдя в комнату Девила, они направились к художнику, осторожно передвигаясь по совершенно пустому, словно заброшенному замку.

Комната Колина встретила их запахом гари и настоящим разорением. Стоило открыть дверь, как стало ясно, что здесь тоже что-то произошло.

В полном молчании мужчины зашли внутрь. Первым шагнул демоноборец, знаком позволяя зайти остальным, и тут же указал в сторону дивана. Чьи-то торчащие ноги ничего хорошего не предвещали.

− Это Тед, − тут же прошептал Вильям, узнавая ботинки товарища и, не спеша прятать меч, шагнул к другу.

− Демонов тут нет, − заключил Ран, проверяя амулетом комнату и тут же ставя щит, прежде чем превратить свой меч просто в крест.

− Как он тут оказался? — ничего не понимая, прошептал Вильям, осматривая рыжеволосого врача.

У Теда была разбита голова.

− Судя по всему, его просто отбросили в сторону, только это вряд ли сделал человек, − осмотревшись, сказал Ран и поспешил помогать.

Все же его учили оказывать первую помощь не только руками, но и магией. Толку от этого было немного, но лучше, чем ничего. Магу как минимум хотелось привести врача в чувство и узнать, что именно здесь случилось.

− Я пока осмотрю тут все,− сказал Девил, понимая, что от него во врачевании толку никакого.

Через пару минут возни Рана с врачом мужчина, вяло отмахиваясь, застонал. Приходить в себя ему явно не хотелось.

− Тед, соберись, − шепотом приказал ему Вильям. — Нам нужно знать, что здесь произошло.

В ответ рыжеволосый только простонал, ощупывая свое лицо и голову, словно не верил, что все еще жив. Приоткрыв глаза, он тут же снова их закрыл, морщась, но все же заговорил:

− Я услышал крик и…

− Когда мы вышли из столовой? — уточнил Вильям.

Тед кивнул.

− Я не был уверен, что мне не показалось. Заглянул сюда, а тут…

Он сбился, поморщился, снова потянулся руками к голове, но благоразумно не стал трогать место, где Ран соорудил водную повязку.

− Демон забрал Колина и его работы, − выдал Тед, пытаясь сказать самое главное.

− Ты пытался помешать? — уточнил Ран, чтобы окончательно понять ситуацию.

Тед скривился. Видимо, ему хотелось зло посмеяться над самим собой, но сил хватало лишь на болезненную гримасу.

− Он ударил меня крылом и все, − сообщил он.

− Это точно был демон или полудемон? Он был похож на Гарпия? — спросил Ран, понимая, что врач явно не готов приходить в чувства.

− Похож, − коротко ответил Тед, тяжело и мучительно вздыхая.

− Нужно дать ему поспать, − прошептал Ран, − а еще лучше как можно раньше показать Альбе. Не уверен, что он просто легко ударился головой.

Вильям кивнул. Они осторожно переложили Теда на диван и решили устроить еще одно совещание.

− В целом, все сходится. Мимо комнаты Колина мы как раз пробегали, − заключил Вильям. — У меня в голове гудело так, что я мог ничего не услышать. Одно неясно: зачем похищать Колина?

− У меня есть теория, − тихо прошептал Девил и показал товарищам лист с эскизом. — Если я прав, то для вас это будет очень странно.

На листе быстрыми штрихами была обозначена странная, но легко узнаваемая сцена. Крылатый демон тянул за хвост товарища с бычьей головой. Небрежные линии напоминали сеть печати, а грубые группы штрихов воспроизводили обстановку разрушенного холла.

− Он не мог этого видеть, − прошептал Вильям, понимая, что просто не может молчать об этом пусть и очевидном факте.

Девил только пожал плечами, спешно пряча другую находку, на которой миловидная девушка буквально забирала руками жизнь из тела неизвестного мужчины, в то время, как крылатый демон собирался вонзить когти в ее спину. Показывать это взведенным парням он просто не решался.

Гиден сидел на месте и озадаченно наблюдал за метаниями Альберы, не понимая, почему его не злит ее поведение.

Альбера же Гидена не замечала. Она ходила из стороны в сторону, заламывала руки и тяжело вздыхала, ожидая новостей.

− Альба, тебе надо успокоиться, − прошептала Гвен. — Твой отец настоял бы, чтобы тебе дали успокоительных капель.

− Отстань от меня со своими каплями, − простонала Альба. — Они там рискуют, а мы просто…

− Давайте не просто, − предложил Маркус. — Если мы не можем ничем помочь, давайте ждать с пользой. Последние события доказывают, что вам действительно стоит очень многое узнать. Быть может, мы с вами присядем в стороне, и я расскажу вам самое важное?

− Боюсь, в таком состоянии я буду очень плохим учеником, − прошептала Альбера.

− Ничего страшного. Мы начнем с того, что усвоит даже самый плохой ученик, − мягко пообещал артефактолог и протянул ей руку.

− Вы такой мудрый человек, Маркус, − со вздохом прошептала Альбера, принимая эту руку, и послушно последовала за ним.

Ей казалось, что она ни за что ничего не поймет, но Маркус стал рассказывать о своей жизни, просто и легко, явно упуская многие подробности, но магессе казалось, что она вместе с ним идет в мир демонологии. Новость о том, что человек, сидевший рядом, − брат ее бывшего раба, прибывший сюда, чтобы его найти, на миг ее даже шокировала и тут же успокоила.

− Я рада, что у него есть вы, − прошептала она, выдыхая. — Теперь можно быть спокойной за его будущее. Вы его не бросите, а с таким человеком сложно пропасть.

− Боюсь, он не согласится с вами, − почти смеясь, ответил артефактолог. Он тоже волновался, но старательно прятал это, улыбаясь и отвлекая Альберу своими рассуждениями. — Гарпий не хочет, чтобы его проблемы решали. Он плохо понимает, что они вообще у него есть и, мне кажется, что его страшит лишь разлука с вами.

Альбера залилась краской и невольно прикрыла губы рукой. Ей показалось, что поцелуй сам воплотился и снова обжег ее горячим дыханием. Возразить мужчине она не могла и боялась неловкого молчания, но Маркус, видимо, и сам все понимал и невозмутимо продолжал рассказ, поясняя цифры в документах. Осознание, что в бумагах речь идет именно о Гарпии, помогало их понять. К моменту, когда сработал артефакт связи, она уже понимала все, что было написано в протоколе, и даже знала, что у полудемона могут быть и другие способности, которые тогда просто не успели восстановиться.

− Обычно силы демонов полностью раскрываются к пятнадцати-семнадцати годам, порою позже, если что-то им мешает, а Гарпию мешали рабские браслеты, − спокойно прошептал он, даже не догадываясь, что их может подслушивать нервно скалящийся Гиден.

Полудемон никак не мог поверить, что этот мужчина мог быть тем зеленоглазым мальчишкой, который привел его к реке и открыл глаза, сам того не понимая.

«Бесит», − повторял он мысленно, испытывая совершенно другие эмоции.

Когда маленький камень на полке задрожал, засветился и стал издавать звенящие призывные звуки, все позабыли о своих делах, а Альбера метнулась к нему, чтобы сжать в руке и поднести к уху.

− Альба? — спросил у нее голос Рана, чуть взволнованный, отчего сердце магессы сжалось.

− Да, Ран. Вы в порядке?! — тут же выпалила она.

− Смотря кого считать нами, − уклончиво ответил Ран и тут же добавил, чтобы не мучать подопечную: — Мы с Гарпием в порядке. Демона нет, но среди кандидатов есть раненые. Твоя помощь не помешает. Они придут к тебе с Гарпием, а я немного задержусь.

− Почему?

− Нужно найти тех, кто пропал, и обыскать дом. Происходит что-то странное. Дождитесь меня там, хорошо? Демон к убежищу точно не подойдет.

− А полудемон? — машинально спросила Альбера, беспокоясь о Гарпии.

− Все как всегда. На него мои руны не влияют. Остальные, кто с тобой, тоже в порядке? — спросил Ран, желая быстро закончить разговор.

− Да.

− Тогда жди гостей. Вам там будет немного тесно, но уж потерпите. Главное, без меня никуда, поняла?

− Да, − снова кротко прошептала Альбера и тут же отложила камень, чувствуя, как он стал холодным.

Видимо, маг действительно спешил. Коротко рассказав остальным о своем разговоре с Раном, она застыла в ожидании. Через пять минут новости вместе с кандидатами хлынули в узкую дверь.

Лир, несмотря на боль, не умолкал, пересказывая все. Он стал настоящей звездой. Пока Гвен его лечила, он активно махал руками, пытаясь передать весь накал битвы.

Бернард виновато отводил глаза. Метка на его руке окончательно исчезла, и Альба, занятая его восстановлением, это заметила, но вместо слов просто обняла, буквально сердцем чувствуя, что для этого человека не могло быть иного верного пути.

Гиден и Шуар только переглянулись.

«Чего смотришь? — спросил полудемон, вкладывая в сознание человека свои мысли. — Он меня бесил, и я решил взбесить его в ответ».

«И что с тобой будет?»

Гиден пожал плечами, даже не опасаясь, что кто-то это заметит, и отвернулся, не желая ничего обсуждать.

Его глаза тут же нашли Гарпия. Тот едва заметно улыбнулся, поймав взгляд, и это злило, но даже с этим Гиден мог справиться сам.

Внезапный сигнал артефакта снова привлек всеобщее внимание. Плохо понимая, что происходит, опасаясь вестей от Рана, Альба выхватила камень из рук Гвен. Она просто подумала, что подруга решила его подать, иначе зачем же она держала его на ладони, не спеша принять вызов?

Так жестоко Альба еще не ошибалась. Стоило поднести камень к уху, как отцовский голос оттуда закричал:

− Где вы? Где Альба? Почему утром не было отчета? Я зачем тебе учебу оплатил, чтобы ты забывала мне докладывать? Где и с кем сейчас моя дочь? Почему над замком дым? Гвен, немедленно отвечай, негодная девчонка!

Ошарашенная Альбера медленно протянула руку к Гвен и раскрыла ладонь, отдавая камень. Что все это значит, понимать ей не хотелось, но слезы набежали на глаза, и целительница все понимала.

− Прости, − прошептала она.

Альбера не ответила. Камень просто выпал из ее рук, а сама она бросилась к двери, не желая рыдать при всех.

«Значит, все это было ложью? Все? — думала Альбера, выбегая в коридор. − Восемь лет дружбы были просто приказом моего отца? Докладывать? Он сказал докладывать?»

Слезы застилали глаза, мешали видеть, а ноги несли ее по коридору прочь, хотя изначально она не хотела никуда уходить.

− Госпожа Альбера! — окликнул ее Гарпий.

От этого сердце у магессы сжалось. Слез в глазах стало только больше. Ее подруга была шпионкой. Ее защитником был тот, у кого ее отец просто отнял свободу, и теперь вернуть ее было не так уж и просто. Было ли хоть что-то настоящее в ее жизни?

− Там может быть небезопасно, − прошептал Гарпий, догнав ее и резко обнимая за плечи.

Он прижал ее к своей груди, обняв со спины, чтобы наконец остановить, но она только сильнее разрыдалась, стала пытаться вырваться и закричать.

− Не надо, не делай ничего, только не забирай мои эмоции, слышишь! Не смей.

− Не буду, − тихо прошептал Гарпий, прикасаясь носом к ее шее.

Ему действительно хотелось сделать очень глубокий вдох и втянуть в себя тот злой черный рой, что окружал возлюбленную. Он просто закрыл ее крыльями от мира, пытаясь защитить, но ее слова отрезвляли.

− Я не хочу, − прошептала Альбера, всхлипывая. — Отпусти меня.

− Не могу, − коротко ответил Гарпий. — Я отвечаю за вас перед Раном.

Альбера всхлипнула и вдруг притихла, пытаясь обнять его руку.

− Прости, что убежала. Я не должна была, но не забирай мои эмоции, они нужны мне, даже такие. Мне нужно их пережить, − прошептала она очень тихо. — Ты ведь уже делал это, правда?

− Простите, − прошептал Гарпий. — Больше не буду. Я только хотел помочь. Можно мне сейчас остаться?

− Как она могла? — говорила Альбера, сама не зная, у кого она это спрашивает и зачем сжимает руку полудемона, явно пытаясь его удержать, словно он пытался сбежать.

− Она любит вас. Какая разница, с чего все началось? — тихо спросил Гарпий, явно не понимая, в чем беда.

− Ты знал? Почему же я не знала? — ошарашенно спросила Альбера, оборачиваясь, чтобы взглянуть в черные глаза с красными огнями.

− Вы не хотели знать, − тихо прошептал Гарпий.

Он оставался человеком, только за его спиной были крылья, которые создавали купол над ними, отделяя от остального мира.

− Кажется, мне надо было обращаться к тебе на «вы», − ошарашенно прошептала Альбера, растерянно всхлипывая.

− Не надо! − почти с ужасом воскликнул Гарпий.

Даже крылья его вздрогнули, словно его сейчас пытались отвергнуть.

− Просто позвольте мне побыть с вами, как раньше, когда вас что-то огорчало. Я могу очень тихо, молча… Только не гоните.

− Что ты, − она вздохнула и чуть отстранилась, не понимая, почему видит его черты в этой темноте. — Я просто хочу, чтобы ты говорил мне «ты» и больше не называл госпожой, раз уж мы теперь на равных и так давно знакомы.

Гарпий вздрогнул, не веря собственным ушам. Обращаться к Альбере просто по имени? О подобном он даже не мечтал.

− Только пообещай мне, − продолжала Альба, − что ты будешь мне настоящим другом и не будешь ничего скрывать, и в эмоции мои вмешиваться не будешь. Ладно?

Голос у нее вновь дрогнул, и она едва не разрыдалась, но сильные руки прижали ее к груди. Она даже испугалась, что Гарпий ее не послушается, но тут же поняла, что ей легче не от его демонического дара, а от простого человеческого тепла.

− Я буду настоящим другом, Альбера. Обещаю, − проговорил Гарпий тихо, словно боялся что-то спугнуть.

− И даже расскажешь мне все, что я не хотела знать? — без особой надежды ответила Альбера.

− Если тебе это нужно, расскажу…

Гарпий смотрел на влагу в глазах Альберы, видел, как от этого в ее глазах блестят красные огни, и не знал, что делать. Ее эмоции роились вокруг черными тяжами, пронизывающими все то светлое, что она обычно излучала. Там был страх, отчаяние, разочарование и печаль. Их Гарпий хорошо знал по собственному опыту и не сомневался, что побороть их непросто. Она же хотела это сделать. Решимость в ее глазах тоже была очевидной, но Гарпий знал, что этого недостаточно. Ему решимости не хватило, чтобы пережить все. Без поддержки он никогда бы не справился.

− Терпи, − говорил ему Ран. — Сейчас, когда есть я, конечно, можешь поплакать и пожалеть себя. Я знаю, что ты устал, но никому другому это показывать нельзя. Ты же хочешь выбраться отсюда? Я очень хочу, чтобы ты выбрался живым и сильным.

− Как тут стать сильным, если я… я…

Гарпий даже объяснить не мог то странное чувство собственной беспомощности.

− Ты становишься сильнее, − уверял его маг, крепко сжимая ладонь. — Ты станешь очень сильным, если сможешь все это побороть, поверь мне. Я знаю, что ты сможешь. Еще немного, и ты выйдешь из подвала, а там я буду все время рядом, слышишь?

Это «рядом» было единственным, что спасало, потому он прижимал Альберу к себе и вытирал ее слезы, чтобы она знала, что он будет рядом, только бы она не относилась к нему как к чужаку, не говорила этого страшного холодного «вы» и не пыталась спрятать свои чувства.

Она могла его не любить, это он понимал, с этим он даже был готов смириться, но быть чужим − никак не согласен.

− Я все расскажу, все, что захочешь, − прошептал он, осторожно, вытирая слезы, срывающиеся с ее ресниц. — Давай только вернемся к убежищу, там безопаснее.

− Мы не сможем там поговорить, − с тоской призналась Альба. — Да и негоже, чтобы меня видели такой…

Гарпий хотел сказать, что она прекрасна и так, но понимал, что дело совсем не в этом. Альба защищала не свой вид, а свой образ, свое положение в обществе, и играть с этим даже Гарпий не хотел.

− Мы не пойдем внутрь, просто побудем рядом, поговорим. Ран может вернуться в любой момент. Он будет очень волноваться, если на найдет нас там.

Альба только вздохнула и обреченно кивнула. Хотела отойти, но Гарпий поймал ее за руку, привлек к себе и подхватил, как маленькую девочку.

− Я отнесу, а ты плачь, если хочешь. Никто не узнает. Обещаю.

Сложив одно крыло, он закрыл ее другим, словно пытался оградить от всего мира, и понес назад, чувствуя, как она цепляется за его рубашку.

− Как она могла? Как? — снова прошептала Альбера, всхлипнув. — Я ведь думала, что она моя подруга. Есть ли хоть что-то настоящее в моей жизни, Гар? Ран тоже все это делает из-за денег, да?

− Все настоящее, − прошептал Гарпий. — Гвен любит тебя и считает настоящим другом. Да, господин Эдерью нанял ее восемь лет назад. Она не выигрывала никакого конкурса: семья Эндер-Ви оплачивает ее учебу, а она должна за это следить за вами и докладывать, но она давно привязалась по-настоящему.

− Откуда ты знаешь? Она же впервые в этом доме, − всхлипнула Альбера. — Не надо меня утешать, правда, не надо.

− Не впервые. Восемь лет назад она была здесь. Вряд ли она меня заметила, но я ее видел, и уверен, что она, гордая, давно бы отказалась от всего, если бы не дорожила вами. Откажись она − и приставили бы другую. Разве было бы лучше? Господин Эдерью к ней как к собаке на поводке относится. Сами же… сама ведь слышала, как он кричал.

Альба вздохнула и крепче прижалась к мужской груди.

− Она докладывала, это правда, − продолжал Гарпий, понимая, что ничем кроме правды не сможет помочь Альбере сейчас. — Только ничего страшного в ее докладах не было. Когда на третьем курсе вы провалились на экзамене, она так об этом никому и не сказала. Никто и не узнал.

Альба вздрогнула.

− Ты-то откуда об этом знаешь? Я же ничего не говорила!

− Догадался, − коротко ответил Гарпий. — Вы учились все лето и приехали очень уставшей. Спасали, наверно, кого-то.

− Спасала, − ошеломленно прошептала Альбера. — В столичном зоопарке черная ласка родила слабенького малыша. Такой бы не выжил без меня. Мне сказали, что я глупая, но я три дня с ним просидела, а потом пошла на экзамен. Наверно, я правда глупая.

− Я так не думаю, − честно сказал Гарпий и взглянул на Альбу. — И Гвен, и я, и Ран − мы вас любим такую. Разве важно, как судьба свела нас?

− Важно, − прошептала Альба. — Но ты прав, я ведь тоже вас люблю.

Прошептала и явно испугалась, что Гарпий поймет ее слова как-то превратно, а он улыбнулся, радуясь, что она поставила его в один ряд с друзьями.

− Только я все равно хочу знать, Гарпий. Чего я еще мне не ведамо, расскажи мне? Я не догадывалась, что мой отец сделал тебя рабом, не знала, что он купил Гвен как шпиона. Чего еще я не знаю о своем окружении? Ран тоже что-то скрывает?

Это была не его тайна, но, коротко взглянув на Альберу, Гарпий все же кивнул. Они как раз вернулись к убежищу. Он стал у стены, но не спешил ее отпускать, любуясь ее влажными глазами.

− Расскажи мне, умоляю.

− У Рана есть сестра.

− Да, я знаю. Только они почему-то не общаются.

− Таково условие вашего деда.

− Моего?! — воскликнула Альба, отшатнувшись.

− Твоего, − прошептал Гарпий, смущаясь того, что снова и снова срывается на «вы» в общении, а она огорчается от каждой подобной фразы еще больше.

Он все же опустил ее на пол, повинуясь безмолвной просьбе.

− Причем тут дедушка? — испуганно спросила Альба. — Разве Рана не нанял мой отец ради моей защиты? Ран давно сказал, что привязался ко мне и моя защита для него не просто работа, но…

− Ран дал клятву крови. Если с вами что-то случится, он умрет вместе с тобой.

Альба ахнула и отшатнулась:

− Что? Разве это вообще законно? Разве можно…

− Добровольно − можно, − холодно ответил Гарпий.

− Но ведь он же умный, он не…

Она замолчала, закрыв рот руками и с ужасом уставившись на Гарпия.

− Семью Рана убили демоны, − сообщил Гарпий, глядя Альбе прямо в глаза, не пытаясь приукрасить правду. — Его сестре было десять лет, и она умирала, когда он туда пришел. Чтобы спасти ее, он заморозил ее тело, а потом бегал по всем лекарям. Спасти ее никто не мог, а господин Адерел позвал его к себе и согласился ее воскресить.

Альба выдохнула, с ужасом глядя на Гарпия.

− Если верить записям о силе магов Жизни, после смерти и воскрешения люди теряют все прежние связи, а некоторые из них причиняют им боль. Сестра Рана совсем его не помнит, а он отдал за это свою жизнь, став вашим стражем.

− И рабом моей семьи, − отчаянно прошептала Альба. — Ему в пору ненавидеть меня.

− Ты была маленькая. Когда-то он сказал, что ты слишком хорошая, чтобы быть наследницей этого дома. Поверь, ни он, ни я, ни Гвен не врали тебе в своем отношении. Это правда.

Альба выдохнула и прижалась к груди полудемона, пытаясь не плакать.

Она всегда считала, что ее дар, ее сила существуют для того, чтобы помогать всему живому в этом мире, а не превращать их в рабов.

− Прости меня, − прошептала Альба, всхлипывая. — Прости, что ничего этого не видела. Мама права: я витаю в облаках и не знаю ничего о жизни. Глупая я, очень глупая, прости меня и мою семью за все. Прости.

− Это тебе надо простить их, − только и смог прошептать Гарпий, прижимая ее к себе.

Ее разочарование и ужас буквально пронзали кожу холодом, но он не прикасался к ним, веря, что Альба сможет все это принять.

Эдерью метался по комнате, с ужасом выглядывая в окно. После того, как связь с Гвен оборвалась, а ответа он так и не услышал, что думать, он уже не знал. Больше на вызов ему не отвечали, а столб черного дыма над домом был слишком очевиден. В убежище дочери не было. Реоран не отвечал.

− Что происходит? — нервно спросил Адерел, осмотрев своих сыновей. — Неужели вы ничего не можете с этим сделать?

− Я могу пойти туда, − пожимая плечами, сказал Валент.

Он, в отличие от брата, спокойно сидел в кресле, натянув на голову капюшон своей мантии, словно его не волновали ни законы приличий, ни судьба племянницы.

− А ты ничего не хочешь мне сказать? — строго спросил у него Адерел, словно был готов обвинить в чем-то младшего из сыновей.

− Не имею ни малейшего представления, что бы это могло быть, − равнодушно ответил Валент, но поднялся на ноги и резко сбросил капюшон.

− Ты занимался кандидатами, заданиями и прочими делами отбора!

От такого заявления отца Эдерью вздрогнул и с ужасом посмотрел на брата. Ему казалось, что в словах отца была угроза. Обоснованная или нет − значения не имело, ведь Эдерью знал, что отца это вряд ли остановит.

− И что? — спокойно спросил Валент. — Ты действительно думаешь, что отбор имеет к этому отношение? Или, быть может, ты сам во всем виноват? Об этом ты, конечно же, не думал, не так ли, отец?

То, как Валент говорил с отцом, глядя ему в глаза, поразило Эдерью. Он отшатнулся к окну, не веря собственным глазам. Адерел оскалился, внезапно схватил сына за мантию и дернул вниз, заставляя наклониться.

Валент знал, что отец предпочел бы увидеть сына, преклонившего колено, но лишь нагнулся, чтобы их глаза встретились.

− Все возвращается, − сказал он строго. — За все приходиться платить. Ты отправил демонов в чужой дом, а теперь они пришли в твой. Неужели ты не понимаешь, что это естественный ход вещей?

Адерел невнятно рыкнул, оттолкнул сына и выбросил вперед руку. Его перстни засияли все разом, но Валент просто поправил волосы и набросил на голову капюшон.

− Твоя магия давно на меня не действует, − сообщил он отцу. — Можешь делать что угодно, но я не стану перед тобой пресмыкаться. Ты можешь только убить меня или, что будет разумней, отправить убирать за тобой в дом Эдерью. Что вы выберете, глава рода?

− Валент! — рявкнул Адерел. — Как ты смеешь?!

Маг в алой мантии только развел руками, насмешливо кривясь.

− Мне надоело притворяться. Давай решай: доверишь ты мне наведение порядка или нет? Кому еще хватит силы и знаний прибраться после всего, что ты натворил, а, отец? Или ты хочешь сказать, что тебя беспокоит хоть что-то, кроме жизни Альберы? Обычно тебя это не волновало, особенно, когда…

Договорить Валент не успел. Рычащий от гнева Адерел внезапно ударил его тростью по щеке, содрав кожу на скуле.

− Иди и разберись там со всем! Принеси мне голову виновного, и тогда я сделаю вид, что ничего не слышал! — приказал он, раздувая щеки от гнева.

− Как прикажете, − с усмешкой прошептал Валент, поклонился и шагнул к двери, а потом обернулся: — Брат, я думаю, тебе пора бежать отсюда, пока ты еще цел.

Вслед ему полетела старинная ваза, но Валент спокойно уклонился, склонил голову в насмешливом поклоне и вышел. Все происходящее его несказанно радовало.