Глава пятая
Когда я вернулась после ужина в комнату, Эська уже сидел на кровати и ждал вкусняшек. Отдельная история, как я умудрилась стащить для него блинчики втайне от всех, включая Анну. С тех пор, как в башню запретили заходить без моего разрешения, а Баллард спалил билементаля, Эська совсем перестал прятаться.
– Ну фто? – спросил он, уминая блины. - Чего народ гофорит?
– Так, – пожала плечами. - Бал будет.
Прошла в спальню, чтобы переодеться в рубашку и поваляться перед сном в постели.
– Не советовал бы, - флегматично отозвался ящер. - Кое-кто смотрит.
– Отлично, - пробурчала я. - Извращенец хвостатый.
Потом, повинуясь внезапному порыву, задрала голову и проорала куда-то в люстру:
– Или дай мне переодеться или помоги подготовиться к балу! Если я опозорюсь, то вряд ли смогу тебе шпионить!
– Бал? - в проеме тут же показалась голова Балларда. – Эти олухи устраивают бал?!
– Да, и я без понятия, как там себя вести. Может, ради общего дела поднатаскаешь попаданку?
Баллард задумчиво меня осмотрел. Сейчас бог оделся в темно-вишневую рубашку и черные штаны прямого кроя, скрывшие сапоги. Хвост задорно торчал вверх, радостно помахивая кисточкой.
– Ладно, – хмыкнул мужчина – Платья будут, или мне опять надо изображать пылкого любовника, покупающего даме туалет? Не представляешь, как на меня смотрели, когда я изображал размер...
– Баллард! – воскликнула я.
– Ну а что?! Корсаж – это самое важное!
Мы синхронно и возмущенно фыркнули. Я – на бестактность бога, он на мое нежелание вникать в серьезнейшие проблемы выбора женской одежды.
– Ладно. Значит, так, бал – это то же самое, что ужин, только стоя и с танцами. К назначенному времени спустишься причесанная и вся такая одухотворенная к бальной зале. Вас впустят после императора и принца, выстроят, и будут прибывать гости. Целовать ручки не будут, думаю, представят всех скопом как «невест короны». Потом император и принц откроют бал первым танцем, пригласив кого-то из девушек. Ну а потом слоняйтесь по залу, таскается канапе с фуршета и, если злоупотребите вином, ищите вазы с цветами.
– Ага. – Я задумчиво осмысливала сказанное. – Значит, основная проблема в танцах. Как вы танцуете?
– Как все, – пожал плечами Баллард. - Парами.
Потом заметил мой недовольный взгляд и вздохнул.
– Ладно, научу тебя танцевать. Никогда не любил балы, вечно хвост мешается. В общем, стоишь и ждешь, когда тебя пригласят. Два танца за мужчинами, третий – за женщинами. Приглашать тех, кто уже приглашал тебя, не принято. Как принимать приглашение – даешь руку и делаешь вперед шаг. Как приглашать – подаешь руку чуть выше, чем для поцелуя.
– А как подают руку для поцелуя? – осторожно поинтересовалась я.
– Ты и этого не знаешь? Да-а-а, выбрал на свою голову шпионку. Ладно, давай учить с азов. Садись.
Немного театрально я села на кровать и сложила руки, как прилежная ученица. Хвостатый бог мое кривляние проигнорировал.
– Начнем с твоего положения в пищевой аристократической цепочке нашего мира. На время отбора все девушки приравнены к невестам принца. Иными словами, выше тебя – император, принц и магистр. Все остальные – челядь.
– А ты? - не удержалась я.
– А я бог. Я не танцую. Так вот, по статусу ты выше большинства приглашенных на прием, поэтому в целом тебе простительно все или почти все. По факту – Артур будет на вас смотреть и ни за что не выберет в жены хамку или деревенщину. Но тебе это неактуально, тебя приметил император.
– А ему можно и хамку в любовницы?
– В общем-то да. От любовниц император требует немного иные качества. Так, что там дальше. А, со статусами. В общем, сначала вас представят толпе народу, лично каждому не будут. Будут приглашать словами. Леди, разрешите пригласить. И ты соответственно разрешаешь, подаешь руку. Как подавать руку. Вставай.
Поняв, что теория кончилась и сейчас начнется лабораторная работа, я даже спать перехотела и заинтересованно уставилась на Балларда. Тот, когда погружался в свои мысли, вообще выглядел донельзя забавным. И плавно покачивал хвостом, явно в такт мыслям.
– Все будут в парадных костюмах, на костюме будут значки. У высшего света они золотые, у народа попроще – серебряные. Значки разные, по типу стихийной магии. Тем, у кого значки золотые, для поцелуя руку надо подавать повыше, а серебряным пониже.
– А императору сразу гланды пальпировать?
– Какая ты несерьезная, - хмыкнул хвостатый. – Давай, тренируйся. Леди, позвольте вас пригласить.
– Не позволю. У вас значка нет.
Эська громко фыркнул. Чтобы было удобнее наблюдать, билементаль взобрался на спинку кресла, где я сидела.
– Ладно.
Мужчина щелкнул пальцами, и на рубашке появился золотистый трилистник – такой же, как на моих сережках.
– Леди, позвольте вас пригласить.
Ну, я и сунула ему под нос руку. А чего? Не объяснил же, как именно! Плавно? Резко? Пальцы растопырить?
– Изящнее, ты же невеста! Еще раз. И естественнее, просто подай руку, как если бы хотела, чтобы тебе помогли спуститься с лестницы.
На второй раз получилось лучше. Нехорошо усмехнувшись, Баллард взял мою руку и прижался губами. Я вздрогнула и руку выдернула.
– Вот! – торжествующе сообщил бог. - Это значит, ты недовольна. Если не хочешь обидеть партнера по танцу, не дергай руку даже если он к ней присосался, как улитка к аквариуму. Давай еще раз.
Подала руку и усилием воли подавила дрожь, хотя в этот раз касание губ вышло мимолетным.
– А теперь...
Баллард снова щелкнул пальцами. С виду ничего не изменилось, и лишь спустя пару секунд я увидела, что значок стал серебряным.
– Леди, позвольте вас пригласить.
Примерилась, чтобы не подать руку слишком высоко или низко, протянула и...
Хвост успел вперед бога, обвил запястье и радостно свесил кисточку. Мы оба на него уставились.
– А это что значит по этикету? - вырвалось у меня.
– Неважно. Это особенность расы.
– Расы?
Вот уж не думала, что у богов есть какая-то раса, да еще и с особенностями.
Баллард словно прочитал мои мысли:
– А ты как думала? Конечно, у нас есть раса. Не каждый сможет совладать с такой силой. А хвост, это... ну, короче, некоторым функциям места не осталось, вот и выросли отдельно.
– Каким?
– Неважно.
– А можно погладить?
– Кого? – на меня посмотрели, как на умалишенную.
– Хвост, - смутилась я. – Никогда не трогала настоящий человеческий хвост. Да вообще никакой не трогала.
Он явно не ожидал такого поворота, а потому молчание я расценила как согласие и указательным пальцем погладила кисточку у основания. Кисточка встрепенулась и погладила палец в ответ. В глазах хвостатого была задумчивость, которой я еще не видела. Он рассматривал хвост, словно это был и не его хвост вовсе.
А кисточка на ощупь оказалась приятненькая, мягкая такая. И сам хвост черный, гибкий. Красота!
– Будем считать, руку ты подавать научилась. Повтори все, что я сказал! – очнулся Баллард.
Хвост медленно, словно нехотя, отпустил мое запястье. Пришлось повторить:
– Подходят, приглашают на танец, подаю руку чуть выше, чем для поцелуя. Если значок золотой – повыше, серебряный – пониже. Танцуем, потом даю уже для поцелуя и не отдергиваю. Так?
– Если коротко, то да. Думаю, тебе простят некоторое невежество. Теперь танцы. Они бывают разные, но на таких камерных приемах обычно танцуют стандартный бальный танец. Положи руку мне на плечо. Да не эту руку!
Преодолевая совершенно неуместное смущение я положила правую руку на плечо бога. А левую о заставил поднять ладошкой вперед, как на присяге в суде из американского фильма. Ладони соприкоснулись и стало еще неуютнее.
Талию обвил хвост.
– А это чтобы я не сбежала?
– Да хватит тебе! – совершенно искренне возмутился этот нахал. - Тяжело одновременно вспоминать все эти церемонии и контролировать инстинкты.
Надо выяснить у кого-нибудь, что там у местных хвостов за инстинкты такие, к попаданкам липнуть. Нет, кисточка совершенно милая, а хвост даже забавный. Но почему мне кажется, что все это неспроста? И хвост Балларда ещё удивит?
Танец оказался простым донельзя. Как и на Земле, чтобы не опозориться, достаточно было позволить партнеру вести. Очень скоро я уловила ритм и даже получила некоторое удовольствие от плавных шагов. Само собой, талантом не блистала, но хотелось верить, что не смотрелась неуклюжей коровой.
От мужчины приятно пахло чем-то, очень напоминающим грейпфрут и свежескошенную траву. Длинные темные волосы касались моей руки, хвост крепко держал за талию, а глаза внимательно рассматривали, отчего я не знала, куда деваться. Свет в комнате вдруг померк, я вздрогнула и остановилась. В полнейшей тишине слышалось только биение сердца.
– Чего балуешься, хвостатый? – хмыкнул Баллард.
– От хвостатого слышу, - обиделся Эська. - Через шторы силуэты увидят! Там в саду кто-то бродит!
Я почувствовала, как все эмоции, что овладевали мной минуту назад, сменились ледяным ужасом.
– Похоже, мне пора, - усмехнулся бог. – Удачи с модистками.
– Но…
Я ошеломленно наблюдала, как Баллард спокойно идет к дверям комнаты.
– Я не могу исчезнуть просто так, у любого использования магии есть особый след. Ни к чему раньше времени раскрывать мое присутствие – все веселье кончится.
– А как ты пройдешь по замку? Тебя заметят!
– Я знаю все тайны этого места, Марина. Когда-то этот замок был моим.
Он скрылся в темноте за дверью, а последним, как улыбка чеширского кота, пропал хвост.
– Делай вид, что спишь, быстро! – скомандовал Эська.
Меньше всего хотелось отвечать перед Дианаром или кем-то ещё на неудобные вопросы. Кто бы ни бродил по саду, он мог заметить нас с Бпаллардом, и это грозило мне крупными неприятностями. Оставалось только надеяться, что и на этот раз мне повезет. Поэтому я быстро скинула платье и юркнула в постель. Дыхание выровнялось, сердце унялось. Эська не стал укладываться рядом, на случай, если кто-то заявится. Но все было тихо – и я уснула. Хоть ладонь ещё хранила прикосновение теплых пальцев.
***
– Миледи, просыпайтесь, вас ждет чай с модистом.
Чей голос меня разбудил, не поняла. Наверное, служанки, но в комнате никого не было. С удовольствием поспала бы еще немного, но, помня о грядущем празднике, заставила себя доползти до ванной.
Ледяная вода немного привела меня в чувство, хотя последствия первого испытания до сих пор не исчезли. В целом казалось, словно я нон-стопом сдала сессию, в которой были экзамены по матану, квантовой физике и теормеху. И теперь не могу никак выспаться.
Всегда мечтала побывать на настоящем балу и уж никак не думала, что буду с ужасом ждать этого события.
В комнате, где предполагалось чаепитие, я ещё не бывала. На ходу служанка рассказала, что эта комната называлась «салатовой» и, войдя в нее, я поняла, почему. Вся мебель, стены и даже чайные сервиз были нежнейшего салатового оттенка. На диванчике сидел полноватый приветливый мужчина средних лет. Его пышные рыжие усы забавно топорщились и немного подняли мне настроение.
– Леди Лаврова, - он встал, когда я вошла, - рад с вами познакомиться. Весь вечер я потратил на изучение вашего стиля и типажа, учел пожелания императора и подготовил несколько вариантов костюма. Присаживайтесь, прошу, подкрепитесь перед примерками.
Не могу сказать, что хотела есть, но все же налила чаю и откусила от рогалика. Вот что-что, а еда в замке была на высшем уровне. Особенно если сравнивать с сосисками в тесте из студенческого буфета.
– У императора есть пожелания к моему наряду?
– О, да, он делал кое-какие замечания. В частности для вас он просил предусмотреть перчатки и диадему. И знаете, я совершенно согласен! Какой у вас чудный цвет волос, просто изумительный. Мы подберем красивейшую сапфировую диадему. Поверьте, вы будете самой яркой на этом празднике.
– А вы наверняка говорите это всем участницам.
Мужчина не стал меня разубеждать и, когда с чаем было покончено, попросил подняться на небольшую тумбу, что стояла посреди комнаты. Двое служанок тотчас принесли большое зеркало.
– Ага… угу… кхм… так-так-так.
Он что-то бормотал, бегал вокруг меня с линейкой, записывал в карманный блокнот мерки и задумчиво рассматривал волосы. Эта пытка продолжалась не меньше часа.
– Готово! – просиял модист. – Скоро сможете отдохнуть, миледи. Мои помощники подгонят платье под ваш размер и доставят вечером, чтобы назавтра вы могли блистать.
– Я могу идти?
– О, еще один небольшой нюанс – украшения. Пройдемте со мной.
Его голос сделался тихим и торжественным. Я ощутила некоторую неловкость, пока шла за ним по бесконечным коридорам замка. Ибо волнительный момент как-то не разделяла, мысли занимала фраза о том, что император влез в мой наряд. Это со всеми так, или только мне свезло?
Наконец мы оказались в небольшой, но очень уютной комнате, вдоль которой были расставлены стеклянные витрины с украшениями.
– Запасные драгоценности покойной императрицы. Вам оказана великая честь – в память об Ее величестве надеть эти драгоценности на бал. Так-так-так…
Пока он бегал вдоль витрин, едва не задевая носом стекло, я остановилась перед портретом красивой женщины в темно-золотом платье. Ее каштановые волосы были уложены в замысловатую прическу, а глаза – мне так показалось – были грустные.
Я не выдержала и протянула руку. С кончиков пальцев вдруг сорвалась струйка темного дыма, коснулась портрета. В следующий момент я вскрикнула – черты лица императрицы исказились, превратив ее в истощенную старуху с гримасой отчаяния на лице.
– Миледи?
Я моргнула, и наваждение пропало. Портной словно и не заметил моего испуга.
– Думаю, вам подойдет во это.
У него уже был ключ, которым мужчина и отпер витрину. Он достал на свет красивейший темно-синий комплект, состоящий из кулона, перстня и сверкающей бриллиантами и огромными сапфирами диадемы.
– Да! Просто прелестно! К вашим волосам синий цвет подойдет изумительно! Вы покорите всех и обязательно станете победительницей.
«Сплюнь! « – мысленно посоветовала я. Быстро померила все, что он просил, и поспешила ретироваться. Этот зал почему-то производил гнетущее впечатление. хотя наверное не зал, а портрет и магия, что вдруг с ним так странно обошлась.
Мучаясь именно вопросами о магии, я нашла Анну в комнате отдыха.
– О, ты уже вернулась! – воскликнула она и лицо ее посветлело. - И как завтрак? Что выбрала для бала?
– Наколдуй что-нибудь! – попросила я.
– В смысле? - опешила подруга.
– Ну, наколдуй! Я хочу знать, как выглядит твоя магия.
Анна пожала плечами и в ладони у нее появился сияющий голубой шар. Мы дружно на него уставились. Я – чтобы хорошенько рассмотреть, а Анна явно пыталась найти в нем что-то интересное. Не нашла, поэтому поинтересовалась у меня.
– Просто задаюсь вопросом, как должна выглядеть магия. Она у всех разная или только у меня особенная?
– Ну да, склонность к разным стихиям дает разную магию. Хотя и говорят, что это довольно условно.
– А такая как у меня? Бывает черная магия? - почему-то шепотом переспросила я.
– Черная? А как точно она выглядит?
– Ну... такая. Дымчатая. Как будто сарай горит.
– Э-э-э... не знаю, но сомневаюсь. Марина, что происходит, ты можешь мне объяснить?
Объяснить не могла. Могла поделиться всем, что тревожила и решила, что наконец-то стоит. Анна была единственной, кто поддерживал меня на этом отборе. Если затевалось что-то нехорошее, подругу стоило предупредить. Вздохнув, я задумалась – а с чего, собственно, начать?
Мы сели в углу, подальше от чужих взглядов. За время отбора все уже привыкли, что мы с Анной вечно шушукаемся и ходим вместе. Нет-нет я ловила настороженные взгляды соперниц. Но после триумфального выхода из башни на руках императора трогать меня не решались. А заодно и Анну. Я медленно, но верно приобретала репутацию конкурсантки, допекать которую себе дороже. Хоть какая-то польза была от сложившейся ситуации.
Анна слушала, открыв рот. Сначала я рассказала о визите Балларда и его просьбе. И в конце, до кучи, об Эське.
– Билементаль! – шепотом воскликнула Анна. - Марина, ты так рискуешь!
– Да почему? Милейшее создание. Всю одежду мне чистит и сушит, волосы сушить умеет, ест мало, шутит смешно.
– Как бы тебе объяснить... он владеет двумя стихиями. А это нехорошо.
– Почему?
– Стихии – очень мощный источник энергии. Люди обычно обладают малой толикой реальной силы, маги-стихийники – какой-то одной. Но если живое существо управляет двумя стихиями, оно опасно. Такая магия может выйти из-под контроля и натворить бед.
– Но не уничтожать же их! Билементали разумные. Эська – золото, как он может быть опасен? Он прятался столько лет, истощен до невозможности!
Анна закусила губу.
– Тебя надо с ним познакомить. Давай встретимся там, где никто не будет следить. Знаешь такое место?
– Купальни, - улыбнулась подруга. - Но перед балом там будет тьма народу.
– Это завтра. Сегодня...
Я не успела договорить. Личная служанка Анны – веснушчатая девчонка, робко прервала наш разговор и вскоре увела подопечную конкурсантку на чай с модистом. Я только хмыкнула – эдак если он будет пить чай с каждой невестой, лопнет.
Оставаться под взглядами соперниц в общей гостиной не было желания. Решила доспать положенное, а ещё выпросить у служанки второй завтрак. С этими примерками даже не успела утащить для Эськи поесть. Билементаль мой особо опасный, проголодался.
К счастью, идею познакомиться с Анной, Эська воспринял хоть и настороженно, в целом без возражений.
– Если что, я поною Балларду, и он что-нибудь придумает, - заверила билементаля.
– Поноешь, ага. Будто он тебя послушает.
– Не смотрел ты фильмы про двойных агентов и шпионов, Эська. Когда берешь себе в союзники «крота», повязаны оба. Не будет нас с тобой защищать, спалю ему всю контору – задолбается от императора бегать. Вдруг правителю нравятся хвостатые и длинноволосые? Тоже корону покойной императрицы напялят и плясать заставят.
Меня аж передернуло от этой мысли. Шутки об императоре вообще вызывали какой-то внутренний протест, словно я была жительницей этого мира, с детства воспитанной на безусловном уважении к правителю.
Чтобы незаметно пронести Эську в купальни, я вновь надела наряд одного из прошлых вечеров – рубашку и юбку. Рубашка была достаточно широкой, чтобы Эська спрятался под ней.
– Не щекотись! – попросила я, потому что маленькие лапки билементаля радостно чесали мой живот. - Если я буду идти по коридору замка и смеяться, местные решат, что я пьяная. Да и вообще на таком мероприятии как этот отбор любое веселье покажется слишком уж подозрительным.
Я еще никогда не была в купальнях. Даже мысли не возникало пойти на разведку в эту сторону – в башне была вполне комфортабельная ванная. Но купальни были расположены в той части, где конкурсанткам гулять разрешалось и служанка подтвердила – я могла ими воспользоваться.
К счастью, там оказалось свободно.
– Желаете занять купальни?
– А можно сделать так, чтобы сюда никто не входил? Я м-м-м... стесняюсь, в моем мире не принято мыться в компании других девушек.
Служанка с готовностью закивала. А я... ну, подумаешь, слукавила. Впрочем, я никогда не любила общественные бани и сауны. Как-то раз, в детстве, я выиграла путевку в жутко дорогой и красивый санаторий. В числе лечения числился бассейн с дико соленой водой, как в мертвом море. В бассейне надо было плавать без одежды. Наверное, работники изрядно повеселились, когда я ревела в раздевалке, отказываясь выйти наружу. Как бы то ни было, надеюсь, в купальни никто не войдет.
Ой...
– Только Анну, если что, впусти! – опомнилась я. - Она моя подружка.
Да, получилось не слишком убедительно. Но я все же надеялась, никому не придет в голову следить за мной в душе.
Эська подтвердил:
– Я ничего не чувствую.
Мы с любопытством осматривали купальни. Это было огромное помещение, разделенное на пять комнат. В самой дальней я нашла что-то типа хамама, в центре был огромный (ну, в сравнении с моей ванной, конечно) бассейн, от которого поднимался легкий пар, еще одна дверь вела в уборную. В арке виднелась комната отдыха с диванами и столиками, где уже стояли чайник с чашками. А перед всем этим великолепием можно было раздеться, убрать вещи в шкафчик и набрать полную корзину всяких флакончиков с пенами и маслами. Чем я, собственно, и занялась.
– Девушки! – бурчал Эська. - Ты сюда плескаться пришла или меня знакомить?
– Будет гораздо правдоподобнее, если мы выйдем отсюда мокрые и благоухающие... э-э-э...
Я понюхала какую-то пену в изящном фиолетовом флаконе.
– В общем, благоухающие.
Но хоть билементаль и ворчал, он с удовольствием первый нырнул в бассейн и послушно отвернулся, чтобы я забралась в воду. Которая, к слову, оказалась приятно расслабляющей, горячей.
– Хорошо-о-о, – блаженно вздохнул ящер.
На несколько долгих минут я забыла обо всех проблемах, что свалились мне на голову. И об императоре, и о странной магии. И о Балларде, чтоб у него хвост отвалился. Просто плавала и кайфовала.
Когда из раздевалки донесся осторожный шепот Анны, я уже сидела за столиком и попивала ароматный чай, а Эська грыз печеньку. От волнения билементаль уронил лакомство и спрятался под моим креслом.
– Не бойся! Анна ничего тебе не сделает.
Подруга осторожно заглянула в комнату отдыха и, увидев меня, успокоилась. Через пару минут Анна, завернувшаяся в полотенце, сидела напротив меня.
– Как модист?
– А, ерунда. Сошлись на серебряном ансамбле.
Она с нетерпением на меня взглянула.
– Эсь! – позвала я. - Вылезай.
Билементаль остался верен себе, и Анну встретил настороженно. Ящер вылез из-под кресла, уселся у меня на коленях и во все глаза уставился на девушку. А она – на него в ответ.
– Доброго дня, – вежливо поздоровался Эська. - Раз встрече, миледи.
Анна раздумывала, явно не зная, что сказать. Пришлось вмешаться:
– Это Эська, Эсс – если серьезно. А это Анна. Очень прошу вас подружиться, потому что верить мне больше некому.
– Впервые вижу настоящего билементаля! Я представляла вас... иначе.
– Как? - заинтересовался ящер.
– Ну... с зубами. Большими. Плотоядными...
– Не-е-е, мы печеньки любим! И ягодки. В лесу таки-и-ие ягодки летом, я раньше туда бегал кормиться.
Я рассеянно почесала Эську по спинке.
– Существа могут ходить из мира в мир? Ну, кроме моей Земли, естественно? - спросила Анну.
– Да. Полагаю, что могут, хотя ни разу с таким не сталкивалась. А что?
А я все думала, что будет с Эськой, когда мне придет пора сматываться. Допустим, Баллард сдержит обещание – в назначенный срок сережки перенесут меня домой. И что, вот так бросить билементаля на произвол судьбы, зная, что в этом мире он подлежит уничтожению?
Я поделилась опасениями с Анной и подруга, к моему удивлению, отмахнулась.
– Думаю, смогу забрать его с собой и спрятать ото всех в моем мире. Вряд ли, конечно, это будет свободная жизнь – придется прятаться. Но это лучше, чем попасться жрецам.
– Ты уверена, что сможешь спрятать Эську?
В голосе Анны прозвенела легкая гордость:
– Я все-таки не последняя в своем мире. Не волнуйся, разберусь.
Что ж, в способностях подруги я и не сомневалась. Только выдохнула – Анна не перепугалась Эськи, не подняла тревогу и даже согласилась помочь. Как хорошо, что я ее встретила!
Мы допили чай и ещё раз окунулись в бассейн. Обсудили предстоящий бал, перепробовали все пены, что были в распоряжении. Изрядно повеселились, наблюдая за Эськой, который блаженствовал в сауне. И чуть не сломали, в довершение ко всему, небольшой деревянный стеллаж с полотенцами. Я поскользнулась на влажном полу, случайно толкнула Анну и та с грохотом уронила всю шаткую конструкцию на пол.
Тут же в купальни заглянула встревоженная служанка. Пришлось уверять ее, что все в порядке и мы не планировали громить императорскую собственность.
За всеми развлечениями пропустили обед.
– Я доложила магистру, что вы изволили посетить купальни. Он велел вас не беспокоить и передал, что обед ждет в башнях.
Я только подивилась такой доброте Дианара. И напряглась, ибо за неделю отбора совершенно четко уяснила: любая доброта, высказанная обитателями замка, таит в себе второе, а порой и третье дно.
***
Из купален шли уставшие, но довольные. Приятная расслабленность так и уговаривала прикорнуть пару часов после обеда. Эська так вообще беззастенчиво спал у меня под рубашкой, пригревшись и вцепившись в ткань. На разговоры сил не оставалось, шли молча. И именно это позволило услышать неподалеку негромкие женские голоса.
Я бы, может, и прошла мимо – не имею привычку подслушивать. Но тут прозвучало нечто, очень похожее на «Лаврова», и мы с Анной, не сговариваясь, на цыпочках пошли на звук.
Он доносился из-за неплотно закрытой двери. Что за дверью, я не знала, да и голоса были мне незнакомы. А вот подруга тихонько шепнула:
– Это Кэтлин, одна из девушек.
Кэтлин кому-то истерично доказывала:
– Я вырвалась из нищеты не для того, чтобы меня обошла нищенка! Да пусть она хоть трижды спит с императором, я от своего не отступлюсь. Мне нужна всего одна ночь! Одна!
– К Лавровой не подступиться, – ответил ей голос, в котором я с удивлением узнала Дианара. – Она охраняется прямым приказом императора. Не рискуйте, миледи. За вред девушке можно поплатиться жизнью, она очень интересует Его величество. Настолько, что даже принц не решается оспорить право на нее.
– Я не собираюсь ей вредить, магистр. Есть много способов избавить мужчину от влечения. Леди Лаврова опозорится на балу так, что одна мысль о ней у императора будет вызывать тошноту.
– Ох, Кэтлин, вы столь же отчаянны, сколь красивы, - усмехнулся Дианар. – И все же я повторю свой совет: участвуйте в отборе честно. Тогда у вас появится шанс стать не любовницей, но невестой.
– Я уже говорила, магистр, что меня не интересуют титулы, однако в нищету возвращаться я не собираюсь.
Анна вдруг потянула меня за руку, жестом показав – кто-то идет. Меньше всего мне хотелось быть застуканной за подслушанным разговором этой Кэтлин и магистра. Я вспомнила девушку – яркая молчаливая шатенка, с которой за весь отбор мы ни разу не пересекались.
– Почему я так ей мешаю? Отбор ведь для Артура.
– А ты слышала, чего она хочет? - усмехнулся Анна. – Кэтлин делает ставку не на статус невесты, а на желание принца или императора скрасить одинокие ночи.
– Не поняла, – нахмурилась я.
– Они оба находятся среди молодых и красивых девушек. Разумеется, обоим хочется женского внимания и ласки. Любовницы членов правящей семьи, особенно если им удается зачать ребенка, обеспечены до конца жизни.
– А Баллард говорил, из гарема императора выход только на кладбище.
– Ну, он говорил это не Кэтлин, - резонно заметила Анна. - А если честно, я до сих пор с трудом осознаю, что ты общалась с Баллардом. Это... это же...
– Ага, я понимаю. Он вообще личность своеобразная. Что мне делать с заявлениями Кэтлин? И как реагировать на то, что Дианар ей помогает?
– Пожаловаться императору – не вариант?
Я непроизвольно скривилась, представив, какие последствия будут у этой жалобы. Нет, с Кэтлин он, может, и разберется. Но меня точно запишет в секретную тетрадочку с голой бабой на обложке – ведет же он где-то учет своих любовниц.
– Тогда все просто: не оставайся одна и не ешь на празднике еду. Все, что может сделать Кэтлин – или подсыпать тебе что-то, или тебе навредить втихую от всех. Я думаю, она усвоила урок Холли. И не станет портить платье. Скорее, что-то подсыплет в еду. Что касается Дианара – у него, увы, доверия больше, чем у нас. Я тоже его опасаюсь, но пока что мы ничего сделать не сможем. Вот если победить в отборе...
Анна мечтательно вздохнула. На моей памяти это первый раз, когда подруга высказала заинтересованность в победе. Интересно, интересно...
Эська под рубашкой проснулся и заворочался.
– Что я пропустил?
– Тише! – шикнула я. – Мы ведь в замке! Нет, честное слово, то, что нам до сих пор не дали напиться – варварство. Я бы с удовольствием чего-нибудь выпила. Покрепче.
Анна, похоже, после услышанного разговора решила сопровождать меня везде во избежание. Проводила до башни и наказала на бал без нее не ходить. Весь следующий день мы должны были потратить на подготовку, а потом спуститься к залу.
Вот только меня терзали смутные сомнения, что просто так пережить вечеринку не выйдет. На моей памяти не было ещё ни одного спокойного дня на Отборе Стихий. И кто из этих жрецов решил, что именно я гожусь в невесты принцу Артуру?..