Глава 8

Падала я очень долго. Летела в самую пропасть, будто бы оступилась на краю и не смогла удержаться за руку того, кто тянулся ко мне. Лицо его по-прежнему было скрыто в тени.

Было страшно разбиться. Казалось вот-вот я ударюсь спиной о землю и разобьюсь. Страх холодной волной пробежал по позвоночнику, заставляя поджать колени к животу.

‒ О, очнулась! ‒ почему-то я совсем не разбилась о земную твердь, даже наоборот ‒ спина почувствовала податливый пух перины. А перед глазами, как только они открылись, возникло лицо Бальтазара.

Даже не знаю, что было бы лучше ‒ разбиться, или вот так столкнуться с родственником, который, судя по всему, был весел и при полном параде.

 ‒ Ну и напугала ты нас! ‒ голос его казался таким громким, что в голове зазвенело. Кузен почти светился, словно начищенный полиролью сапог, от чего прямо глазам стало больно.

Я поморщилась.

‒ Чего кривишься? ‒ недовольно осведомился кузен. ‒ Мы тут из-за нее с ума сходили, а она еще и недовольна.

‒ Бал-ти… ‒ голоса у меня не было, зато сипение осталось. ‒ Не ори.

‒ Кто орет?! ‒ глаза кузена вылупились и, казалось, вот-вот выпадут из глазниц.

А я снова поморщилась ‒ возмущался он мне почти в самое ухо. От чего моя голова гудела площадным колоколом в праздничный день.

‒ Я ору?! ‒ Балти жеманно схватился за голову, изящно оттопырив мизинчик. ‒ Всю ночь я без продыху просидел у твоей постели, а ты, неблагодарная девчонка…

‒ Ваше величество, ‒ голос был сдержанным и спокойным, а еще он прозвучал словно шепот заплутавшего ветра из прошлого.

Будто бы я снова, как и много лет назад, оказалась в предвечном лесу. Неужели, это говорит он ‒ мой спаситель? Такого ведь не может быть!

Я обернулась на голос.

Великий Рагор! Это могли быть лишь видения, возбужденные едким дымом.

‒ И правда ведь, громко разговариваете, ‒ из тени выплыла широкоплечая фигура лорда Деннели.

Он улыбался, хоть и выглядел невероятно усталым. И почему-то от этой улыбки мне стало не по себе. Эйдан преобразился, черты лица смягчились, морщины на лбу разгладились. Боги, до чего же он хорош собой! Даже темная борода теперь его не портила и смотрелась вполне естественно на загорелом лице.

Взор Деннели упал на меня. В черных глазах полыхнуло пламя. Но только на мгновение. Почувствовав, как мое лицо вспыхнуло от смущения, я поспешила отвести глаза. Унять бы еще затрепетавшее сердце.

Надо же, инквизитора приняла за совсем другого человека.

‒ Да ну вас! ‒ недовольно насупился Бальтазар, которому не уделили надлежащего внимания. А ведь сейчас выглядел действительно прекрасным в отличие от бывшего инквизитора. ‒ Ладно, жива и слава Рагору! Напугала только всех до полусмерти.

‒ А что-было-то? ‒ мой голос совершил прогресс, и я уже не сипела, а благополучно хрипела. ‒ Где мы?

‒ В Уорлоке, ‒ поспешил сообщить кузен. ‒ Ты так всех напугала, что это неотвратимо ускорило процесс нашей переправки порталом прямо сюда.

Ну надо же! Я даже призадумалась. Выходит, чтобы наши правители раскошелилось на портал, надо было умереть. Очаровательно ‒ обязательно учту этот момент.

‒ Что со мной было? ‒ в гортани словно еж ворочался, от усилия даже слезы на глаза наворачивались.

‒ Да так, недоразумение! ‒ хохотнул Балти. ‒ Но лорд Деннели тебе все объяснит. А я пойду проверю, как там дядюшка Хаттар. За одно, распоряжусь на счет чая и горячего бульона для тебя, Риад?

Какая немыслимая забота! Я даже утерла скупые слезы, которые все равно норовили политься из глаз.

‒ О чем он? ‒ я повернулась к лорду Деннели, когда кузен выпорхнул из покоя. ‒ И вообще, что произошло? Как остальные девушки? Они живы и где…

‒ Тише, ‒ Эйдан приложил большой палец к моим губам, как в прошлый раз и наклонился. ‒ Тише.

Можно подумать, я поднимаю шум своим сипением.

‒ Вам не стоит перетруждаться, ‒ снизошел до пояснений бывший инквизитор, а его палец скользнул по моим губам, и вот уже теплая шершавая ладонь ложится мне на щеку.

Лорд Деннели явно умел своими действиями доводить неопытных девиц до инфаркта. Сердце ухало в груди очень громком.

‒ Что вы делаете? ‒ спросила шепотом, оказалось шептаться очень даже выгодно и удобно ‒ не надо прилагать таких чудовищных усилий. И соответствует обстановке.

‒ Радуюсь, Риад, ‒ он опять улыбнулся.

Ой, мамочки! Я за всю свою жизнь ни одного мужчину не подпустила к себе так близко, как его. И вот результат ‒ я таю, словно снежинка в объятиях лорда Деннели.

Это такая насмешка судьбы. Или ведьмы и правда настолько неразборчивы?

‒ И чему это вы тут так… радуетесь? ‒ старалась быть дерзкой хотя бы на язык, раз мозг совершенно перестал мне помогать выстраивать барьеры против инквизитора.

‒ Вот этому, ‒ рука Эйдана переместилась с моего лица к шее, а затем, зацепив ворот ночной рубахи, оттянула его вниз, оголив плечо и знак печати на нем.

‒ Да что вы себе позволяете?! ‒ шепот получился гневным и возмущенным.

Надо же, каков нахал!

‒ Я радуюсь! ‒ повторил свои слова инквизитор. ‒ Ведь это значит, что вы по-прежнему принадлежите мне…

‒ Ч-что?! ‒ я была не просто в ужасе. ‒ К-как… вы смеете!

Рука непроизвольно поднялась, чтобы ударить лорда по наглой физиономии.

‒ Не спешите, ‒ сказал Деннели шепотом и… о, Боги! Провел пальцем вдоль моей ладони, а потом поцеловал в основание кисти, где билась тонкая жилка. ‒ Возможно, если вы кое-что узнаете, то поймете меня. А может и нет. В любом случае ‒ решать только вам.

Хитрый какой! Довел меня до такого состояния своей лаской, что я готова согласится на все. И почему он так на меня действует? От одного только легкого прикосновения его губ, по руке разбежались орды мурашек. Это тоже один из изощренных способов пытки, что практикуют служители дыбы и эшафота?

Безумец он. А я дура!

‒ Для начала, ‒ с трудом подбирая слова, прохрипела я. ‒ Снимите эти позорные печати! Из-за них я не могу нормально колдовать.

Реакция бывшего инквизитора на мою просьбу поразила. Он принялся осматривать мои руки и плечи, дергая на мне рубашку. Это уже ни в какие ворота…

‒ Как я полагаю, на вас стоят все семь? ‒ после осмотра у лорда вытянулось лицо, а в глазах застыло удивление, в то время как я боялась задымить от злости.

‒ Правильно полагаете! ‒ вспылила я, вырвав у нахала свои руки, голос возвращаться не спешил. ‒ И можно уже как-то с этим разобраться? А то моя жизнь превратилась в сущий кошмар! Как можно быть таким бессердечным человеком?!

‒ Не возмущайтесь понапрасну, Риад! ‒ он назвал меня по имени, и отчего-то подумалось, что оно звучит в его устах как-то по-особенному. Не иначе, как угарные пары пожарища отравили не только мое тело, но и разум. ‒ Не моя вина в том, что печати легли произвольно, как нет в том вины и вашей. Если бы родственники должным образом заботились о вас.

‒ Ничего подобного! Мои родственники очень хорошо заботились обо мне. Просто…

Ну не говорить же ему, что позорно попалась на уловку канцлерской дочери и проиграла фант, ценой которого стала моя жизнь.

‒ Просто так вышло, ‒ я опустила глаза. ‒ Это я сама во всем виновата, потеряла защитный артефакт.

‒ А по правилам вы не должны были его носить, ‒ Эйдан приподнял мой подбородок своими теплыми шершавыми пальцами. ‒ Надо было поставить в известность службу инквизиции, и вас бы направили на обучение.

‒ Тетя не хотела расставаться со мной! ‒ выкрикнула я в сердцах. ‒ Как вы не понимаете, во дворце ей жилось несладко. У нее не было родных и близких, кроме меня… ну, и Балти, конечно. Просто Бальтазар наследник, его очень рано забрали у тети, а она скучала и страдала в одиночестве…

‒ Поэтому завела себе зверушку! ‒ тон Деннели стал жестким, а моя рука в очередной раз взметнулась вверх, на этот раз достигнув цели.

Раздался хлопок. Повисла тишина.

‒ Я могу добавить, ‒ зло прошептала в лицо мужчины. «И будь, что будет» ‒ это уже подумала про себя.

‒ Не стоит, ‒ спокойно отозвался бывший инквизитор. ‒ В любом случае, останусь при воем мнении, а вам, судя по всему, бесполезно что-либо доказывать.

‒ Снимайте печати! ‒ на этот раз руки протянула так, чтобы печати на внутренней стороне запястий были ему видны.

‒ Прямо сейчас? ‒ темная бровь на лице Эйдана взметнулась вверх, а на губах заиграла ехидная улыбка.

 ‒ А чего-ждать-то?

Ну вот к чему все эти его ухмылочки? Хочет потом тушить горящие портки?

‒ Печати на месте! ‒ продолжала убеждать Деннели в необходимости немедленного снятия ограничений моего дара. ‒ Инквизитор тоже имеется. Приступайте!

‒ Всему своё время, ‒ мужчина накрыл мои руки своею лапищей и опустил их вниз, подальше от своего лица. ‒ Понимаете, здесь есть один нюанс…

‒ Деннели, ‒ угрожающе прошипела я сквозь зубы. ‒ Либо вы снимите их сейчас, либо я выцарапаю вам глаза. Выбирайте!

‒ Придется выбрать второе! ‒ король, которого не ждали, стоял в дверях моего покоя с подносом в руках.

‒ Балти… ‒ простонал инквизитор и обреченно опустил голову. ‒ Черт… как не вовремя!

‒ Ну-ка объясните мне оба, что все это значит? ‒ я вскочила с постели, чтобы и правда не вцепиться в лицо Деннели.

‒ Видишь ли… ‒ только его мерзкое величество вознамерился мне все объяснить, как Эйдан подорвался с постели вслед за мной, словно его прямо перина покусала.

‒ Не смей! ‒ окрик инквизитора на Балти был полон открытой угрозы. ‒ Не смей, слышишь, вообще это произносить вслух!

‒ Да что здесь происходит? ‒ совсем растерянно переспросила. ‒ О, чем я не должна узнать?

‒ Не переживай, дорогая! ‒ кузен не повел и бровью, наоборот бойко двинулся ко мне и протянул поднос. ‒ Я тут тебе бульончика принес, чтобы ты подкрепилась. К тому же, госпожа Матаир заверила меня в том, что голос после него к тебе тут же вернется.

В заверениях Хатры я сильно ошибалась, но вот есть хотелось весьма.

Деннели словно попустило, и он опустошенным взглядом смотрел перед собой, словно расслабился. А вот я нет.

‒ Так чего же мне нельзя знать? ‒ решила проявлять характер до последнего, стала расхаживать по комнате совершенно позабыв о том, что на мне лишь короткая сорочка.

Мужчины поспешили отвести взоры, а мне даже не чем было прикрыться. Чтобы не лезть обратно в постель стащила покрывало, завернувшись в него, как в плащ. Определенно, так было даже лучше.

‒ Не говори ничего! ‒ инквизитор умоляюще посмотрел на короля.

‒ Эйд, она все равно рано или поздно должна обо всем узнать, ‒ эти слова звучали почти разумно из уст Бальтазара, если бы я хорошо не знала самого Бальтазара. ‒ Сейчас уже даже поздно. Ведь не строй мой батюшка из себя барана… то есть, не будь он через чур упрям, вся эта ситуация разрешилась бы еще тогда.

‒ Балти, не томи! ‒ не выдержала всех разглагольствований кузена. Вот кто мог поспорить с инквизитором в изощренности пыток. ‒ Говори скорее!

‒ Понимаешь…

Новый стон инквизитора отвлек его бестолковое величество. На всякий случай запустила в Деннели подушкой, чтоб не мешал. Но подушка был схвачена и возвращена на место одним движением инквизиторской руки.

‒ Э-э-э… ‒ наблюдавший за нашими пассажами король, попытался вернуться к утраченной было мысли. ‒ Ты так усердно просишь Эйда снять с тебя печати, даже не подозревая, что это безумно неприличная просьба.

Выкрутился-таки, подлец!

‒ А поставить их на меня было очень прилично?

‒ Это случилось непроизвольно! ‒ воскликнул Деннели, а в его голосе послышалось отчаяние. Мне стало его от чего-то даже жалко. Неожиданно по отношению к инквизитору.

‒ Пойми же ты, наконец! ‒ снова заговорил Эйдан. ‒ Это не те печати, про которые ты думаешь!

Я совсем перестала понимать то, о чем говорил инквизитор.

‒ Но из-за них я практически не могу колдовать…

‒ Эйд… ‒ на этот раз Балти выглядел серьезным, он отставил поднос, забрав оттуда кружку с бульоном, направился ко мне. ‒ Видишь ли, малыш, это печати не ведьме, а возлюбленной. Своего рода метка от измены.

‒ Что?!

‒ Вот попей-ка, тебе полезно будет, ‒ кузен заботливо протиснул мне в ладони кружку с густой жидкостью. ‒ Понимаешь, если бы ты проявила смекалку, то сняла бы эти печати сама.

‒ Как…

‒ Боги! ‒ еще немного, и король в раздражении опрокинет кружку мне на голову. ‒ Ты точно училась премудростям у знаменитой Хатры Матаир или только пыль смахивала с ее вековечных комодов?

‒ Ваше величество, ‒ инквизитор приблизился с серьезным и почти виноватым видом. ‒ Позвольте, я сам все объясню, леди Невиль.

‒ Ты так долго объяснялся, что уже бульон остыл! ‒ посетовал Балти, словно курица-наседка, пытаясь в меня влить хоть толику жидкости. Пришлось поддаться: само величество старается во благо моего здоровья.

‒ Но это моя проблема…

‒ Нет! Это проблема идиотизма моих родителей, ‒ лицо короля было серьезным. ‒ Если бы не их дурость неимоверная, сейчас вот этой вот глупости не было.

‒ Дай мне с ней поговорить!

‒ Видишь ли, Риад, ‒ не обращая никакого внимания на Деннели, продолжал говорить Балти. ‒ После того, как на тебе проявились печати, Эйдан, как приличный человек, должен был на тебе жениться.

Слова стали доходить словно сквозь вату. Голова пошла кругом, лица кузена и инквизитора стали расплываться перед глазами. Я даже попробовала сморгнуть раз-другой наваждение, но не помогло.

‒ Что, впрочем, он и собирался сделать, ‒ голос Бальтазара издалека пытался донести до меня некую суть, но я уже слабо понимала, какую именно. ‒ Однако, у моего батюшки на него были совсем другие планы… как и на тебя.

‒ Какого черта?! ‒ уже не видела лица Эйдана Деннели, но еще узнавала его слишком низкий голос.

‒ Я не виноват! ‒ а вот это уже Балти оправдывается. ‒ Это все ведьма придумала, сказала влить в Риад любыми способами, вот я и постарался.

Вот я дура такая! Знала, что ведьминым бульонам доверять нельзя ‒ что они не варят, все равно получается зелье. И Балти… ох и задам я ему, как только проснусь…

‒ Почему же она сама не напоила девушку? ‒ продолжал злиться Деннели.

‒ Ну, кузина доверяет только мне, чем я безоговорочно и пользуюсь. Пусть отдохнет, ее завтра ждет тяжелый день, а Риад еще не до конца восстановилась.

‒ Что? ‒ едва доходящий до разума голос Эйдана звучал зло. ‒ Все ваши планы?

‒ Еще какие! Но в разбитом состоянии ее видеть не должны.