Глава 42

На первый взгляд кайро Аргос Солс маньяком не выглядел. На второй — не выглядел тоже и вообще производил впечатление надёжного и приземлённого мужчины. Он сразу, как говорится, взял быка за рога:

— Эддо Элада, я хочу показать вам свою собственность. Дом и землю. Хозяйкой всего этого вы станете, если примете моё предложение.

Королевская служба магического порядка запретила мне пользоваться порталами, поэтому уже два часа мы катили по грунтовой дороге, петляющей среди леса. Автомобиль у кайро волка был комфортабельный, но подскакивал на ухабах, как самый обыкновенный. Задницу я себе основательно отбила.

— В нашей стае глубоко уважают жён и матерей. Оборотни — верные и преданные супруги. Вы всегда сможете на меня положиться.

Аргос Солс говорил скупо и только по делу. Каждое слово будто тщательно взвешивалось и оценивалось, прежде чем быть произнесённым. Широченные плечи и короткий ёжик волос делали его похожим на солдата. Простая походная одежда лишь усиливала впечатление.

— Обещаю, что, выбрав меня, вы не разочаруетесь. Я буду заботиться о вас и о нашем потомстве, оберегать и защищать.

Скуп волк был не только на слова, но и на мимику, зато исправно перечислял всё, что мог предложить, начиная от материальных благ и заканчивая собственными душевными качествами. Эта суровость старила его лет на десять.

Серьёзный, основательный Аргос Солс напоминал скалу. За его мощной спиной можно было спрятаться от любого ветра. В другой день я бы несомненно это оценила, но…

Разговор матери с незнакомцем из СМП до сих пор звучал в ушах.

«Три года Пиккард безнаказанно убивал невест. Проникал на отборы под оборотным зельем, притворяясь одним из женихов».

Первый час я сидела как на иголках, пытаясь слиться с автомобильным креслом. Смотрела на Солса испуганными глазами и не шевелилась. Даже, казалось, не дышала.

Это мог быть Пиккард. Что если я заперта в машине с маньяком?

— Долго нам ещё ехать? — это были мои первые слова с тех пор, как я села в автомобиль. Мрачные, сплетающиеся ветви хвой за окнами не добавляли спокойствия.

Если Пиккард набросится на меня в замкнутом пространстве салона, никакие охранные чары не спасут.

Что я наделала? Почему согласилась? Но они угрожали матери.

«Я проверяю ауры женихов перед каждым свиданием».

Может, зря я себя накручиваю? Пиккард поостережётся высовываться. Вероятнее всего, ударится в бега.

— Пять минут.

У Солса была квадратная, тяжеловесная челюсть, но на его мужественном лице она смотрелась уместно, гармонировала с другими чертами. Высоченный, макушкой он упирался в потолок салона. Под тёмным плащом наверняка бугрились литые мышцы. Вид одних только широких ладоней внушал трепет. Такой шею свернёт голыми руками и не запыхается.

Напряжённая, я сильнее вжалась в спинку кресла, и тут Аргос сказал то, что заставило меня перестать бояться.

— Станьте моей женой, и я порву глотку всякому, кто попытается вас обидеть.

Его суровый тон не оставлял сомнений. Я резко почувствовала себя защищённой, как если бы уже дала согласие на брак. Когда мужчина — каменная стена, да что там стена — крепость, это подкупает. Я представила, как ощущалась бы моя маленькая ладонь в его большой мужской лапище. И захотела её туда вложить. Это бы меня успокоило, несомненно.

— Приехали.

Ох уж, эта его немногословность.

Волк вышел из машины и помог выбраться мне. Я недоумённо огляделась по сторонам: нас окружали всё те же мрачные хвои. Снова в груди закопошилось дурное предчувствие. Стоять в темноте посреди леса в компании малознакомого мужчины, когда в округе орудует маньяк…

Солс ударил в ладони — и пространство перед машиной подёрнулось рябью. По воздуху расходились концентрические круги такие же, как по озёрной глади от брошенных в воду мелких камешков.

Маскирующий купол!

Это был он.

Когда чары развеялись, взгляду открылась уютная лесная деревушка. Среди елей и сосен прятались одноэтажные домики с горящими окнами и крышами, подсвеченными гирляндами. На крылечках играли дети. Их в поселении было море.

— Ребёнок — главная награда мужчины, — сказал оборотень, проследив за моим взглядом. — Чем больше в семье детей, тем мужчина счастливее.

Я кивнула, отчего-то смутившись. Вряд ли я могла подарить ему больше одного наследника.

— Пойдёмте, хочу представить вас клану.

Петляющие между деревьями тропинки были посыпаны гравием или вымощены булыжниками. Сверкающие домики казались кукольными. В горящих окнах я видела, как семейные пары устраиваются за столами ужинать.

Сырая осень, пришедшая в Динарию раньше срока, эту деревушку словно не тронула. Земля под ногами была сухая, в воздухе плыл свежий, опьяняющий запах хвои, и, благодаря гирляндам на крышах, вокруг царила атмосфера домашнего праздника.

— Аргос! Аргос! — детишки заметили Солса и окружили нас пёстрой стайкой. — Это твоя невеста? Она теперь будет жить с нами?

— Бегите ужинать.

— Только, если дашь конфет.

Аргос вздохнул и… Кто бы мог подумать, что у этого грозного здоровяка в карманах припрятаны леденцы? Наверное, для таких случаев.

Схватив подношения, дети радостно умчались заканчивать свои игры.

— Мы все одна большая семья, — сказал волк, словно за что-то оправдываясь. — Я будущий вожак стаи, но это не значит, что у меня есть привилегии. Только обязанности. И дом мой такой же, как у остальных. Но всё, что я имею, станет вашим. И каждое ваше желание будет исполнено.

Внезапно я с неловкостью поняла, что единственное моё желание сейчас — сходить по нужде.

Ора, как не вовремя и смущающе!

Пытаясь согреться на свидании с лысым, я опустошила весь магический чайник и теперь расплачивалась минутами стыда. Горя щеками, я попросилась в уборную.

К моему изумлению, Аргос Солс невозмутимо показал в сторону дальних кустиков.

Серьёзно? В этих милых домиках нет туалетных комнат?

Мысленно поклявшись никогда не пить больше двух чашек чая в день, я растерянно поплелась в обозначенном направлении. Убедившись, что за густыми зарослями меня не видно, присела и быстро сделала свои дела. Оправила юбки. Обругала организм-предатель. Шагнула — и почувствовала на запястье крепкую мужскую хватку.

Что за…

Сердце сжалось от страха.

Миг — и меня затянуло в распахнувшийся портал.