Глава 51

Свадьба была назначена на конец недели. Я получила несколько дней отсрочки, чтобы свыкнуться с новым статусом, но больше — с необходимостью впервые лечь в постель с мужчиной. С двумя мужчинами. Среди которых не будет Эдриэла. Смириться с последним оказалось сложнее всего.

Участники отбора — несостоявшиеся мужья разъехались. Некоторые, как Лионель, молча, другие не могли уйти без пафосной речи. Прощаясь, герцог-некромант долго распинался на крыльце — расписывал, каких заманчивых перспектив я лишилась, отказавшись стать его супругой. Замка с привидениями на отвесной скале, у подножия которой расстилалось древнее Динарское кладбище. Слуг-скелетов, молчаливых и расторопных. Закрытой купальни с кракеном-людоедом, «очень дружелюбным», по словам Страхауса.

Ай-яй-яй, не стать мне хозяйкой всего этого великолепия. Какая жалость.

«Не переживайте, — с надменным видом покивал головой некромант, явно уверенный, что его красочные описания заставили меня кусать локти от досады. Кто ещё предложит мне, дурочке, поплескаться в ванне с чудовищным кальмаром, пожирающим людей? — В память обо мне вам осталась Пеппи. Пусть она вас утешит».

— Спасибо, герцог, — я с искренней благодарностью сжала его ладонь в чёрной перчатке. — За ворону и за демона желаний. За то, что спасли мне жизнь.

— Натеюсь ещё уфитимся, — Крэйден помахал Страхолюду, свесившись из окна.

— Приходи в гости, когда умрёшь, — отсалютовал ему некромант и исчез в портале.

В отличие от герцога повелителя мертвецов, Аргос Солс был краток. Пожелав мне удачи, он сел в подъехавший автомобиль и бросил неприязненный взгляд в сторону леопарда, появившегося в дверях замка.

— Нам надо поговорить, — сказал Ари, когда машина волка скрылась из вида. — Я хочу объясниться и попросить прощения.

Попросить прощения? За что? За то, что обманом навязался в мужья?

Я равнодушно махнула рукой, заочно отпуская ему все грехи. После предательства Эдриэла — а что это было, если не предательство? — мне стали безразличны многие вещи. Ари был красавчиком. Почему бы не сделать его своим супругом? Апатия была настолько сильна, что даже помолвка с кракеном, описанным Страхолюдом, меня бы не взволновала.

— Я хочу рассказать, почему от меня пахнет корлой.

Не сказать, что мне было интересно, но затыкать рот будущему мужу не дело.

Я поманила Ари за собой. Мы медленно поднялись по лестнице в малую гостиную и устроились в креслах друг напротив друга.

Исгайро нервничал — то и дело поправлял воротник рубашки, сцеплял и расцеплял пальцы. Сегодня корлой от него пахло особенно сильно.

— Так что же у тебя за секрет такой страшный? — спросила я, желая поскорее закончить беседу и запереться в спальне — нарыдаться всласть.

Ари пригладил волосы. Снова потеребил воротник рубашки, на удивление застёгнутой до самого горла. Похрустел суставами и выпалил, будто бросился с головой в омут:

— У меня скоро гон.

— Гон? Это…

— Период неконтролируемого сексуального желания.

— А-а-а, — протянула я растерянно и на всякий случай отодвинулась от леопарда подальше.

Ари с силой стиснул подлокотники кресла.

— Поэтому я и курю корлу. Точнее, это смесь трав, которая притупляет либидо.

Боги…

Если даже сейчас, когда влечение оборотня подавляется специальными средствами, его сексуальность хлещет через край, то чего ожидать от этого хищника в гон? Страшно представить.

Похоже, мои мысли легко читались на лице, потому что Ари заметил:

— Не говорил, чтобы не пугать.

— Но разве можно подавать заявку на отбор накануне гона?

— Нельзя. Но кто же упустит такой шанс?

Я хмыкнула. Кто-то тут отчаянно скрывал, что нарушает правила отбора. Пугать он меня не хотел — ну-ну, сделаем вид, что поверили.

— Не злишься? — оборотень посмотрел на меня, лукаво прикрыв левый глаз. Как, скажите на милость, ему удавалось выглядеть одновременно и виноватым, и самодовольным?

— Мне всё равно.

Чистая правда. В последнее время я себя не узнавала — так сильно расклеилась.

Ари продолжил:

— Когда я подавал заявку на отбор, до гона оставалось достаточно времени. Я должен был успеть.

— Но?

— Но твоя близость, твой запах взвинтили желание до максимума.

Я вопросительно приподняла бровь.

— Так бывает, когда оборотень встречает женщину, идеально подходящую по темпераменту.

Теперь уже вторая моя бровь поползла вверх.

— Ты, Элада, ускорила мой гон. Это химия. Мы с тобой идеально совместимы в сексуальном плане.

Брови мои, должно быть, уже достигли границы роста волос.

— Ты хочешь сказать, что…

— Что нам надо заказать очень крепкую постель. Очень крепкую. Лучше всего на железном основании.

Ещё одна идеальная пара?

Я глупо захихикала, потом истерически рассмеялась, а затем обнаружила себя рыдающей на плече оборотня. Рубашка под моей щекой была насквозь влажной от слёз.

Сорвалась. Надо же. Вот так просто, за секунду потеряла над собой контроль. Словно по щелчку пальцев. Впрочем, неудивительно. То маньяки пытаются убить, то любимые бросают без объяснений — какая психика выдержит?

Ари, надо отдать ему должное, ни о чём не спрашивал — успокаивая, гладил меня широкой тёплой ладонью по голове. Объятия его были уютными и надёжными.

— Всё будет хорошо, — прошептал он, когда я перестала всхлипывать. — Всё будет хорошо.

Будет. Конечно, будет. В самом деле, что это такое со мной? Когда это я пасовала перед трудностями? Поеду в Ашенвилл немедленно. Прямо сейчас. Устрою ушастому нагоняй. Пусть объясняется.

— Ари, отвезёшь меня кое-куда на своей летающей машине?

— Я и в портальной магии силён.

— Отлично. Выдвигаемся.

Ну, держись, король! Отвергнутая женщина страшна в гневе.