Глава 19

Идеально восстановленный после вспышки бальный зал, цветы в огромных прозрачных вазонах, магические фонтаны синих искр, ледяные скульптуры, воздушные змеи, летающие рыбки, толпа выстроившихся в очередь гостей. Улыбки, поздравления с помолвкой, зубной скрежет… мой, и Орран, который кривится от каждого звука. Мы одновременно улыбаемся подходящим к нам парам, благодарим за визит и за поздравления, предлагаем спуститься в зал, дабы принять участие в празднике. Время около семи вечера, танцы еще не начались, гости не закончились, но я уже готова убить пятого принца не меньше, чем пропавшего на весь день Соро.

— Я думал, ты будешь рада, — обиженно шепнуло мне Высочество. Теплое дыхание коснулось щеки, уверенная рука легла на бедро.

— Нет. — Брезгливо сбросила его конечность.

— Надеялся, что ты оценишь широкий жест. — Горячие пальцы скользнули по ребрам, погладили плечо.

— Зря. — Я поежилась. А его наглость уже гладит мою шею, касается собранных на затылке волос.

— И все же, Лилли, ты бы могла мне улыбнуться.

— С чего бы? — произношу сквозь зубы, впустую двинув локтем. Принц предвидел мой маневр, отстранился и тотчас вернулся назад.

— Иначе получится, что влюблен только я, — с упреком Орран поцеловал меня в висок.

— До сих пор это вас не волновало. — Я покосилась на него, затем на предмет его обожания, как всегда чрезмерно увлеченный книгой. — К слову, чтобы Тайс Дандрэ оторвала взгляд от строк, нужно минимум — сломать вам вторую руку, максимум — шею. Рискнем, лестница рядом?

— Не уверен, что сработает посмертно, — заметил с сомнением и опустил руку на мое бедро.

— Может, и не сработает, но помолвку аннулирует.

— В который раз убеждаюсь — я не зря отобрал твои иглы, — напомнил принц о больном и получил прицельный тычок по ребрам.

Ему не стоило негодовать. Мы прекрасно смотрелись вместе: оба светловолосые, оба в белом, оба улыбаемся, пока выслушиваем напутствия к долгому браку. Старшие принцы с женами и невестами давно прошли в зал, придворные и знать с буквенным обозначением рода — тоже, впереди показались проигравшие в слете герцогини.

— Проклятье… Еще проклятье… Наговор ведьм Залесья… Приворот… Ядовитая перчатка, — шептал Орран, получая «подарки» от бывших невест и будущих врагинь. — Тайс, ты снова с книгой? — спросил он четырнадцатую.

— Это мой подарок, — прошептала Тайс. — Дочитаю, отдам.

— Буду ждать.

Орран нехотя перевел взгляд на подошедших Эргу, бывшую Оттор, и ее супруга. Им принц рад, они ему тоже. Короткие реплики звенели довольством, а я во все глаза смотрела вперед, на темноволосую макушку, квадратные плечи и грозные синие глаза.

— Хусг?! — Восклицание сорвалось, прежде чем я поняла, что по имени назвала главу гильдии Крыс. Стыдливо перевела взгляд на его спутницу и узнала Снежную волчицу. — Жизоли Харс?!

Она невероятно преобразилась с момента нашего знакомства на первом туре слета.

— Все верно. Жизоли Харс и Хусгрего Гравьер, мой партнер по сырному делу, — гордо представила волчица спутника, что на полголовы был ее ниже. Воровской кардинал в парадном облачении был на удивление строен и трезв, смотрел твердо, оборотницу держал крепко, она же сияла счастливой улыбкой. — Как вы и посоветовали, я подарила свое дело Гравьеру, и драная кошка, согласно завещанию, получила лишь пару тысяч золотых!

— И слезла с шеи, — хмуро добавил кардинал, словно шея Жизоли была ему небезразлична.

— Рады приветствовать, — улыбнулись мы.

— Рады поздравить, — ответили они.

Еще двенадцать пар, и к нам подошли мглистый советник Аффо и смущенная графиня Исабэ, без Измененного она казалась много младше тридцати. Следом шли Нигье с будущей супругой и, наконец-то, Соро под руку с бледной, сжавшейся от страха Ирвиней Найрис. Вот кого-кого, а внучку леди N увидеть я не ожидала, в отличие от главнокомандующего, что скрывался целый день.

— На пару слов, — прошипела ему.

— Чуть позже буду весь ваш.

— Ну, уж нет. Зорге! — дала я команду. И зомби повис на плече пятого Высочества, в сотню раз лучше меня отыгрывая роль чуткой невесты.

— Лилли! — взмолился принц.

— Я здесь, — томно ответил Зорге.

— Лишь на пять минут, — заверила я и спустилась вслед за наводящим ужас магом. Придворные, как и прежде, от него разбежались, так что догнать его не составило труда.

Я знала! Знала, что в покое меня не оставят. Уж если к совместной работе привлекут, то и чем задержать найдут. Но это не значит, что я безропотно со всем соглашусь! Год помолвки с Орраном — это слишком! Я не выдержу столько. Я, вообще, ничего не выдержу, если Соро немедля, вот прямо сейчас не пообещает оставить в покое моего ребенка.

Заметив меня, объект претензий помрачнел. Оставил бледную пассию с не менее бледной леди N, после чего направился к столам. Я — следом. Решительно встала рядом, прямо посмотрела на него. Щелчок пальцев — и нас накрыл защитный купол с чуть светящимися золотыми рунами, еще щелчок — и над нами завис купол тишины, а маг беззаботно потянулся к тарелкам. То есть он собирался есть?! На мгновение вскипела и тут же осадила себя. Уж лучше пусть ест, но не спит.

— Послушайте, Соро, после всего, через что я прошла, вы уже обязаны перекрыть моему сыну поступление в Военную Академию и приставить к нему охрану.

Вилка в его руке дрогнула, но не обронила изысканный деликатес из перепелки. Белый шарик перенесся на тарелку.

— Послушайте, Горэ, перед тем как вы через все прошли, я уже продал душу. Ваш сын давно с охраной.

— Что вы хотите этим сказать?

— Что вас непросто завербовать. — Соро отложил приборы. Выудил из стойки бокал и бутылку с чем-то крепким, налил несколько глотков и выпил одним. — Вы едва не уничтожили четверку моих наблюдателей. У вас оказались весьма обширные связи во всех слоях общества и более чем просто влиятельный муж.

Если он хотел выбить почву из-под моих ног, он это сделал. Я села. К счастью, на стул, который неожиданным образом материализовался сзади. Благодарить мага не буду, обойдется.

— Признаться, о вашем супруге я узнал нечаянно, еще год назад, когда подбил вашего сына на участие в гонках. Тайное участие, конечно. Иначе бы известный нам обоим Хусг не допустил его к арене, но… — Главнокомандующий покосился на меня и вновь наполнил бокал. В этот раз не спешил, смаковал. — Не делайте больших глаз, я знаю, что вы знаете о подпольной деятельности в Академии Верховных.

— Плевать! Что вы сделали, повторите, — прошептала, цепенея. А руки метнулись к наборам ядоведа.

— Главное не что, а как. Мне пришлось постараться, чтобы заезд Гиллиана увидели и высоко оценили главы теневых гильдий. Надо отдать ему должное, ваш парень получил четыре предложения, от которых невозможно отказаться. Конечно, в настоящий момент гильдия Гиен уничтожена, но до моего назначения на пост она была весьма влиятельна.

Я побледнела. Предложения, о которых он говорил, известны всему подпольному миру. Тот же Хусг, воровской кардинал, не от радости жизни стал наемным убийцей, а затем сбежал к ворам.

— Ваш парень не трус. На предложения он не согласился, но и писать вам не стал. Обратился напрямую к отцу. Настоящему. Чем весьма удивил меня и усложнил схему. — Маг склонил голову к плечу, ухмыльнулся. — Усложнил, но не обрушил. Ваш в высшей степени уважаемый супруг хотел самолично во всем разобраться. Но с моей подачи он вспомнил об опасности раскрытия ваших с сыном личностей и, наконец-то, связался со мной. Круг замкнулся. — Главнокомандующий вновь взялся за тарелку, быстро наполнил ее мясной закуской и проговорил: — Я отбил парня у наемников и в счет услуги попросил о вашем содействии на слете невест.

— И мой супруг согласился?

— С условием, если я уговорю вас. — Соро отсалютовал мне вилкой с куском копченой свинины, макнул ее в соус, и прежде чем съесть, резюмировал: — И хотя год ушел на поиски предлога, я его отыскал, едва вступил в новую должность и просмотрел заявки добровольцев.

И он с аппетитом начал есть, похрустывая листьями салата и радуясь крекерам с паштетом, как первому снегу. Не хуже ужаленной я взвилась со стула.

— Вы! Вы негодяй, подлец! Вы пригрозили мне, что примете Гилла в Военную Академию… в спецотряд. Вы умолчали об этой сделке и о подставе с гонками и гиенами и… и…

Иглы? Иглы, где мои иглы?

Пожри меня демоны, предусмотрительная мерзопакость Орран их забрал! От отчаяния начала оглядывать столы на предмет ножа.

— Лилли, сообщи я о сделке и прочем, я бы получил дозу яда, не сопоставимую с жизнью. И не спорьте, вы с начала беседы ищете, чем бы меня уколоть.

— Так заслуженно!

— Возможно, но это не даст вам свободы. — Он с наслаждением съел деликатес с икрой, понизил голос: — Однако, если вы согласитесь отыскать генерала Ликоя, через месяц я вас отпущу.

— Месяц? — переспросила скептически. — Вы, верно, шутите. Верховный прятался двести лет, герцогиня — семнадцать, а вы говорите — месяц. С чего вы взяли, что он не сбежал?

— Потому что он рядом, — ответил Соро. Меня зазнобило от такой перспективы. Я слышала Ликоя, и мне бы не хотелось с ним сталкиваться вновь. — Помните бессознательного парня, сына пространственника? Прошлой ночью мы обнаружили в нем перепуганного аптекаря. Того самого аптекаря-экстраордината, чье тело или сосуд, вот незадача, подвластные герцогине люди разместили по соседству с Верховным. Знаете, о чем это говорит?

— О том, что Ликой действительно рядом, — прохрипела я и точно от волнения потянулась к сладкому.

— Да. И самое главное — мы нашли его тело, то есть охранника-эльфа. Замурованным, частично искалеченным, но живым. По словам беса, он сопротивлялся подселенцу. На восстановление уйдет от полугода до года. — И, словно что-то вспомнив, Соро широко улыбнулся. — К слову, для одного из эльфов нам потребуется противоядие от вашей крови.

— Ладушки, — выдохнула покорно.

Есть не хотелось, я знала, от сахара мне станет плохо, но все равно поднесла миндально-шоколадное пирожное к губам.

— Лиллиан! — С тихим рявком главнокомандующий отобрал опасную сладость. — Вы уже забыли о длительном действии блокиратора или назло хотите лишиться подвижности рук?

— Я не забыла, просто ошеломлена… — призналась я, отстраненно наблюдая за тем, как тянусь за бокалом и початой бутылкой.

Зачем? Плетение трезвости все еще на мне, я почувствую одну лишь воду. Но, вопреки здравой мысли, вижу руки, что уверенно наполняют бокал, взбалтывают крепкий напиток, подносят к носу, к губам… Я вдыхаю пряный запах коньяка, делаю глоток и… Вода — чистая, родниковая, полная прохлады — касается языка, обволакивает небо…

«Что за Грыс?!» — неожиданно прогремело в моей голове, и я от страха едва не захлебнулась напитком: «Вода?! Почему вода? Тебя что, обложили сухим законом?» — продолжил возмущаться самый жуткий из возможных кошмаров.

— Лилли! — забеспокоился Соро.

— Ликой? — удивилась я. Еще не верю, но… В мгновение ока стали понятны все странности, произошедшие со мной. Способность к магии, тяга к подвалам, глупое желание ощутить сладость на языке и дрожь от догадок Соро.

Если бы смогла, я бы заорала, но мне позволено только шептать.

«Именно я, — прозвучало в ответ, и способность к шепоту тоже исчезла. — Надеюсь, скучала».

— Самая неудачная попытка сбежать, — пошутил главнокомандующий, мягко похлопав меня по плечу. — Вы как, живы?

— Жива, — ответила я в свойственной мне манере и внутренне взвыла.

Я уже не я! Я ничем не владею. Бессильный наблюдатель в собственном теле. В последний раз осознанно бросила взгляд на зеркала и ужаснулась. Эта тварь улыбалась моими губами, держала мой бокал и салютовала мне точь-в-точь, как бы это сделала я сама.

Господи, господи, господи… Кто-нибудь, спасите меня от подселенца!

«Умолкни», — бросил он в ответ и плавно обернулся к Соро. — я согласна принять участие в поисках генерала Ликоя.

— Отлично. Закусывайте и возвращайтесь к жениху.

К Оррану шла, как на эшафот. Конечно, внешне под влиянием генерала я к нему летела на крыльях любви, но внутренняя моя сущность безрезультатно противилась, рвалась из пут вторженца и ничего не могла ему противопоставить. Я словно застряла в темной комнате-клетке с окнами, повторяющими прорези глаз, звуки заглохли, вкус и запахи тоже, я смутно ощущала тело и совершенно не влияла на него.

Завидев мое восхождение по лестнице, Зорге незаметно удалился от принца, к которому я тотчас прильнула, провела рукой по груди, заглянула в лицо:

— Когда закончится приветствие, потанцуете со мной?

— Конечно, — улыбнулось пятое Высочество, уверенно обнимая меня. Умудрился еще и к виску прижаться поцелуем.

Пожри меня демоны! Как можно быть таким невнимательным? Как можно было вот так, без проверки подпустить Измененного к себе? Как?! Он ведь принц, недоверчивый мерзавец королевских кровей, артефактор! Почему ни одна охранка не взвыла до сих пор? Хотелось орать, хотелось биться о стены, раздирать лицо и руки в кровь, лишь бы вернуть чувствительность и власть над собой. Чтоб тебе! Чтоб тебя! Чтоб тебя разорвало, Ликой!

«Угомонись! — приказал генерал в ответ на мои страдания. — Я здесь ненадолго».

«А если не подчинюсь?»

«Останешься без руки, ноги, глаз или сына. Выбирай!»

Выбора не было. Я вспомнила об искалеченном эльфе, в котором ранее обитал генерал, и затихла. На время.

Поначалу расстроилась, что рядом нет Волля. Затем негодовала, что он — единственный, кто додумался обговорить кодовое слово. А после я вспомнила все, через что прошла на слете, от самой первой минуты вербовки до последнего мгновенья, и повеселела. Подмена в моем теле? Х-ха, да он еще не знает, во что играет. Вино и сладости — это лишь малая толика неприятностей, посмотрим, что он запоет, когда начнутся проблемы.

«Мне не нравится твой настрой, — незамедлительно одернул меня генерал. — Это что, соболезнование? Мне?»

«Скорее предвкушение, — откликнулась беспечно. — Не берите в голову, тем более в мою».

Бал гремел, придворные веселились и танцевали, маги создавали феерию живых иллюзий, послы делились историями. О странном обряде усыновления на острове метаморфов, о миражах на соляном плато, о нагах, которые возвели статую Гадине — девушке с десятком рук и сотней иголок, об островке зелени в Выжженной степи и зачарованном круге поднебесных, что сияет над ним. У меня, то есть Ликоя, был самый внимательный, замечательный жених, который не оставлял генерала до самой полуночи. Так что в желанный подвал тот явился нескоро, не то чтобы злой, но раздраженный и все так же в бальном платье.

Спуск встретил нас гудением плетений. Кажется, им добавили мощности, но подселенца это не остановило. Он легко обошел ловушки на полу и стене, активировал и расплел охранки на двери, но не открыл ее, а с довольным хмыком надавил на полотно, и стена справа вдруг тихо отъехала.

«Пожри меня демоны!» — Это было неожиданно.

«До тошноты предсказуемо», — усмехнулся Ликой, сделал шаг и приложился лбом об стену, когда платье зацепилось за выехавшие из камня шипы.

«Грысова глотка! — Вот теперь ему было не до смеха. Нервным движением рванул платье на груди, рассек юбку и очень удивился открывшимся взгляду панталонам и корсету. — Это что?»

«Лечебное белье. Корсет каждые десять минут отправляет детальный отчет РКД о состоянии моего здоровья», — максимально точно объяснила я.

Надо ли удивляться, что генерал сорвал их вместе с платьем и зашипел, когда ребра отозвались загадочным хрустом.

«Как видите, мне выдали его не просто так».

«Умолкни!» — приказал он, сделал шаг и рухнул. Запутался в иллюзии, что развернулась шикарным вечерним платьем со шлейфом, накидкой до пола, шляпкой с вуалью, перчатками и высокими сапогами на остром каблуке. Мы опять застряли в проходе, так и не сумев в него войти.

«А это откуда?!» — Кто-то нервный терял бесценное терпение.

«А мне уже можно говорить? — на всякий случай уточнила я и ласково ответила: — Это иллюзия от главнокомандующего. Чем меньше на мне одежды, тем больше она изображает».

Несколько секунд генерал молчал. Пока поднимался, сжимал-разжимал кулаки, искал решение. А после в молчании, с остервенением стал сдергивать с себя плетения главнокомандующего. И ему удалось снять все. Абсолютно все плетения, в том числе и браслет, замок которого был усилен. Расправил плечи, довольный, сделал шаг, и все охранки спуска завыли и засияли салатовым, зеленым. Не думала, не знала, что буду рада этому сигналу.

«Ты зомби?!» — взревел генерал.

«Только внешне», — пожаловалась я. Ведь сама лишний раз к зеркалу близко не подхожу.

«Грыс задери!»

Никогда! Никогда еще я не видела, чтобы кто-то двигался столь быстро. Ни Соро, ни лич Даниэль, да та же Исс в теле графини так не могли. В единый миг Ликой сжег мое платье, захлопнул проход, вернул дверь на место, восстановил плетения охранок, надел браслет, воссоздал на теле разорванные панталоны и корсет, накинул иллюзию, подхватил полы иллюзорного наряда и помчался назад. Я была уверена, его сейчас увидят и схватят, но он незамеченным пробежал по потолку мимо лича-дворецкого, отряда королевских «псов», барона Нигье и двух знакомых мне «грифонов».

Когда дверь спальни захлопнулась за спиной, я испугалась, что меня никто никогда не спасет. Он слишком силен, слишком умен, слишком быстр! Хотя что это я раньше времени кисну? Этот сильный и быстрый только что сбежал с места преступления, а не принял бой. Интересно, почему?

«Неинтересно», — ответил Ликой и дрогнул, действительно дрогнул, когда в двери постучались.

— Лилли, малышка, во дворце ЧП — красный код. Собирайся, мы вылетаем.

— Летим к вам? — ласково вопросил генерал, вместо того, чтобы отказаться от полета на ящерах. Я бы заметила такой просчет, Соро бы заметил, Волль и Нигье, а Орран — нет.

— Нельзя, — ответил он. — Но я в два счета доставлю тебя домой.

* * *

Я не ожидала, что он действительно доставит меня домой. Самым быстрым способом, в самое сердце Выжженной степи, прямо к калитке моих владений. На горизонте еще не рассвело, а я уже стояла перед зачарованным кругом и любовалась садом в свете трех защитных куполов, в то время как генерал Ликой маялся с системой охранок.

«Проклятье! Грыс! — рычал он, пока не плюнул. — Значит, так: либо ты открываешь защитный круг, либо я…»

«Польете то, что я попрошу? — спросила серьезно и вместо ответа получила ничтожную волю над телом. Открыла защитный круг. Коснулась калитки, толкнула ее и вызвала дорожку, привычно зазмеившуюся над травой. — А еще нужно прополоть, убрать листья, проверить ловушки… то есть кормушки», — исправилась я, впервые подумав, что черный кролик мне не враг. Враг — внутри меня. А кролик — это умная зверюшка. Не особо вредила, но раздражала отсутствием следов.

«Разберешься сама», — отмахнулся Ликой и исчез.

Я не обнадеживала себя, он затих, но не ушел. Следит. Проверяет. Или запоминает на будущее, как делал сутки до того.

Старательно гоня дурные мысли, я вошла в свой дом. Погладила двери и стены, помылась, переоделась в рабочий костюм и спустилась вниз. Быстрый перекус, быстрые сборы инструментов, стремительный выход наружу. В свете фонарей я занималась накопившейся работой в саду, гнала отчаяние и старалась думать о хорошем. Например, о том, что мне не двадцать лет, мне больше, у меня уже есть муж, взрослый сын, сад, устойчивость к ядам, проблемам и опыт жизни в Подземелье. Я знаю древний эльфийский альг, шифровку своей группы «грифят», язык пальцев Военной Академии и обладаю магическим зрением. Способна сделать яд из подножной травы и антидот из нее же. Как агент я прекрасна, как приманка для генерала — тоже.

Последняя мысль царапнула.

Но если вспомнить, что Соро не дурак и помогают ему весьма умные люди, то можно подумать, что меня использовали вслепую и вглухую для ловли на живца. Все же для лазутчиков я — лакомый кусочек: невеста, агент и ядовед, которую знают все ключевые фигуры. Любовница для главнокомандующего, фаворитка для принца, свет очей для Волля, ко всему прочему, новоявленная внучка лорда Каволлады и бессменная жена Ирдаса Ги Кайери.

На этой мысли сапка из асса застыла в моей руке, а голос Ликоя вкрадчиво попросил:

«Повтори».

Я дернулась, как от пощечины, разом ощутив стыд и досаду на собственную глупость.

«Пожри меня демоны! Вы слышали все мои мысли?»

«Только самые громкие, — заверили меня. — Я правильно понял, твой муж Ирдас Ги? Тот самый следопыт из Подземелья, что от проклятья закрыл собой королеву… — Генерал зло расхохотался. Словно проклятье Древуна — это детская проделка, а не полная боли медленная смерть. — Как удачно! — захлебываясь безумством, бросил он и вдруг снизошел до просительных нот: — Расскажи, как Ги издох. Как изо дня в день по капле терял свои силы и жизнь в пользу генерала Исс. Долго мучился?»

«Недолго. В настоящий момент живет и процветает, — ответила я и продолжила работать сапкой. Подселенец был настолько потрясен, что позабыл придержать мою свободу. — Не скрою, с проклятьем пришлось повозиться. Но теперь у меня есть ценный опыт, как избежать всех проволочек с лечением Оррана».

«Что ты сказала?»

«Я говорю, что пятое Высочество на полпути к выздоровлению. Я уже расписала все этапы, а Грефран отбыл за ингредиентами».

«То есть он, подыхая от боли, к тебе не обратится?»

«Нет. А зачем? — Я улыбнулась. — Или вы надеялись, что он обратится, создаст жетон и сам освободит Верховного?»

Наступившая после этого тишина меня несколько озадачила. В комнате с окнами-глазами стало звонко от этой тишины. Как бывает после длительной истерики, потрясения или смерти. О последнем знаю не понаслышке, как ядовед, ставивший опыты на себе.

«Ликой, мне кажется или вы скончались от досады?»

Ни звука в ответ. Меня радует, что я в очередной раз нечаянно спутала его карты и лишила козыря, но…

«Только не оставляйте свой хладный труп где-то в уголке, испаритесь целиком».

На этом его прорвало.

С омерзительной детальностью он взялся расписывать, как будет пытать и мучительно медленно убивать всех членов моей семьи, клиентов, знакомых, словом, всех тех, кто когда-либо близко подходил. И было бы страшно и грустно, но в этот самый момент из Солонок пришло письмо. Из воздуха упало в почтовый ящик, а затем белой ласточкой юркнуло в мои руки.

Писала мама.

«Дорогая, очень надеемся, что у тебя все в порядке, потому что у нас не все. В нашем доме появился некий лорд, назвавшийся твоим дедушкой, а с ним железная птица и два вампирских отряда. Он посетил семьи твоих братьев, кузенов и кузин, везде оставил свою охрану. А прошлым вечером сказал, что мы теперь — Каволлада-Горэ, вручил мне герб герцогства и поселился в комнате „любимой внучки“ — твоей комнате. Итак, Лиллиан, мы ждем объяснений».

Объяснение одно: лорд К переехал на время ремонта в поместье. Но зачем он взял всех нас под свое крыло?

«Я доберусь до твоего сына! Уничтожу и его, и охрану…» — сменил предмет своей ярости Ликой, и в мои руки влетело второе письмо, из Академии Верховных.

«Мама, во избежание неожиданностей сообщаю заранее. Я встретил свое счастье. Лави — восемнадцать, она метаморф. Она прекрасна и совсем не похожа на своего отца. Пожелай мне удачи, в эту среду я попрошу ее руки у главнокомандующего».

Широкая улыбка коснулась моих губ. Теперь Гилл будет под двойным надзором.

«В Грене два главнокомандующих?» — с заметной надеждой спросил генерал.

Я промолчала. Генерал молчать уже не мог, распалился в своих обещаниях и не заметил, как отворилась калитка в мой сад, как взмыла вверх каменная дорожка и легким шагом по ней прошел улыбчивый Королевский Блик. Облаченный в помятый дорожный костюм и ботинки, он легко нес перед собою внушительную стопку книг, перевязанных ленточкой.

— Доброе утро, Лиллиан!

«Какого Грыса он пришел?!» — прорычал Ликой, крепче ухватывая сапку, в то время как я безумно обрадовалась. Не виделись меньше двух суток, а кажется — годы. Сверяясь с моей реакцией, генералу пришлось воскликнуть:

— Грефран, вы вернулись! — Тварь запомнил, как я назвала советника по имени.

— Только что из Поднебесья, — кивнул он. Деловито прошел ко мне и остановился в полушаге, во все глаза рассматривая меня из-под кустистых бровей. — Успел отдать ингредиенты для Оррана и получил новое задание — найти вас, чтобы передать ваш выигрыш в пари против принцев.

С загадочным видом мне протянули звенящий монетами кошель.

— Ах, положите на куст, у меня грязные руки, — неожиданно ответил Ликой, отступая, хотя я работала в перчатках.

— Ваши иглы. — На кошель лег мой набор ядоведа. — Книги, которые я обещал подарить, — продолжил советник, и на куст перекочевала стопка редчайших изданий, за которые можно душу отдать или пару тысяч поцелуев. — О, и закладка к ним. — Витой черный стебелек с едва заметными корешками опустился сверху.

— Спасибо… — начал свою благодарность Ликой. Спасибо, всего лишь спасибо, когда передо мной такое счастье?! Пожри меня демоны, это же редчайшее растение трех континентов! Травники в поисках него проводят годы…

— Безымя-я-я-я-ян-и-и-иик!

Восторженный вопль прорвался сквозь зубы, сквозь все заслоны генерала, спугнул кого-то в кустах, разлетелся над степью и оглушил Ликоя настолько, что он не успел подавить мой порыв, только крикнуть: «Стой!» Но я уже отбросила сапку из асса, сорвала перчатки и двумя руками подхватила ценнейший подарок, преподнесенный, как обычная закладка. И только секунду спустя поняла, что стебелек до странного тяжеловат.

Вспышка обжигающего холода заморозила пальцы, колючими иглами прошила руки и устремилась к голове под разъяренный рык: «Я тебя на куски разорву! Грысова глотка! Брось его… Брось его! Брось!»

— Размечтался! — фыркнула я, а получилось, что сказала вслух. Сказала и охнула.

«Брось! Выкинь! Уничтожь…» — продолжил бесноваться подселенец.

— Лилли? — отвлек меня от внутренней ругани Волль, аккуратно обхватывая руками мои дрожащие ладони. — Я рассказывал вам, как можно изгнать сущность генерала без предисловий и обрядов? — Он смотрел внимательно, словно пытаясь по глазам понять — со мной он разговаривает или нет. — Это очень забавно, но в свое время сподвижники Верховного так его допекли, что он научился избавляться от них. Стоит генералу вручить его личный сосуд, и тот сам освобождает тело беззвучно и бесследно.

— И все? — Я прислушалась к себе, звуков действительно не было, насчет следов ответить сложно.

— Поначалу пришлось хитрить: обещать поднебесным эльфам разбить их носы, если не найдется сосуд Ликоя; угрожать подземным эльфам нашествием големов, если не найдется стебелек, маскировать один предмет другим и молиться, чтобы вы взяли именно безымянник. И все, — подтвердил советник, подступая ближе. — А теперь назовите кодовое слово.

Я зажмурилась, прислушалась к себе и, осознав, что я вновь полноправная хозяйка своего тела, тихо ответила:

— Черный кролик.

— Верно, — выдохнул Грефран, но не расслабился. Забрал из моих рук красный пульсирующий кристалл, вручил настоящий стебелек и приказал кому-то в кустах: — Гравски, вы свободны.

— Слушаюсь! — Высокий зеленоглазый брюнет лет двадцати вынырнул из листвы, поправил мой однозарядный арбалет на своем плече, подмигнул и исчез. Только черные уши мелькнули в тени.

— А-а-а… — Так это и был наблюдатель, которого я чуть не убила?

— Метаморф из спецотряда Соро. Не волнуйтесь, он не единственный был в подкреплении, — неправильно трактовал мой сип советник. — За пределами сада разместились два отряда «грифонов», королевские «псы» и более пятидесяти вампиров пятнадцатого герцогства. Орран, Нигье, Соро, Даниэль и ящеры. Последние особенно настаивали на участии в операции и не улетели с момента вашей доставки сюда.

И я увидела их морды, выглядывающие из-за деревьев. Это было так трогательно и мило, что даже всхлипнула дважды. И меня незамедлительно притянули к груди, обняли за плечи.

— А как… как вы узнали, что Ликой занял мое тело? — прошептала я в его шейный платок.

— Сразу. По изменившемуся дыханию, которое отразилось в отчете РДК вашего корсета, — прозвучало глухо в ответ, и сердце под моей щекой ускорило стук.

— И все это время… — я засипела, — все-все специально не замечали?

— Да. Не замечали, опасаясь, что он вас искалечит во время обряда изгнания.

По ту сторону сада уже слышались приказы Соро и команды Нигье.

— А я думала… — с трудом сглотнула подкативший к горлу ком.

— Догадываюсь. — Грефран прижал меня сильнее, губами коснулся макушки и вдруг, словно желая отвлечь, зашептал: — Лилли, пока нас не развели по углам для допроса и не разлучили на целый день, я хотел спросить, согласитесь ли вы принять мои ухаживания?

Я удивленно прислушивалась к нарастающему стуку его сердца. Он, верно, шутит.

— Я не шучу, — произнес Волль твердо. — И не стоит говорить, что ваш муж будет против. Главное, чтобы вы были «за». — Немного помедлил и добавил: — И, конечно, мне нужно имя мужчины, который наводит страх на Соро и Нигье, но при этом легко отпускает вас на слет невест. Ему стоит подумать о разводе.

Нервно хохотнула, услышав осуждение собственника в устах ловеласа. Посмотрела на Блика снизу вверх, внимательно оценивая эти брови, глаза с прищуром, лысину и улыбку, замершую на губах. Вспомнила себя, вздохнула.

— Грефран, для начала стоит признаться, что мне тридцать четыре года, моему сыну семнадцать лет, я выгляжу старше, чем сейчас, и…

— Лилли! — позвал он, не желая слушать.

— …про листья борщевика писала я, и та жуткая настойка от незнакомца тоже моя…

— Ли-и-илли! — Он сжал меня крепче, склонился к моим губам, смутил требовательным взглядом и простым переходом на «ты»: — Ты невыносима.

— Что? — прошептала, заливаясь краской. — Не рассказывать дальше?

— Рассказывать. Но вначале ответь мне. Значит ли это, что ты согласна? — спросил очень строго.

— Ну, да…

Лишь пара слов, но какие изменения!

Я тут же узнала, что Волль, который сомневается, разительно отличается от Волля, идущего к цели. Безымянник у меня отобрали, отложили его подальше, к книгам, чтобы миг спустя объятия перестали быть объятиями, а слова — словами. Меня прижали к закаменевшему телу, подтянули вверх и, намереваясь поцеловать, окинули таким взглядом, от которого стало душно, дурно, немного нервно. В мельчайших деталях вспомнилась поездка на маготрансе, расплывающаяся Степь, провал в портальную яму, немыслимая скорость на арене, виртуозная игра со смертью и ловушками, безумство ликующей толпы. Мне не хотелось вновь погружаться в этот омут, от слова «совсем».

— Грефран, если ты ухаживаешь так же, как водишь, то я… я…

— Будешь меня притормаживать, — разрешил он, мастерски томно пробуя мои губы на вкус. — Или шептать: «Блик! Блик! Блик вернулся на арену!»