30

Видимо из вежливости, медленно и упорно они разжевали всё и даже проглотили. Лучше всех держался представитель рода медоедов – видимо, по сравнению со змеиным ядом мой кулинарный шедевр казался съедобным. Мужчина с духом-сапсаном ел медленно, неторопливо, и постоянно поглядывал на остальных, словно ища поддержки. Кахир же, наоборот, пытался быстрее проглотить.

Расправившись с первой ложкой, трое завидных холостяков, не сговариваясь, посмотрели на принца. И я тоже.

Со словами:

– Очень… вкусно, – он зачерпнул вторую ложку.

Я с лица спала, наблюдая за этим. Даже не знала, как реагировать, но стоило ему взять третью, просто вцепилась виновнику отбора в руку со словами:

– Да быть такого не может!

Наши взгляды пересеклись. Сердце дрогнуло, и я даже хватку ослабила. На мгновение мне вновь показалось, что передо мной мой Иль – глаза у них с принцем были невероятно похожими! Никогда не думала, что способна узнать человека по глазам, а тут как чутьё какое-то кричало! Точно родня.

– Почему не может? – вдруг разрушил иллюзию принц, осторожно освобождаясь из моей хватки. И, словно из вредности, всё съел и набрал четвертую ложку.

– Я готовила в первый раз, – соврала я, не став признаваться, что специально портила блюдо.

– У вас талант! – авторитетно заявил виновник отбора, и все его друзья согласно закивали.

Согласно, но горестно как-то. И тоже принялись есть моё блюдо.

Мне казалось, что они иногда давились. Однако уплетали всё с таким упорством, что пару раз я невольно протёрла глаза. И за уши себя подёргала – вдруг там что-то сломалось, и я слышу какую-то фантомную похвалу? Но моё зрение и слух меня не обманывали – в этой компании собрались сплошные извращенцы.

Где-то посреди первой тарелки медоед, кажется, окутанный лёгким голубым свечением, сжалился над своими товарищами по несчастью. Сказав:

– Очень вкусно, я хочу добавку! Поделитесь? – он забрал у них остатки.

– Для такого друга как ты, Наиль, ничего не жалко! – искренне заверил Кахир, и его хорёк поспешно закивал.

Почему-то мне казалось, что речь сейчас шла не про еду.

Тарелки Наиль и принц буквально вылизали – улик не осталось. Я не то что не могла подсунуть на пробу это другим участницам или Мерьем, чтобы они сказали, какую гадость я сготовила. Я даже сама не могла проверить, что там у меня получилось.

– Это лучшее блюдо в этой группе! – заявил объевшийся медоед хриплым голосом – словно помирал. – Поздравляю вас, ханум! Вы однозначно пройдёте в следующий тур.

Испортили мне, короче говоря, настроение с самого утра. Когда я вернулась к себе, сестры не было. Так что я просто уселась на кресло… и заплакала. Это казалось ужасно несправедливым! И к тому же не поддавалось никакой логике. Неужели им действительно так понравилась моя отвратительная еда?!

Дождь за окном капал пока не сильно, так что я в тайне надеялась, что Роси не придёт. Хотелось посидеть в одиночестве и всё обдумать. Пострадать, так сказать, с чувством. Вот только такого удовольствия мне не дали – дверь распахнулась рывком и без спросу и меня окатило заливистым:

– Ох-хо-хо!

Я аж за сердце схватилась на всякий случай.

– Твоя слеза? – спросила Грация, бесцеремонно проходя внутрь и указывая за окно.

– Моя, – не стала я отпираться, с опаской глядя, как она закрывает за собой дверь.

– И чего реветь? – требовательно уточнила она, а вдруг возьми да и признайся честно:

– Я не хочу участвовать в отборе. Королевой становиться не хочу. Вообще надеялась сегодня проиграть, приготовила такую гадость, а принц с друзьями съели и сказали, что это лучшее блюдо.

Грация чуть склонила голову на бок и посмотрела на меня внимательно, а потом сказала серьёзно:

– Совсем не хотеть?

– Совсем! – решительно заявила я.