29

Вообще нас разбили на четыре группы – две до обеденного времени, а две после. Те, кто собирался соревноваться вечером забежали перед нами, чтобы замариновать мясо, поставить тесто и подготовить другие продукты. В общем-то, ради этого многие и просились попозже. Я же не собиралась делать решительно ничего из этого и согласилась опозориться первой. Вместе со мной из знакомых рискнула только леди Ада – и то во второй группе.

Сьюзан лишь восхищённо покачала головой и похвалила:

– Вы такие отважные! Я вот очень сомневаюсь, что у меня получится. Хотя мама в детстве учила зельеваренью, тут, вроде бы, похоже.

Я не стала ей говорить, что в моём случае вопрос в общем-то не в отваге.

Несмотря на общую расслабленность, задача передо мной стояла всё-таки сложная. Мне требовалось не просто приготовить тяп-ляп, а испортить блюдо. Поэтому для начала я залила в рис слишком много воды – чтобы точно переварить до уровня противной склизкой массы. И, подумав, солить не стала.

После этого я перешла к мясу. Выбрала специально утятину, потому что каждый раз при упоминании её Злося картинно падал в обморок – я не могла лишить себя такого удовольствия. Нарезала я крупными толстыми кусками, чтобы обжаривать было труднее, и сразу кинула на сковородку. И позабыла. Идеальным вариантом я считала, если оно подгорит снаружи, но не приготовится внутри.

Лук сперва планировала порезать вместе с шелухой, но решила, что не настолько безжалостна. Всё же это предстояло кому-то пробовать, а может даже и доедать. Не хотелось бы, чтобы кто-то отравился или получил несварение. Поэтому я просто решила нарубить луковицу большими кусками и добавить её в конце, не обжаривая.

Гранаты, к счастью, мне предоставили уже отчищенные. Вообще и гранатовый сок стоял у меня тут же, под рукой, но я решила, что в нём слишком мало косточек, и как могла раздавила зёрна сама, в миске. А затем вылила вместе с мёдом к уже равномерно обуглившемуся с двух сторон мясу.

Грецкие орехи я мельчить не стала. Так и кинула, местами вместе с перегородками – ходили слухи, что они полезны для здоровья!

Со специями у меня стоял тяжёлый выбор. Я сперва засомневалась, потом вспомнила, что несолёный у меня получится гарнир, и гульнула на все! Прямо бахнула в соус чуть ли не всё, что мне выделили – перцы аж смесью! В конце концов, если кто-то из жюри случайно начнёт дышать огнём, это же явный провал, да?

После этого я накрыла своё творение крышкой и стала ждать. Держала я эту ядрёную смесь, пока Мерьем не объявила:

– Дорогие конкурсантки! У вас осталось пять минут!

Вот тогда я, наконец, вывалила по тарелкам белую постную массу, которая издали напоминала рис. Перемешала мясо с сочным хрустящим луком и разделила по порциям, закрыв соусом рис. Получилось ровно на четверых – по количеству оценщиков.

Я очень собой гордилась! Я считала, что испортить эти продукты сильнее надо ещё умудриться и с нетерпением ждала, как придирчивые дженийцы отругают меня, не отходя от плиты, и выставят вон!

Уверенность моя, правда, пошатнулась, когда в жюри оказался сам принц вместе со своими друзьями. Их я в этой роли совсем не ожидала! Но я быстро пришла в себя и посчитала, что так даже лучше. Принц должен знать, от чего отказывается! А если не проникнется, так друзья отговорят.

К сожалению, я в очереди на дегустацию оказалась последняя – слишком торопилась зайти первой и в итоге заняла самое дальнее место от входа. Ко мне комиссия подбиралась очень медленно, зато я с удовольствием насмотрелась, как придирчиво они оценивают каждое блюдо, пробуя буквально по ложечке.

Пересолено, слишком жёстко, переварено – всё это звучало волшебно, и я даже представила, как картинно пущу слезу и уйду с позором. Когда они подошли ко мне, я сияла словно начищенная монета. А уж как я обрадовалась, когда они взяли первую ложку в рот и застыли, словно боясь выплюнуть…