Глава 62

Светлана.

Мы не знали точно, сколько прошло времени, но казалось, что не меньше суток. Всем хотелось есть, всем хотелось спать.

Несмотря на все отличия, мы смогли сладить: по очереди сторожили укрытие, отбивались от виверн, развлекали друг друга историями, которые происходили давно и далеко от всего того, что было с нами теперь.

Ядаяна почему-то не могла оборачиваться без моего вмешательства. Я списала это на то, что она зафиксировала в сознании, что получилось впервые именно с моей помощью. И теперь у неё это выходило только так.

Я не была бесполезной, не была обузой, и это меня радовало.

— Спасибо тебе, — сказал Цукер, когда окончательно очнулся. Он выглядел помятым, но уже мог членораздельно говорить и стоять на ногах. — Я считал, что твоё присутствие — это плевок в лицо всем нам. Ты попала сюда нечестным путём, без предварительного испытания. И потом тебе всё сходило с рук… А потом ещё и твои отношения с Девилом. Это может испортить нам жизнь, понимаешь?

— Вообще-то, нет, — отозвалась я без претензий. Правда не понимала, о чём он говорил.

— Ты подумала бы получше, — вмешалась Ядаяна. — Разве тебе неизвестны правила? Мы можем проходить отбор в великих домах только один раз. Потом нам дорога заказана в любой из них! Конечно, нас возьмут в другие, не такие престижные места и даже охотно только потому, что мы просто были на этом отборе. Но мы все именно здесь, мы все рискнули, потому что…

— Потому что хотим большего, — договорил за неё Цукер. — Мой отец служил дому чёрных драконов. Из-за этого я его никогда не видел. Но всё же… Его уже нет. Мне хотелось узнать его лучше. Хотя бы занимаясь тем же, чем он. И этот отбор — мой единственный шанс.

— Он был нянькой? — удивилась Ядаяна.

В то время как у меня ком в горле застрял. Наконец-то я поняла, зачем мужчина всё это затеял и почему так сильно нервничал.

— Нет, конечно, нет, — со смешком отозвался Цукер. — Он преподавал наследникам искусство боя и стрельбы. Ведь не всегда можно полагаться на магию и драконью ипостась. Никого подобного больше не требовалось, ведь в доме чёрных драконов рождались одни девочки… И я решил…

— Стать нянькой, — рассмеялась Ядаяна. — Ну ты даёшь!

Он залюбовался её смехом, а мне стало немного неловко, что я это заметила.

И глубоко в душе грустно, что тот, кто дорог мне, никогда так не посмотрит.

— Я к тому, что для нас очень важно служить великому дому. Чёрным драконам в особенности. Этот дом долгое время был одним из самых престижных. Но появилась ты, а до того были разные слухи и события, и ты портишь репутацию дома чёрных драконов теперь. А, значит, вставляешь палки в колёса любому из нас, кто выиграет отбор. Ведь никто не хочет положить всю свою жизнь на то, чтобы прославлять опозоренный дом, глава которого имел отношения с человечкой.

— Ну или просто имел, — добавила Ядаяна с гадкой ухмылочкой.

— Дай, не нужно… — оборвал её Цукер. — Всё это выглядело скверно, Лана. Мой отец променял нашу семью на этот дом, на служение чёрным драконам, и я не хотел, чтобы всё было напрасно. И этот дом развалился. Я злился, но это всё уже неважно.

Ветерок перебирал мои волосы, мы вольготно устроились на толстой ветке большого дерева. Было почти так же удобно, как на лавочке.

Ядаяна не слишком вредничала, сидя рядом с мужчиной, прижимаясь к его тёплому боку, а сам Цукер был искреннее, чем когда-либо.

— Ты достойная девушка, чтобы там ни происходило. Я прошу прощение за то, что сам вёл себя недостойно. Теперь я вижу, как это выглядело.

— Всё в порядке, — я коснулась его ладони и ободряюще улыбнулась, — спасибо тебе. И тебе, Ядаяна. У тебя хорошо получилось справляться с вивернами.

Она ничего не ответила, явно неготовая следовать примеру Цукера, но мне показалось, что её взгляд потеплел.

— Отдохни, Лана, — предложил Цукер, — обопрись о ствол дерева вон там, чтобы не упасть. Попробуй поспать. Может быть, это скоро закончится.

— Хорошо бы, — добавила Ядаяна, — а то я похудею и стану выглядеть ещё хуже Геры.

На этой ноте я закрыла глаза. Было холодно. И я подумала о Девиле. О тех ночах, что мы провели вместе. Совершенно невинных. О тепле одеяла. О тепле его объятий. Безапелляционных и грубоватых.

Какими бы они ни были… мне бы они точно не помешали.

Стоило только об этом подумать, как тело окутало тепло. Будто бы он услышал меня и послал искорку своей силы, чтобы обогреть.

Мне нравилось так думать.

Мне нравился сон, прилипший на внутреннюю сторону век.

Но вот резкое падение и оголтелый крик виверн — нет.

Кажется, Цукер был неправ. Они вполне были заинтересованы во мне. В моей плоти и ещё бьющемся сердце.

Но надолго ли?..

Их было много. Я не успела опомниться, как боль обожгла спину. Огромные когти пронзили тело. Но я не мучилась долго. Вскоре меня накрыла холодная тьма.

Можно было лишь надеяться, что я открою глаза вновь. И что испытание к тому времени закончится.

Первое случилось.

Второе — нет.

Первое, что я увидела — задорно танцующее пламя, дальше — огромную тушу виверны.

И только потом других претенденток.

Надо мной склонялись Мона и Элла.

— Где Цукер… — просипела я. — И Яда… яна…

— Не притворяйся, что тебе есть дело до нас! — послышался сверху елейный голосок рыжей драконицы, и у меня отлегло от сердца.

Оно, кстати, всё ещё билось.

— Тебе повезло, — сказала Мона, — у Эллы сильный целительский дар. Иначе ты бы и минуты не протянула. Они едва не разорвали тебя пополам.

— Спасибо, — выдохнула я.

Мона отошла, чтобы поставить вокруг магические ловушки, а Элла села рядом, чтобы закончить с моей раной.

Она была самой тихой и, казалось, покладистой претенденткой. У неё тоже были отличные результаты. Она располагала к себе. Но я меньше всего о ней знала.

— Ты мне жизнь спасла.

— В этом не было сложностей, — улыбнулась она. — Вы даже не пытались найти выход из лабиринта?

— У нас отравленный оборотень, не слишком опытная и магически сильная драконица и человечка, — ответила я с усмешкой, — так что если честно мы просто пытались выжить.

— Это испытание, — ответила она, — его надо пройти так или иначе.

— Я не думаю, что оно связано с тем, чтобы выйти из лабиринта. Как и всегда.

Элла кивнула.

— В этом есть смысл, ведь как бы я ни пыталась пройти вперёд, всё меня вело сюда. Я надеялась, что подобрались к концу, но, видимо, это самое начало. Так мы и встретились с Моной. У неё хорошая огненная магия, она отлично со всем справлялась.

— Да… — отозвалась я приподнявшись. — А ещё она легко могла с ними справиться, обернувшись.

— Легко? — удивилась девушка. — Во-первых, даже дракону не слишком просто одолеть виверну, она меньше, но крепче и смертоноснее. Её мозг работает быстрее, хотя она и неразумна. Во-вторых, Мона попыталась обернуться, но у неё не вышло. Видимо, император ограничил эти способности. Поэтому больше шансов тут у тех, у кого сильная магия и неважно, какой он будет расы. Если только не великим драконом. Виверны могут и не трогать их. Ведь считается, что драконы из великих домов ближе к богам, чем остальные. А сами виверны — священные существа.

Я слушала её нахмурившись. У Ядаяны получалось оборачиваться.

Почему?

Что-то не так было с ней?

Или со мной?

Ведь я провоцировала каждый её оборот…

— Всё нормально? — спросила Элла.

— Ага, — я оглядела её по-новому, когда мне окончательно стало лучше, — ты бледная. Устала?

— Да, как и все, хочу есть, — ответила она. — И меня задела виверна. Хвостом, так что немного голова кружится из-за яда. Себя исцелять выходит не так хорошо, как других. Тебе повезло, что тебя разрывали лапами и не отравили. Это сильный яд.

Я кивнула и, конечно же, ничего не сказала о том, что яд на меня не подействовал.

Цукер с Ядаяной всё ещё были на дереве. Они не успели вмешаться, потому что на помощь вовремя пришли две самые боевые претендентки. Мона подошла к огню и спросила:

— Ни у кого больше нет еды?

— Остался только солевой кристалл, — посетовала Ядаяна.

— Солевой кристалл? — удивилась я.

— Ну да, он был в сумке. Он немного дольше держит магический заряд.

Я порылась в своей сумке и тоже его нашла. Красивый кристалл соли в обрамлении металла. Так просто и так изысканно. А ещё практично…

— У меня есть идея, — сказала я. — Неизвестно, сколько мы ещё должны будем здесь пробыть. Нам нужны силы, чтобы сражаться дальше. Мы можем спать по очереди. Но кроме того нужно есть, и это тоже решаемо.

— Предлагаешь себя в качестве ужина? — поинтересовалась Ядаяна.

Я перевела взгляд на тушу виверны.

Убивать их считалось едва ли не преступлением, но в бою было трудно сдерживать силы. И в итоге одну Мона убила, а остальные скрылись.

— У нас здесь мясо, огонь и соль. А ещё я видела заросли топинамбура за деревом. Можно выкопать корни, это вкусно!

— Ты предлагаешь съесть священное существо, которое по легендам было прародителем драконов? — спросила Мона.

— Ни за что! — крикнула Ядаяна с дерева. — Это отвратительно! Боги проклянут нас на всю оставшуюся жизнь! Мы будем много лет мучиться от неудач!

— А я не против, — вдруг поддержал меня Цукер, — в конце концов, я всего лишь оборотень.

— Хорошо, — согласилась Элла. — Это противоречит имперским ценностям, но мы должны быть разумны и держаться ради детей. Если бы они были здесь, мы не должны были бы морить их голодом.

— И ты сможешь приготовить? — спросила Мона. — Если что, никто не знает, съедобны ли они вообще…

— Вот и проверим, — улыбнулась я. — У нас здесь есть целительница, так что всё в порядке.

— Меня от твоего оптимизма тошнит… — проворчала Ядаяна.

Я решила, что это согласие с остальными, и приступила к делу. Мечом отрезала бедро, очистило его, посолила и отправила готовиться в яму под костром. Мона подстрекала его магически, чтобы температура была выше и шло всё быстрее. Я в это время с помощью Цукера выкопала клубни топинамбура, очистила и добавила к мясу.

Все были напряжены.

Но так же все прекрасно помнили слова императора о том, что испытание будет длиться так долго, как он захочет.

Кто знает, каков был предел?

Мы должны были быть готовы ко всему.

Поэтому, когда мясо было готово, все решили есть. Даже через силу. Даже если оно будет слегка отравлено.

Но слава богам, мясо было нормальным и даже…

— Ммм, — улыбнулась я, — как курица!

— Она есть виверну и улыбается! Стукните её кто-нибудь! — воскликнула Ядаяна. — Хоть бы постыдилась!

Но сама она перестала возмущаться, когда доживала свой первый кусочек.

Нахваливать никто не стал, всем было не по себе.

А я ела без угрызений совести. Это священное животное, в конце концов, пыталось меня убить.

— Может быть, так лучше, чем если бы мы просто оставили её здесь, — попыталась я подбодрить. — Мы её так даже почтили.

Всем эта идея пришлась по душе, так что остаток ужина, завтрака или обеда прошёл мирно. Виверны больше не совались к нам. Видимо, не могли отойти от случившегося.

Цукер как мужчина решил дать нам поспать, пока он будет охранять периметр. Никто не возражал. Моне и Элле особенно нужны были силы после ожесточённого боя и долгих скитаний по лабиринту.

Прежде чем я заснула, кто-то сказал:

— Нас точно казнят за это…

И когда я открыла глаза, лабиринта, леса и костра рядом уже не было. Мы валялись на мраморном полу зала испытаний.

Император сверлил нас взглядом.

На мгновение я поверила, что никто не пройдёт дальше и вообще больше никогда не покинет этой комнаты.