Глава 9

— Устала? — окинув меня взглядом с ног до головы, спросил Девил. В его бархатном голосе было что-то затаённое, тёмное и тягучее. Мне сразу же стало не по себе, но я не подала виду.

— Нет, — вдруг это очередная проверка. — Вы будете моим стражем?

Прозвучало это как-то… не так.

Дракон ухмыльнулся, притянул меня к себе и прошёлся горячей ладонью по моей спине и чуть ниже.

Я вырвалась, но тут же поняла, что он высушил меня.

— Эээ, благодарю, но всё-таки предупреждайте.

— Идём, — даже не обратив внимание на мою реакцию, дракон стал подниматься по ступеням. — Что у тебя на плече?

— Котёнок… Я только не понимаю, был он частью испытания или нет.

Девил на мгновение обернулся и странно на меня посмотрел.

— Это знает только кевлара.

— Та статуя?

Он не ответил. Казалось, что подробностей мне никто не станет говорить просто из принципа.

— Но я думаю, что это случайность. Вчера был сильный дождь, животное могло забраться в подвал, чтобы его переждать. Выбросить его?

Котёнок снова мяукнул мне в ухо. Я погладила его по мордочке.

— Если это вопрос, то я бы хотела сначала его покормить.

Дракон не стал возражать. Я несколько мгновений просто плелась чуть позади и наблюдала за ним. Неужели просто отведёт меня в комнату, где я должна буду ждать следующего испытания? И ничего не расскажет?

— Ничего мне не объяснять — это необходимость? Я уверена, что другие претендентки имеют общие представления о том, что происходит.

Дракон открыл дверь в мою комнату, мы зашли вместе. К моему удивлению, он будто бы и не думал уходить. Вместо этого развалился в кресле, перекинул ногу на ногу и уставился в окно.

Выглядел бледнее, чем перед первым испытанием, потому что взял на себя моё состояние после ледяной воды. Конечно, это ему было проще проглотить, чем болезнь.

Но всё равно приятного в этом мало.

Кто-нибудь вообще знал, что он творил?

— Я не думал, что для прохождения отбора тебе нужно что-то кроме понимания, зачем ты это делаешь.

Котёнок, мурлыкнув, спрыгнул на пол, обнюхал кровать и комод, затем решил устроиться на подоконнике. За окном темнело. В мире без интернета все наверняка ложатся рано. Если Девил не хотел мне ничего объяснять, тогда… чего же он ждал?

Сердце ёкнуло.

— О да, вы доступно объяснили мне всё, что нужно знать о конечной цели. Но понимание, зачем вообще устраивать отбор подобного толка… тоже не помешало бы. Это не необходимость, но… было бы полезным для моего морального состояния. Чтобы, знаете, не сойти с ума.

Он покривился и в очередной раз заявил:

— Человечки такие хрупкие. Ты бы, наверное, даже не смогла родить от дракона.

Я опешила и даже отступила от него ближе к окну. Как это соединилось в его голове? Разговор совсем другой. И почему он вообще думает об этом?

— Я и не должна, — протянула с надеждой. — Или это тоже входит в обязанности няни?

Удивляться чему-либо в этом мире становилось всё сложнее.

Дракон поднял в воздух несколько сфер света, они отражались золотом в его серых, красивых глазах. Я присмотрела себе маленькую, но тяжёлую статуэтку единорога. Буду защищаться, если придётся. Уж больно странный был у Девила взгляд…

— Не входит. Даже строго запрещено. Ещё раз повторю, Лана, никаких мужчин рядом с тобой! Разумеется, никакой дракон не позарится на такую, как ты. Но есть же расы низменные и с отсутствием всякого понятия о прекрасном.

Выносить его тяжело.

А самое главное — я это делать и не должна.

По крайней мере, не в таком ключе.

Я, возможно, буду заботиться о его племянниках. Должно быть какое-то уважение! А если я такая плохая, можно было бы меня и не вызывать.

— Простите, драгар, вы здесь для того, чтобы оскорблять меня? Я благодарна вам за спасение, пусть и спасли вы без спросу. Я хочу эту должность. Но границу всё-таки придётся провести.

Его красивое бледное лицо разрезает кровожадная улыбка.

— Думаешь, у тебя есть права? Будешь слушать всё, что я говорю, — в его голос вплеталось рычание, а взгляд становился всё более жгучим. — И, конечно, терпеть всё, что я делаю. Ты моя.

Я сжала статуэтку. Его рассудок явно был затуманен.

Дракон подошёл совсем близко, я замахнулась.

— Не подходите!

Он усмехнулся на этот раз остро. Поймал мою руку до того, как я успела причинить ему вред и… горячо поцеловал костяшки пальцев.

Я ахнула. Захотелось прижаться к нему, он просто перестал пугать.

Нет, это всё наша временная связь…

Обоим нужно было взять себя в руки. Немедленно…

Я всё ещё могла здраво рассуждать, но тело отказывалось слушаться, поэтому с губ сорвался своевольный стон, когда Девил поднял меня на руки, отпустил на кровать и поцеловал в шею…

Становилось нестерпимо жарко. Притяжение к дракону было сложно как-то объяснить, глупые эпитеты, который бились друг о друга в голове (сильная, болезненная, сладкая, невозможная, острая связь…), плохо справлялись с описанием происходящего.

Я вцепилась в плечи Девила, он тянулся к моим губам.

И ощутить его поцелую хотелось так сильно, что даже страшно.

Но! Няня я или кто? Как там сказала статуя? Няни должны быстро ориентироваться на местности и в ситуации. Нельзя поддаваться паники, нельзя поддаваться оцепенению, нельзя поддаваться… его рукам.

У меня не было своей магии, но была сила воли, а значит, я всё-таки могла противостоять этой связи.

— Очнитесь, — прокричала ему в лицо намеренно громко и попыталась вывернуться. — Вы пожалеете об этом, когда этот флёр спадёт!

Девил схватил меня за запястье, вмял руку в кровать, спросил до боли язвительно:

— Почему это?

— Как же? — выкрикнула я. — Я ведь всего лишь жалкая человечка, которую вы никогда бы и не подумали желать, если бы были в своём уме! Не будет противно после?

— Давай… — склонился он и прошептал мне на ухо, — это проверим…

— Нет!

Удалось врезать ему по челюсти. Не слишком сильно, но всё-таки.

Дракон зарылся носом в мои волосы и вдруг… упал рядом так, словно собрался отдыхать. Всё его тело горело, грудь с иногда проскальзывающим сиплым звуком, вздымаясь, ходила ходуном. Его лихорадило.

Это всё ещё из-за меня?

Я чуть отодвинулась и положила ладонь на его лоб. Ощущение было такое, словно обожглась о горячую печку!

— Позвольте же мне кого-нибудь позвать. Разве это нормально?

— Нет, — прошептал Девил, — останься. Нужно время… как ты… как ты это терпела?

Его пронзительный взгляд стальных глаз заставил меня вздрогнуть.

Дракону было совсем невесело, но вместо агрессии в его взгляде было запрятано настоящее… сочувствие?

— А драконы что ли не болеют?

— Не так, — прошептал и крепко зажмурился.

Я вновь обложила его мокрыми тряпками, приносила воды, просто сидела рядом, когда ему это было нужно. Рассказывала что-то глупое, чтобы отвлечь его, гладила по жёстким чёрным волосам.

Его выходка ушла на второй план. Это был приступ. Болезнь всё ещё не была побеждена. Поэтому она стимулировала не только его дурное самочувствие, но и нашу связь.

Моя метка ныла, его едва ли не дымилась.

Но через несколько часов приступ пошёл на спад, Девил лежал, смотрел на меня и о чём-то размышлял между громкими ударами своего драконьего сердца.

— Считай, что испытание было нулевым, мышка, — сказал он в итоге. — В такие великие дома претендентов на хорошую должность — море. Должность няни считается вполне приличной, её могут занимать даже девушки с титулом. Старые девы, например. Поэтому и существует предварительный отбор. Это письменные и устные тесты, собеседование, испытание на физическую подготовку и сообразительность. Что-то похожее на то, что было сегодня, многие из них уже проходили. Оно было для тебя.

— Но обо мне узнали в самом конце…

— У кевлары всегда есть множество вариантов в запасе. Она подстраивается под обстоятельства, чтобы добиться лучшего результата на благо дома чёрных драконов. Все отобранные на первичном отборе претендентки получили одноразовые медальоны. С этого момента моё слово ничего не значит. Дальше всё решает система. Это из века в век позволяет избегать ошибок. Верные слуги в доме — первое, о чём нужно думать, когда думаешь о безопасности. Впрочем, у меня было право привести ещё одного человека со своей стороны. Я отдал за тебя свой собственный медальон. Медальон хозяина. Подобные вещицы здесь есть у всех. И слуг. И членов семьи. Они подтверждают принадлежность к дому чёрных драконов. Та няня, что выиграет, так же получит уже постоянный артефакт. Таким образом, она станет частью системы.

Я кивнула. Значит, это не просто дань традиции. Даже если Девил решит, что я подхожу детям лучше всего, без прохождения отбора мне не стать няней и не остаться рядом с детьми.

— Испугалась? — улыбнулся он. — Ложись рядом. Тебе нужно поспать. Давай… я тебя не укушу. Пока что.

Проводить вторую ночь вместе с ним? Тогда, когда над нами всё ещё довлела загадочная связь? Спать, конечно, хотелось дико. Даже голод практически не чувствовался.

Я обвела взглядом кровать. Очень даже хотелось примоститься на краю, сомкнуть веки и погрузиться в небытие. Несколько часов ни о чём не думать, просто набираться сил. Я ведь должна была быть в порядке ради детей.

Если ледяная и кипящая вода, рассыпающиеся малыши и разбитые колени, это нулевое испытание, то что же будет дальше?

Девил сверлил меня взглядом. Я зевнула, прикрыв лицо ладошкой. Глаза слипались. Но даже в таком состоянии меня было не так просто обмануть.

Я же всё видела…

— Вам уже лучше, драгар.

Он ухмыльнулся и выгнул чёрную бровь. Красивый. Даже слишком.

— Откуда тебе знать?

— Я видела вас в том состоянии, когда правда была вам нужна. Когда вы хватаете меня за руки, когда у вас пропадает пульс, когда даже губы становятся бледными. Сейчас вам, может, и плохо. Но, полагаю, дойти до своих покоев вы сможете.

— А куда же делось твоё хвалёное милосердие? — спросил он вдруг. Я машинально бросила взгляд на спящего на подоконнике котёнка. — Разве ты не должна быть поласковее с мужчиной?

Всё это время я стояла между кроватью и письменным столом. Но после его слов сделала шаг вперёд, поправила выбившуюся на лицо светлую прядку волос и спросила:

— Вам правда нужно моё сочувствие? Моё внимание? Моя ласка? Няню для кого вы вызвали в свой мир? Для своих племянников или для себя самого?

Он улыбался нахально, но в этой улыбке было чуть меньше уверенности и чуть больше мрака, чем обычно.

Атмосфера сгущалась. Нас тянуло к друг другу. Он вроде как поддавался слабости. И ладно бы ещё это, ладно бы ему приходилось — бедному и несчастному! — бороться только с собой, со своим мнением о попаданках с Земли, так ведь кроме этого в противостояние приходится вступать даже со мной.

А ведь как было бы приятно, если бы я была согласна на всё.

Меня можно было бы удобно во всём обвинить и одновременно насладиться мной.

Но жизнь не сказка. Она давала весьма и весьма неприятный отпор. В моё лице.

— Ты прекрасно знаешь, что я сделал. И прекрасно знаешь, что моё внимание к тебе — всего лишь последствия. Временные.

Я сделала ещё один маленький шажок. Только чтобы показать наглому дракону, что я не боюсь. Хотя боялась, конечно, до чёртиков.

— И вы прекрасно отдаёте себе отчёт. Ваше мнение о человечках не изменилось, ваш разум не затуманен — по крайней мере, сейчас. Но вы предпочитаете закрыть на всё глаза, забыться. Как удобно. Как часто вы предаёте себя и свои же постулаты, ради сиюминутного удовольствия?

Это игра ничем не отличалась от той, которой меня научил сам же Девил, когда разговаривал с Резергардом. Взять заявление или поведение человека и объяснить ему по косточкам, что это на самом деле значит.

Это, между прочим, больно слышать.

Никому не нравится, когда их ловят на противоречиях.

Но я недооценила дракона. Он побледнел заметно, затем поднялся с постели рывком, схватил меня за плечи, прежде чем я смогла отступить, посмотрел в глаза.

Я не отводила взгляда. Сердце колотилось бешено. Мне казалось, что Девил раз за разом силой сжимал его своей огромной горячей ладонью.

— Ещё немного, — сказал он просто и холодно, так что меня пробрали мурашки, — и я решу, что ты совершенно не подходишь на роль той, кого можно будет оставлять с моими племянниками. Глупо. Глупо так разговаривать с тем, в чьих руках твоя бестолковая жизнь.

Он правда разозлился.

Потому что даже не добавил игривое и пресловутое «мышка».

Ему было не до игр… А я смотрела на него и не понимала, где с ним горячо, а где холодно. Что-то его злило, что-то веселило. Закономерность найти непросто. Противоречий в драконе масса.

Что же в его бедовой голове?

— Знаете, — сказала я, неприятно, но голос всё же слегка подрагивал и сипел от недосыпа, — что сбивает романтический настрой? Что не оставляет следа от похоти?

Он не ответил, но удивился такому повороту разговора.

— Рациональность, — продолжила я. — Мысли о неправильности, о разумности происходящего, о морали. Этому всему не место в спальне, не так ли? Но ведь и вы не в покоях своей любовницы. Я собираюсь стать няней для ваших племянников. Меня вполне устраивают условия и заработок. Кстати, сколько платить будете? — не выдержала и усмехнулась. — В любом случае, здесь вы найдёте лишь это. И при желании иного… сбитый настрой — это неприятно. Но это горькая таблетка, которую надо проглотить, мой дорогой драгар, ведь вы сами говорили, что вам нужна няня, а не…

Он вдруг оборвал меня тем, что поднял на руки, прижал на несколько долгих, терпких мгновений к своей пылающей груди и уложил на кровать.

— Я не трону тебя, — сказал, как бы обрубая разговор на корню. — Спи уже.

Мне удалось избежать кары, но так просто закрыть глаза в объятиях этого мужчины мне не позволяла… предприимчивость.

— Хорошо, но с условием, — прошептала я.

Прекрасно зная, что моё мнение нигде не учитывалось и выбора у меня в любом случае не было. Моя безопасность и неприкосновенность были целиком и полностью завязаны на настроении дракона.

— Каким же? — его низкий, тоже хрипловатый голос стал оттаивать, это слегка меня успокоило.

— Завтра я хочу увидеть детей. Убедиться, что они хорошо и правильно питаются. Хотя бы ненадолго.

Я непроизвольно всхлипнула от поднявшихся в моей груди эмоций.

Девил вдруг запустил пятерню в мои волосы, пропустил локоны между пальцев и ответил:

— Согласен.