Глава 17

Баашар – первенец главы гордого военного клана, и все ожидали, что он станет сильным, хитрым, достойным продолжателем дела отца, главой и опорой семьи.

И Баашар действительно стал сильным.

Только с остальным у него как-то не срослось.

Родители, быстро заметившие, что их сын солдат до кончиков рогов, а не гордый генерал, способный часами заниматься стратегией и тактикой развития клана и системы обучения солдат, сколько ни пытались его изменить, результата так и не достигли.

Именно поэтому в тот день, когда отец сообщил Баашару, что отправляет его на шоу «Найди себе пару», чтобы он с одобрения Совета архидемонов женился на иномирянке и такой мезальянс позволил вполне законно назначить наследником рода второго сына с правильной супругой, Баашар без малейших колебаний принял этот приказ к исполнению.

А сейчас он полулежит на топчане в своей комнате, поверх детективной книги смотрит на сидящую за столом Найтеллит, на её одухотворённое в момент изучения электронных документов лицо, и понимает, что то решение – самый большой подарок судьбы, переплюнувший даже его рождение в высокопоставленном, почти равном архидемонам, семействе.

Она так не похожа на крепких, мускулистых женщин, которых ему сватали чаще всего, не похожа и на изящных демонесс благородных родов, Найтеллит… другая. Её округлые плечи, пышная грудь, широкие бёдра, сладкая полнота – всё восхитительно. И Баашару, изнывающему от желания носить её на руках, баловать и нежничать, кажется, что даже свет настольной лампы ласкает её гладкую упругую кожу, пухлые губы, густые ресницы, уложенные в строгую причёску волосы с золотыми, выполненными на заказ, шпильками – такие она носила дома и здесь сама нарисовала эскиз для мастера.

В родном мире Найтеллит организовывала исполнение приказов Великой матери, здесь от скуки заглянула в рабочие файлы Баашара с порученными ему делами, выспросила подробности и всё сделала за него, да так, что Баашара впервые похвалили.

И сейчас она изучает очередное дело, лишь иногда уточняя те или иные моменты, а Баашар… любуется и восхищается и её внешностью, и умом, и способностью с удовольствием разбираться в том, в чём он разбираться не хочет. Все эти нюансы управления кажутся ему невыносимо скучными, и поэтому он не может на них долго сосредотачиваться, а Найтеллит может, и для него это сродни магии.

Найтеллит чуть хмурит брови, закусывает губу…

«Она идеальна», – осознание этого пронзает Баашара, меняя всё!

И даже зная, что в её мире мужчины не имеют права на женщин даже смотреть без разрешения, не то что предлагать связать с ними жизнь, всё же произносит:

– Выходи за меня замуж.

Несколько мгновений Найтеллит сидит, рассеянно глядя на монитор, затем приподнимает голову, уже собирается повернуться, и сердце Баашара замирает от тревоги: согласится, нет?

С грохотом распахивается приоткрытое для проветривания окно, и в комнату сначала проталкивается огромная гривастая кошачья морда с сияющими голубыми глазами, а потом вваливается и обтянутое чёрной модифицировавшейся бронёй тело с распластавшейся на загривке крепкой темноволосой девушкой в фиолетовом платье. Эти двое оказываются аккурат между Найтеллит и Баашаром, он вскакивает, стискивает кулаки.

Только отточенные рефлексы помогают ему быстро понять, что это не нападение, а просто наглое демонокотовское – чего ещё от них ожидать? – вторжение.

– Шаакаран! – рявкает Баашар.

– Все вопросы к ней! – Шаакаран дёргает хвостом из стороны в сторону, но не пытается сбросить наездницу. Возможно потому, что она держится не за рога, что было бы логично, а за нежные уши.

– Добрый день, – кивает Манакриза.

Баашар её узнаёт: ещё при первом знакомстве с невестами запомнил, сразу по выправке и развитой мускулатуре поняв, что она тоже воин. В семье даже обсуждали, что из всех невест эта, возможно, лучше всего впишется в семью, но она хоть и была симпатичной, Баашара как девушка не впечатлила.

Он быстро обходит Шаакарана и встаёт рядом с Найтеллит. Молчит, интуитивно ощущая, что ей будет привычнее и приятнее заговорить первой, проявить себя главной хотя бы в пределах этой комнаты:

– Что случилось?

Манакриза смотрит на неё внимательно, но как-то обозначать своё отношение к этому не спешит, и Баашар ждёт. Понимает: если будет угроза Найтеллит или раскрытия её пребывания здесь, он, не раздумывая, убьёт обоих незваных гостей.

– С меня слезть пора, – ворчит Шаакаран и волнообразно покачивает телом, но Манакриза крепче охватывает его сильными ногами и дёргает за ухо:

– Мы пришли попросить о помощи.

– Ты пришла, – невнятно ворочает языком Шаакаран.

Но Манакриза на его ворчание внимания не обращает, продолжает:

– Вы что-нибудь знаете о том, где сейчас может быть Настя… Анастасия? И Леонхашарт.

Баашар косится на по-прежнему сидящую Найтеллит: красивое лицо непроницаемо. А он ждёт её вердикта.

– Нет, не знаем. – Найтеллит откидывается на спинку кресла и разглядывает внезапных посетителей задумчиво, словно до сих определяется с ответом. Постукивает пальцем по подлокотнику и твёрдо продолжает. – Не ищите их.

Её круглое лицо непривычно хмуро. Баашар видит его на фоне настольной лампы, очерченным её тёплым светом.

– Это почему? – Манакриза старается сдержать негодование, но получается плоховато: голос слишком командный. – Мы прибыли сюда вместе, надо держаться вместе, если хотим выжить и чего-то добиться.

Найтеллит с сожалением качает головой:

– Архисоветник и Анастасия влезли в крупные неприятности. Понимаю, этот мозгом обделён, а ты не знаешь реалий мира, поэтому вы не можете верно оценить ситуацию, но…

– Это я мозгом обделён?! – соображает Шаакаран. Белые волосы встают дыбом, а хвост резко проносится из стороны в сторону. – Я?!

Не обратив на него внимания, Найтеллит продолжает обращаться к Манакризе.

– Леонхашарт и Гатанас – одни из правителей мира. По всему городу стоят камеры, записывающие происходящее на улицах и в зданиях. Неужели вы думаете, что их не искали?

– Искали, конечно, – встревает Шаакаран, но не удостаивается и взгляда – к огромной радости Баашара: ему не нравится, что рядом с Найтеллит крутится другой сильный демон, а Шаакаран, несмотря на его недостатки, сильный.

Тот недовольно складывает руки на груди, всем видом демонстрируя обиду. Найтеллит равнодушно перечисляет дальше:

– …что для их поиска не задействовали все возможности мира, не перерыли здесь всё – если бы действительно хотели их найти.

В гостиной повисает мрачная тишина, в которой блекнет всё, даже яркая обивка топчана и обложка недочитанной книги. Баашар восхищён Найтеллит: ему бы не удалось так быстро осадить гостей, заставить их задуматься. А она делает это как бы невзначай и, кажется, готова вернуться к изучению электронных документов. Твёрдый грудной голос Найтеллит прерывает тишину:

– Целый мир, все службы, все технологии – и вдруг бессильны отыскать двух архидемонов? Вся мощь сектора Возмездия – самой сильной организации здесь, ведущего войну в другом мире – и вдруг бессильна отыскать их потомственного лидера? Вы правда думаете, что вы двое или даже мы вчетвером сможем сделать то, что не сделало правительство Нарака?

– Как ты правильно заметила, даже с огромным арсеналом возможностей невозможно найти кого-то, если не хочешь его найти. – Манакриза вздёргивает подбородок. – А мы хотим. И если задействовать достаточно ресурсов – сможем.

«Она не сдаётся, это хорошая черта для солдата», – признаёт Баашар. Он помог бы ей из чисто воинской солидарности, но… для него важнее мнение и желания Найтеллит.

– Или влезем в такие неприятности, что нас самих «потеряют» раз и навсегда, – возражает она, глядя на Манакризу. – С этим шоу-отбором всё очень нечисто. Слишком много странностей: вдруг в одном потоке непривычно много сильных иномирянок, сам отбор инициирован сектором Возмездие, занимающимся, между прочим, борьбой с Безымянным ужасом и военным шпионажем. На Леонхашарта и Анастасию вышла какая-то организация по борьбе с правительством Нарака. Теперь они пропали и их толком не ищут, а информацию о происшествии с участием Леонхашарта и Гатанаса подчищают в сети с потрясающей скоростью. Если хочешь жить – лучше спрячься среди преступников, ты сильная, справишься. Или забирай в мужья этого хвостатого, у него семья своих не бросает, может, защитят.

Манакриза мотает головой:

– Я не хочу ни в преступники, ни замуж за этого…

– «Этого»? – Шаакаран аж подскакивает, от возмущения его ярко-голубые глаза кажутся больше обычного.  – Как ты можешь называть меня каким-то «этим», да ещё так презрительно?! И как это замуж за меня не хочешь? За меня все хотят!

Баашара коробит столь явная ложь, и он напоминает:

– Анастасия тебе отказала, значит, не хотела. И Манакриза тоже отказывается…

– Я Манакризе не предлагал! – Щёки Шаакарана вспыхивают, а хвост неистово стучит об пол.

– И не надо, – отмахивается та. – Не переживай, котичка, никто не претендует на твою свободу.

От возмущения Шаакаран теряет дар речи, но, к величайшему сожалению Баашара, ненадолго:

– Я самый завидный жених этого отбора! И претендующих на мою свободу полно! Да стоит мне только сказать, и очередь из невест выстроится! Да я…

– Подожди! – Манакриза накрывает его губы ладонью. – Хорошо, я тебе верю, у тебя очередь. Давай обсудим поиск Насти. Если не ошибаюсь, ты именно на ней жениться планировал. – Она отпускает его и снова обращается к Найтеллит. – Об организации по борьбе с правительством Нарака поподробнее, пожалуйста. Откуда и что вы об этом знаете?

– Баашар, – одно слово Найтеллит, и его сердце пропускает удар, он ждёт её слов, он готов сделать всё, лишь бы она была довольна, лишь бы смотрела на него благосклонно… и подпустила к себе. – Убедись, что нас никто не услышит.

Кивнув, он выглядывает в окно: во дворе никого нет, сейчас все на тренировках. Смотрит за дверь: коридор пуст. Проверяет работу основной глушилки сигналов, запускает запасную – на всякий случай. Кивает Найтеллит, подтверждая, что можно не опасаться.

– Леонхашарта пригласила на тайную встречу весьма любопытная особа, – так Найтеллит начинает рассказ о встрече с агентом Яд в наводнённом преступниками подземном клубе…