Глава 61

– Ты с отцом встречаться собираешься? – Агент Яд выглядывает с лестничного пролёта второго этажа на квадрат гостиной.

Тайгерос запрокидывает голову, расплёскивая белые волосы по чёрной спинке дивана, и лениво сообщает:

– Нет.

После чего возвращается к просмотру записи шоу «Найди себе пару».

– Стоило бы, – не соглашается Яд.

– Зачем? Чтобы он снова втирал мне о великом долге Аведдинов, о том, что мы обязаны скормить Безымянному ужасу целый мир и убить влюблённую парочку? Да не пошёл бы он. Я в палачи не нанимался.

– И всё же было бы неплохо с ним встретиться, – мягко настаивает Яд. – Хотя бы для того, чтобы с тебя сняли обвинения в покушении на Леонхашарта.

– Мне и так неплохо.

– Если бы полиция знала, что тебя подставили, они хотя бы искали в правильном направлении и досаждали нашим врагам, а не нам.

Глядя на стоящую над ним Яд, Тайгерос интересуется, передразнивая её интонации:

– А ты с моим отцом встречаться собираешься? Было бы неплохо, если бы ты сказала ему о себе. Хотя бы для того, чтобы тебя официально воскресили из мёртвых. Если бы отец с тобой пообщался, он может хотя бы послушал тебя и попробовал думать не вколоченными с детства шаблонами.

– Он уверен, что я просто влюбилась во врага и предала родину. Тебя он может послушать, ты его сын.

– Я знаю, что меня он слушать не будет. Он упёртый старый маразматик с идеей фикс, разговаривать с ним бесполезно. Я с ним разговаривать не хочу.

Агент яд хмыкает:

– Если бы не хотел, не стал бы его спасать.

– Ой, неправда! Мне просто стало припекать родовой магией, жаждущей назначить меня преемником в этой авантюре, я спас его, чтобы на меня не свалились его обязанности и силы.

Снова хмыкнув, Агент яд оставляет его смотреть шоу. Что бы Тайгерос ни говорил, но у спасения Гатанаса не было никакой логической подоплёки. Смерть Гатанаса была бы им на руку, но кровные узы – даже, казалось бы, разорванные – порой значат намного больше, чем нам хочется.

***

Взрывчатка в автомобиле, пуля в голову – свобода встречает Леонхашарта очень горячими объятиями, он только уворачиваться успевает.

Ему даже интересно, попытаются ли его убить в секторе Возмездие. Взорвать его вместе с кабинетом Гатанаса Аведдина и им самим – на месте преступников Леонхашарт бы так и сделал.

Но в кабинете Гатанаса взрывчатки нет. Возможно, её не успели подложить, а может не могли – знать бы точно, и можно было бы больше узнать о врагах.

– Где Анастасия? – Сидящий в кресле Гатанас Аведдин почти сливается с обстановкой белого кабинета. – Я имею ввиду настоящую.

Он слишком бледен, а первый же вопрос… говорит о растерянности и почти отчаянии, потому что сразу с головой выдаёт его интерес.

«Он сдаёт», – с этой мыслью Леонхашарт садится в кресло для посетителей напротив Гатанаса.

– Не знаю. Я помог ей сбежать, дал денег, а дальше… – Леонхашарт пожимает плечами. – Настя достаточно изучила кольцевой город, чтобы жить самостоятельно. И, учитывая обстоятельства, будет лучше, если я не буду знать, где она находится. Безопаснее.

– Это правда? – уточняет Гатанас. – Мы же с тобой на одной стороне.

– Я помню об этом и говорю правду. Если мы закончили с этой темой, я бы хотел поговорить о своей безопасности.

Сердце Гатанаса противно сжимается, он ждёт вопросов о странном поведении своего сына Тайгероса, обвинений, но Леонхашарт молчит. И это молчание затягивается, усиливая у Гатанаса ощущение уязвимости, какой-то неприкаянности из-за внезапного предательства сына.

Но Леонхашарт не спрашивает о нём, и Гатанас проявляет слабость, уводит тему в сторону:

– Хочешь, чтобы тебя подменял инкуб?

– Да.

– Хорошо, я организую… И ты случайно не знаешь, где может быть Шаакаран?

– Шаакаран? – от столь резкой перемены темы даже подготовившийся к допросу Леонхашарт теряется. – Наверное, дома отдыхает после шоу или очередных развлечений.

– Он исчез в тот день, когда я попал в больницу. Семья пыталась это скрыть, полагая, что Шаакаран что-нибудь учудил или явится сам, чтобы изгнать сменщика-инкуба, но Шаакаран не появился.

– При чём здесь Возмездие? Вы не занимаетесь исчезновениями.

– Существует вероятность, что он сбежал в другой мир.

– Шаакаран? Зачем? – не понимает Леонхашарт. – Ему и здесь хорошо.

– Я просто спросил, мало ли, вы же друзья.

– Мне сейчас слегка не до этого.

– Понимаю.

Помедлив, Леонхашарт спрашивает:

– Вам никогда не казалось, что мир, магия – живые?

Теперь очередь Гатанаса слегка растеряться. В последнее время такое с ним случается непозволительно часто. Разные мысли проносятся в его голове, но ни один из вариантов не задерживается, не кажется достойным полномасштабного осмысления, хотя тема не новая.

Когда Леонхашарту надоедает ждать ответа, он продолжает:

– Вы не думали, что магия Эёрана может быть нам полезна? Не как прикормка для Безымянного ужаса, а в целом – что существование Эёрана может быть нужно нам.

Возможно, будь ситуация менее напряжённой, Гатанас бы наконец задумался над этим вопросом, но сейчас он слишком устал, слишком боится не успеть завершить великое дело семьи, поэтому не может отстраниться от эмоций, кричащих, что сейчас не время для ерунды, Гатанас не может отстраниться от привычного образа мира – шаблонов.

Он скорее склонен предположить, что Леонхашарт выведал о своей участи и теперь ищет способы её избежать. И это разжигает в нём злость. Кровь приливает к лицу Гатанаса, разбавляя болезненную бледность, возвращая блеск потускневшим глазам:

– Что за глупости?

– Нарак среагировал на прилив Эёранской магии…

– Конечно, наш мир среагировал! Когда это чудовище, этот ужасный пожиратель магии  замедляет выкачку магии из Нарака, наш мир реагирует! Он радуется! Он жаждет свободы от паразита!

Их спор… да это даже спором трудно назвать, заканчивается быстро. И по тому, что тема местоположения Насти больше не поднимается, Леонхашарт догадывается, что за ним будут следить, чтобы найти её.

***

– Миледи Юмаат, показания приборов… – демон-лаборант переводит взгляд с неё на экран тонкого планшета в своих руках. – Они…

Робость перед начальницей охватывает его: мало ли как она отреагирует на интересные новости.

– Странные, – заканчивает за него Юмаат. Её сосредоточенное лицо снизу освещено сиянием интерактивного стола, глаза расширены. Зрачки, несмотря на сияние экрана-столешницы, тоже расширены.

– Д-да, – явившегося к ней демона пугает её оцепенение. Обычно Юмаат интересуется странностями, сразу оживляется, а тут она… словно задумывает что-то грандиозное, и это само по себе повод для напряжения пятых точек у всех подчинённых. – Странные показатели, магия…

– С магией происходит что-то непонятное, – снова помогает ему с отчётом Юмаат. – Она… будто меняется, структурируется…

– И её генерация за последнюю неделю в Нараке увеличилась, – демон нервно теребит край планшета. – На тысячную долю процента. Но за весь период наблюдений генерация магии только падала, а теперь… Мы перепроверили, это не погрешность приборов. Магия словно бы… как будто… – он застывает с приоткрытым ртом, не в силах высказать невероятное предположение.

– Показывает тенденцию к восстановлению, – снова заканчивает за него Юмаат. – Да, я вижу по отчёту. Очень интересно…

Демон закрывает рот. Опять миледи Юмаат разрешила ему отчитаться, но не предупредила, что она уже всё знает. Он-то думал, что она отчёт не видела! А она… она…

Но претензии миледи Юмаат не выскажешь, так что демон решает заплатить программисту, пусть чего-нибудь в программе подкрутит, чтобы было видно, просмотрен ещё не отправленный отчёт или нет. Правда, миледи Юмаат запрещает любые методы фиксации информации о том, что она смотрит и когда, но как-то спокойнее идти к ней с отчётом, когда знаешь, что она его уже изучила и успокоилась.

Перед выходом демон оглядывается: Юмаат всё так же неподвижно сидит за интерактивным столом и смотрит на отчёт с просто невероятной информацией: впервые за тысячелетия магии в Нараке чуть-чуть прибавилось, и это… чудо?

Возможно, но для Юмаат – просто загадка, требующая научного объяснения.

***

Сосредоточиться на лекции по истории не получается. Я пытаюсь слушать демона, но постоянно соскакиваю на собственные тревожные мысли.

Если судить по новостям и тому, что известно Катари (о том, что я это я, я прошептала ей в бассейне во время заплыва, и она не удивилась, вела себя, как заправский шпион) от Илантиха, Лео ни в чём не обвиняют, он живёт обычной жизнью. И я почти уверена, что этой обычной жизнью живёт инкуб, подменявший его на последнем конкурсе шоу.

То есть это значит, что Лео сейчас неизвестно где.

Но я за него не боюсь: просто железная уверенность, что он жив здоров. Возможно, это потому, что мы действительно истинная пара (сеть не выдала о них ничего конкретного, всё те же сказки о сверхсиле и небывалом единстве душ).

Поводом для серьёзного беспокойства становятся Котик, Манакриза, Лисса и прицепившийся к ним Мад: на следующий день после «Преобнажения» Шаакарана объявляют в розыск как пропавшего без вести и просят сообщить всё, что известно о его передвижениях и контактах за последние недели.

Объявление буквально взрывает информационное пространство Нарака. Самовлюблённый котейко, оказывается, довольно популярен, и теперь только и разговоров о том, где же он, бедненький, может быть.

У меня по этому поводу страшные подозрения.

Его заменял инкуб, но как долго?

Что, если его и девчонок с Мадом при попытке телепортироваться из Нарака сожрал Безымянный ужас? Вдруг они застряли где-нибудь в чужом мире? Попали в плен? Ранены?

Невольно вспоминаю, как они все на Котике уносились прочь от факультета благородных демонов, полные надежд на освобождение, а ведь тогда обстановка была очень неспокойной, всякое могло случиться.

Может, я волнуюсь раньше времени, может, Котик пропал после возвращения в Нарак, и его исчезновение не связано с девчонками, но мне очень неспокойно и хочется поговорить с Лео.

Хочется прижаться к нему и попросить совета, попросить помощи с поиском… Вот за это я и не люблю влюблённость: сразу тянет понадеяться на помощь возлюбленного, а не думать, как самой решить свою проблему.

Как я могу сама решить эту проблему?

Например, позвонить на номер горячей линии и сообщить, что Котик собирался нелегально покинуть Нарак. А так как суккуб этого знать не могла, нужно как-то сообщить анонимно.

Правда, так полиция выйдет на след Лиссы и Манакризы, а если Котик пропал после их побега, риск такого сообщения неоправданный… Может, следует обратиться к кому-нибудь из его нянек? Уточнить для начала, когда именно его потеряли…

Лео бы легко нашёл нужный контакт и всё выяснил.

Никак не могу об этом не думать.

Не думать о том, что стал бы делать в этой ситуации Лео.

Такое ощущение, словно Лео… ещё одна моя рука, продолжение тела, такой неотъемлемый элемент жизни, что я даже усилием воли не могу заставить себя мыслить так, словно его рядом нет.

От этого даже страшно немного…